В тихом омуте

Твою ж мать! На автомате толкнул дверь и ввалился внутрь. Ничего не понимающая Вики застыла в проходе с открытым ртом. Еще бы. Я даже сам не понял, что натворил. Режим защитника запущен. - Стой! Опусти… - зашипел, выставляя руки вперед. - Ох, Люцифер. Как не стыдно подглядывать за родителями, - она усмехнулась, даже не думая шевелиться. Отец тоже не двигался. Лишь опасно оскалился. Медленно и плавно обхватил рукой острие клинка и сжал его, заламывая женскую руку. Из его ладони хлынула кровь, но он даже не обратил на нее внимания. Зловеще рассмеялся и толкнул жену на пару метров от кровати. Та упала на пол, но даже бровью не повела. - Сын. Я тебе разве не говорил, что шпионить за отцом жестоко карается? Ты помешал, если не заметил. У нас тут разгар прелюдии. Я же не мешаю тебе в такие интимные моменты. – Он неторопливо встал, облизывая окровавленную ладонь. Медленно запахнул халат и расправил могучие крылья. – Сестру еще притащил. Не подумал о ее нежной психике? - Ты сейчас серьезно? А что, если бы мы не успели? Тот расхохотался. - Думаешь, я не справлюсь с бабой? Хотя признаю, дорогая жена, удивила. Но ты, ангелок, все равно меня не потянешь. - Самаэль, ты такой наивный, оказывается. – Женщина встала, одевая пеньюар. – Думаешь, я этого не предусмотрела? – Не отводя взгляда от Сатаны, воздействовала на него, парализуя движения. Ее сила пугала. Она была совсем не ангельской. Кажется, даже отец удивился на пару секунд. Ее глаза изменились. Зрачки исчезли, сливаясь с белкАми. Я кинулся к ней, пытаясь оттолкнуть, но она расправила крылья, образуя стену около себя. Не пускала. Потянулась пальцами за кромку чулка и вытащила маленький нож. Замахнулась, но в последний момент я перехватил ее руку. Спасибо высокому росту. - Мама, нет! – Вики кинулась в сторону отца и закрыла его собой. Расправила белоснежные крылья и начала кричать сквозь слезы. – Мама, перестань, прошу! Что с тобой? - Это с тобой что, дочь? Почему ты защищаешь его? - Потому что то, что ты творишь – это не честно. Ты забыла, зачем мы здесь теперь живем? Посмотри! Что с тобой сделала власть? Где моя мама? Ребекка вырвала у меня свою руку и расслабилась. Как-то зловеще тихо рассмеялась. - Эх, дочка. Ты еще так молода и так глупа. Я не собираюсь рожать…ему. Уже второй месяц я пью противозачаточные. И ребенок-гибрид мне не нужен. Мало ли чего от него можно ожидать. - Зачем тогда согласилась? - Ты реально думаешь, что мы, ангелы, когда-то будем родней демонам? Они слабы по сравнению с нами. Они эмоциональны и импульсивны. А мы расчетливы, сдержаны и терпеливы. Я долго терпела, чтобы изучить здесь все. Повадки, привычки, планы. Изображала заботливую хозяйку, любящую жену и послушную любовницу. Тянула время. Я изучила много книг по темным заклинаниям, которых нет на небесах. Развила новую силу. Я в курсе ритуала кровавого полнолуния. Решила, что сегодня мой выход будет наиболее эффектным. Это все для нашего благополучия, Вики. Убьем его и будем править. Поверь, я нашла тут много союзников. С их помощью мы свергнем этого мужлана и сядем на его трон. Ты присоединишься ко мне. - И не подумаю. Ты больше не похожа на мою мать. Я не дам убить отца. Не дам рушить равновесие! Твои жизненные устои уже не похожи на ангельские, ты сама больше не похожа на ангела. Как ты так можешь? Что с тобой стало? Интересно, что скажет Шепфа на это? Позволит ли он одной стороне уничтожить другую? Что сделает с тобой? Ведь ты, его правая рука, нарушила его Указ. Ты пала в моих глазах, мама. Хотя, вижу, тебе на это все равно. - Это все ради нашего комфорта. Небеса наши. Ад почти наш. - Ты сумасшедшая! Отец не слабее тебя. Он может свернуть тебе шею. - Ошибаешься, девочка моя. Он не сможет