на заброшке

если бы кэтти могла, она бы наверняка залилась слезами и кровью. казалось, лучше бы чувства отдавали в физическую боль, чем так. кэтти всё ещё помнит ту наивную девочку, которая правда мечтала чувствовать. мечтала плакать от счастья и умирать изнутри от невзаимной любви. так было ровно до тех пор пока милая и наивная девушка не столкнулась с настоящей болью. сейчас же хотелось всё это прекратить. просто прекратить и избавится от страданий. сквозь душу зияла огромная рана, немного отдаваясь физической болью в тело. однако это пустяки, кэт много раз разбивала коленки и с такой болью девушка уже давно привыкла справляться. а вот израненная и обливающаяся кровью душа.. пугала. правда пугала. было плохо и невероятно страшно. и самое главное, очень одиноко. – я залечу все твои раны.. – кэтти помнит этот голос. чудесный и мелодичный голос, который хотелось слушать бесконечно. – доверься мне. я тут, я рядом. и всегда буду. забавно осознавать что сейчас, спустя несколько месяцев этот же голос кричит: – мне больше нет дела до твоих слёз. хоть умри, мне будет похуй. эта девушка действительно была рядом и своей собственной рукой залечила абсолютно всё. залечила так, что снова захотелось чувствовать и всякая боль забылась. с ней хотелось смотреть закаты и рассветы, просыпаться и пить кофе по утрам. тогда ещё хотелось просыпаться. кэтти любила её. очень любила. но ей уже всё равно. она.. перегорела слишком быстро. и теперь, медленно, оттягивая удовольствие, убивает кэтти словами. больше не будет как раньше. больше никаких совместных завтраков по утрам, больше никаких закатов. ничего этого больше не будет. – кэтти? – послышался взволнованный голос со стороны входа на маленькую и невзрачную заброшку, на которой только что во второй раз убили в кэт всё живое. всё представление давно окончилось: девушка и парочка её подруг ушли. а кэт.. а что кэт – девушка лежала на грязном и пыльном полу в отключке. ещё одна защитная реакция: как всё-таки удобно заснуть, когда чрезвычайно плохо, не правда ли? – кэт.. – подбежала подруга к девушке и крепко-крепко обняла. заплакала. – всё будет хорошо, слышишь? я буду рядом и мы справимся с этой болью. утро. кэт лежит на чистой и пахнущей стиркой постели. боль утихла. однако не она одна. утихло всё. всё что было так дорого и важно больше не явлалось таковым. не хотелось ничего. хотелось исчезнуть. – я принесла тебе завтрак. – появившись в дверном проёме грустно улыбнулась подруга кэтти. – спасибо.. – еле выдавила из себя девушка. по правде говоря, не хотелось видеть никого. и себя тоже.