§ 16. Безнадёжно ли будущее с надеждой?
1 ноября 2021 г., 17:29
Рэй с Мисой первыми выпили весь Гнев и теперь, когда они точно победили, рыцари во всю зашумели:
— …А ведь ограничивающий мир всё равно что наши, драконьих рыцарей Агахи, личные владения.
— Вот уж не думал что на свете есть те, кто способен победить командира Нэйта и заместителя командира Сильвию в этом месте.
— Номинально, бросив вызов пророчеству, у них были шансы на победу, но…
— Но они составляли один к ста тысячам. Шанс вытянуть путь надежды в такой ситуации практически нулевой…
— Ключевым элементом той магии сразившей командира и заместителя, стал тот парень по имени Рэй. Будучи мечником, он не держал в руках меч, а решил поверить в свою партнёршу, а его чувство любви к ней ещё сильнее этого. И насколько же, чёрт побери, он отважен.
— Смогли бы мы тоже отбросить мечи и полностью довериться своему товарищу? На словах это легко, а вот на деле…
— Достигнув вершины фехтования, он выпустил меч из рук. Неужели он достиг уровня, при котором меч ему уже ни к чему?..
— Но… — продолжил стоящий позади меня мужчина, пока рыцари восхваляли Рэя, словно был одним из них. — Раз это мир любви между двумя, нужно просто разрубить его, не так ли?
Син взглянул на Рэя холодным взглядом, и тот, ощутив намерение убийства, горько улыбнулся.
— Можешь попробовать если представится такая возможность. Думаю они станут намного сильнее.
— Как прикажите. — сказал Син, сверкнув магическими глазами.
Я подошёл к Дидриху с Нафтой и встал перед ними.
— Возражений нет?
Услышав это, Дидрих широко улыбнулся.
— Он бросил вызов суду пророчества и успешно его преодолел — не даром он герой поверхности и великий воитель Азесиона, который 2000 лет назад сражался с владыкой демонов. Восхвалим же его.
Рыцари выпрямились и отдали честь, приложив мечи в правой руке к груди.
— Как только что продемонстрировали Рэй с Мисой, вытянуть одно из ста тысяч вариантов будущего возможно. А значит и нужды жертвовать чем-то нет. Тебе нужно лишь следовать пути всеобщего спасения.
Дидрих перестал улыбаться и его лицо стало серьёзным.
— Такое будущее наступает крайне редко. Но почему… — с любопытством сказал он. — …У меня такое чувство будто тебе удастся достичь его? — Дидрих медленно подошёл ко мне. — Я готов взять вас с собой в Гадейсиолу, но ты должен кое-что мне пообещать.
— Вот как?
— Я хочу, чтобы ты отказался от своего замысла покончить с отборочным судом.
Неожиданное услышать от него такое предложение.
— Зачем же, позволь спросить? Не похоже чтобы ты хотел стать исполняющим обязанности бога.
— Тут ты прав — не для меня это. — посмеялся Дидрих над самим собой. — Но есть вещи, которые сделать нужно, даже несмотря на личные желания. И на то есть две причины: первая — сила. Став исполняющим обязанности Бога, ты обретёшь силу достаточную чтобы потягаться с порядком. Ты можешь обрести божественную силу, которая способна изменить пророчество.
— Я так не думаю, — моментально выразил несогласие с его словами я. — Боги являются порядками. А исполняющий их обязанности, по сути тоже самое. Множество вариантов будущего, которые видит богиня будущего Нафта, формируются её порядком. И какой бы силой не обладала богиня, будучи порядком, она не в состоянии изменить будущее возникшее из порядка.
Порядки функционируют чтобы хранить и обеспечивать порядок. С моей точки зрения — став исполняющим обязанности, он потеряет возможность изменить пророчество.
— Я понимаю о чём ты, но это наилучшее будущее, ведущее к изменению пророчества.
— Всё из-за второй причины?
Дидрих уверенно кивнул.
