Не называй это любовью: Краткое пособие выживания в underlust.

Фриск спала не особо крепко на новом месте. Поморщив носик, она с трудом открыла заспанные, всё ещё уставшие глаза. Как оказалось, её разбудил знакомый аромат сладости вперемешку с гарью. Переодевшись в свою одежду, она побрела к источнику запаха. Амбре привело её на кухню, где стояла Ториэль, в той же самой короне, но уже в длинном, фиолетовом тонком халате, через который просвечивалось её кружевное нижнее бельё. Шерсть на макушке монстрихи была взъерошенной. Фриск, тихонько кашлянув, отвлекла Ториэль от её важных дел и та, вздрогнув, повернулась к девушке лицом… Вернее грудью, так как та находилась на уровне головы Фриск. [Ториэль] — «Ох… Дитя, ты уже проснулась!». [Фриск] — «Доброе утро, Тори». Леди слегка посмеялась, отведя взгляд в сторону. Она начала с ухмылкой вспоминать некоторые похабные вещи, что творились в этом доме. [Ториэль] — «Хотя мои партнёры часто оставались у меня на ночь, всё же, немного не привычно встречаться с кем-то с утра пораньше». Фриск, усмехнувшись, подумала: «Хах, очень интересно… Нет», — Прикрыв рот рукой и зевнув, девушка обратила внимание на черный дым за спиной Ториэль и указала на него пальцем. Леди-коза тут же начала разбираться со всем этим беспорядком. Запах был отвратным: кажется, это должна была быть яичница. [Ториэль] — «Прости, дитя, я хотела приготовить тебе завтрак, но… похоже, всё пошло не по плану». Девушка усмехнувшись, попросила Ториэль отодвинуться в сторону и взяла руководство кухней на себя. Закатив рукава, она ловко скользя по кухне, исследуя каждый её уголок, прикинула примерное меню. Ториэль, внимательно наблюдая за девчушкой, что смело орудовала на хозяйской кухне, сложив руки в замочек и сидела за обеденным столом. Спустя двадцать минут Фриск поставила на стол чайный сервиз, две порции омлета и тосты с малиновым вареньем и взбитыми сливками. Ториэль не могла оторвать глаз, от этой аппетитной еды. Восхищенно, она проговорила: [Ториэль] — «Фриск, это впечатляет! Где ты научилась так готовить?». [Фриск] — «Ничего особенного, это лишь базовые навыки выживания в дали от родителей. Либо так, либо скажи привет лапше быстрого приготовления!». [Ториэль] — «Хи-хи… Ох, глядя на тебя, я думаю, что за такого партнёра как ты, монстры устраивали бы драки с друг-другом!». Скорее всего, королева хотела такими словами сделать Фриск приятный комплимент, но увы, девушка не особо это оценила, жизнь научила её, что порой именно промолчать — лучшее решение. [Ториэль] — «Ого, я и не знала что сливки можно использовать так. Хи-хи, если честно, мы в подземелье используем их немного иначе». Девушка от неожиданности поперхнулась и начала судорожно кашлять. [Ториэль] — «Фриск, всё в порядке?». Ториэль смотрела на неё с недоумением. Девушка сразу поняла, что для монстров обсуждать подобные темы, даже с «детьми», считается обыденным делом. От этого осознания, у неё немного задёргался глаз. Завтрак оказался довольно сносным. Ториэль, что поела от души, просила Фриск, оказать пару уроков готовки. Улыбаясь, она проговорила: [Ториэль] — «Знаешь, я так давно ни с кем не разговаривала по душам. Наверное ты уже догадалась, что монстры предпочитают разговорам дело…» Коза, показав язык, задорно подмигнула. [Фриск] — «Тори, ты ведь говорила, что у тебя на ночь оставалось много… партнёров… Неужели ты прежде для них не готовила завтрак? Или они тебе?» Глаза монстрихи