Под влиянием алкоголя

***

Мы с Усахарой совсем не похожи. В то время пока этот недотёпа пытается завоевать сердце ещё одной девушки, я даже не могу признаться любимому человеку в чувствах. Даже намекнуть боюсь. Потому что понимаю — даже если все девушки мира его отвергнут, встречаться со мной он и не подумает. Однажды после работы, мы с Усахарой снова решили пойти выпить в баре. С нами никто больше не пошёл и мы были одни. На самом деле мы редко идём в бар вдвоём. Как минимум Утано с нами была, но из-за семейных дел у неё не получилось. Мы бы и не пошли в бар без неё или ещё кого-то, однако Усахару отшила ещё одна девушка и потому он считал что нужно запить горе. Если бы я пил каждый раз, когда подавлен из-за него, то спился бы давным давно. — Куматани, почему такой грустный? Это меня послали, а тебе то чего грустить? — спросил Усахара, увидев моё настроение. Понятное дело всей правды я не мог сказать. — Тебя просто жалко, вот и грустно, — как всегда ответил я холодно и с сарказмом. Конечно, как не быть холодным, когда сохнешь по человеку ещё с университета, но сыкуешь даже намекнуть? — Чего? Охуеть как смешно… — надулся на меня он. Мы подошли к бару и перед тем как войти, Усахара остановил меня, взяв за плечо. Я вопросительно на него посмотрел и он ехидно улыбнулся. — Смотри мне, Куматани. Я напьюсь и тебе придётся меня домой на спине тащить! — весело он мне сказал. Немного даже запахло угрозой. Я сразу почувствовал что вечер будет весёлым…