— Даже у богини будущего Нафты есть одно будущее, которое она не видит. — начал император меча Агахи с непривычно кротким для него выражением лица. — И я говорю не о упомянутом тобой слепом пятне, а о тёмном будущем — прекращении отборочного суда. С момента его окончания наступает будущее незримое даже для божественных глаз Нафты.
— Короче говоря, в будущем где отборочный суд будет уничтожен, пророчества не будут работать?
— Ну грубо говоря да.
— Тогда тут и думать нечего: я намерен покончить с отборочным судом. Раз в твоём пророчестве нет будущего, в котором спасаются все, то надежда есть как раз в незримом окончании отборочного суда.
Мои слова не пошатнули суровый вид Дидриха. Что в принципе ожидаемо, учитывая что это было лишь будущим, о котором он знал.
— Окончание отборочного суда приведёт лишь к будущему с отчаянием. И мы, рыцари, должны защищать суд даже ценой собственных жизней. Так было сказано в пророчестве Агахи, которое из поколения в поколение передаётся в нашей стране.
— И кто же его огласил?
— Первый император меча. Он заключил пакт с Нафтой и оставил это пророчество Агахе.
— Иными словами Нафта уже видела конец отборочного суда своими божественными глазами. Так почему же будущее, которое она однажды смогла увидеть, сейчас стало незримым?
— Доношу, — начала отвечать на мой вопрос Нафта. — Порядок богини будущего черпает свою силу из будущего. Я могу видеть будущее как раз по той причине что оно продолжается. Мой порядок сложен, но если выражаться простыми словами — то я вижу дальнее будущее, лучше, чем ближнее. И в данный момент надвигается будущее, в котором отборочному суду наступит конец. По всей видимости, в том будущем у моих божественных глаз не останется сил увидеть тьму конца. Проще говоря с окончанием отборочного суда начнётся конец света. — хладнокровно сообщила богиня. — Я не могу увидеть ведущее к этому будущее, как раз потому что мир исчезнет, а вместе с ним пропадёт и будущее.
— Всё ясно. Наступит конец света и будущее полностью исчезнет. И чем ближе тьма, в которой это произойдёт, тем хуже её видят божественные глаза богини будущего.
— Именно так.
Первый император меча основал Агаху, приблизительно две тысячи лет назад, и тогда до окончания отборочного суда, на две тысячи лет было ещё туева куча вариантов будущего. Должно быть божественные глаза Нафты функционировали, когда их было столь много и когда до будущего, пусть с концом света, было столь далеко.
И зная что скоро конец света не сможет видеть даже Нафта, первый император меча оставил пророчество Агахи: ни в коем случае не прекращать отборочный суд.
— Я так понимаю ты не помнишь будущее, когда сказала об этом первому императору меча?
— Я — порядок будущего. Я не вижу прошлого и моментально его забываю.
— Вот поэтому, владыка демонов Анос, я от всего сердца прошу тебя забыть о отборочном суде.
— Хоть конец отборочного суда — это конец света, я не ошибусь если скажу что данное будущее невидимо для Нафты.
Дидрих кивнул с кислой миной.
— Я знаю к чему ты клонишь.
— Решили, что там не будет надежды, лишь потому что наступит конец света?
Услышав это, Дидрих закрыл глаза и отрицательно покачал головой. После чего глубоко и протяжно вздохнул.
— Ты так думаешь?
— Должно быть наличие надежды и делает это будущее незримым.
— Я не думаю что ты ошибаешься, но незримо оно лишь сейчас. Есть пророчество Агахи. Первый император меча явно заглянул в ту тьму, знал что мир будет уничтожен и сказал чтобы мы никогда не прекращали отборочный суд.
— А точно ли конец увидел первый император меча? Мы не можем знать наверняка.
— Именно. Но смертные видят надежду по той причине, что не видят невозможности, не зная что в конце пути их ждёт отчаяние.
— Если пророк не видит будущее, то ему здесь делать нечего, Дидрих. А я уничтожу всё множество отчаяний и бесконечные трагедии без остатка если они попытаются обрушиться на нас.
