В тихом омуте

Прошло две недели. Все это время я наблюдал за Вики и ее изменениями. К той пикантной ситуации мы больше не возвращались. Решили замять и сохранять лишь деловое общение. Она стала смелее и хитрее. Хоть она и по-прежнему не могла грубо нахамить, но выдержать мои взгляды и реплики уже умела. Отец поручил мне приучить ее еще и к физическим нагрузкам. Так мы проводили вместе часа по три-четыре в день. Много читали, летали, смеялись, иногда даже по-философски спорили и сплетничали. Она оказалась очень интересным собеседником, если ее не троллить. Очень начитанной и с отличным чувством юмора. Зубрила не только свои священные писания, но и увлекалась земной литературой и искусством. Даже пару книг по демонологии и темным заклинаниям прочла. Очень способная и обучаемая. Все чаще я стал ловить себя на мысли, что привязываюсь к ней. С ней мне комфортно и спокойно. Она волшебным образом подавляет мой гнев и вынуждает задумываться над своими действиями. Я даже согласился, чтобы она учила меня медитировать. Гардероб она тоже поменяла. Появились платья и сарафаны более легкого кроя. Конечно, светлые и скромные, но хотя бы уже открывали руки и колени. Однажды она позвала меня сжечь ее старые балахоны. Это надо было видеть. Сначала мне показалось это идиотской детской затеей, но, когда она мне вручила в руки факел и ее тяжелый мешок, игриво убегая по темному коридору, не смог удержаться. Мы разожгли костер, и она прыгала вокруг него что-то напевая. А я стоял и наблюдал, завороженный этой детской непосредственностью. Впрочем, папаша тоже поучаствовал. Подкинул ей в шкаф несколько элегантных коктейльных платьев темных цветов, откровенных повседневных и тренировочных костюмов и даже белье. На одной из тренировок на крыльях я не мог не заценить ее зад в обтягивающих лосинах, ловя предательские флешбеки. Не мог не поймать, понимая, чего и кого мне хочется все чаще. Но и признаться я в этом не мог ни себе, ни уж тем более ей. Она. Моя. Сестра. Напряжение приходилось сбрасывать у Ости. Она была приятно удивлена моими учащенными визитами и даже перестала огрызаться на Вики. Эх, если бы ты знала. Уокер тоже помогала мне забывать о ней на время, вечно пропадая где-то по полдня. Наконец, освоилась на территории, даже летала на небеса. Отец позволял, ведь она возвращалась точно в срок. А я помогал ей с Нибрасом. Она мастерски научилась пиздеть, что уставшая, больная или хромая. Обкладывала себя книгами или тупо пряталась, избегая «свиданий». Однажды даже театрально грохнулась в обморок, чем вызвала у меня новый приступ смеха. Родители, конечно, не верили, выводя ее из равновесия своими приставаниями еще больше. - Можешь с ним не встречаться. Но замуж за него все равно выйдешь, - шипела Ребекка, тыкая в нее вилкой на очередном семейном обеде. - Только если ты меня к нему вперед ногами отнесешь, мама! – девчонка вскочила с места, кинув в нее салфеткой, и дернула из-за стола, наступив на мой ботинок. Правильно, давно пора сказать правду, хватит молчать. - Эй, смотри куда прешь, бестолочь! - Иди в зад! – вот как даже можно выбесить ее святейшество. Только мы с отцом синхронно открыли рты для ответа, как она вылетела за дверь кухни. Для большего эффекта оставалось только средний палец показать напоследок… Что она и сделала, просунув руку в дверной проем. - Что это с ней сегодня? – Ребекка приподняла бровь, смотря ей вслед. – Люцифер, это ты ее научил? - Да что вы, маменька, побойтесь Бога! – я издевательски перекрестился и продолжил жевать свой стейк. - Как ты разговариваешь с матерью, пиздюк? – Сатана стал свирепеть на глазах. – Зайди-ка после обеда ко мне в кабинет. Ну вот, опять огребу. И за что? За то, что испортил ангелка? Или их планы? *** - Отец, не трогай! Я святой! – гаркнул куда-то в темноту, когда открыл дверь в тронный зал. Мой голос эхом отразился от стен, подчеркивая звенящую тишину. Пусто. Ни стражей, ни советников. Даже сам затаился. Он любит наказывать меня исключительно наедине. Ребра уже были