§ 39. Любовь искажает и нарушает порядок
16 июня 2022 г., 22:16
Андэрк уставилась холодным взглядом в пустоту и обратилась к своей сестре, словно та ещё была там.
— Ты спрашиваешь меня об этом теперь? После стольких лет стояния спинами друг к другу?
Из-под ног богини аборта по земле начали растягиваться, извиваясь, красные нити, которые, раскинувшись словно паутина, тотчас образовали магический круг.
— Я — порядок аборта и если ты, моя старшая сестра, своим порядком взращиваешь дитя, то моя обязанность его абортировать, — решительно заявила Андэрк богине рождения Вэнзель. — Между нами нет согласия.
На какое-то время она замолчала, не меняя своего пустого выражения лица.
— Однако, — пробормотала она. — …хоть между нами никогда не будет согласия, я хотела поладить с тобой и думала, что старшая сестра поймёт меня даже если я ничего не скажу, а мои слова не будут достигать тебя…
Уголки её алых губ слегка приподнялись.
— Как ты уже говорила, моя старшая сестра, мы грызлись друг с другом, деля одну жизнь на двоих. Я абортировала жизни, которые ты собиралась породить и данный процесс повторялся бесчисленное множество раз, а ты называешь это: «ссорой между сёстрами»? — Андэрк хихикнула. — …Я думала, что ты всё поймёшь, несмотря на то, сколько мы ссорились и грызлись друг с другом…
Её глаза налились кровью, а рот словно разорвало — улыбка богини аборта начала искажаться в нечто совершенно жуткое.
— До сегодняшнего дня и этого мгновения!
Андэрк хихикнула и воинственно улыбнулась. Казалось, по ту сторону, её неестественного выражения лица, дико нахлынули и бурлили ключом эмоции.
— …Силой возложенных… обязанностей? — обдумывая её слова, сказала Андэрк. — Я даже представить себе не могла, что услышу подобное от своей старшей сестры. Может у рождения с абортом и разные роли, но мы обе являемся мировыми порядками. И в этом нет ни добра со злом, ни благородства с подлостью, а лишь правильные законы мироздания. Такова судьба нашего божественного бытия.
Она взглянула в пустоту налитыми кровью глазами так, словно разила её своими разбушевавшимися чувствами.
— Неужели порядок аборта кажется тебе возложенным на меня силой? Неужели я кажусь тебе настолько несчастной? Неужели ты даже вообразить не могла того, что я с гордостью ношу этот порядок и правильный закон мироздания? Хя, хя-хя-хя, хя-хя-хя-хя! — как безумная рассмеялась Андэрк. — Моя старшая сестра утверждает, что рождение прекрасно, а аборт отвратителен. Что она чиста, а я — омерзительна. Что она жалостью и печалью смотрела на меня свысока.
Раздалось клацанье сложившихся лезвий. Из нарисованного красными нитями магического круга появились божественные щипцы. Андэрк подняла змеиные щипцы аборта Эгляхонн.
— Этого ли мы желаем на самом деле, спрашиваешь? Разумеется, я уже решила, чего желаю. Я — порядок аборта и моя роль — убивать нежеланные жизни, что нарушают порядок мира. И ты поругала это? Сказала, что тебе жаль меня и что лишь рождение является правильным порядком?
Её враждебность росла с каждым произнесённым словом, а глазах зажегся мрачный, неестественно искажённый любовью, свет и что он из себя представлял мне было очевидно даже без Миши. Вне всяких сомнений — это была ненависть.
— Я разочарована. Да как смеешь ты грубить мне, шлюха! Ты продала свою гордость порядка непригодному!
Выпущенная Андэрк магическая сила сотрясла клетку. Казалось, что в клетке, которая, вроде как, должна была держать её крепко связанной, вот-вот появится дыра.
— Хм, должен признать, что это был полный провал.
Любовь, что у богов случается крайне редко, похоже, в ней проросла, а вот доброты ни капли. При таком раскладе пытаться спасти Эннэсуонэ она явно не будет.
— Свяжи-ка её ещё раз, Везнэла. Поговорим с Вэнзель.
