I am not my mother's shadow

Pov Армин Следом за герцогиней из кареты вышла Карин. В отличие от матери её не представили, да и незачем, все и так прекрасно её знали. Герцогиня сказала что-то на ухо Шадису, тот кивнул. – Что ж, раз всё улажено, то я могу покинуть вас. – Она приобняла Карин за плечи, от чего та вздрогнула. Было ощущение, что она немного побаивалась свою мать. Что же у них случилось? Pov Карин Произошедшее со мной за эти два дня, нельзя описать словами. Моя родная мать решила встретиться со мной, при этом обыграв всё, словно это было похищение. В этом вся она. Ну вот почему нельзя просто написать письмо с приглашением или просьбой о разговоре. Нет, надо «похитить» свою родную дочь посреди учений. Я бы была не против, если бы Шадис не был моим главным инструктором. Матушке он то ничего не сделает, а вот на мне отыграется по полной. – Роздзенст, в мой кабинет, живо! – от его голоса я вздрогнула. Матушка уже покинула училище, поэтому время моей казни значительно приблизилось. Хоть причина нашей с матушкой встречи была и веской, но ведь можно было нормально всё это устроить? В кабинете Шадиса повисла гнетущая тишина. Никто из нас не спешил начинать разговор. И что ему от меня надо? Если он потребует объяснений, то вкратце мой ответ будет примерно таким: « Моя матушка, будучи в добром здравии, приказала людям из военной полиции переодеться в наёмников и под видом моего похищения доставить к ней для обсуждения новой семейной проблемы». На счёт доброго здравия я, конечно, не уверена, но суть передать смогу. – Насчёт поездок в город, придётся забыть, – разрушил тишину Шадис. Я кивнула. Хоть не выгнали, уже хорошо. – А теперь будьте добры отчитаться. – Так точно! – я отдала честь и пересказала всё как было. Я даже не намекала про суть моего с матушкой разговора, поскольку это семейное дело. Если кратко – это связанно с моим дядей и болезнью бабушки, ну вот и всё. Увы, но пока что больше рассказать ничего не могу. – Вот как… – протянул Шадис. – Можешь идти. – Так точно! – После этих слов я с молниеносной скоростью покинула это здание, чтобы никто из кадетов не стал меня донимать бессмысленными вопросами по типу: « А почему герцогиня приехала?», « А что случилось?», «А вы правда мать и дочь?». Последний вопрос имел право на существование, так как мы с матушкой внешне почти не похоже. Я вся в отца пошла, ну почти, разве что в росте больше от матушки досталось. По её словам, мой отец был высоким, цвет волос такой же, как у меня – блонд, ну вы поняли про что я. Уже было время ужина. Стоило мне войти, как все сразу же уставились на меня. Я надеялась, что сейчас не начнутся расспросы, потому что хотелось поесть в тишине. Глазами я нашла среди ребят Энни и Мину, они снова сидели за одним столиком. Мина активно рассказывала о чём-то одной из самых нелюдимых особ в нашем корпусе, та в свою очередь старалась слушать её, периодически комментируя слова знакомой. Я так и застыла в дверях, не знаю, куда себя деть. Была возможность, что кто-то всё-таки подсядет и вокруг меня начнётся суматоха, а Энни не особо жалует такую атмосферу вокруг себя, не хотелось бы причинять ей неудобство. Заметив моё замешательство, Энни вопросительно уставилась на меня. Несмотря на все сомнения, что успели зародиться в моей голове, я всё же села с ними. – С каких пор ты стесняешься подходить к людям? – задала вопрос Энни. – Не знаю, – кратко ответила я, приступая к своей трапезе. И правда, что это со мной? Обычно я более наглая, наверное, я ещё не отошла от встречи с матушкой. Хоть мы и жили в одном доме чуть меньше 12 лет, между нами остаются очень натянутые отношения. Этому поспособствовали и мой свободолюбивый дух, и наши колоссально разные взгляды на жизнь. Кроме того, я была и остаюсь