готовы регенерировать заранее, поэтому на правила приличия размениваться не хотелось. - У тебя хорошее настроение, сынок? – донесся хриплый серьезный голос откуда-то из угла. - Сынок? Я думал, ты меня сразу с кулака встретишь. - Язвить пытаешься? Похвально. Дело есть. - Нужно кого-то завалить? - Можно сказать и так. Только смысл другой. Ты скоро женишься. - Чего? - Понимаешь ли, сын. Девчонка стала выходить из-под контроля. Мне это не нравится. Я заметил, что она тебя уважает и почему-то берет пример. Так подай еще один. Женись вместе с ней. - Да ты бредишь. Сам охомутался, да и нас еще за собой тянешь? Ну уж нет. - Не дерзи, пока я не вырвал тебе язык, ублюдок. - Это самая твоя кринжовая затея. Посмотри на меня, какой из меня муж? - Примерный, верный, заботливый и стабильно размножающийся. - Хах, как интересно. И кому же достанется такое золото? - А я не сказал? Оу, пардон. Тебе повезло, это Ости. Вы ведь с ней как раз периодически репетируете? - Ости? Нет! Она же тупая. И она мне уже надоела. Учти, я буду ходить налево. - О, не беспокойся. Брачный ритуал верности это исправит. - Отец! Пошутили и хватит. Я не собираюсь жениться. И Уокер, кстати, тоже не отдам. - Это еще что за новости? – в тусклом свете замер его палец с огоньком на конце, от которого он хотел прикурить сигару. – И почему это? - Я не одобряю кандидатуру. - А твое-то какое дело? Когда ты успел в защитники заделаться? - Потому что ты несешь херню. Сам-то зачем женился? Зачем тебе ребенок от Ребекки? Опять что-то задумал? Или сам Сатана влюбился? По залу раскатился тихий зловещий смех. - Влюбился? Интересное слово. Но ты сам знаешь, что таким как мы с тобой оно не подходит. Мы даже не знаем, что это. Только то, что это слабость. Все, что творится в нашей семье, выгодно в первую очередь мне. Ну и тебе, если повезет. Чем ты недоволен, сын? Ости - отличная женщина. Согласен, глупая. Но зато из благородной и влиятельной семьи. Да и тебе с ней не в шахматы играть. Ты еще не дорос до того, чтобы понять мои политические ходы. Скажу кратко. Мне нужен Азазель на новом посту. А по нашим законам он его получит только при родстве. Аббадон, отец Нибраса, нужен Ребекке. Конечно, в своих целях. Вы двое, детки, слишком статусные и роскошные для того, чтобы сношаться по углам со всяким бесполезным сбродом «по любви». Гуляйте последние деньки, а потом я поженю вас обоих. И сделаю это в один день. В тот, когда подтвердится беременность Ребекки. - Нафига, блин? Она же еще даже не беременна. - Намекаешь на то, что я плохо стараюсь? Не переживай. Херувимы провели один интересный обряд. В ночь кровавого полнолуния, то есть в следующий четверг, зачатие будет неминуемым. - Зачем тебе этот цирк? - Я уже сказал. Тебя это не касается. - Хорошо. Я женюсь. Но при одном условии. Вы оставите сестру в покое. - О, какое благородство. Конечно, ты женишься. Но не тебе ставить мне условий. Она уже сосватана. - Тогда и разговор окончен. Свадеб не будет. Можешь начинать меня пиздить, но это мое последнее слово, - решительно смотрю в его алые горящие глаза и стойко терплю его напор. Это наша с ним игра. Если сдамся первый – получу пиздюлей. Если выдержу – получу пиздюлей. Но зато с каплей уважения. - Будут! Если и дальше будете сопротивляться, я вырублю вас и насильно притащу к алтарю в бессознательном состоянии. Лично. – А дальше я чувствую, что отключаюсь от соприкосновения затылка с мраморным полом. Напоследок ощутил у себя на скуле отцовский кулак. *** Очнулся я на следующий день у себя в комнате. Слуги любезно отнесли меня. Переломанные кости уже успели срастись, а вот гематомы на лице – нет. Отец старательно отхреначил меня по лицу своим огромным перстнем. Он сделан из специального сплава металлов, который не дает так быстро зажить синякам. Все это для того, чтобы его старания и методы воспитания были видны всем. Ну или чтобы я не высовывал носа из комнаты, пока не оклемаюсь. Поплелся в душ, чтобы смыть запекшуюся кровь, и поменял одежду. Кряхтя, сел на пол и