Что, если…?

Стив проводил время в душе, когда услышал странный звук со стороны комнаты, слегка напрягаясь. С одной стороны, будь Баки в опасности, уже слышны были выстрелы или звуки драки. Скорее всего крики неудачника, решившего, что сможет победить бывшего Зимнего солдата. С другой, кто знает! В этом мире все имеет место быть. Даже обезвреживание такого суперсолдата, как Барнс, без единого звука возможно, если использовать последние технологии и опытных бойцов, способных справится с силой. Нет, кого обманывал Роджерс? В сказки давно никто не верит. Никакие ниндзя не способны подкрасться к Баки Барнсу, не получив при этом удар в нос бионикой. Грохот усиливался, и это вынудило Роджерса на скорую руку обмотать полотенцем бедра, выныривая из ванной почти в боевой стойке Капитана Америки. Щита только не хватало. Открывшаяся картина застала его не просто врасплох. Стив Роджерс замер в удивлении! И такое бывает, черт возьми! Стоп, нельзя выражаться! Баки, до этого уставший ждать десять минут, когда его друг примет душ и вернётся в строй для продолжения работы, притащил черт знает откуда огромную доску и кучу бумаг, сваленную на разобранную кровать, где они совсем недавно поддались обоюдному желанию. Вспоминать об этом сейчас не самое лучшее время, в связи с необходимостью поймать преступников, но память жила отдельной жизнью. Фантомы их тел, извивающихся на простынях, преследовали их обоих, но Баки старательно погрузился в работу, а вот Стив никак не мог собраться. Тело ещё требовало повторения! — Так и будешь смотреть? — Барнс присел на одно колено около кровати и разбирал бумаги, сортируя их по порядку, — Или поможешь? У нас не так много времени, чтобы отвлекаться. — Бак, остановись на пару минут, — попросил Роджерс, получив в ответ совсем непонимающий взгляд друга, — Во-первых, нам надо поговорить, пока мы не двинулись дальше. А во-вторых, что за черт тут творится? Ты в курсе, что похож на гиперактивного наркомана, который торопится все успеть? — Сочту за комплимент, — улыбнулся одними уголками губ Баки и вернулся к бумагам, выбирая несколько, чтобы повесить их на доску, — Так о чем ты хочешь поговорить, если не о деле? Хочешь ужин заказать? Я не против, честное слово. Кафе тут отвратительное, но это связано скорее всего с тем, что я не люблю Германию. Уж прости, но факт. — О том, что произошло между нами? — предположил Роджерс, старательно не замечая несвойственной для Баки болтовни. Верный признак того, что тот тоже переживает. Стив делает шаг по направлению к Барнсу, но все ещё находится достаточно далеко, чтобы протянуть руку и коснуться его плеча. Вместо этого Стив как идиот залипал на мощную спину друга, на чёрную футболку, что выгодно подчеркивала его рельефы. На отросшую копну волос. Ох, а задница! Нет, вы вообще видели эту задницу, обтянутую плотной тканью узких джинс?! Так и манит ее полапать! Баки обернулся на друга, который как вкопанный, не моргая, смотрел на одну точку. Точнее на область… Судя по траектории глаз, Стив Роджерс пялился на его задницу. А теперь смотрит на его пах. Нет, он слышал, что первый секс открывает скрытый голод, а гормоны сводят с ума, пока их не угомонить перенасыщением, но чтобы Кэп вёл себя так… Странно? — Стив? — окликнул Барнс, подавив рвущуюся наружу улыбку. Пришлось помахать рукой перед носом. Ноль эмоций. — Эй! — Стив понял, что Баки щёлкает у него перед носом пальцами, привлекая внимание, — Оглох? — А, да. Да, — откашлявшись, Роджерс попытался взять себя в руки, чтобы не выглядеть перед Баки полным идиотом. Но видимо плохо получалось, потому что Барнс смотрел на него именно так. Слегка. На деле, их отношения всегда связывались крепкой, мужской дружбой, с переходом в братьев, ради которых можно отдать жизнь. А теперь, когда все смешалось, сложно понять, что и как нужно делать, чтобы исправиться ситуацию и вернуть обоих в спокойное русло партнёров-братьев. Баки же умело смешивал свои взгляды, направленные к Стиву с любовью и преданностью, оставаясь при этом суровым парнем. С привычным тяжелым взглядом. Наверное, он «от» и «до» будет загадкой даже для близкого друга, а может все плавало на поверхности, просто никто не стремился понимать? — Стив, давай поговорим потом, ладно? — более мягко попросил Барнс, возвращаясь к своим делам, — Пока ты с голым торсом, сверкаешь своими крутыми мышцами, я не могу оставаться сосредоточенным. Серьезно! Ты отвлекаешь меня! — Бак! Да отвлекись ты, Бога ради! — воскликнул