Мгновение

      Это явно не к добру – проснуться и при этом понятия не иметь, где находишься.       «Что за...» — Руби вздрагивает от неожиданности и тут же издаёт стон, когда резкое движение накрывает голову волной боли. Нехорошо. Она осторожно подносит руку к источнику боли и ощущает влагу. Почему её лицо такое мокрое?       Сознание её подторможённое и затуманенное, до неё долго доходит — кровь. Это кровь. Она истекает кровью. Руби морщится и судорожно сглатывает. Это... Это действительно не к добру.       И почему так темно? Она не может разобрать какие-либо контуры, очертания или вообще хоть что-нибудь вокруг. В который раз ей требуется слишком много времени, чтобы собрать рассеянные мысли воедино и в итоге до неё доходит... Тьфу ты, у неё ведь закрыты глаза. Руби размыкает веки и пытается оглядеться по сторонам, пока боль не бьёт с новой силой и она их накрепко жмурит обратно.       Где она? Ей удалось мельком увидеть свод деревьев над головой, но это мало чем помогает. Она понятия не имеет, где находится и почему её голова так раскалывается. По спине пробегает дрожь. Голова болит, кровь хлещет, а где сама находится — не знает.       Как бы то не было ненавистно признавать, но ей нужна помощь.       Чуток повозившись, Руби лезет в карман и с облегчением выдыхает, когда руками нащупывает свой свиток. Набирая номер сестры, ей даже не нужно смотреть в экран — она знает её номер лучше, чем свой собственный.       Наступает долгая пауза и Руби ждёт ответа. Она хмурится — обычно Янг берёт трубку сразу, как услышит от неё звонок, и потому девочка уже начинает думать, что та, наверное, спит или ещё что, пока Янг наконец не отвечает.       — Чего тебе, Руби? Говорила же, я не хочу разговаривать.       Руби хмурится ещё сильнее. Это... не тот ответ, который она ожидала услышать. Янг словно сердится на неё, но хоть убейте, она не может понять, почему, а попытки вспомнить лишь ухудшают боль. С губ вырывается стон.       — Янг, помги, — бормочет она. Слова кажутся скользкими и будто с трудом помещаются во рту. — Голва болит, и я не наю, де я...       Голова трещит в знак протеста, и очередной стон обрывает Руби на полуслове.       — Воу, Руби, ты че... — раздражение схлынуло с голоса Янг и его заменяет беспокойство. — Что такое? Что случилось?       Вопросы лишь больше сбивают Руби с толку.       — Не наю, — бубнит в ответ. Она так устала. — Не пмню.       — Ты лучше не шути, — Янг тяжело вздыхает.       — Не шчу, — заверяет Руби. Ей, даже будучи лёжа и с закрытыми глазами, мир вокруг кажется неустойчивым.       — Ладно, ладно, уже иду, — кидает Янг. Она опять вздыхает. — Оставайся на месте. Надеюсь, ты не ушла далеко.       — Нкуда н денусь, — удаётся выдавить Руби, и Янг бросает трубку. Её охватывает тёплое чувство уверенности. Голова по-прежнему болит, а она сама озадачена и потеряна, но Янг уже в пути. Она знает, что всё наладится.       Видимо, в какой-то момент Руби отключилась — её приводит в сознание чья-то рука, дергающая её за плечо. Очень тёплая рука. Янг.       Руби криво улыбается: — Привет, сестра, — устало произносит.       — Блин, Руби, ты могла хотя бы сказать, что истекаешь кровью, — Янг слегка наклоняет её голову. Она словно бы напряжена, однако делает это весьма осторожно.       — Извини, — бормочет Руби в ответ. На секунду она проваливается в сон, но резко приходит в себя, когда Янг крепко прижимает кусок ткани ей к голове. От нажима боль усиливается, она вскрикивает и подносит руку к голове, чтобы облегчить её, но Янг убирает руку.       — Оставь, — ругает, — если не хочешь истечь кровью.       Руби опускает руку, дышит медленно, превозмогая боль и пытаясь успокоить взбунтовавшийся желудок.       — Извини, — она повторяет.       Янг вздыхает, обдав лицо Руби горячим дыханием. Она слишком часто вздыхает.       — Давай сейчас как-нибудь без этого, Руби, ты как бы кровью тут истекаешь.       — Угу, — она не решается кивнуть, особенно, когда боль в голове начинает потихоньку отступать. Должно быть, Янг уловила подавленность в голосе Руби, а потому начинает аккуратно убирать ей волосы со лба. Прикосновение слишком успокаивает и заставляет ту вновь провалиться прямиком в туманные сумерки, подальше от боли.       — Эй, — голос у Янг ласковый, но заставляет Руби едва не подпрыгнуть от удивления. Зря это. — Думаю, кровотечение остановилось. Тебя надо завести домой. Сможешь встать? Я никак тебя уже не смогу понести.       Последняя часть предложения кажется странной, но Руби не в силах раздумывать об этом. Идея о том, чтобы встать, звучит не очень привлекательно, но этого не скажешь о походе домой, а потому, собравшись с мыслями, она отвечает ей утвердительно.       Янг запускает руку ей под плечи и медленно, но верно, помогает принять вертикальное положение. И опять же, Руби смутно интересуется, почему Янг делает всё одной рукой, однако этот ход мыслей быстро обрывается, как только она садится. Напряжение в голове взлетает до небес и беспокойный желудок не выдерживает смены позы.       Она наклоняется в сторону и с громким стоном блюёт — какая-то часть её разума надеется, что её не вытошнило прямо на себя. Всё и без того достаточно неловко. Закончив, она вытирает рот рукой и тяжело вздыхает от нарастающей пульсации в висках.       Янг круговыми движениями потирает её между лопатками и в то же время поддерживает рукой.       — Извини, Рубс, стоило сделать это помедленнее, слишком быстро, наверное, получилось. Хочешь перевести дух, прежде чем продолжить?       Как бы здорово это не звучало, Руби хотелось бы покончить с этим как можно скорее.       — Не надо, — отвечает она дрожащим голосом.       — Да, конечно, — Янг выдыхает, рука её осторожно обхватывает талию Руби и та медленно, сантиметр за мучительным сантиметром, поднимает её на ноги. Этот процесс такой же болезненный, как и когда она принимала сидячее положение. К моменту, когда Руби уже окончательно встаёт, она вовсю обливается холодным потом и с трудом пытается удержать равновесие. Однако она не теряет сознание и не блюёт, так что будет считать это за успех.       Это же мелочи жизни, как никак.       Руби тут же начинает покачиваться, однако рука Янг вновь появляется рядом и помогает сориентироваться, пока та не восстанавливает равновесие, надёжно прислоняясь к боку сестры.       — Почти всё, Руби, осталось только добраться до дома. Потихоньку, шаг за шагом. Готова?       Руби не получается расслышать сестру сквозь писк в ушах, но она разбирает слова «почти всё» и «до дома», что звучат неплохо.       — Угу, — мямлит, голос её хриплый и скрипучий.       — Отлично, пошли. Просто попытайся двигать ногами, остальное сделаю я, хорошо?       Процесс ходьбы такой же неприятный, как и процесс подъёма в сидячее или стоячее положение, но для Руби это становится ещё кое-как терпимо, когда она закрывается от всего и просто сосредотачивается на перебирании ног. Рука Янг непрерывно излучает тепло и обволакивает спину, а её голос утешительно вибрирует в ухе.       Должно быть, в какой момент она окончательно впадает в беспамятство, ибо следующее — она на кресле, а сестра слегка подталкивает её в плечо.       — Ты ещё тут, Руби? Я почти уверена, что у тебя сотрясение. Лучше тебе не спать.       Веки Руби... нет, всё её тело, кажется, полностью состоит из камней. Тяжёлых и неподъёмных.       — Но, Янг, — мямлит она, голос её грозится перейти на скулёж. — Я так устала.       Она чуть ли не слышит, как Янг закатывает глаза: — Ладно, ладно, я буду будить тебя, чтобы проверить, как ты, но тогда не жалуйся.       Руби мало что разбирает из ворчания её сестры, но понимает, что теперь ей можно уснуть. Она проваливается в сон, чувствуя, как сестра вытирает ей кровь со лба.