положил голову на колени. - Люциф…фер. За что он так с тобой? О, малышка Уокер, как же ты невовремя. - Выйди. - Нет! - Я сказал ВЫЙДИ! – крикнул, пытаясь напугать, но она даже не пошевелилась. - А я сказала, что не выйду, пока не расскажешь. - Что ты вообще тут забыла? - Ты не пришел на тренировку. Я прождала тебя час. Ты никогда не пропускаешь, вот я и заволновалась. Как ты? - Тебе не нужно видеть меня таким. - Каким? Не таким красивым, как обычно? – она ухмыльнулась. – Повернись ко мне. Покажи. Я сжал кулаки и резко развернулся, сверкая алыми глазами и угрожающе раскрывая крылья. – Ну что? Нравлюсь я тебе таким, а? – Снова отвернулся, пытаясь сдержать гнев. Ни один мускул на ее лице не дрогнул. Она лишь утешающе улыбнулась и подошла ко мне. Провела пальцами по моим крыльям, складывая их, и присела сзади, обнимая со спины и легонько целуя где-то между позвонков. По телу пробежали крупные мурашки, дарящие тепло и успокоение. - За что он тебя так? - Отказался жениться на Ости. Представляешь, старик совсем свихнулся и решил женить нас пачкой, как по акции. - Что? Зачем? - Не спрашивай. Он же не спросил. Тем более я все равно не собираюсь этого делать. Мы не собираемся. И мы помешаем его планам. - Почему ты не хочешь жениться? - А ты почему? - Не убегай от ответа. - Я уже сказал, что не хочу отвечать. Вики тяжело вздохнула и встала. Я подумал, что она решила уйти. Сам же гнал ее сейчас, но не хотел этого на самом деле. Ну не уходи, просто сиди рядом. Не оставляй сейчас в одиночестве. Зажмурился, но внезапно услышал щелчок дверного замка и шорох в тумбочке. Она обошла меня и села напротив, ставя на пол бутылку глифта и два стакана. - Ты что, пьешь? - Вообще-то нет. Но тебе нужна компания, я чувствую. Я усмехнулся и молча откупорил бутылку. Поняв, что я хочу молчать, она попыталась меня отвлечь. - У меня был жених на небесах. Поэтому не хочу. Ну конечно, баран Люци. Жених. Конечно у неё кто-то есть, в нее ведь невозможно не влюб… - Жених? У тебя есть парень? - Был. Мы расстались сегодня. А почему ты спрашиваешь? - Нуу… По тебе не скажешь. А почему расстались? - Мама донесла ему, что я выхожу замуж за влиятельного демона. И он меня бросил. - Хуево. - И не говори. Так прошло пару часов. Мы напились и разоткровенничались. Она больше не смущалась, а я больше не хотел скрыться. Было так хорошо, будто вся фигня, которую устроили родители, происходила не с нами. - Жених – это твоя единственная причина, ради которой мы планируем рвать жопы? Если у тебя его больше нет, тебя все устраивает? - Конечно, нет. Я и сама не хочу замуж за незнакомца. Но я привыкла принимать свою судьбу с достоинством. Знала, что когда-нибудь именно так и закончится. Выгода. Мать меня для этого и родила, кажется. - И ты так просто с этим миришься? - А что я еще могу? Хотела бы я быть такой же храброй, как ты. Но, видимо, даже тебе не всегда удается быть независимым. – Она кивнула в сторону моей скулы. – Согласись, как бы мы не боролись, мы еще не такие крутые, как родители. Хотел бы поспорить, но, увы, не нашел аргументов. Лелея в глубине души крошечную надежду, что можно выкрутиться, понимал, что дело дрянь. Проигнорировав ее речь, перевел тему. - Ты не выглядишь особо расстроенной из-за расставания. Ты его хоть любила? - Мне казалось, что да. Ему вроде тоже. Просто мы с пеленок были вместе. Росли, дружили, поддерживали друг друга, делились секретами. Когда подросли, это все переросло во что-то романтическое. Цветочки, стихи, песни. Это все было будто на автомате. Будто так и должно было быть, словно мы были созданы друг для друга. Все казалось таким логичным, таким правильным. Что мы идем по идеальной дорожке к идеальному совместному будущему. Маме он не нравился, она считала его бесперспективным. Но между нами ничего такого и не было. Просто ходили за ручки и целовались. Решили так: поженимся, и вот тогда все будет. Мы объясняли себе это решение как целомудренное, но оба понимали простую вещь. Нам не хватало огня и страсти. Искры