Роджерс, все же сокращая расстояние между ними, чтобы дернуть друга и развернуть его к себе лицом, поймав взгляд, — Я хочу обсудить то, что случилось между нами и понять, изменилось ли что-то. Как быть дальше. Преступники будут всегда и везде, нам хватит работы на наш век. Меня коробит, если между нами есть какие-то нерешенные вопросы. — Не упоминай Бога в суе, прошу тебя. А то на нашу голову ещё один свалиться. Я ещё от знакомства с Тором не отошёл, хотя наша встреча была давно, — попросил Баки, не отступая от своего друга, хотя очень даже хотел. Физические контакты все ещё иногда давались ему с трудом, но большая работа с психологом приносила свои плоды. Теперь он подпускал к себе близких и давал им шанс. Стив был первым и единственным, кто подошел слишком близко. Остался рядом. Более того, зашёл дальше любого, кто был в жизни Баки после вмешательства Гидры. Будь она трижды проклята, мразота! Молчание со стороны Стива заставило Барнса замолчать. Ну а что ещё ему сказать? Роджерс несколько раз озвучил своё желание, а Баки уходил от прямого обсуждения темы секса между ними, что подталкивало на неутешительные мысли. Опять недопонимание, которое как раз хотел исправить Роджерс. — Слушай, — Баки сдался под пристальным взглядом друга, — Я не стремлюсь обсуждать случившееся не потому, что планирую делать вид, что ничего не было, а потому, что не вижу в этом смысла из-за очевидности. Я хорошо знаю твой взгляд и хорошо понимаю, что ты хочешь продолжения. Стив не переставал удивляться тому, насколько Барнс изменился с того момента, когда перестал быть Зимним Солдатом (хотя его прозвище было настолько брутальным, что Стив иногда тайком назвал друга именно так!). Его мимика стала более богатой, черты лица мягче, как и голос. В нем не было обжигающих взглядов или попыток оградиться от внешнего мира и друзей. Он стал куда более разговорчивым и чаще улыбался. От этих мыслей у Роджерса внутри все переворачивалось. Ему ещё долго придётся благодарить Т’Чаллу и его людей за то, что помогли Баки обрести себя сквозь ментальную боль. Они освободил его из плена собственного разума. Благодаря Баки ему удалось забыть о несбывшемся танце в далёком прошлом. Благодаря ему появились… Как это называется? Бабочки в животе? Странное ощущение, честное слово! И приятное, чего уж скрывать? — Разве ты не достаточно хорошо знаешь меня, чтобы увидеть по моим глазам, что я тоже хочу этого? — между тем продолжил свою мысль Барнс, вырывая Стива из задумчивости. — Ты всячески избегаешь… — Потому что мы не дамы, Стив. Неужели ты правда хочешь признаний в любви и клятв? Суровые мужчины не ведут себя так. Солдаты не разводят драм. Я не умею делать этого. Был уверен, что и ты тоже не склонен к драматизму, — подытожил Барнс, охладив своими словами размякшего Роджерса. С чего вдруг он поплыл и стал вести себя как маленькая девочка, требующая к себе внимания? Они оба знают, что испытывают и говорить об этом вслух точно смысла нет. Жизнь научила ценить поступки, а не слова. — Ты прав, — усмехнулся Роджерс и, не долго думая, грубовато притянул Баки за шею, впиваясь чувственным поцелуем, перерастающим в жаркий. Их языки моментально сплелись, вырывая одновременные утробные стоны с двух сторон. Обнаженный торс Стива терся о футболку Барнса, вызывая поток мурашек по телу, скапливающийся внизу живота приятной тяжестью. Их секс открыл для обоих новую главу в жизни, позволил дорваться до сладкого, что стоило им соприкоснуться губами, как моментально вспыхивало возбуждение, красноречиво подтверждающее все слова Барнса. Им не нужны лишние объяснения и клятвы. Они были, есть и будут всегда друг у друга: в качестве любовников, братьев или просто друзей. Что бы ни случилось. — Я всегда прав, Стив, — сквозь поцелуй, очень запоздало ответил Барнс, углубляя его с новым напором, явно намекающий на то, что будет продолжение. Какая к черту работа и слежка, когда рядом такой горячий, желающий мужчина, сверкающий своим торсом, в одном полотенце, которое стоит поддеть пальцем… Руки сработали быстрее, чем мозг умудрился закончить мысль. Полотенце упало в ноги Стива, а Баки наглым образом, словно он властелин положения, уже перебрался губами с губ на шею и ниже, оставляя очень смачные красные следы, грозящие перерасти в засосы. Стив не останавливал Барнса, подставляя своё тело сладким поцелуям, покусывая губу. Пальцы зарылись в волосах, перебирая их, портя хвостик, что аккуратно укладывал причёску Баки. Плевать. Возбуждение