мне ничего сделать. Ведь влюбленный дьявол – слабый дьявол. Тебе ли не знать? – она многозначительно подмигнула ей. – Позволяет тебе все, что захочешь, помогает, даже иногда не замечая этого и не думая о последствиях. Лишь бы ты была рядом. Тянется к тебе. Хочет тебя. Отрицает, что влюблен, конечно, но открывает тебе свои планы и ходы. Пусть не все, но и этого достаточно. Сам того не ведая нуждается в поддержке, которую я ему любезно давала. Скажи же, Люцифер? Вики, ты похожа на меня, но упорно бежишь от себя. Будь на моей стороне. Отойди. - Нет! Я никогда не буду такой как ты! Мне не нужна власть. Я хочу честности. В мире два правителя. Есть Рай и Ад. Оба останутся при своем. Хотя…насчет тебя уже не уверена. Ты сама себя закапываешь, мама. На что ты надеялась? Тебя бы убили либо отец, либо Суд Цитадели, куда бы ты непременно отправилась после убийства такой влиятельной персоны. А если бы и умудрилась замести следы, с чего решила, что трон твой? У него есть законный наследник! - Наивная дура. Пока жена я, ну или вдова…Люциферу он не светит. - Оставь отца в покое! - С каких пор он тебе отец? Ты слишком привыкла к Аду и переняла его привычки. Ты слишком сблизилась с Люцифером. Но забыла, что тут нам не рады. Я это помню и меняю события, а вот ты, похоже, поддалась искушениям. Ты ослепла. Не видишь очевидного. Они убьют тебя, если не опередишь. Твой «отец» и твой «братец» не имеют души. Ты даже не задумывалась, почему так просто они пустили тебя в свой дом. Ты слишком наивна для жизни здесь. Я пытаюсь тебе это объяснить, но ты не слушаешь. - Не хочу ничего слышать. Ты несешь бред. Да, они демоны. Но я полюбила их. Полюбила. Полюбила отца и полюбила брата. Знаешь почему? Несмотря на свою сущность они чтят законы Шепфа. Они не перечат им, как бы ни хотели. Да, они эмоциональны, но это не значит, что не достойны. И да, я люблю это место. Этот дом. Я верю, что у отца есть душа. Я всегда верю в лучшее, как и должен верить ангел. А ты не ангел. Ты не достойна. - Виктория, отойди. Иначе я не посмотрю на то, что ты моя дочь. Убью всех. Слишком долго я к этому шла. - Попробуй! – глаза Вики приобрели золотистый цвет. Все, как у той хижины. Кожа засветилась, крылья затрепетали, а на лице было столько решительности, будто уверена, что сможет противостоять целой армии. Ребекка зарычала и швырнула в нее нож. Я не успел этого предотвратить. Но она даже не дернулась. Острие застыло в районе ее живота и упало на пол к ее ногам. - Какого…? Откуда у тебя такая сила? Ни у ангелов, ни у демонов такой нет, - женщина замялась, и я схватил ее за крылья, прижав к противоположной стене. - Это сила справедливости… - Вики заговорила не своим голосом. Взлетела на несколько сантиметров и, похоже, не осознавала, что не управляет своим телом. Будто ее кто-то гипнотизирует со стороны. - Вики, что с тобой? – я беспокойно окликнул ее, испугавшись за ее состояние. Что вообще происходит в этой чертовой комнате? – О, Шепфа! Вики! Заметил, как Сатана, все это время молчавший и ухмыляющийся, резко перевоплотился во вторую ипостась и кинулся на нее со спины. Отпустил Ребекку и со скоростью звука толкнул свою девчонку в сторону, закрыв крыльями. Сатана пустил в сторону жены огненный шар, который мог ее задеть. - Хватит топить соплями мою спальню. Все это, конечно, мило. Но это МОЙ замок. МОЙ Ад. МОЙ трон. Предатели будут караться все без разбора. Вики, очнувшись от гипноза благодаря падению, стала вырываться из моих рук. Да успокойся ты, придурошная, пока тебя за компанию не поджарили. – Успокойся, тише! Это не наши разборки! - Отпусти, Люцифер! – она сверкнула глазами и ослепила меня в прямом смысле. В зрачках закололо, и я, зашипев, стал их тереть. Она увильнула