Непригодный для Академии Владыки Демонов ～Сильнейший в истории владыка демонов-прародитель перерождается и идёт в школу потомков～

Саша наклонила голову с озадаченным видом. — А можно немного поподробнее об этом? Ты ведь верховная богиня Хайфолии. Разве это нормально, что ты считаешь себя недостойной? — На то, чтобы правильно ответить на ваш вопрос, уйдёт немало времени, — сказала девушкам Благословляющая Владычица Эйфе. — Ничего, — сказала Миша. Услышав это, Эйфе развернулась. — Прошу сюда. Переместившись в рулевую рубку, Эйфе нарисовала магический круг на стене, в которой Миша, Саша создали проход в этот корабль. Благословение божественным светом создало барьер в связанном пространстве. — Теперь никто из охотничьих чертогов не войдёт сюда, на святой корабль Эльтфэус, — сказала Эйфе и повернулась к девушкам. — Вам известно, как избирается Святой Король — суверен, который правит миром священных мечей Хайфолии? — При помощи меча духов, богов и людей Эвансмана, — сухо ответила Миша. — Тот, кому удастся вытащить его, наделяется правом унаследовать престол Святого Короля. Чтобы спасти Луну Арзенон, Лебрахард вытащил меч духов, богов и людей. Заполучив право унаследовать престол, он стал Святым Королём после того, как прошлый король Ордов отрёкся от престола. — И так оно и должно быть. Меч духов, богов и людей — это священный меч, получивший мои полномочия, благословение Святого Эвансманы. Мои божественные глаза видят Радужную Дорогу, и меч духов, богов и людей обладает силой видеть Радужную Дорогу Хайфолии. — Вы упоминали, что Радужная Дорога является воплощением совести смертных. А что представляет из себя Радужная Дорога Хайфолии? — спросила Миса. — Мне будет трудно объяснить это словами, но можно сказать, что это материализация совести мира. Можете считать, что Радужная Дорога мира — это маркер для того, чтобы Хайфолия совершала хорошие и подобающие поступки в отношениях с другими мирами и шла верным путём. — То есть это путь для того, что Хайфолия стала лучшим миром? Эйфе кивнула в ответ на вопрос Саши. — Меч духов, богов и людей Эвансмана избирает короля, который поведёт за собой Хайфолию. Все прошлые Святые Короли, которые вытаскивали Эвансману, не давали личным желаниям взять верх над собой, поступали в соответствии с совестью и разумом и прикладывали все усилия для того, чтобы сделать этот мир праведным. Тот факт, что Бальзаронд держал в своих руках рукоять Эвансманы, означает, что он тоже может стать следующим Святым Королем. И хотя интеллектом он действительно похвастать не может, зато наделён сильным чувством долга. Он также готов пожертвовать собой, чтобы спасти своих подчинённых. Так что с поддержкой окружения из него выйдет хороший король. Нет ничего удивительного в том, что он был избран мечом духов, богов и людей. — Что-то я не очень понимаю. Эвансмана это же твои полномочия, так? Почему тогда ты говоришь, что недостойна быть верховной богиней, если прошлые Святые Короли прикладывали столько усилий? — …Так было в прошлом. Сейчас моё сердце разошлось с Эвансманой. Хотя нет, это касается даже моих божественных глаз, — с сожалением сказала Благословляющая Владычица Эйфе. — Нынешний Святой Король Лебрахард был избран мечом духов, богов и людей. Мои божественные глаза тоже ясно видят, что он идёт прямо по Радужной Дороге. Мой порядок говорит, что он вне всяких сомнений идёт верным путём. И всё же… — Эйфе прикоснулась рукой к своей груди. — Моему сердцу неспокойно от его праведности. Миша дважды моргнула, а затем спросила: — Эйфе, ты считаешь, что со Святым Королём что-то не так? Эйфе медленно покачала головой. — У меня нет оснований считать так. Лебрахард отдаёт всего себя Хайфолии точно так же, как и Ордов. Я пыталась отыскать причину своего беспокойства, однако Лебрахард