***

— А потом она мне выдаёт что-то типо «Ты такой клоун», представляешь?! — уже хорошенько пьяный жаловался мне Усахара. На этот раз я тоже был довольно пьян, но это не было заметно. Пьяным меня выдавали только красные щёки, которые жутко горели. А его буквально всё выдавало — лицо, голос, поведение. В баре как раз появился новый официант, он нас и обслуживал. Бедный, не завидовал я ему. Новенький, не привык ещё к таким перепадам настроения Усахары. — Усахара, тебе ли не привыкать, что тебя отшивают, — говорю я ему, отпив с кружки пива. — Да в этом и вся ёбанная суть, понимаешь?! Меня это достало, я может быть тоже любви хочу, а?! — ныл он, допив всё с кружки и попросив у официанта добавку. Потом уткнулся носов в стол, прошептав что-то на подобии «сука». Примерно ещё час так мы сидели и решили уже уйти по домам. Разумеется сначала нужно было мне донести Усахару, ведь без меня в таком пьяном состоянии далеко он дойти бы не смог. Поэтому, как он и сказал, я действительно нёс его на спине, придерживая бёдра, в то время пока он вяло опрокинул руки на мои плечи и что-то бубнил себе под нос по типу «Почему?.. Я же хороший…» и так далее. — Усахара. Ты так страдаешь, будто влюбился до гроба. Может успокоишься уже? — подметил я, но он заныл только больше. — А ведь я мог влюбиться! Возможно даже и до гроба, но она даже не дала мне шанс! Никто толком не давал! Действительно, кому я нужен?! А стоит ли мне вообще дальше искать себе подружку… Всё равно все в итоге отвергнут! — промычал он. Мои уши уже начинали вянуть от этого. — Усахара. Даже если все девушки в мире тебя отвергнут, поверь, я всё равно буду с тобой, — тихо я ему сказал. — Кумата~ани… Я так ра~ад этому… — тихо он промычал и больше ни проронил ни слова, прямо до самого дома. Засыпал потихоньку, видимо. Несмотря на то что мои слова он, скорее всего, воспринял как дружескую поддержку, я рад что нужен ему хотя бы так. Я, всё ещё с Усахарой на спине, поднялся по ступенькам, подошёл к его квартире, попросил ключи у этого засыпавшего пьяницы, открыл дверь и подойдя к кровати, аккуратно его положил. Закрыв входную дверь, я начал снимать с него одежду. Он смотрел на меня, прикрыв глаза что немного поднимало смущение, но я продолжал его раздевать. Снятую одежду я аккуратно сложил и положил на стул, а Усахару накрыл одеялом. — Спокойной ночи, — тихо сказал я ему и хотел уйти, как почувствовал что меня схватили за рукав куртки. Я с недоумением повернулся и посмотрел на Усахару. На его лицо падал лунный свет и были немного видны его слёзы и жутко красные щёки из-за алкоголя. — Прошу… Останься со мной на ночь, — прошептал он и повернулся к окну. Видимо, ему было крайне неловко это говорить. В последний раз когда Усахара просил меня остаться с ним на ночь было после нашего выпуска с университета. Мы тогда начинали отвыкать от спанья вместе, и в итоге отвыкли, только до этого ещё пару раз переночевали вместе. — Усахара, совсем спился? — задал я ему вопрос. Он смутился ещё больше, намекая на то что просить больше не будет. Делать было нечего. Я начал снимать с себя одежду, замечая на себе его пристальный взгляд, что заставило меня смутиться (сученыш, лучше бы и дальше в окно смотрел). Потом забрался в постель, повернувшись к нему спиной. Как лежал он, мне уже точно не известно, но его дыхание немного попадало на мой затылок. Я и забыл какого это — спать с кем-то ещё в одной кровати. Кстати с Усахарой мы в одной кровати никогда не спали, только когда ночевали у него, я стелил матрас на пол и там спал, хоть он настаивал на том чтобы мы поменялись местами, типо ему неловко что я на полу. Славные были деньки… Я почувствовал что его горячая рука взяла меня за талию и немного трогала живот. Бабочки в этом самом животе потихоньку просыпались и начинали порхать. — Усахара, ты чего? — мой вопрос был крайне неуверенным, а голос тихим. Когда ответа не последовало, я повернулся к нему и заметил как он смотрел куда-то на мою грудь своими немного заплаканными глазами. — Куматани… Тебе ведь нравятся парни, да?.. — тихо он спросил, всё ещё не поднимая взгляд на меня. Довольно был неожиданный вопрос, учитывая тот факт что я ему ещё в университете признался в том что гомосексуал. И его это не смущало, он все равно со мной дружил. К чему он задал этот вопрос — без понятия. — Ты же знаешь что да, — тихо я ему ответил. Он вдруг поднял на меня глаза и чуть ли не прослезился снова, но потом снова отвёл взгляд куда-то в сторону. — А я… Я бы мог тебе понравиться?.. — его голос был слегка охриплым, но именно этот вопрос прозвучал… сладко что ли?.. Сладко и хрипло одновременно. Я