***

      Следующее — она просыпается, распластанная на диване в гостиной. Её голова всё так же побаливает, однако в комнате по-прежнему темно. Должно быть, ещё рано, или... Беглый взгляд раскрывает Руби, что Янг закрыла шторы и жалюзи, чтобы приглушить свет в комнате настолько, насколько это возможно.       Янг. Руби сглатывает комок в горле. Сестра храпит, развалившись на стуле, который перетащила поближе к креслу. Она выглядит усталой, под глазами мешки, а волосы смахивают на крысиное гнездо.       Но она здесь.       К Руби медленно возвращаются воспоминания. Отец уехал на всю ночь по... каким-то делам. Она попыталась поговорить с Янг, достучаться до неё и помочь, но итогом стало то, что она на неё накричала и бесцеремонно выставила за дверь. Опять.       Затем Руби пошла на тренировку, уже начиная терять самообладание от этой гнетущей тишины дома и не желая здесь более находиться... А потом... Что-то пошло не так. Она очнулась раненая, не понимая, что происходит, и в итоге позвала Янг на помощь. Янг была недовольна и даже обвинила Руби в том, что та шутит.       И всё же она пришла. Нашла Руби, привела обратно домой и просидела с ней всю ночь. И это... Это даёт ей надежду.       И, может, это глупо с её стороны, но когда она вновь засыпает с перебинтованной головой и храпящей сестрой рядом, Руби чувствует себя к Янг ближе, чем когда-либо с тех пор, как они вернулись домой из Бикона.