ни разу не поддавался своим личным желаниям и настойчиво и искренне стремился следовать праведному пути. Хотя он строг в отношении правил, несправедливым его назвать точно нельзя. Да, Милития малость привлёк его внимание, но, вероятно, по большей части лишь из-за того, что тот является пузырчатым. В конце концов, он дал добро на вхождение Милитии в число Шести святых верховных академий. — Поэтому единственной проблемой является моё сердце, — сказала Эйфе. — По идее, расхождения между порядком верховного бога и его сердцем быть не должно. Безосновательно отвергнув короля, которого я сама же и избрала, я сойду с верного пути. Она молча опустила глаза. — Порядок Хайфолии благословляет тех, кто следует верному пути. Если я, верховная богиня, продолжу отрицать Радужную Дорогу, то рано или поздно в мировом порядке возникнет искажение. Выражения лиц Миши и Саши стали серьёзными. — Возможно… я начну ломаться. — Ты хочешь встретиться с Ордовом, чтобы удостовериться в этом? Эйфе кивнула в ответ на вопрос Миши. — Ордов был превосходным Святым Королём. Настоящим героем Хайфолии. Если, увидев его сейчас своими божественными глазами, я сочту его праведность ошибочной, то значит, я точно сломалась. — А ты не думала, что с ним что-то не так? Эйфе замолчала, ненадолго задумалась, а затем сказала: — …Мне трудно представить такое. Ведь меч духов, богов и людей избрал Лебрахарда. Поэтому я хочу спросить у Ордова, как мне следует поступить. Должно быть, Благословляющая Владычица всецело доверяет Ордову как Святому Королю, который некогда правил Хайфолией. Она упоминала, что, встретившись с ним, она обязательно сможет найти выход из сложившегося положения. — Бальзаронд тоже говорил, что его старший брат изменился, так может, с Лебрахардом действительно что-то не так? — задалась вопросом Саша. — Даже если так, разница лишь в том, что именно тебя подводит, сердце или же божественные глаза, — сказала Миса. По словам Эйфе, она видела, что Лебрахард идёт прямо по Радужной Дороге. Если она заблуждается, то положение вещей сильно осложнится. Скорее всего, Радужная Дорога — это фундамент мира священных мечей. Если божественные глаза Эйфе, которые должны видеть её, исказились, то, возможно, в порядке уже возникла аномалия. — Давно это началось? — спросила Миша. — Около четырнадцати тысяч лет назад, — чистым голосом начала свой рассказ Эйфе. — Вытащив Эвасману, Лебрахард утратил его лезвие и вернулся в Хайфолию. По закону он не имел права держать в секрете случившееся с Эвансманой, однако, кто бы ни спрашивал его об этом, он наотрез отказывался рассказать о том, что произошло. Даже прошлому королю Ордову. По всей видимости, он не мог сказать, что спас Принцессу Бедственной Пучины. Нетрудно вообразить, что Лебрахард хранил молчание для того, чтобы защитить Луну Арзенон. — Я ни в чём его не винила. Так как видела перед ним ярко сияющую Радужную Дорогу. Вскоре после этого прошлый король отрёкся от престола, и на него взошёл Лебрахард. И моё сердце начало понемногу расходиться с моим порядком. — Лебрахард изменился после того, как взошёл на престол? — спросила Миса. — Всё потому, что все его подчинённые были перебиты одновременно с его восхождением на престол. От удивления глаза Миши округлились. — …Почему? — Несмотря на то, что я его не винила, некоторые неверно истолковали мой посыл. — Верховная богиня не может замарать руки до тех пор, пока видит Радужную Дорогу. Поэтому они решили, что правильно будет замараться самим и покарать их? Эйфе кивнула. — Его подчинённые приняли возмездие, так ничего и не сказав. Следование совести и разуму в Хайфолии считается добродетелью, однако, когда в своей праведности они заходят слишком далеко, ничего хорошего из этого выйти не может. — Преступники сами пришли с повинной. Многие