Ловушка для зайчика

Когда они только прилетели, Кирилл заметил в поведении Леши что-то странное. Не слишком обратил внимание, но подметил. Мальчишка будто пытался сжаться до микроатома, но держался, вроде бы. Кир не сразу понял в чем причина таких изменений, но Леша быстро пояснил ситуацию, когда начал отбирать свой чемодан у прислуги, ссылаясь на то, что ему неудобно. Кирилла это улыбнуло, но напрягло не меньше. Леша абсолютно не умел расслабляться, особенно, когда Кирилл для этого старался. Они летели лучшим рейсом, на лучших местах. Их встречали чуть ли не с фанфарами, потому что батя отвалил не маленькую сумму на их отдых, а Леша, блять, выглядел так, будто над ним издеваются. - Зая, ты можешь, пожалуйста, расслабиться? – шепнул ему Кирилл, отдавая-таки чемодан человеку, который загружал их вещи в багажник маленькой машинки. На таких передвигались по острову. На Мальдивах в этом году было как-то особенно жарко, и Кир отметил про себя, что нужно будет взять в прокат какой-нибудь скутер, иначе со скоростью, с которой двигалось это чудо техники, они быстро сгорят. - Кир, не называй меня так! – пропищал в ответ Леша. – И не жмись так близко! – Кирилл снова сморщился. После того, как у Леши произошел разговор с отцом Кирилла, то словил пунктик по поводу «не спалиться», и иногда это переходило границы адекватного. - Леш, да здесь мы никому нахер не сдались, хоть сосись посреди острова – никто не заметит! Расслабься, пожалуйста, яж тебя отдыхать привез! – Леша скорчил угрюмую моську и отвернулся, но все-таки позволил Кириллу себя обнять. Они добрались до виллы достаточно быстро, хотя она была далека от остальных домиков, и стояла почти на окраине, если так можно сказать, острова. Из-за густых посадок с обоих сторон, и крутого разворота берега, соседей у них по сути не было. Кирилл специально выбрал такое место, знал, что Леше так или иначе будет неуютно. Когда их чемоданы наконец-то выгрузили, и парней оставили наедине с собой, Кир уже не сдержался. Он был безумно счастлив оказаться здесь, он мечтал об этом с прошлого лета. А оказаться здесь с Лешей было особенно приятно. И он собирался оторваться на всю катушку, и заставить-таки Лешу расслабиться – было первым, что он собирался сделать. - Иди ко мне, - Леша стоял на краю досчатого мостика, который вел от их двери, и заканчивался на песке, в паре метров от океана, и, кажется, не веря своим глазам, пялился в горизонт. Кир притянул его к себе за полы тонкой белой футболки и развернул. Леша в ней был какой-то особенно красивый, хотя вещь, вроде бы, самая обычная. Да еще и самая дешевая, наверное, из всего, что они взяли. - Кир, я все еще не верю в это, ущипни меня, а? – Кирилл усмехнулся. Щипать Лешу он был не намерен, а вот кое-что другое давно проверить хотел. Он наклонился к шее Макарова и прижался к ней поцелуем, сильно втягивая кожу так, чтобы остался засос. – Эй! Что ты делаешь?! – Леша попытался отбиться, но Кир перехватил его руки, и теперь любовался своей работой. - Давно хотел посмотреть, как они будут выглядеть на твоей бледной коже, - засос на шее Леши и правда оказался безумно красивым, Кириллу в сравнение почему-то шли только цветы на белом снегу. - Ну что ты наделал? – взвыл младший, вырывая руку из захвата Кира, но он его снова поймал и снова притянул к себе. - Зайчик, ради всего святого, отпусти ситуацию! Мы в это время года на острове вообще почти одни, не заметил? Не так-то много народу, да? А те, кто есть – им пофиг, понимаешь? Я хочу хотя бы здесь не оглядываться по сторонам, потому что твоя паранойя начинает напрягать, а я просто хочу отдохнуть с тобой! – Леша смотрел ему в глаза, и с каждой секундой снова сжимался. - Прости, я не хочу портить тебе отдых, - он снова вырывает руку, и Кирилл понимает, что обидел его. Ну вот, только этого сейчас не хватало. - Леша! Ну хватит пожалуйста, ну прости меня, если я что-то сказал не так, - он догоняет парня у самого дома, но тот снова вырывается. Кир снова замечает слезы на его глазах. Чудесно, блять. - Все так! Кир, все так! Просто я впервые в жизни в таком месте, понимаешь? Я вообще не надеялся, что мне когда-то выпадет такая возможность, и я сейчас стою тут, с