из-под меня и рванула в самый эпицентр. Перекатился на спину и попытался быстрее встать. Зрение вернулось. Но картина пугала не меньше. Девчонка рванула к матери, на этот раз закрывая ее. - Отец, прошу… - она начала плакать. Уже не применяла воздействия. То ли силы закончились, то ли специально. Чокнутая, он убьет тебя сейчас! Он не контролирует себя во второй ипостаси. А если бы и контролировал, то навряд ли бы остановился. – Папа… Сатана замер на секунду, но тряхнул головой. - Папа…не нужно… - она зашептала, совсем выбившись из сил. – Я знаю, она предала тебя. Она и меня предала. Но я люблю ее…и ты…любишь… Прошу, не стоит. Отдай ее на суд Шепфа. Не убивай, прошу. Я знаю, что в глубине души, которая у тебя все-таки есть, ты знаешь, что это неправильно. Я правда полюбила тебя, отец. За твою мудрость и справедливость. Пусть ты и сам Сатана, наводящий ужас на всех, но я не видела существа рассудительнее, чем ты. Ты можешь карать демонов, но за убийство ангела тебя могут лишить трона. Или вообще казнить. Ты не имеешь на это прав. Ты знаешь это и понимаешь, но сейчас в тебе бушует гнев. Она не стоит того, чтобы жертвовать самым ценным в твоей жизни ради обиды и мести. Она получит по заслугам. Мы с Люцифером все видели. Не ведись, она этого и ждет. Она хочет трон, не отдавай. Обуздай эмоции. Мне тоже больно. Но она сама сделала свой выбор. И это не мы. Разъяренный дьявол рычал, но замер с очередным энергетическим шаром в лапе. Тяжело дышал через нос, стиснув клыкастые челюсти. Вики сквозь слезы смотрела на него и умоляюще улыбалась. Тряслась от страха, но рисковала собой ради надежды достучаться до самого жуткого чудовища в мире. Я был готов в любую секунду сорваться с места, приняв позу нападающего. Был готов напасть на отца. Ради нее. Лишь бы не померла к херам, попав под горячую…лапу. Дело дрянь. Мы в спальне Сатаны, даже не в общей комнате. Без причин ввалились к ним ночью, да еще и силой кидаемся. Даже думать не хочу, как будем объясняться, если, конечно, выживем. Сатана сжал кулак и стал принимать человеческое обличие. Не менял цвет глаз разъяренно-красных, но и уже не нападал. Сверлил взглядом то Вики то ее мать. Медленно опустил руки и сделал шаг назад. - Стража! В темницу Ребекку! Живо! – в комнату молниеносно влетели трое демонов из соседнего крыла замка. Вики зарыдала в голос от облегчения и упала, уперевшись лбом в его колени. Я схватил ее в охапку и закрыл крылом, все еще обороняясь. Ребекка даже не сопротивлялась. Улыбалась, словно и правда слетела с катушек. Напоследок плюнула мужу в лицо. Отец как-то досадно хмыкнул и устало потер глаза. - Видишь, сын? Ты никогда мне не веришь. Смотри сам. Кругом одни предатели. Ангелов нельзя было пускать сюда. Не думал, что Указ Шепфа может нарушить именно ангел. Уж они-то больше времени проводят с ним. И, видимо, поэтому и осмелели. - Она не такая, как остальные. - Я знаю, сын, знаю. Я не слепой. Видимо за это мы ее и… полюбили. Оба. – Он лукаво подмигнул и так по-отцовски положил мне руку на плечо, что стало не по себе. Он никогда так себя не вел и никогда так не откровенничал. – Я снова убедился в своей теории. - Что теперь будет? – Вики очнулась от шока и пискнула из-под моей подмышки. - Завтра будет суд. Архангелы и архидемоны в Совете Цитадели рассмотрят дело Ребекки. Примут решение. - Ее казнят? - Не знаю, это не мне решать. - А что будет со мной? - Зависит от приговора твоей матери. Она, похоже, много чего успела здесь натворить. И я выясню, что именно. Я приму решение по поводу тебя завтра после суда. Либо выйдешь за Нибраса завтра либо отправишься на Небеса. Тебе здесь находиться больше ни к чему. - Но отец! - Тихо, Люцифер. Лучше молчи. Я все сказал. Пошли вон из