желали, чтобы их приговорили к смерти, однако Лебрахард отговорил их и поступил правильно как Святой Король, — взгляд Эйфе слегка омрачился, и она сказала: — С тех пор он изменился. Пытаясь добиться большей праведности, он установил строгие законы, которые все были обязаны соблюдать, веря, что поступает правильно, — после чего грустным голосом добавила: — Возможно, Лебрахард решил, что лишился подчинённых из-за того, что нарушил закон. Значит, он стал верить, что закон — это справедливость? Или, возможно, даже стал жалеть о том, что помог Луне Арзенон. — Как по мне, это вполне закономерно, учитывая, что произошло, — сказала Саша, и стоящая рядом с ней Миша кивнула. — Да и утверждать, что он прямо настолько не прав, тоже как-то… — хотело было, что-то сказать Саша, но в этот момент выражение её лица стало таким, будто её осенило. — Что-то не так? — …Как-то это странно, что ли… Около четырнадцати тысяч лет назад Лебрахард взошёл на престол, произошла та трагедия и Эйфе понемногу начало казаться, что с ним что-то не так, верно? Благословляющая Владычица кивнула. — Разве Ордов время от времени не возвращался в Хайфолию? — Поскольку в Хайфолии царил мир, я проводила большую часть времени в экспедициях на святом корабле Эльтфэусе. Одной из моих целей было расширение территориальных вод Паблохетара и приглашение малых миров в альянс академий. — Это была идея Лебрахарда? — Верно. Ведь его идеал заключается в том, что если все миры среброводного священного океана вступят в Паблохетара, то станет возможно достичь истинной справедливости. По крайней мере конфликтов как таковых станет гораздо меньше. И даже если они и будут вспыхивать, их можно будет уладить в рамках правил — среброводной иерархической войны. А учитывая «все миры», то это далеко идущая цель. Но не совпадение ли это, часом? Кажется, будто он пытается разлучить Ордова и тех, кто был близок к нему — его сына Бальзаронда и верховную богиню Эйфе… — Значит, на корабле Ордова действительно нет никаких магических артефактов для связи? — Вся межмировая связь Хайфолии осуществляется через благословлённые мною магические артефакты. Но ни один из них не позволяет связаться с Ордовом. Саша положила руку на голову и глубоко задумалась. — …В таком случае, остаётся лишь одно… — Магические артефакты, полученные из других миров? Эйфе кивнула. — На ум мне приходит лишь одно. Поскольку Хайфолия заключила соглашение о дружбе с Бардилуа, в этом серебряном пузыре есть доминион Бардилуа, — Благословляющая Владычица нарисовала магический круг, и в нём отобразилась карта. — Калёностальной остров Бардилуа. В этом месте имеются магические артефакты Бардилуа, предназначеные для межмировой связи. Из-за соглашения с ними, я не могу входить туда без разрешения, однако… — Имеешь в виду, что мы можем туда прокрасться? Эйфе подтвердила слова Мисы. — Ты спрашивала у Лебрахарда, может ли он связаться с Ордовом? — спросила Миша. — Цель Бедствия Во Плоти Изака — Ордов. Лебрахард попросил предоставить вопрос прошлого короля ему. Я же должна подготовиться к приближению Ивэзейно. Это можно интерпретировать как-то, что средство связи с ним у него есть. Но тогда зачем нам париться с использованием магических артефактов Бардилуа? — Хорошо. Наш владыка демонов в любом случае будет искать Ордова, так что мы расскажем прошлому королю о тебе, когда найдём его. — Премного благодарна вам. Обстановка сейчас критическая, поэтому мне будет трудно помогать вам в открытую. Но позвольте мне хотя бы одарить вас магией благословений, которая поможет вам преодолеть трудности. Миша озадаченно наклонила голову. — …Магией благословений? Вместо ответа, Эйфе расправила свои радужные крылья. Они испустили сияние, и в тот же миг девушек озарил яркий свет, который благословил каждую из них.