тобой, человеком, которому на меня, почему-то, не пофиг, и не могу в это поверить, понимаешь? – Кир понимал. Если честно все, кроме Мальдив, конечно, для него тоже было впервые. В смысле…разве он когда-то мог надеяться на то, что попадет сюда с парнем, которого будет так безумно, блять, любить? - Леш, я люблю тебя, слышишь? Ты мне нужен, потому что я люблю тебя, - кажется, для Леши это было последней каплей. Он быстро преодолел расстояние между ними, повиснув на шее Кирилла мешком, и впился в его губы. Как пиявка, подумал Кирилл. Еще и на вкус соленый, весь в слезах. И стоит вообще столько плакать по пустякам? - Я тоже, - голос Леши звучал надрывно. – Я тоже тебя люблю, даже не можешь представить как! И ненавижу за это! – кулачок Леши слабо бьет по плечу. Кир сжимает его, отрывая от пола, заставляя обхватить свои бедра ногами, и заносит его в дом, коленом отодвигая стеклянную створку и белую тюль. Дом шикарный, успевает отметить Кирилл, но все, что его сейчас интересует – это где в этом доме, блять, кровать. Или хотя бы диван. Второй, к счастью, находится быстро. Кирилл действует не очень осторожно, он уже на грани, и не факт, что это не доведет их до точки. Потому что прямо сейчас руки Кира блуждают по телу Леши, явно окончательно наплевав на все возможные границы. Леша тоже не отстает. Он расстегивает цветастую рубашку Кира пуговица за пуговицей, обнажая его грудь, и припадает поцелуями к его шее, пока еще несмело, но Кир знает, что Леша быстро учится. - Оставь, если хочешь, - шепчет он, чуть приподнимая голову, давая Леше простор для творчества так сказать, чем Леша естественно пользуется. Он не мелочится как Кирилл, и кусается, но Гречкин внезапно осознает, что ему это пиздец как нравится. - Кир, - зовет его Леша, когда пальцы Кирилла касаются резинки его шорт. У Кира уже мозг сплавился от желания, а перед глазами пелена. Он даже не заметил, когда успел стянуть с Леши футболку. – Кирилл, подожди, - но резкий тычок заставляет опомниться. - Черт, прости! Прости меня, просто…блять, я так хочу тебя, пиздец, ты не представляешь! – он, наверное, впервые говорит так открыто о своем желании, и это совершенно точно пугает Лешу, но он старается себя не выдавать. Кир пытается слезть с него, но Леша удерживает его за шею. - Нет, стой! Просто я хотел попросить подождать до вечера, - он отводит глаза вниз, он выглядит растеряно, и это заставляет Кира простонать ему в плечо. Как можно выглядеть таким невинным и сексуальным одновременно? Леша лучшее, что случалось с Кириллом. Гребанное произведение искусств. - Окей, я понял, хорошо, - Кир заставляет себя успокоиться. Он целует Лешу в лоб и щеки, мажет по губам, но останавливается. Вечер, думает Кирилл, до вечера потерпеть он сможет. Но до восемнадцати точно не дотерпит. Так что летят все его обещания папе в пиздень, и ему за это даже не стыдно. - Вообще-то мне через пару дней семнадцать, - шепчет Леша ему в губы. Кир снова произнес что-то вслух и не заметил, но подумать об этом он не успевает. - Черт! Твой день рождения! Яж…черт, я же подарок дома забыл! – Кир слезает с него и садится на диван, хватаясь за голову. Ну какой придурок! Конечно и притащить с собой огромный игровой ноут незамеченным он бы не смог, но он даже не подумал об этом! - Кир, какой подарок? Вот он – твой подарок, я на океане, блять! – первая мысль, которая приходит в голову, шлепнуть по губам. Но вторая нравится ему больше. - Что ты только что сказал? – он хватает Лешу за ногу и тянет на себя. Макаров для вида брыкается, но забирается к Кириллу на колени. Гречкин тут же роняет его вниз, устраивая в самую унизительную по мнению Леши позу. – Кто разрешал тебе материться, ребенок? – ладошка со слабым шлепком опускается на задницу Макарова, но он все равно вскрикивает, явно не ожидая такого поворота. - Да ты сам мат через мат со мной разговариваешь! Ай! – второй удар приходится чуть посильнее, и Киру приходится его загладить. - Да, но я-то взрослый! А ты – пездюк, - Кир возвращает Лешу в сидящее положение. – Прям как в меме, мой пездюк, - он снова втягивает Макарова в поцелуй. Киру кажется, что он никогда им не насладится вдоволь, это будто вообще не предусмотрено.