комнаты, мне нужно побыть одному. Вики продолжала плакать. Я и сам был на грани. Подхватил на руки обессиленное тело и поплелся в коридор. Донес ее до комнаты и застыл в проеме. Это конец. - Я…я…что теперь, Люци? - Не знаю. - Это конец, да? - Да. - Мне нужно побыть одной. - Конечно. Зажмурившись, резко развернулся и стремительно влетел к себе в комнату. Сжал кулаки и стал бить по стенам и висящим полкам, смахивая все с них. Так хуево мне не было еще никогда. Как бы меня ни пиздил отец, это все просто щекотка по сравнению с той болью, которую я испытываю сейчас. Ребра всегда срастаются, синяки заживают. А вот душу, которую из меня вырвали сейчас… Меня вывернули наизнанку одним предложением. Я даже не ожидал, что в мире существует такая боль. Ноющая, сжигающая, яростная. Это все. Это конец. Все, ради чего мы боролись, ради чего протестовали – все оказалось бесполезным. С утра еще была надежда хотя бы на полторы недели вместе. А теперь…Уже завтра ее здесь не будет. Обессиленный и наоравшийся, плюхнулся в кресло около кровати и откупорил бутылку глифта. Стал думать, как вообще докатился до такого состояния. Ради чего вообще мы все это затеяли? Мне же было неплохо с Ости в принципе. Я просто не хотел жениться. Меня пугало слово, пугала ответственность за кого-то, серьезность. Не предложи бы мне отец свадьбы, может, жизнь бы не изменилась. Я бы не подорвался на авантюру, не получил бы по ребрам, не напился, не переспал бы с … Все было бы проще, по-старому. Я сам позволил Уокер войти в свою голову. Сам соблазнил. Сам попался. Сам виноват. Подсадил себя на этот наркотик, без которого теперь жить не могу. Да кого я обманываю? Самого себя? Наши цели, ради которых старались, пошли по одному месту сразу же. Поменялись. Если и хотел избегать ответственности сначала, то сейчас готов отдать за это все что угодно. Только не той женщине. Влюбился в ту, с которой нам не по пути. Все обстоятельства разводят наши дороги. Как вообще влюбился? Когда успел? Чем она вообще зацепила тебя? Сексом? Нет. Раньше. Чем вообще можно объяснить любовь с первого взгляда? Просто влюбляешься и все. Выбирает сердце, а не мозг. А потом все глубже в пучину. Сейчас под наполовину высосанную бутылку все кажется таким простым. Уокер опять права. Когда признаешь, что любишь, все кажется таким очевидным. Я сам бежал, усложнял, строил ненужные домыслы и стены. Мучался от непонимания. А сейчас… Я просто влюблен в нее до безумия. Поэтому защищаю ее от этого Нибраса, матери, отца. Поэтому хочу ее каждую секунду. Поэтому борюсь за нее. Поэтому сейчас опустошен и пьян. Она больше не моя. А самое обидное, что это не ее выбор. Тупые обстоятельства. Было бы проще, если бы сама послала меня. Но она словно котенок ластится. Хочет укутаться и спрятаться в моих объятиях. А я бессилен. Растерян. Разбит. Не могу помочь, и я ненавижу себя за это. Понятия не имею, что делать. Нужно и дальше бороться, но сил на это уже не остается. Без моего голубоглазого допинга их нет. Она ведь заранее все знала, поэтому и сторонилась. А я, дурак, привязывал ее все сильнее. Если бы я тоже старался держать дистанцию, то не было бы так хреново. Опять вру. Было бы. Нельзя задушить любовь, когда этого не хочется. О, пьяный Люци, да ты философ. С каких пор стал разбираться в том, чего еще с утра избегал? Что делать дальше? Вариантов немного. Она либо будет отдана в другой дом, либо вообще улетит в свою среду обитания. Один другого хуже. Ребекке конец, это и так понятно. Нужна ли она будет при этом раскладе Аббадону или ее загубят там до состояния рабыни? В этом случае я хотя бы смогу присматривать за ней. Пусть мы уже не будем физически близки, но я хотя бы буду видеть ее, гулять с ней, следить, заступаться. А