— …Ладно!..
Несмотря на сильное истощение, бог связывания выжал всю имеющуюся у него магическую силу и нарисовал цепями магические круги во всех четырёх углах клетки.
— Вернись, мама!.. «Эгэрц Энгдомэра»!!!
Растянувшиеся с четырёх сторон алые цепи обвились вокруг конечностей Андэрк и начали сковывать её магическую силу и основу.
— …Гнх… Выпусти меня, дитя… Ты ведь тоже бог, разве нет? Порядок не должен вставать на сторону непригодного!
— Плевать мне на порядок! Я защищу маму. Верни её!..
Алые цепи постепенно обвивались вокруг богини аборта Андэрк.
— Вернуть?.. Вернуть, говоришь?.. Хя, хя-хя-хя, значит ты тоже утверждаешь, что моя старшая сестра лучше меня?.. Желаешь рождения больше аборта, будучи порядком? Хя-хя-хя-хя, — неестественно рассмеялась она. — …Ладно… я поняла…
Её низкий голос был насквозь пропитан отнюдь не добрыми намерениями.
— Я наконец поняла, что должна абортировать.
Из магического круга из красных нитей, раскинувшихся у неё под ногами, полились частицы магической силы и клетку сотрясло ещё сильнее.
— …Мои цепи… способны связать всё что угодно!.. Я не боюсь тебя!
— Ну попробуй.
Андэрк провокационно улыбнулась. Сразу после чего Везнэла нарисовал ещё четыре магических круга, из которых тотчас же вылетели алые цепи, опутывающие тело богини аборта. Крепко связав её в мгновение ока, цепи, словно в качестве финального штриха, начали опутывать и её голову. Однако Андэрк продолжала улыбаться.
— Нежеланный порядок, да пожрут и низвергнут тебя змеиные клыки.
Через небольшие щели между, связавшими Андэрк, цепями выползла змея.
— Аборт!
Раздался звон скрещенных лезвий. Змея превратилась в змеиные щипцы аборта, которые обезглавили Андэрк.
— С фантазией у тебя всё туго.
— Ты так думаешь, дитя?
Прокатившаяся по полу голова повернулась ко мне, жутко улыбнулась, а затем широко раскрыла рот.
— Пожри её-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё, Эгляхонн!!!
От божественных щипцов растянулась двуглавая змея и вцепилась клыками в голову и тело Андэрк. Её целью было сожрать основу, находящуюся в глубинах её божьего лика. С приближением к погибели её магическая сила раз за разом резко возрастала.
— …А-а-агх… Н…ет!..
Магическая клетка заскрипела, а Везнэла весь обливался потом.
— …Нет… как же так… Порядок аборта… вдруг усилился!..
От одного лишь побочного эффекта усиления, «Эгэрц Энгдомэра» сорвало, и магическая клетка разорвалась.
— У-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а…
Я догнал, отброшенного давлением ветра, Везнэлу и схватился за цепи, которые окутывали его тело. Затем я запрыгнул на крышу ближайшего здания, а в том месте, где мы с ним были только что, образовался огромный магический круг из красных нитей. Из его центра вырвались бесчисленные нити, которые образовали невероятно огромную красную двухголовую змею.
— Хя… хя-хя-хя… Сгиньте детки: что ты, нежеланный порядок, что ты непригодный. Сгиньте все вместе-е-е-е!..
— Хм, лучше этим не увлекайся. С приближением к погибели твоя магическая сила, конечно, немного возрастёт, но такими темпами твоя нестабильная основа скоро исчезнет. — сказал я и отправил ей эти слова «Ликсом».
Из основы Андэрк, которая превратилась в двухголовую змею, вылетели красные нити, которые начали прицепляться к ростковому божьему граду. Это была способность стимулирующая аборт Эннэсуонэ. Андэрк превращала подтачивание собственной основы в силу порядка.
— Именно. Я сгину. Таков правильный порядок.
— О как.
— Если сгину я, то сгинет и Вэнзель, а порядок богини рождения исчезнет. Я не дам родиться Эннэсуонэ и предотвращу рождение новых нежеланных жизней! Хя-хя-хя! — громко засмеялась она. — …Вот он — абсолютный аборт!
