Непригодный для Академии Владыки Демонов ～Сильнейший в истории владыка демонов-прародитель перерождается и идёт в школу потомков～

Шестнадцать тысяч лет назад. Мир священных мечей Хайфолия. На голубом безоблачном небе висела огромная радуга. Однако она была вовсе не семицветной, а белой — белоснежная радуга. Её свет лился на земли Хайфолии и иногда обращался в дорогу, называемую радужной, которая в мире священных мечей означала праведный путь. Говорят, что те, кому хватает смелости следовать праведному пути, будут благословлены верховной богиней Хайфолии — Благословляющей Владычицей Эйфе. Аристократы-охотники Хайфолии никогда не должны сворачивать с праведного пути. Когда перед ними появляется белая радуга, они идут прямо по ней. Даже если дорога эта кончается верной смертью. А всё потому, что Радужная Дорога есть их собственная совесть, материализованная порядком Благословляющей Владычицы Эйфе. И мужчина, который прямо сейчас не спеша шёл по висящей в небе радужной дороге, тоже жил по совести всю свою жизнь. У него были седые волосы, а лицо — покрыто морщинами. И хотя сейчас он стал стар и слаб, в юности он был охотником, которого величали способным на равных противостоять даже неприкосновенным водам. Это был суверен Хайфолии — Святой Король Ордов Хайнриэль. Он ступил в центр ярко сияющей белой радуги, где в воздухе парил величественный каменный храм. Ордов прошёл по вымощенному камнем полу и остановился перед алтарём. Глубины храма полностью скрывало радужное сияние. Он поднял руку, и в ней в сопровождении света появился меч духов, богов и людей Эвансмана. Ордов размеренно взмахнул этим священным мечом сверху вниз. Разрубив пополам белое радужное сияние, он обнажил то, что оно собой скрывало. Повеяло холодом, и перед его глазами предстала холодная и прозрачная глыба с тёмным силуэтом внутри. Это был огромный ледяной столб, внутри которого находился один из неприкосновенных вод с Ивэзейно — Бедствие Во Плоти Изак. Ордов спокойно взглянул на дремлющего в ледяном столбе мужчину. — Увидь ты меня сейчас, наверняка бы сказал, что я стал старым и немощным. Ордов коротко вздохнул. А затем, больше ничего не говоря, стал просто стоять напротив ледяного столба. — Так значит, ты решился? — раздался из ниоткуда мужской голос. Однако Ордов даже не обернулся на него, словно зная, что он придёт. К нему пришёл юноша-демон с пронзительно сияющими магическими глазами и огненно-красными волосами. Это был первый владыка демонов Тиран-Разрушитель Амур. — Благодарю за то, что соизволили навестить меня, но разве я не просил вас подождать снаружи? — На то, чтобы переместить его, — Амур подошёл к ледяному столбу. — У тебя сейчас не хватит сил, — он взглянул на Святого Короля с дерзким видом. — Уверен, что стоит? Спустя мгновение Ордов кивнул. — Я уже стар. Не факт, что следующий Святой Король не примет решение уничтожить Бедствие Во Плоти. Так что я больше не могу его здесь прятать. — Он не из тех, кого можно легко уничтожить, напав на него во сне, — сказал Амур. — Народ не поймёт, если узнает, что Бедствие Во Плоти Изак, который должен спать в Ивэзейно, находился в храме в Хайфолии, — тут же ответил ему Ордов. — Ты специально обрёк себя на это испытание? — Верно. Таков был мой праведный путь. И я не могу безответственно принуждать к этому же юнцов, которые ни о чём не знают, — Ордов повернулся к Амуру. — Моей мечте пришёл конец. Напоследок я должен разобраться с последствиями моей лжи. — Значит, ты просишь нас тайком вернуть Бедствие Во Плоти на Ивэзейно? Святой Король кивнул. — Если мы будем держать язык за зубами, то никто не узнает, что Бедствие Во Плоти было в Хайфолии, и все будут считать, что он всё это время спал в Ивэзейно. Справишься? Амур поднял голову вверх. Хотя у храма и не было крыши, верхнюю его часть покрывал световой барьер. По другую его сторону магические глаза Амура на мгновение увидели парящее в небе море