лишь тенью, которая волочится следом за своим владельцем. Это как нельзя точно описывает моё положение в семье. За все 9 лет управления, моя матушка успела полюбиться многим людям. Она стала известна как спонсор множества успешных предприятий, закрепила за семьёй Роздзенст лидерские позиции в сфере металлургии и обработке металлов. Во время её правления наша семья продолжает процветать и ни одна другая семья, за исключением разве что королевской, пока не может конкурировать с нами. А теперь внимание, вопрос: как при такой-то матери можно гордиться своими заслугами? Каким бы гением меня в детстве не называли, какие гениальные идеи или мысли не закрадывались в голову к десятилетнему ребёнку, все всегда говорили: « С такой-то матерью, это естественно», « Всё-таки, герцогиня – поистине великолепна, у неё даже дети гении», «Подумаешь, будь моей матерью герцогиня, я бы такой же была». Эти люди всегда, во всех моих успехах, хвалили только мою мать. Чего бы я не достигла, для всех это не мои заслуги - это всё заслуги моей матери. Все неустанно мне это повторяли. Аристократы, часть прислуги, простолюдины – я для всех была лишь тем, что отбросила моя мать. Так и появилось моё прозвище Тень герцогского дома. Из него уже всем ясно, кем я на самом деле являюсь – никем. И вот, спустя год, когда я уже почти забыла о своём главном страхе, он снова дал о себе знать. Жизнь в герцогстве для меня словно кошмар, что преследует меня наяву и во сне. Этой ночью мне так и не удалось уснуть после всего произошедшего. До самого утра я пролежала, раздумывая над планом действий. Теперь у меня не было другого выбора, кроме как попасть в 10 лучших нашего корпуса. Утром ни от кого не укрылся мой измождённый облик. – К-Карин… – заикаясь проговорила Саша, – Т-ты просто прекрасно выглядишь. – Спасибо, Саша, моё крысиное гнездо на голове и два баклажана под глазами оценили твой комплимент, – саркастично заметила я, упав обратно на кровать. Саша же слегка смутилась и пробормотала извинения себе под нос. Чтобы со спокойной душой выйти на утреннее построение, мне пришлось вывалять своё прелестное личико в пудре. Благодаря ей мне почти не удалось этого сделать, но мешки под глазами выглядели не так страшно. Гнездо на голове долгое время оказывало сопротивление и никак не хотело пропадать, но по итогу выдрав некую часть волос, мне удалось избавиться от него, даже без маскировки под Шадиса. Сейчас я озвучу свои планы на сегодня. Пункт первый – показать свой нос на утреннее построение. Пункт два –попросить, чтобы Микаса с одного удара отправила меня в лазарет. И пункт три – спокойно отоспаться и прийти только к ужину. План не гениальный, а глупый, но обсуждению не подлежит. Голова отозвалась болью, заставляя меня поморщиться. Что ж за невезуха… Мне пришлось срочно пересмотреть два пункта в своём плане, после того как я узнала о том, что посетители Шадиса никуда не пропали, но их стало на одного больше. – КАДЕТЫ! – начал главный инструктор. – СЕГОДНЯ МЫ ПРОВЕДЁМ НЕ БОЛЬШУЮ ОЦЕНКУ ВАШИХ СПОСОБНОСТЕЙ! ЭТА ОЦЕНКА ПОВЛИЯЕТ НА ВАШ КОНЕЧНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ! – Можно я сейчас уже умру? – ОЦЕНИВАНИЕ БУДУТ ПРОВОДИТЬ МАЙОР ХАНДЖИ ЗОЕ И КАПИТАН ЛЕВИ АКЕРМАН ИЗ ЛЕГИОНА РАЗВЕДКИ! – теперь мне даже ваше разрешение не требуется, я умру. – НЕ УДАРЬТЕ В ГРЯЗЬ ЛИЦО, МОЛОКОСОСЫ! – ЕСТЬ! – прокричали все, а кто-то, вроде меня, обречённо простонал. День сегодня обещает быть весёлым. Pov Автор После того как кадеты разошлись, Шадис проводил своих посетителей изучать личное дело кадетов. – Леви, тебе не показалось, что одна из кадетов внешне похожа на нашего Эрвина? – спросила Ханджи. – Очкастая, у тебя очки сломались? – Левии, ну правда, она как его копия, присмотрись в следующий раз.