если отправится на Небеса? Она будет свободна, получит возможность побороться за пост матери, которую наверняка сместят, если вообще не убьют. У нее будут перспективы и возможность выбрать себе спутника по жизни самой. Вроде бы я и должен быть счастлив за нее при таком раскладе, но… Но этим спутником явно буду не я. Она говорила о своей этой первой любви. Что не могла летать к нему постоянно. Мне на Небесах места нет. Да и по поводу Ости мне отец ничего не сказал. Женит все-таки. Тем более оба родителя явно поняли, что между нами с Вики что-то есть. Сатана явно не упустит возможности помучать нас напоследок поэффектнее и разлучить. Это любимый вид наказания – бить по самому слабому месту – душе. Надо отпустить ее, ведь она не будет счастлива, пока привязана ко мне. Да, я эгоист, но пора это исправлять. - Тук-тук… - слабый и сладкий тихий голосок послышался из приоткрытой двери. - Вики… - Можно? - Почему не спишь? - Серьезно? Моя мать под стражей, я завтра покину этот дом…тебя… Как я могу уснуть? - Уокер, не надо… - гони ее, гони. Не пускай при ней сопли. Она достаточно настрадалась с тобой. - Люци…Пожалуйста…Не гони меня… - она просунула голову в проем, а потом нерешительно прошла в комнату. Я поднял на нее глаза. Вот черт. Глаза, заплаканные, были подведены черной стрелкой и тушью. Губы накрашены красным. А ниже… Блять… Шелковый полупрозрачный пеньюар, через который было видно БЕЛОЕ белье, чулки и кружевной пояс. А на ногах – каблуки. Ты решила добить меня окончательно? То не давалась, то теперь, наконец, разродилась. Когда стало поздно. - Зачем пришла? - Люци…я… Не знаю, как сказать. Я завтра покидаю этот дом, и понятия не имею, что ждет меня. Мне плохо. Плохо. Без тебя плохо. - И? – держи «покерфейс», только не раскиселься. - Это наша последняя ночь… Я хочу…запомнить ее, - она начала развязывать халатик, виляя бедрами. Нерешительно. Следя за моей реакцией. Извивалась и смотрела так умоляюще. На мне каменная маска. А внутри все горит огнем. Мысленно я уже сорвал с нее это чертовски сексуальное белье и кончил раз шесть. Приковал к кровати и закидал подушками, чтобы отец не нашел и не выгнал. И сам еще улегся на нее сверху, придавив своим телом, чтобы впечаталась в мои ребра и приросла к ним намертво. Стал отводить глаза, чтобы не рассматривать и не испытывать свою шаткую выдержку. А она это будто чувствует. Подходит ближе, поглаживая ладошками свое идеальное тело…Бархатную кожу…Ароматные волосы, что так сексуально зачесаны на одну сторону, обнажая с одной стороны такую манящую шею и ключицу. Не смотри, Люцифер. - Вики…Я не хочу… - хочу, блять, как же я ее хочу… - Но хочешь… - она игриво вздернула бровь, намекая на наш разговор в гроте. Твою мать. Она читает мои мысли. Понимает настолько, что и говорить ничего не надо. И притворяться бесполезно. Она настолько «моя», что становится даже страшно. Будто создана мне в пару на все оставшиеся века. - Вики… прошу… не надо… боли и так достаточно. Нам обоим. Дальше уже некуда… - С утра ты не думал об этом. И три дня назад не думал… В первый раз, когда я просила тебя забыть, тоже не думал… Теперь ты понимаешь меня. Верно? Я стиснул челюсти и отпил из горла. Не смотрел на нее. Боялся сам расплакаться, как девчонка. Не должно быть так больно. Не должно. Ты же привык к боли и пыткам, чувак. Ты не должен это чувствовать. Моя рубашка была распахнута и демонстрировала ей мою грудь, где через кожу, казалось, было видно, как бешено скачет сердце. Она все кралась ко мне. Ближе и ближе. Я чувствовал ее отчаяние. Будто сегодня последняя ночь в ее жизни, и она хочет оторваться по полной. Нависла надо мной, касаясь груди вспотевшими от волнения ладошками. Меня пробрала крупная дрожь, но я так и