зелени, скрытое магией сокрытия. — Тёмные тучи мира бедственной пучины не дают войти в него извне. Можно, конечно, прорваться силой, но… После чего из глубин моря зелени спустился силуэт. Мужчина в пальто сумеречного цвета легко пробился сквозь барьер и приземлился в храм. Это был Узурпатор Двух Законов Ной. Его длинные серебряные волосы парили по воздуху так, словно находились в воде. — В таком случае об этом узнают другие, — сказал Ной. — Тогда составь мне компанию до мира бедственной пучины. Проникнуть в него с тобой будет проще простого. После чего Ной молча взглянул на Амура. — Всякая наша с вами редкая встреча не приносит мне ничего, кроме проблем. Видимо, приняв это за согласие, Амур обернулся к Ордову. — Расслабься, тебе как нельзя кстати подвернулись незанятые члены неприкосновенных вод. Как-нибудь управимся. — Благодарю, — Ордов учтиво поклонился Тирану-Разрушителю и Узурпатору Двух Законов. — Клянусь гордостью аристократа-охотника, что обязательно отплачу вам за вашу доброту. Амур и Ной мельком переглянулись. После чего Ной указал на вход в храм. Там была световая дверь. — А что насчёт этого? Вопрос Ноя вызывал у Амура ухмылку. — Вот поэтому-то с тобой никогда не бывает скучно. Он нарисовал магический круг и в следующий миг световая дверь мгновенно зажглась и обратилась в пепел. — Что вы?.. Ордов в замешательстве обернулся, но на сей раз магический круг нарисовал уже Узурпатор Двух Законов. Амура с Ноем начало затягивать в их собственные тени. — Открой правду хотя бы собственным сыновьям. Будет очень жалко, если твоя мечта прервётся здесь, — сказал Амур напоследок и исчез в тени. Сразу после чего… — Ваше Величество! — раздались два голоса. Световая дверь полностью обратилась в пепел, и в барьере образовалась дыра, через которую прошли два аристократа-охотника — Лебрахард и Бальзаронд. Они робко подошли к своему отцу и взглянули на стоящий перед ними ледяной столб. Братья напрягли магические глаза, заглянули в бездну столба и, словно их дурное предчувствие подтвердилось, их лица омрачились. — …Ваше Величество… Нет, отец, — сказал Лебрахард. — …Прошу тебя, ответь честно… Лебрахард посмотрел своему отцу прямо в глаза. Бальзаронд же опустил голову и сжал кулаки. — Внутри этого ледяного столба находится Бедствие Во Плоти Изак? Из его глубин исходила магическая сила верховного бога. Прекрасно знакомые с Ивэзейно аристократы-охотники не могли не знать, кому она принадлежит. Через несколько секунд молчания Ордов, решившись, сказал: — Верно. — …Но почему?.. — с упрёком в голосе спросил Бальзаронд. — …Мы же гордые аристократы-охотники, что охотятся за нечестивыми зверями! Их клыки лишили жизней десятки тысяч охотников! — Простите меня. Но послушай меня, Бальзаронд… — Извинения не положат этому конец! Если мы уничтожим Бедствие Во Плоти Изака, то сможем благословить их мир силой Благословляющей Владычицы. — Ты абсолютно прав, но… — Хватит постоянно говорить «но»! Если бы их благословили, то ненавистный нам мир бедственной пучины пошёл бы верным путём и переродился в Хайфолию. Мы бы смогли раз и навсегда избавить среброводный священный океан от этих злосчастных тварей, а детям больше не пришлось бы страшиться Арзенонских Львов Разрушения! — Ты прав, тем не менее… — Разве это не заветная мечта всех аристократов-охотников?! Так как это понимать? Неужели ты утратил гордость, свернул с праведного пути и предал Хайфолию, отец?! Бальзаронд взглянул на него глазами, полными праведного гнева. Ордов ничего ему не ответил, а его лицо погрустнело. — …У тебя даже оправданий нет?.. Ты признаёшь это? — Бальз, — укорительно сказал Лебрахард, — Остынь немного. — Но, брат, то, что он никак против этого не возражает, является неопровержимым доказательством того, что он… — Не ты ли только что сам отверг его возражения? Бальзаронд замолчал. И правда, — было написано на его лице. — Вот и помалкивай, раз слушать не умеешь. — …Г-гх-х-х… Наконец