между нами. Той химии, о которой пишут в земных книжках о любви. Знаешь, чтобы смотреть друг на друга украдкой, краснеть от желания близости где-нибудь в людных местах. Ссориться, бить посуду, а потом страстно мириться. Звучит смешно, но даже маленькие примерные девочки тайком мечтают об этом. Мы были будто роботы, вбивая себе в головы, что так нужно. Но сейчас я даже рада, что так все вышло. Из-за переезда мы стали реже видеться, я могла ненадолго прилетать к нему на небеса, но это было уже не то. Мы поговорили с ним и решили расстаться друзьями. Поняли, что совершили бы ошибку, поженившись. Да, у нас есть уважение и любовь. Но это не та любовь, которую бы я хотела. Мы бы добровольно отказались от удовольствий и соблазнов нарушить правила хоть разочек, чтобы почувствовать вкус настоящей жизни и счастья. Того безрассудства, что сносит крышу и заставляет чувствовать себя окрыленной. Представляешь, он сказал, что ему нравится Лилу. Заметила, что он даже смотрит на нее по-другому. С возбуждением, что ли. Когда мы были вместе, не могли даже мысли допустить смотреть на кого-то другого в таком ключе. А сейчас все стало проще. Мне бы хотелось, чтобы так смотрели на меня. Ну, естественно, не наше похотливое окружение, а тот, кто мне тоже нравится. Но мы с Дино слишком близки духовно для того, чтобы…ну ты понимаешь… - Меня сейчас стошнит. - Хм, меня тоже. Слишком уж я замечталась, прячась от суровой реальности. Но здесь и сейчас я поняла, что мне хотя бы уже не так скучно. Появились приключения и адреналин. Сначала я боялась, а теперь даже, кажется, вхожу в кураж. Теперь я осталась одна, могу вытворять все, что захочу. Оттягиваться аж несколько дней, пока меня не отдадут сомнительному извращенцу, собравшему по округе все половые инфекции. Я щедро подарю ему свою невинность, он будет пользоваться мной и, возможно, найдет способ обхитрить ритуал верности. И буду тихо плакать в подушку от несправедливости, укачивая какого-нибудь седьмого по счету ребенка. Просто прекрасно. Меня аж перекосило, как только я это представил. - Я сказал отцу, что не позволю тебе выйти за него. - Ага, он так тебя и послушал. - Как видишь. - Но зачем ты это сделал? - Сама бы ты не решилась этого сказать. К тому же мы теперь в одной лодке. Мне нужны союзники, чтобы бастовать. - Так ты мне так и не расскажешь, почему не хочешь жениться? - Понимаешь, Вики, я не готов жениться. Семья – это серьезный шаг и большая ответственность. Особенно для мужчины. Семья – это наследники. А я не люблю детей, да и они меня тоже. Конечно, я бы мог гулять от жены, выгодно пользоваться ей и издеваться. Но моя увы покойная настоящая мать учила меня, что, если уж и связывать себя с кем-то, то с тем, кого действительно полюбишь. Чтобы заботиться, оберегать, защищать и уж точно не изменять. А я не умею любить. Если уж мне и правда придется жениться на Ости, я буду верен своему воспитанию, но счастлив не буду. - Но вы же вроде как пара. Почему бы не присмотреться к ней? - Пара? Уокер, мы не такие целомудренные. Мы не пара. Я просто сплю с ней. Ты знаешь, что демонам нужно удовлетворять свои физиологические потребности? И очень часто. Нашу сущность сложно насытить. - Можешь не продолжать…я поняла. А ты…прям никогда-никогда не рассматривал ее? - Нет конечно. Она тупая как пробка. И очень меня утомляет своей бессмысленной болтовнёй. Она думает только о себе и своих хотелках. С ней есть смысл проводить время только в горизонтальном положении. И то молча. Для жены этого маловато. - Можешь утешать себя тем, что она хотя бы красивая и… с формами. Как она вообще не притягивается к земле с этими бидонами? Они же размером с мою голову! Она, наверное, очень тяжелая. - О, это не проблема. Я всегда сверху. Предпочитаю командовать. - Интересно, а как ее задница влазит в латекс? Как она вообще одевает этот чехол? Наверное, усердно пляшет перед зеркалом? – она вскочила и начала театрально «натягивать колготки». Я рассмеялся, наблюдая за ее шарадами. Ведь и правда Ости из кожи