думал что ему ответить. Сказать «Нет», или «Да, вполне мог бы», или вообще «Да я уже сохну по тебе несколько лет, ты о чем?». Всё-таки я остановился на втором варианте. — Ты вполне симпатичный для меня, думаю да, — теперь и мне было некуда девать взгляд. С чего он вообще начал этот разговор?.. Совсем отчаился. Я почувствовал как он коснулся моей щеки ладонью и посмотрел на него. — «Красивый…», — промелькнуло в голове. Он был красивым не смотря на то что глаза его были мокрыми и красными, как и щёки. Усахара взял своей ладонью мою щёку и медленно потянулся к шеи. Я почувствовал как он начал целовать меня и был в огромном удивлении. Максимально неожиданный поворот. Он все целовал и целовал, я даже чувствовал как он посасывал, облизывал кожу и оставлял мне засосы. Я даже сразу не заметил что уже всей спиной прижимался к кровати, а он был на мне. Его руки начали проводить по моей груди, а одним коленом он прижался к моему паху. Дышать было тяжело, а бабочки уже не просто порхали, а мчались по всему животу как угорелые. Когда Усахара начал поглаживать мои соски, целуя уже где-то где ключицы, я не сдерживался и тихие небольшие стоны начали выходить. Он поцелуями спускался всё ниже и ниже, пока не дошёл до паха. У меня тогда уже крепко стоял. Когда он приподнялся, чтобы снять с меня боксёры, я заметил что у него тоже стоит. Несложно догадаться что всё вело к сексу, но с чего вдруг… На него так действовал алкоголь?.. Пока Усахара снимал трусы, его немного смущенный взгляд на миг поднялся на меня. — Я надеюсь ты не будешь против… — тихо сказал он. Трусы были сняты. Он посмотрел на мой пах и максимально сильно покраснел (казалось бы, куда дальше краснеть?). От этого я немного привстал, чтобы лучше его видеть, ведь не понимал, чего он там такого увидел… Член как член… — Большой, — тихим шёпотом выдалось у него. Ну я немного был в удивлении. Вовсе не большой, вроде как… Усахара прошёлся по кровати, чтобы подтянуться к тумбочке и достал из неё какой-то крем, вернулся на место, а потом нанёс его на указательний палец левой руки. Я сразу понял что сейчас будет… Он вошёл в меня одним пальцем и когда заметил мою реакцию, зашёл ещё глубже и начал медленно двигать. Большим пальцем он нежно поглаживал мою мошонку. — Приятно?.. — тихо спросил он с надеждой что я отвечу положительно. И его надежда оправдалась. Было, блять, очень приятно… Тогда Усахара потянулся ртом к моему пенису и медленно облизал головку. Стон вырвался и получился гораздо громче, после чего я укусил себя за палец, чтобы больше не повторилось. Было довольно стыдно. Я до сих пор не мог поверить что я не сплю и это всё происходит на самом деле. Усахара взял в рот головку, а левой рукой начал проводить по стволу. В анус он добавил второй палец и стал двигать ими быстрее. Стоны стало сдерживать ещё сложнее и я сильнее прикусил палец так, что след от зубов останется на долго. — Остановись… — тихо прошептал ему я. На самом деле я не хотел, чтобы это заканчивалось, но мне хотелось большего, поэтому нельзя было кончать. Он неуверенно остановил все свои действия как я сразу потянулся к нему, крепко схватил за плечи и глубоко поцеловал. Он взял меня за голову и начал перебирать волосы, пока я исследовал его рот языком. Не разрывая поцелуй, я сжал его плечи сильнее и резко перевернул его, повалив на кровать так, что был сверху. Быстро снял с него боксёры, бросил куда-то на пол и поднял колени. Взял тот самый крем, который он достал для меня, намазал на два пальца и ими же вошёл в него. Он довольно глухо простонал, но это подняло моё возбуждение. Когда внутри стало совсем как по маслу, я убрал пальцы, крепко взял его колени и вошёл уже членом во всю длину. — Больно!.. — хрилым голосом он глухо прокричал. Стало немного стыдно от того что я был слишком шустрым. Надо бы помедленне. Я наклонился к нему и поцеловал, в этот раз нежнее чем в первый. Хотел чтобы он расслабился. Когда он привык, я начал двигаться. По правде говоря, сам не очень умел это делать, но судя по реакции Усахары, всё было хорошо. Он стонал во весь голос, не смотря на свою хрипоту. Да и я сам не мог сдерживать стоны. Он сжимал мой член внутри и от этого было чертовски приятно. — Блять, Куматани… ммм~.! — практически орал он. Я начал двигаться быстрее и, взяв его щёку в ладонь, снова потянулся к нему и поцеловал, пока он грубо царапал ногтями мою спину. Это было и больно и приятно одновременно. Я оторвался от губ и начал целовать его шею, оставляя засосы, пока он громко стонал, да так, что небось слышали все соседи за стенами. Это был просто рай для ушей. Рай для тела. Рай для души…

