Судьба

С какого момента началось всё это? Когда Мишель начала чувствовать нечто странное. Чувство, заставляющее её сердце трепетать при одном только взгляде на него. Каждое движение, улыбка, взгляд — всё привлекало юную Марлон. Она очень любила его. Галлериана. Он был ей не просто отцом. Да, судья дарил дочери всю свою любовь, но это было лишь родственными чувствами. И Мишель понимала что всё это неправильно, что нельзя испытывать к отцу нечто страстное. Но ей было всё равно.

* * *

Одна женщина помогла ей в исполнении своих желаний. Ма. Катана, от которой исходил неяркое пурпурное сияние. Казалось, только прикоснись и получи то, чего хочешь. Однако даже Мишель колебалась. Контракт с демоном — это не шутка. — Но ты ведь хочешь этого, верно? — Ма взглянула на внучку из-под ровной чёлки, спадавшей на глаза. Легонько стукнула ногтём по своей кисеру, сделала затяжку и аккуратно поправила монокль, что так и норовил упасть на пол. — Это всего лишь контракт, ничего лишнего. Может, даже одержимость демоном, если тебе так легче будет. Но сути не меняет. — Да, я хочу, — голос Мишель немного дрожал. Вся ситуация была для девушки довольно напряжённой. — Но ведь если я заключу контракт, то… — То тебе придётся подпитывать демона энергией. А своей тебе вряд ли хватит. Хочешь стать такой же известной, как герцог Веномания? — Колдунья не удержалась и хохотнула. — Если ты действительно хочешь, то сделай. Заключи контракт с демоном и исполни своё желание.

* * *

Марлон быстрым шагом шла по коридору, задумываясь над словами женщины. Если она не обманула, то магия демона Похоти должна была помочь. Сначала девушка думала, что процесс заключения контракта будет сложным, но нет. Всё прошло довольно легко и незаметно. Может это потому, что Мишель ранее уже чувствовала в себе нечто? В конце концов она неспроста выглядела так. Все истории о зеленовласых девушках, так похожих друг на друга, казались лишь сказками. Однако их всех действительно связывала внешность. Микулия Грионьо, Микулия Калгараунд, Призрачный Вор Платоник, Микаэла, Маргарита Бланкенхайм — все они были на одно лицо. Чьё же лицо это было изначально? Ева Мунлит. Первородная грешница. Когда-то Мишель казалось, что всё это бред. Но не сейчас. Галлериан напоминал ей кого-то. Словно человека из далёкого прошлого. Эти синие волосы, глаза, лицо… Впрочем, неважно, кто он. Главное, что она любит его. Стук в дверь. Дыхание прерывается, а в глазах едва ли не темнеет от напряжения. Если всё получится, тогда магия демона заставит Галлериана взглянуть на любимую дочь по-другому. — Да, заходите! Оу, Мишель, проходи, — голос отца такой приятный. Юная Марлон раньше и не задумывалась об этом. Было так приятно слушать его, так что девушка улыбнулась. — У тебя какой-то разговор? — Да… Я хотела сказать, что люблю тебя, — она прижимается к поверхности двери, пальцы мгновенно поворачивают ключ в замочной скважине, запирая двух людей изнутри. — Доченька, родная, я тоже очень люблю тебя. И я рад это слышать. — Нет, ты не понимаешь… Мишель твёрдым шагом подошла к недоумённо глядящему на неё судье. Руки обвили шею, а горячее дыхание опалило бледноватую кожу. Девушка намотала на палец прядь синих волос. — …я люблю тебя по-другому, Галлериан… Губы касаются чужих, всё время манивших юную красавицу. Так не хочется отрываться от тягуче-сладких уст. Марлон буквально усадила отца на стол и оказалась сверху. Всё сошлось идеально, лучше момента и не придумать. Казалось, даже магия здесь не нужна, чтобы понять происходящее. — Давай проведём этот вечер в компании друг друга? Сегодня Галлериан останется в кабинете на всю ночь. Мишель будет рядом с ним, как примерная дочь. Это не просто свет, исходящий от свечи, а целый пожар любви и страсти. Мира даже не догадается о том, что произошло. Дверь заперта на ключ изнутри, значит, никто не зайдёт без разрешения. У судьи и юной леди есть дела поважнее. И только Ма усмехнётся, продолжая курить. Ведь она единственная, кто знает правду. Может, даже напишет когда-нибудь сценарий к фильму. Ах да, точно, ей нужно уточнить у сына, когда будет закончено строительство Театра. Как жаль, что Мишель не знала о том, что не было контракта. Вся та сцена лишь дала ей большой глоток уверенности в себе и своих действиях. — Интересно, как же там Немезида… — задумчиво произнесла Колдунья, перелистывая книгу со своими записями. — В конце концов я же не монстр, бросать дочь совсем одну. Ирина всегда хотела детей, так что мне следует проведать девочку. А? — она перевела взгляд на внезапно потухшую свечу и приулыбнулась. — Надеюсь, у Евы хотя бы в этой жизни будут дети… Ох, о чём же я говорю, нужно уже отправляться! Да, этот секрет останется лишь между ними троими. Ма никогда не станет мешать их любви. Это их судьба.