округлились. Ухмыльнувшись, она сказала: [Ториэль] — «А надо ли? Хах, сделал дело — поспал — молча ушёл. Разве нужно что-то более?». [Фриск] — «Я, конечно, не эксперт в этих делах, но… Разве сексуальные партнёры не должны ухаживать за друг-другом? Ну, или проявлять заботу?» [Ториэль] — «Ч-что…?». Уводя разочарованный взгляд в сторону, она печально произнесла: [Ториэль] — «У меня был лишь один подобный партнёр — мой муж… Но мы больше не спим вместе». «Дайте угадаю, мне придется играть роль семейного психолога? Ну что ж, поехали…» — Без особого энтузиазма сказала сама себе Фриск и продолжила внимательно слушать печальную леди. [Ториэль] — «От этого козла нет никакого проку! Поэтому, я не задумываюсь о таких мелочах, как забота. Когда монстры спят с друг-другом, им нужно лишь удовлетворить своего паразита, кончить и получить сперму. Только так можно забеременеть и родить живого ребёнка!». Тори говорила эти слова, с особой болью и обидой. Фриск мучал вопрос — «Что же так сильно её сломало…?». Невольно для себя, девушка произнесла слова, о которых даже не подумала: [Фриск] — «А как же любовь?». Удивленные глаза Ториэль наполнились слезами. Опомнившись, она начала вытирать стекающие по щекам слёзы. [Фриск] — «Тори… Мне кажется монстры упускают нечто важное…». [Ториэль] — «Хах… На одной любви не сделаешь здорового ребёнка… Мы уже это проходили…». [Фриск] — «Ребёнку нужна любящая семья, Тори… Хотя, я думаю, ты была бы отличной мамой». Послышался треск. От слов Фриск, Ториэль выронила чашку с чаем на деревянный пол. Чашка не разбилась, но пить из неё уже невозможно. Во взгляде Ториэль читались ужас, разочарование и боль. Это был взгляд сломленной женщины. Фриск вскочив с места, ринулась обнимать плачущую навзрыд королеву. Девушка испугалась столь бурной реакции, она жалела, что те слова сорвались у неё с языка. Королева истерично рыдала у неё на плече. Всхлипывая, Тори тихонько говорила: [Ториэль] — «Я… Я так хотела этого ребенка… Я так ждала его…». Фриск гладила её по голове, тихонько приговаривая, что всё хорошо и Тори ни в чём не виновата. Монстриха продолжала плакать, прикрывая лицо массивными лапами. Фриск задумалась о том, что сейчас чувствует Ториэль. Да, на поверхности есть много людей, что отказываются заводить детей. Среди молодёжи и вовсе процветает некий культ ненависти к детям. Но несмотря на это, каждый должен понять эту невыносимую боль, неспособность завести столь желанное дитя и пополнить ряды своей семьи. Регулярные попытки оплодотворения порождают устойчивое чувство тревожности у женщины. Осознание того факта, что женщина неспособна иметь детей, приводит к ощущению социальной неполноценности и является мощным стрессом. В связи с тем, что женщины больше, чем мужчины эмоционально вовлечены в стресс, у них возникает состояние хронической фрустрации, приводящий к депрессии. Ториэль сломлена не просто так… Кто знает, сколько продолжались попытки, сколько времени она находилась наедине со своими навязчивыми мыслями о том, что она не полноценна, что всю жизнь будет одинока. Желание отдать кому либо частицу себя, в какой-то степени эгоистично, но если подумать об этом иначе, разве плохо желать кого-нибудь искренне любить? Фриск было больно от осознания, что в мире существуют вещи, которым никто противостоять не в силах… И что она не в состоянии хоть как нибудь помочь королеве, что благородно поделилась с ней своим кровом и теплотой…