***

Когда я проснулся, голова сильно болела, как в принципе все моё тело. Я поворачиваюсь к окну и вижу что на улице только только светлело. Смотрю чуть ниже и рядом всё ещё спал Усахара, повернутый ко мне спиной. Его плечи были в царапинах от моих ногтей, а шея в засосах. Я не мог даже вообразить что будет, если он меня увидит рядом. Сразу вспомнит, если не всё, то хотя бы половину того что было. Всё-таки, я не был уверен что мы тогда так спились, чтобы забыть такую ночь. Если увидит, то возможно начнёт во всём винить себя, меня, алкоголь, будет извиняться, говорить что это все лишь недоразумение… Но для меня это не было недоразумением. Поэтому, чтобы не слышать от него все подобные слова, я решил что должен был уйти и как можно быстрее пока он не проснулся. Я встал с постели, как можно тише, и стал искать свои боксёры. Они какого-то черта оказались под кроватью. Крайне негигиенично, но делать было нечего и я надел как есть. Надел на себя все остальное, штаны, свитер, куртку и пошел к выходу. Надевая обувь, я следил за тем чтобы Усахара не проснулся. Его храп не было слышно, хотя обычно он всегда храпел, но я искренне надеялся что он спал и вышел из квартиры. Я искренне надеялся что он спал, не зная о том что это было не так. И тогда он просто позволил мне уйти…

***

На первый взгляд, Усахара вёл себя как обычно. Так же дразнил Урамити, болтал с Икитеру. Но со мной не контактировал, а так же избегал взгляда. И как меня тогда бесил его костюм кролика, ведь я не мог понять, смотрит ли он на меня или нет… Мы вместе сидели возле стола в гримёрке Икитеру. Он рассказывал нам шутку, а потом когда его позвали в студию, ушёл. Усахара сказал что ему тоже нужно идти и уже подходил к двери, но я не мог позволить ему уйти. — Усахара! — откликнул я его. Он остановился, но не повернулся на меня. — Мне надо в туалет, — я плохо разобрал эти слова из-за наших костюмов, но в целом было плевать на его отговорки. Я снял с себя голову мишки и отложил куда-то в сторону, а потом подошёл к нему. Но он отворачивался от меня. Тогда я просто снял с него его голову кролика и бросил куда-то на пол. Усахара не смотрел мне в глаза, но я видел что с него немного текли слёзы. Видеть его подавленым конечно привычно, но в слезах — не очень. Он обычно не такой. Это был не тот Усахара которого я знал. И тогда в ту ночь тоже был не он. Он часто ныл когда выпивал, часто жаловался, утыкался носом в стол, но не плакал. Неужели эта вся ситуация настолько его ранила?.. Мы оба были пьяные и я не контролировал себя точно так же как и он. В этой ситуации некого винить, только если наше безрасудство. Но зная его он скорее всего винил себя. Потому что первый ко мне потянулся. Но я был ведь не против, только за… — Куматани, послушай, — тихо начал он, наконец посмотрев на меня своими мокрыми глазами. — Клянусь, я просто был пьяным, я не контролировал себя, прости! Последнюю фразу он говорил уже громче, но потом резко закрыл себе рот, вспомнив что люди могут проходить мимо двери. Он опустил голову и продолжил дальше говорить тихо. Только сплетен нам не хватало. — Знаешь… Возможно раньше я не напрягался бы от того что переспал с тобой. Я имею ввиду что мы были моложе и шустрее и секс по дружбе стал бы обычным этапом в нашей студенческой жизни… Но сейчас всё по-другому… Сейчас я не такой беззаботный как тогда. Я не могу толком разобраться ни в себе, ни в своей личной жизни, ни в отношениях с тобой, вообще ни в чём! Совсем… Я думал что ещё чуть-чуть и он зарыдает в голос, ведь открывать человеку свои мысли и чувства очень сложно. У меня и самого стали наворачиваться слёзы. От осознания того, что я не только запутался сам, но и запутал друга, делало меня несчастным. Что ему отвечать я не имел ни малейшего понятия. Делать было нечего. Пришлось повторяться за ним и раскрывать чувства. Я вдохнул и выдохнул, пытаясь собраться с мыслями и правильные, по моему мнению, слова начали приходить. — Усахара, ты прости конечно за то что я тебе сейчас скажу, но… — начал я, наблюдая за его реакцией. — … Но я давно уже хотел с тобой переспать… Он не поднимал голову, но насколько я заметил, он был удивлён. Я тихонько ругнулся и сам убрал взгляд куда-то в сторону. Было чувство, будто я попал в сёдзё мангу в свои же 28 лет. Хотелось как можно скорее закончить этот постыдный разговор, но если уже начал, то придётся объяснять. — Я имею ввиду что, сам уже давно разобрался и самим собой и с отношением к тебе и ты мне уже давно нравишься. Не смотря на то что когда я тебе признавался в своей ориентации, обещал не влюбляться в тебя, говоря что ты все равно не в моём вкусе. Нет, конечно тогда я это обещал почти что в шутку, но я действительно считал что не влюблюсь в друга… Но в итоге влюбился… — когда я поднял на него взгляд, то увидел что он был в удивлении и весь красный. Это удивление не было ни как в хорошую сторону, ни как в плохую. Оно просто было. — Если ты совсем против этого, то я не буду тебе ничего навязывать и больше никогда не подниму эту тему. На этот раз я абсолютно серьёзно тебе обещаю. — Куматани… Я… — по лицу Усахары было видно что он не знал что и как ответить. Но когда уже приготовился говорить, то стало поздно. К нам зашли и сказали что через десять минут наш выход в студию и мы молча туда пошли. Я знал наше расписание прекрасно и понимал что наш разговор прервут. Но не думал что прервут уже после того, как я всё ему выдал. От этого было стыдно. Я надеялся что мы больше не вернёмся к разговору, ведь прекрасно понимал что положительного ответа на свои чувства я мог и не ждать. Выступали мы не хуже обычного и всё было хорошо. Благо, наши чувства никак не повлияли на профессиональность.