не поворачивал к ней лица. Боялся посмотреть в голубые бездны и потеряться там навечно. Вики ласково коснулась губами моей шеи, щекоча дыханием ямочку за ухом. Дышала тяжело и возбужденно, залезая на мои колени. Я безвольно свесил руки с подлокотников, все еще держа в одной руке бутылку. Крепко, словно это последняя спасательная ниточка от того, чтобы все вот-вот не полетело к чертям. Специально не дотрагивался до нее, жмурясь и успокаивая себя. Но и оттолкнуть уже не мог. Тело парализовало. Оно уже не слушалось моих желаний. Хотя нет. Как раз желаний-то и слушалось, но никак не разума. Ты хуже Сатаны, маленькая сука. Твои пытки хлеще всех Адских кругов вместе взятых. А я проходил свои владения пешком. Если ты не уйдешь через минуту, я разорву тебя к чертям. Оттрахаю так, что сознание потеряешь. А пока будешь в отключке, я тебя четвертую. Спрячу каждую часть по отдельности в разных сторонах замка и буду тайком навещать. Не отдам никому. Я маньяк. Жадный до тебя маньяк. Вот что ты делаешь со мной. Так сильно люблю, что уже ненавижу. Ты испортила мою жизнь. Осветила ее. Принесла в нее счастье. Но такое скоротечное, что сейчас хочется сдохнуть, чтобы не страдать больше. Бестия продолжала мучать меня. Спускалась нежными, но такими горячими поцелуями ниже по груди. Язычком щекотала соски и мычала от наслаждения. Терлась о мои стянутые до отказа в районе паха брюки бедрами. Постанывала умоляюще, покусывала кожу, хваталась за мой пресс ноготками словно за соломинку. Я был на грани. Уже не видел ничего перед собой. Глифт уже не пьянил. Пьянил ее чертов земляничный запах. Шелест молнии, и бутылка падает из моей руки, со звоном разбиваясь об пол. Не расстегивая ремня, она потянула бегунок, оттянула боксеры и достала член. Он был до одури липким от смазки и пульсировал в ожидании. Не думая ни секунды, она погрузила его в рот. Без ласки. Быстро, жадно и целиком. Упиралась носом в собачку молнии с такой силой, что казалось, будто хотела добровольно задохнуться. Из глаз текли слезы. То ли от глубины и хрипов, то ли от отчаяния. Замерла в таком положении секунд на десять. Но за это время я успел простонать, хрипло вздохнуть, рефлекторно поднять задницу навстречу ее рту, ухватиться за ее макушку и откинуться на спинку кресла. Сполз вниз как безвольная кукла, подставляясь ее ласкам. Жадно ловил воздух ртом, вспоминая молитвы, если их вообще знал, чтобы не заполнить ее горло спермой. Закрыл лицо свободной рукой, а второй все держался за макушку. Мои бедра зажили своей жизнью. Нервно подавались вверх, намекая, что пора уже ей начать двигать головой. Вики впилась пальцами в мои ляжки и начала старательно скользить языком по всей длине. Туго смыкать губы. Втягивать щеки. Я все еще не смотрел, боясь скинуть ее на пол и отжарить даже не снимая трусов прямо на ковре. Я сейчас кончу. Точно кончу. Ее сладкие красные губки оставляли следы от помады на мошонке, головке, брюках, что до сих пор закрывали лобок. Она не раздевала меня, будто готовилась уйти в любую секунду, как только я на это намекну. Старательно нализывая уздечку, все ждала моей реакции. А у меня не оставалось сил бороться с ней. Еще пара секунд, и я изольюсь прямо в ее рот. Рыкнув, оторвал ее от себя и сверкнул огнями в алых зрачках. - Я поняла. Прости. И… Прощай тогда… - она поднялась, жмурясь и пытаясь втянуть свои слезы обратно под веки. Получалось плохо, и этим она разрывала мне сердце. Все-таки покосился на нее одним глазком напоследок. Она опустила голову, пряча свое лицо в длинных локонах. Дрожащими руками завязывала халатик обратно. Колени тряслись, а зубы стучали от обиды. Она как-то криво и отчаянно улыбнулась мне напоследок и собиралась уже развернуться к выходу. - Нахуй все!