***

Спустя некоторое время, Ториэль перестала плакать. Она сидела с опухшими красными глазами. Кто знает, что послужило причиной её столь открытого отношения к Фриск? Возможно, всему виной одиночество. [Ториэль] — «Я… Никогда прежде об этом ни с кем не говорила…» [Фриск] — «Всё в порядке, если ты не хочешь — не нужно… Но если тебе хочется со мной этим поделиться, я выслушаю…» [Ториэль] — «…Всё началось с того, что в подземелье внезапно упала рождаемость… Возможно это связано с тем, что мы под землёй, под барьером или дышим искусственным, магическим воздухом… Это не важно… Главное, что забеременеть становилось всё сложнее и сложнее… Спустя множество лет, в попытках завести ребёнка, нас с мужем посетила небывалая удача… У меня получилось». Ториэль рассказывала это с разбитым выражением лица, из её глаз капали горькие слёзы, но она продолжала свою историю: [Ториэль] — «Всё шло хорошо, никто и ни что не могло предвещать беды. Всё подземелье праздновало скорое появление наследника… Все, включая и нас с мужем, преисполнились надеждой. Настал день родов…». Королева прикрыв лицо руками слегка опустилась вниз. [Ториэль] — «Мой малыш… Мой принц… Родился мёртвым… Я… Я не знаю, возможно, я что-то сделала не так, возможно я виновна в его смерти… Но… Мне было так больно… После этого случая, многие дети в подземелье так же умирали при рождении… Многие монстры бросили попытки забеременеть… Ведь подобной боли, никто не хотел испытать дважды… И тогда, в подземелье упал человек…». Сердце Фриск дрогнуло. «Человек…? Так здесь уже бывали люди помимо меня? Но где же они?» — задавалась вопросами Фриск, держа Ториэль за руку. [Ториэль] — «У каждого человека, есть свой цвет и сила души». Протянув палец к девушке, монстриха буквально вытянула из груди Фриск сердце глубокого синего цвета. Фриск испугавшись столь необычного феномена, немного отшатнулась назад и чуть не упала со стула. [Ториэль] — «Ох, у тебя очень красивая душа. Я не знаю, какой силой ты наделена… Но у того человека, была красная, а силой являлась — похоть». Ториэль вернула душу Фриск на место. Девушка схватилась за то место, откуда она была «вытянута», чувствуя, как тепло возвращается к груди. [Ториэль] — «Этот человек решил, что убивать монстров очень забавно, сократив тем самым половину и так малого населения. Пришлось его устранить, а душу изъять. Популяция стала в разы меньше… И тогда, было принято спонтанное и плохо обдуманное решение — сделать из этой души инъекцию и ввести её всем репродуктивно-способным монстрам. Многие были не согласны, но мой муж — король Азгор, использовал свои ораторские способности, говоря, что всё это на благо народа… Многие вдохновились его сладкими речами и стали подавлять те меньшинства, что выступали против. И чтобы предотвратить гражданскую войну, было принято издать закон об обязательном прививании. Даже нам с мужем пришлось принять в себя силу этой мерзкой души… Никто тогда не знал. Что душа, это не просто источник силы… После массового инъекцирования, ученые сделали вывод, что содержимое души, вколотое всем монстрам, действовало на них как паразит, питающийся грехом, заставляя монстров удовлетворять похабные желания…». Девушка сидела и впитывала каждое сказанное королевой слово с особой неприязнью… Всё, что происходило в этом чёртовом подземелье, вызывало у неё отвращение и жалость. Она понимала, что никто не виноват в том, что произошло… И от этого ей становилось только хуже. [Ториэль] — «Поэтому, мне было жаль, что ты попала в подземелье, дитя… Тут происходит настоящая бесовщина… И тебе придётся мириться с этим… Это ужасно… Я ужасная королева…». [Фриск] — «Ториэль… Это не так… Ты ведь хотела как лучше, для народа… Ты проделала хорошую работу…». [Ториэль] — «Спасибо, дитя… Я всё больше и больше убеждаюсь в том, что такой как ты здесь не место… Но, обещаю, пока ты рядом со мной, я постараюсь сделать твою жизнь тут счастливой…». [Фриск] — «Спасибо, Тори…».

***

Фриск поняла, что мир, в который она попала не так прост, как казалось на первый взгляд. Монстры в этом мире не просто конченные извращенцы — они личности: со своей историей, со своими травмами и болью. Они не пустые оболочки, знающие только как трахаться и удовлетворять своё ненасытное либидо. Для них это не наслаждение, как может показаться любому, ни в чём не смыслящему человеку, для монстров, это проклятие и неизбежная участь. И Ториэль, это не какая-то пустоголовая милфа, желающая доминировать и унижать своих партнёров… Она чуткая, милая и воспитанная… Она сломлена изнутри и никто никогда не видел всей той боли, что она скрывает за откровенными нарядами. Затуманенный разум этой несчастной женщины, заставлял её творить ужасные сексуальные вещи, но никто никогда не спрашивал у неё, как и у любого другого персонажа — это ли для неё счастье?, этого ли она желает…? …

***

Фриск в подземелье уже четвёртый день. Она решила прогуляться по дому Ториэль, пока та занята государственными делами. Обед уже был готов, оставалось лишь дождаться, когда придёт королева. Все мысли Фриск занимала лишь та боль, что испытывает Ториэль… «Ей даже некому было об этом рассказать…» — Мысленно говорила Фриск, рыская по книжной полке в гостиной. Внезапно, показалась знакомая тень. [Ториэль] — «Дитя, что ты тут высматриваешь?». Девушка задорно улыбнувшись, повернулась к Ториэль и ринулась ей в объятия. Спустя пару секунд, она поняла, что у Тори колючее плечо. Отстранившись, она заметила знакомый цветок. [Фриск] — «Роузи! Ториэль, ты нашла его!» [Ториэль] — «Да, я обходила руины и наткнулась на него. Я уже давно пыталась его поймать, но он, пугаясь меня, всё время прятался под землю. Наверное, из-за того, что он искал тебя, в этот раз не убежал. По каким-то причинам, Роузи не знает кто он или что и… Я подумала, что он такое же заблудшее дитя, как и ты, поэтому, теперь мы здесь!». Леди коза принесла небольшой глиняный горшок с рыхлой землёй и опустила в него розу. [Ториэль] — «Пусть поживёт с нами, составит отличную компанию!». Фриск, улыбнувшись, кивнула. Сейчас, Ториэль вела себя иначе, более искренне и не пошло. Хотя, наряд на ней был всё тот же. [Ториэль] — «Ты хотела что-нибудь почитать?». [Фриск] — «Ох, нет, я просто смотрела». [Роузи] — «А… Можно мне?.. П-правда, я не умею читать…». [Ториэль] — «Всё в порядке, дети, позвольте мне вам кое-что прочесть». Взяв одну из книг с полки, Ториэль, усевшись на большущем кресле у потухшего камина, пригласила Фриск с Роузи присоединиться. Девушка села на второе кресло, поставив Роузи перед камином. Ториэль читала мягко, отчётливо проговаривая каждое слово. Вызывает восхищение. Фриск, хоть и была уже взрослой для подобного, всё равно была не прочь таким образом провести время.