***

После работы, Утано пригласила нас выпить, как бы в знак извинения за то что у неё не получилось вчера, когда Усахару отшили. К моему удивлению, Урамити с Икитеру были с нами, тоже поддержать коллегу. Хотя искренне признаться, поддерживать толком его туда шёл только Икитеру, который не особо любил выпить, а все остальные просто нашли повод побухать, что было очевидно. Когда мы уже сидели в баре, Икитеру сказал пару слов в поддержку друга и все начали пить. Я сидел рядом с Усахарой и так ни слова не проронил. Он же в своё время болтал с ребятами и пил как ни в чем не бывало. Сначала мне стало от этого хорошо, ведь всё вроде становилось на круги своя… Но потом стало паршиво от того что это всего лишь иллюзия. Меня будто током ударило и привело в реальность. В реальность, в которой я осознал что уже не будет всё как прежде. Только если через долгое время и только когда я его разлюблю. Вернее, если вообще разлюблю. Мне стало максимально паршиво, но друзья этого не заметили так как я всегда выглядел не очень весёлым. Что было к лучшему. Портить кому-то настроение совсем не хотелось. Хотелось прямо сейчас встать и уйти, сказав что устал. Уйти домой и немного позволить плохим чувствам выйти на ружу… Вдруг я почувствовал как на мою ладонь ложится другая. Его ладонь. Я смотрю на Усахару, но он не смотрел взаимно, а пил пиво и слушал какую-то историю Утаны. Он лишь на миг проскользнул на меня взглядом и слегка улыбнулся от чего я покраснел. Усахара взял мою ладонь покрепче, поглаживания большим пальцем, но не подавая ввиду, чтобы ребята не заметили и не было лишних вопросов. На душе вдруг стало немного легче от того что вполне возможно у меня появился шанс. Возможно это не точно или возможно он просто хотел меня успокоить, сказав «Я всё равно тебя не брошу», даже если как друг. Но надежда на то, что однажды мы будем встречаться, выросла… И я стал немного счастливее…