Дидрих посмотрел мне прямо в лицо и прямолинейно сказал:
— Как раз в конце наилучшего пути и должна быть истинная надежда. Было бы глупо вступать на путь надежды, когда дальше в будущем нас ждёт конец света.
— Ну, у меня всегда так. А что ты, что Нафта боитесь лишь того что не видите, потому что имеете хорошо зрячие божественные глаза.
— Конечно я боюсь. На моих плечах лежит целая страна. И даже если судьба всего мира зависит от одного пророчества, долг короля защищать народ от паники, страхов, дрожи и угроз. Ты не сможешь защитить свой народ демонстрируя неустрашимость вне битвы.
В его словах есть смысл. Но кое-что так не спасти.
— По пророчеству Агахи такой путь приведёт к концу света. И что ты собираешься делать, когда в будущем, в котором как ты уверял будет надежда, окажется отчаяние?
— Так измени пророчество. Также, как и мой друг Рэй только что.
— Он лишь смог достичь одного из ста тысяч вариантов будущего, которое не увидели псевдо-божественные глаза Нэйта и Сильвии, но видела Нафта, а не изменил пророчество.
— Ты как-то сказал что моя сила учтена пророчеством, но так ли это на самом деле, Дидрих? — спросил я его и продолжил: — Пророчества, которые оглашала Нафта в этом ограничивающем мире были гипотетическими. У нас были Нэйт и Сильвия в качестве гипотетических пророков и Рэй с Мисой в качестве гипотетических непригодных, которые не вписываются в рамки пророчества.
Нафта и Дидрих внимательно слушали меня с предельно серьёзными лицами, несмотря на то что уже однажды видели это будущее и слышали это объяснение.
— Нэйт и Сильвия не видели именно то одно из ста тысяч вариантов будущего. Благодаря словам Нафты они знали о том что у Мисы и Рэя есть шанс на победу, но как они её достигнут совершенно не видели. А что если бы Нафта не сказала ничего? Скорее всего они бы выдали пророчество о том что будущего, в котором Миса и Рэй побеждают, не существует.
Дидрих не спорил, потому что признавал что я прав.
— Будь пророками Нэйт и Сильвия, то данное ими пророчество Миса с Рэем бы явно опровергли. Проще говоря у псевдо-божественных глаз Нафты было слепое пятно. Настоящие же глаза Нафты, разумеется, это слепое пятно видели. Но допустим существует некто, способный видеть будущее шире чем Нафта и в таком случае должно произойти ровно тоже что и было сейчас.
Свершённое Мисой и Рэем лишь вопрос масштабов. Проще говоря это доказательство того что пророчество можно изменить.
— Но это если допустить что твоё предложение верно.
— Доношу истину: я — порядок, повелевающий будущим. В этом мире не существует тех, кто видит будущее лучше меня и мои божественные глаза видят все его варианты без остатка.
— Нет никаких оснований считать что у Нафты есть слепое пятно. — продолжил за Нафтой Дидрих. — И ты не факт что способен изменить пророчество. Будь владыка демонов воистину свершить всё что угодно, он не должен был потерять память.
— Так вот тебе и основание, Дидрих — даже я могу потерять воспоминания. А значит и у богини будущего должно быть будущее, увидеть которое она не способна. Идеальных не существует. — совершенно обыденно изложил я очевидные вещи.
Дидрих ненадолго замолчал. Его лицо по-прежнему было серьёзным.
— …Вот бы божественные глаза Нафты достались тебе… — пробормотал он.
И тут вдруг прогремел взрыв. Раздался оглушительный громовой раскат и ограничивающий мир весь сильно содрогнулся. Сразу после чего раздался «Ликс»:
— Враг напал!.. Враг напал!.. Кто-то проник во дворец!
— Явился-таки… — сказал Дидрих с суровым видом.
Нафта подняла руку и нарисовала магический круг. Хрустальный город превратился в песчаную бурю, и мы вернулись в прежнее место. Ограничивающий мир был развеян.
— На нас напал орден призрачных рыцарей Гадейсиолы — дьявол пурпурных молний Селис. — сказал Дидрих, пока дворец императора меча сильно трясло.