вернув себе присутствие духа, Бальзаронд перестал пытаться упрекать Святого Короля Ордова. — Отец, — как можно более спокойным тоном начал Лебрахард. — Я разделяю чувства Бальзаронда. Если у тебя была причина пойти на это, то, прошу, расскажи нам о ней. Ордов спокойно кивнул. — Считается, что давным-давно Бедствие Во Плоти Изак потерял интерес к миру бедственной пучины и впал в спячку, поскольку сон был тогда его сильнейшей жаждой. Лебрахард внимательно слушал отца. — Только вот всё было иначе. — …В смысле иначе? — Изак исполнил свою часть клятвы и впал в спячку. А клятву ту он заключил со мной. — Что ещё за клятву? — спросил Лебрахард через секунду молчания. — …У меня была мечта… — сказал Ордов, посмотрев на сыновей с мольбой во взгляде. — Сейчас я не могу вам о ней рассказать. Если один из вас будет избран Святым Королём, то тогда я поведаю вам о ней. И ещё… сегодня Бедствие Во Плоти вернётся в Ивэзейно, — с полным несокрушимой решимости взглядом чётко заявил Ордов. — Бред!.. Как ты можешь говорить такие… Лебрахард рукой приструнил Бальзаронда, который снова начал вести себя грубо по отношению к Святому Королю. — Если он впал в спячку из-за клятвы, то, уничтожив его здесь, мы, по сути, нарушим её. — Нет ничего постыдного в том, чтобы ставить зверям ловушки, — тут же возразил ему Бальзаронд. — Так мы спасём много жизней. — Давай тогда уж защищать и гордость, и жизни. Всё просто. Главное быть сильным и честным. Услышав слова Лебрахарда, Бальзаронд снова замолчал. — Отец, ты считаешь, что это верный путь? — с искренним взглядом спросил Лебрахард. — Когда я давал клятву, я увидел Радужную Дорогу. Всё это время я неотступно следовал ей и оказался здесь. Хотя не думаю, что смогу идти по ней дальше… Отчего-то Святой Король выглядел одиноким. — Ваше Величество Святой Король, — вытянувшись по струнке, сказал Лебрахард уже в почтительной манере. — Я ещё вернусь сюда. На сей раз с Эвансманой в руке, чтобы осуществить вашу мечту. Лебрахард глубоко уважал своего отца Ордова. И решил, что если у его отца, как Святого Короля, была мечта, которую он не смог исполнить, то он должен сделать это сам. А в чём она заключалась, для него было вторично. Ведь он верил, что раз это мечта, к которой стремился сам Святой Король Ордов, то она вне всяких сомнений будет замечательной. — А что насчёт тебя, Бальз? — Раз вы говорите, что это был праведный путь, то я не вижу в этом никаких проблем. Лучше бы вы с самого начала об этом сказали, — смущённо сказал Бальзаронд. При взгляде на своих отважных сыновей, его лицо расплылось в улыбке. Бальзаронд, хотя и был несколько беспечным и вспыльчивым, имел сильное чувство справедливости. Лебрахард, хотя временами и вёл себя упрямо, но был добрым и очень отважным. Они оба были сокровищами Ордова. Он никогда не говорил им этого прямо, но собирался сказать об этом, когда однажды придёт час передать престол Святого Короля кому-то из них. И день этот был уже не за горами. Он интуитивно ощутил это по ним, пришедшим сюда сегодня. — Я никому об этом не расскажу, — сказал Бальзаронд и развернулся. После чего ледяной столб с Изаком начало поглощать в его же тень. Это была магия Узурпатора Двух Законов. Он намеревался перенести его, скрыв в тени, и увезти с собой на Ивэзейно. — Постой, Бальзаронд. Его сын остановился. — Лебрахард, я хочу, чтобы ты тоже запомнил это. Есть одна вещь, никак не связанная с Бедствием Во Плоти, которая беспокоит меня, — начал Ордов, а затем сказал: — Вы ведь знаете о силе, что последнее время взывает ко многим малым мирам? У неё длинная история, но внушительным могуществом она не обладает. Вроде бы группа из одних только мелководных и средневодных миров, но что-то здесь не чисто. Не могу отделаться от чувства, что за ними стоит несколько глубоководных или же крайне глубокий глубоководный мир. Они оба внимательно слушали его. И Ордов сказал: — Не связывайтесь с Паблохетара.