Даже сейчас она с каждой секундой приближала свою собственную погибель. И если заглянуть в её бездну магическими глазами, то можно увидеть, что порядок аборта; сила змеиных щипцов аборта Эгляхонн направлена не только на Эннэсуонэ, но и на Вэнзель. Погубив себя, условие уничтожение утробы будет выполнено и богиня рождения, а вместе с ней, по цепочке, и Эннэсуонэ, подвергнется аборту.
Порядок выбрал собственное уничтожение и нарушение порядка. Хотя оба этих действия по сути не должны быть возможны для богов, её искажённая любовь превзошла порядок весьма скверным образом. Даже если я не уничтожу её и ничего не предприму, она скоро сгинет, а Эннэсуонэ будет абортирована.
При всём при этом, богиню аборта больше нельзя сковать цепями Везнэлы.
— В чём дело, дитя? Зашёл в тупик? — насмехаясь, сказала двухголовая змея. — Ты не сможешь помешать мне. Может магию разрушения, на которой ты специализируешься, я абортировать и неспособна, но в случае её использования я буду уничтожена.
Действительно, пустив в ход «Тёмно-пурпурные Магические Глаза» или «Равия Гиг Гаверизд», я бы смог проигнорировать и пробить её порядок, но сейчас богиню аборта уничтожать нельзя.
— Грызи ногти и смотри, как я уничтожу Эннэсуонэ!
Двухголовая змея, зловеще сверкнув божественными глазами, искала Эннэсуонэ в ростковом божьем граде. Опустив Везнэлу на крышу здания, я шепнул ему: «убегай».
— В-возьми…
Выжав последние остатки магической силы, бог связывания протянул мне алую цепь. Может быть ей и удастся немного задержать её, но сковать нынешнюю Андэрк не получится.
— Не беспокойся. Я не собираюсь уничтожать твою мать.
Взяв цепь, я обмотал её вокруг правой руки. Везнэла кивнул и сделал как я велел, побежав прочь отсюда. Я же взглянул на огромную двухголовую змею, что была передо мной, и прыгнул.
— Ищите её-ё-ё, боги-хранители аборта!
Начало раздаваться карканье, и монструозные чёрные птицы взмыли в небо над Форслонарлистом. В тоже самое время сама Андэрк тоже пришла в движение. Она продвигалась вперёд, разрушая здания божьего града.
— Куда это ты собралась?
— …М-м?..
Она опустила взгляд и в следующий миг я, приблизившись к ней, подпрыгнул вверх и смачно врезал по змеиным головам.
— …Гаха-а-а-а-а-а-а-а!!!..
Андэрк с грохотом погрузилась в обломки дворца, а воздух поднялось облако пыли.
— Ситуация сильно осложнилась, но по сути я должен просто снова вернуть Вэнзель, не уничтожив тебя, верно?
— …Способа сделать это не существует!.. Как ты собрался предотвратить мою погибель, не имея толком возможности использовать магию? Это невозможно, невозможно! Нежеланная жизнь, подвергнись аборту! Аборту… Аборту-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!!
Шустро восстановив прежнее положение, обе змеиных головы бросились в мою сторону. Подпрыгнув в воздух, я отбросил одну пинком вверх, затем, используя отдачу от пинка, направился ко второй и ладонью основательно вбил её в землю. Гигантская туша Андэрк резво погрузилась в землю. Я приземлился на змеиную голову, и она улыбнулась.
— Хя-хя-хя… Думаешь разрешить это, просто взяв и избив меня? Даже если так ты не дашь мне добраться до Эннэсуонэ, то всё равно уничтожишь меня. Ох, больно, как же мне больно. Через сколько же, интересно, ударов я буду уничтожена? Может десять? Может двадцать? А что, если до моей погибели осталось всего разок врезать? Хя-хя-хя, зря стараешься, зрябгх-х-х…!
Как следует наступив на змеиную голову, я закрыл её рот.
— Помолчи. Скоро я продемонстрирую тебе, кое-что занятное.