слишком сильное, росло с каждым новым движением. — Бак… Стук в дверь прервал весь процесс. Губы Барнса замерли на пупке Роджерса, а пальцы, что плавно скользили по бокам, замерли мёртвой, напряжённой хваткой на ягодицах Стива. Так бы они и остались в этом положении, если бы не повторный стук. Какой смертный додумался отвлечь их от интересного занятия? — Черт… — тяжело вздохнув, Барнс оторвался от Стива, прикладывая для этого много усилий. Они не железные, оба возбудились, но инстинкт самосохранения сработал быстрее, чем голова. И Баки выпрямился, вытащив из куртки, что валялась на кровати, пистолет. Пока он проделывал эти движения, Стив успел вернуть полотенце на своё законное (а для Баки совсем незаконное!) место. Медленно подошел к своим вещам. Около стены стоял щит Капитана Америки. Подкравшись к двери, Баки посмотрел в глазок, увидев знакомое лицо Сэма. Закатить глаза в раздражении — минимум того, что хотелось сделать с этим парнем, который прервал их в самый интересный момент. А максимум — ни одна цензура не пропустит. — Скажи, что ты пришёл не для того, чтобы проведать нас и узнать как дела? Ты не вовремя! — проворчал Баки, распахивая дверь перед другим другом Роджерса. На нем не было костюма — обычная одежда, которая явно мокрая. На улице шёл дождь. Все указывало на то, что Сэм решил переждать плохую погоду, но на самом деле Стив уже давно попросил его подключиться к делу. — Вообще-то вы сами позвонили мне. Точнее, Стив, — Сэм без приглашения прошел в номер, стараясь не задевать Барнса. Осмотревшись, он не смог сдержать улыбки, которую не сразу поняли Стив и Баки. Но когда он открыл рот, Баки моментально захотел убить его и спрятать труп под кроватью, чтобы не заморачиваться на его счёт. — А что вы, мальчики, тут делаете? — Сэм осмотрел Стива с ног до головы, его краснеющие следы от укусов Баки, и его улыбка стала ещё шире, — Кажется, я не вовремя пришёл. Надо было зайти чуточку позже, чтобы… — Ты заткнешься или нет? — Баки, в отличие от Стива, не знающего, куда деть свои глаза, не чувствовал стыда за случившееся. Наоборот, в нем играла гордость за то, что они перешли на новый уровень отношений во времена, когда подобное воспринималось более спокойно. — У нас есть работа, а ты нужен, чтобы помочь нам, — пояснил Барнс, возвращаясь к своей доске, чтобы повернуться к Сэму спиной и не видеть его ухмылки.  — Вы с ним? — одними губами спросил у Стива Сэм, указывая пальцем то на спину Баки, то на Роджерса, — Серьезно? — Я все слышу! — Да. Мы с ним. А что тут такого? — Стив решил показать Баки, что он тоже не стесняется того, что они были вместе, — Я мокрый, потому что принимал душ. А эти пятна, что ты рассматриваешь на моей коже, зас… — Стив, избавь меня от подробностей! — расхохотался Сэм, поднимая руки в знак капитуляции, — Я понял. Принял. И не против. — Давно бы так, — Баки повёл плечом, пряча ото всех довольную улыбку из-за слов Роджерса, — А теперь к делу. *** — Похоже, тут тоже мимо? — Купидон с Локи сидели на лавочке, всматриваясь в смартфон, который умудрились раздобыть. Локи терся около брата чаще, чем того требовала ситуация, и он знал, где можно взять незаметно оборудование. Несколько слежек, вот уже они умудрились нацепить незаметно нано-камеру на куртку Сокола и наблюдать за их разговором с Баки и Стивом. — Не понимаю. Как такие события не влияют на жизнь людей? Особенно, Мстителей? Они же все такие правильные! Локи готов был сорваться с лавочки и начать описывать круги, но дождь мешал делать это, а единственное, что оберегало их от капель — небольшой невидимый купол, созданный Купидоном в качестве зонта. — Ты плохо знаешь мир людей, зазнайка. Никогда не смотрел дальше собственного эго, — Купидон не особо был расстроен, потому что план о шалости в сексе между некоторыми мужчинами, был не его. Будь он больше заинтересован в деле, продумал бы план куда лучше. Построил бы цепочку коварства на фоне любви. Не зря же говорят, что от любви возможно умереть. — И ты явно часто недооцениваешь мартышек-друзей своего брата. — И что ты предлагаешь? — язвительные нотки в голосе не возымели должного результата. Купидон и глазом не повёл. — Я? Нет уж. Ты — заказчик. Я — исполнитель. Мои услуги советника стоят очень дорого. Даже для жителя Асгарда. Локи обречённо застонал, пряча лицо в ладонях. У него ещё оставались шалости для Халка, Стрэнджа и Тора. Нужно придумать что-то, что повлияет отрицательно хотя бы на них! — Ну? Что дальше?