***

[Ториэль] — «На этом, пока что, всё!». [Роузи] — «Вау, это было так интересно! А можно будет ещё?!». [Ториэль] — «Хи-хи, хорошо, дитя, но прежде всего, мы должны поесть». [Фриск] — «Ты очень захватывающе рассказываешь. Мне понравилось». [Ториэль] — «Спасибо, по правде говоря, я всегда хотела быть учителем… Мы с мужем почти осуществили мою мечту, но детей в подземелье было критически мало, поэтому школу пришлось закрыть… Ну что ж, думаю, пора бы заняться ужином!». После уроков от Фриск, Ториэль смогла приготовить что-то более менее съедобное, под руководством самой девушки конечно. Перемешав маленькую порцию земли с удобрением, Ториэль кормила с ложечки Роузи, а тот в свою очередь был не против. Фриск казалось, что они выглядят прям как семья. «Семья…» -Фриск вспоминала о своей жизни на поверхности… О своих друзьях и семье… Ей пришлось сказать это: [Фриск] — «Тори… Я думаю, завтра покинуть руины…». [Ториэль] — «Ох… Если ты считаешь это правильным… Я отпущу тебя…». В глазах Фриск появились слёзы. [Фриск] — «Спасибо, Тори…». Она и сама не знала, почему так быстро привязалась к королеве монстров. Возможно, они просто идеально понимали друг-друга… Но там, на поверхности, Фриск очень ждут, её наверняка ищут. Поэтому, она вынуждена быстрее попасть домой. Ужин прошёл мирно, по-семейному. Ториэль была очень нежна и добродушна к Фриск и Роузи, будто те заменяли ей детей.

***

На следующий день, Ториэль сопроводила Фриск в подвал. Он был сырым и прохладным. На коже у Фриск появились мурашки. Роузи сидел в горшке, что несла Тори, и немного дрожал. И вот, они дошли до большой двери, из щелей которой, дул небольшой сквозняк. [Ториэль] — «Прости, я не могу пойти с тобой… Но не волнуйся, пока ты не агрессивно настроена на монстров, они никогда тебя не нападут первыми. Чтобы достичь Хотленда, тебе следует просто всё время идти вперед, если что, спроси дорогу у кого-нибудь подростка или ребёнка, они не находятся под действием паразитов. Вот, это тебе». Королева протянула Фриск ремень с подвешенным мешочком. Фриск, поблагодарив Тори, пристегнула ремень на пояс шорт и прикрыла его свитером, в мешочке звенели монеты. [Ториэль] — «Этих денег должно хватить… Не волнуйся, скоро примут приказ о твоём удочерении и тогда…». [Фриск] — «Постой, ты меня удочерила? А разве это возможно? А как же твой муж?». [Ториэль] — «Конечно возможно… А о муже можешь не переживать, он сделает всё, что я скажу… Когда я тебя официально удочерю, ни один монстр не посмеет прикоснуться к принцессе без разрешения, это не останется безнаказанно! Ты будешь в безопасности. До тех пор, береги себя». [Роузи] — «Удачного пути, Фриск! Я буду ждать тебя!». [Фриск] — «Да…». Девушка открыла двери ведущие к выходу, в лицо ей ударил свежий воздух. Она уж было собралась уходить, но Ториэль её остановила. [Ториэль] — «Постой, Фриск… Если с Альфис ничего не получится, возвращайся в руины… Я всегда готова принять тебя… И мы станем семьёй». Ториэль тепло улыбнулась сквозь слёзы. Фриск ответив на её улыбку, заметила, что зрачки Тори стали чёрными… Неужели, паразит исчез? Дверь захлопнулась. Фриск должна идти дальше и найти выход… Хотя в глубине души, она понимала, что хотела бы остаться…