вон лезет, чтобы выглядеть передо мной как можно сексуальнее. Иногда слишком перебарщивает и становится похожа на проститутку, пошло выгибаясь. Сразу вспомнил, как однажды на корсете демонессы лопнул шнурок, обнажая одну грудь. А она сделала вид, что так и было задумано. Мне лишь оставалось похотливо ухмыльнуться, чтобы замаскировать предательский смех. – А снимать его, наверное, вообще свихнешься. Сколько времени ты на это тратишь? Он же липнет к телу, я на себе вчера проверяла. – Ммм, а вот это уже интересненько. - Уокер, прекрати! Хватит меня смешить! - Прости, если задела ваши «высокие чувства». Просто не представляю, как она втиснется в свадебное платье. - А я не представляю, как ты будешь давить из себя фальшивую улыбку счастья у алтаря для этого идиота, - мое лицо резко стало серьезным, и я поморщился, дотрагиваясь до синяка на лице. - Сильно болит? – Вики перестала кривляться и села рядом, аккуратно проводя ладонью по моей щеке. Я почувствовал легкое жжение, а потом то, что отек пропадает. - Что ты делаешь? - Практикую новый дар. Пока получается лечить лишь небольшие синяки и ссадины. Да, я не только книжки читаю. - Ссс… - Еще немного. Вот… Внезапным порывом перехватил ее руку, глядя прямо в глаза. - Теперь, видимо, моя очередь говорить тебе спасибо. Она замерла, изучая результат своей работы, и я, решительно собрав всю чувственность, которая была во мне, поцеловал ее. Она вздрогнула, но не отстранилась. Несмело и растерянно разомкнула губы и высунула кончик языка навстречу моему. Когда понял, что все вот-вот полетит к чертям, прервался. - Теперь это больше похоже на благодарность, - она хихикнула и обхватила ручкой мою шею сзади. – Все хорошо, я тоже хочу тебя поцеловать… Пару секунд на раздумья. И мы сорвались. Накинулись друг на друга жадно, страстно, долгожданно. Боролись языками, облизывая даже подбородки друг друга. Я и не представлял, что она так умеет. Сколько же потаенной страсти сдерживает в себе этот хрупкий ангелочек? Дыхание заканчивалось, и мы со сплющенными от сильного притяжения носами пытались дышать ртами, открыв их шире, но так и не размыкая языков. Из-за этого поцелуи стали отрывистыми, звучными, почти чавкающими. Зажав ее талию предплечьем, повалил на пол. Воздушный подол задрался от падения, а женские бедра невольно разъехались, заманивая мой колом вставший член пристроиться между ними. Я стал тереться, рыча он нетерпения, а она сладко застонала. Только от этого звука я готов был кончить. Я так давно об этом тайно мечтал, но гнал от себя мысли о запретном. Об этой запретной девчонке. И то, что сейчас она лежит подо мной, лаская пальчиками мою спину, возбуждало еще сильнее. - Хватит… хв…ватит… Остановись, пока все не зашло слишком далеко… - Уокер очнулась первой и положила пальцы на мои губы. – Нам нельзя, мы же… - Сводные…, - бормотал я в дурмане, целуя каждую ее фалангу, – у нас разные родители, это не считается. К тому же, - убирая ее руку, пробрался языком к шее, - сама… говорила, что… мечтала хоть разочек нарушить… правила для своего удовольствия. - Все равно… Они следят за н…нами. Это неправильно. Мы без пяти минут женаты на… других демонах. Я рыкнул и ослабил хватку. Что за трусиха? - Как хочешь. Прости, ты права. Не смог сдержаться. Наверное, это все глифт. – Уселся в прежнее положение, запустив в растрепанные волосы пятерню. - Ничего. Я тоже не особо то и сопротивлялась. Просто забудем и все. - Да. - Я, п-пожалуй, пойду, - судорожно поправляя юбку, она вылетела из комнаты, оставив дверь нараспашку. Через пару минут, проскулив от досады, кое-как поднялся, чтобы закрыться. Но не успел пройти и пары шагов, как она вернулась. Влетела решительно, словно ураган, запрыгнув на мою поясницу и пнув ногой дверь. - К черту! Лучше уж подарить свой первый раз брату, чем этому мерзкому типу. Он-то точно не будет со мной нежен. Опешивший от ее появления, я успел только удержать ее на весу и пробормотать в новый поцелуй. - Звучит как безысходность. - Замолчи! Я хочу тебя…