Не называй это любовью: Краткое пособие выживания в underlust.

Было решено, что Фриск будет жить в доме братьев скелетов до тех пор, пока она не сможет выполнить свою миссию. И хотя Папайрусу было стыдно за то, что его приём не подобает принцессе, спустя множество уговоров, Фриск убедила его, что всё в порядке.

***

Сегодня, Фриск снова проснулась с мыслями о поверхности. Она изо всех сил отвергала этот мерзкий мир, думая о своей прошлой жизни. Девушка вдумчиво всматривалась в потолок, размышляя о том, что сегодня, она не хочет нервничать и злиться. «Вот бы хоть что-нибудь хорошее случилось…» — Думала девушка, лениво поднимаясь с дивана. Потянувшись, она устремила свой взгляд на кофейный столик. На нём стояла маленькая, прозрачная вазочка с тонким горлышком, а в ней цвел прекрасный цветок. Он состоял из магии, так же как и розы, что может делать Папайрус. Но в этот раз, этим цветком оказалась не роза, это цветок лотоса. Она была фиолетовой, но ближе к прозрачным краям, её лепестки переливались в пурпурный и синий. Девушка нежно взяла цветок в руки и поднесла к носу. Ей отчетливо слышался неестественный для цветка аромат мяты и цитрусовых. «Запах коктейля» — подумала Фриск, опуская взгляд к бирке на вазе. На ней было написано — «Извини за то, что случилось в баре.»… Девушка всё поняла и положив цветок обратно в вазу, она лениво побрела в кухню. На кухне её ожидала Андайн и Папайрус за плитой. Завидев Фриск, Андайн тут же поднялась со своего места и поприветствовала её. [Папайрус] — «Доброе утро!». [Андайн] — «Приветствую вас, принцесса. Хорошо спали?». [Фриск] — «Утречка… И… Всё в порядке, я же говорила что не нужно формальностей». Девушка лучезарно улыбнулась. Младший скелет готовил свои фирменные вафли. На удивление, они были вкусными, хотя со сладостью, Папайрус часто перебарщивает. Девушка оглянулась по сторонам. [Папайрус] — «Ты ищешь брата?». Лицо Фриск моментально перекосилось. Она и сама не понимала, почему искала его. [Папайрус] — «Санс сейчас в своей комнате. Вчера он здорово перебрал и вернулся домой поздно. Теперь отсыпается. Пф… Лентяй». Фриск села за стол, стараясь не думать, о том происшествии в баре. Она конечно этого не признает, но тот лотос поднял ей настроение. Андайн сидела рядом и внимательно наблюдала за каждым движением принцессы. Такая уж у неё работа. Фриск отчетливо ощущала от монстрихи запах морского бриза. [Андайн] — «Принцесса, у вас есть какие-нибудь планы на сегодня?». [Фриск] — «Думаю, нет. Ты абсолютно свободна, если тебя это интересовало.». Фриск не могла понять, что именно сейчас чувствует Андайн, радость или же разочарование. [Фриск] — «У тебя есть какие-то важные дела?». [Андайн] — «Эм… Нет! Вовсе нет!». Папайрус поставил на стол тарелку с вафлями и присоединился к остальным. [Папайрус] — «Кхм… Нам скоро придётся отлучиться». [Фриск] — «Правда? Куда же?». Лицо Папса немного покраснело, а Андайн уводила безразличный взгляд в сторону. [Папайрус] — «Ну, обычно, в это время мы «тренируемся»…». «Оу…», — брякнула Фриск про себя, ковыряя вилкой мягкие вафли. Направив взгляд на Андайн, она заметила, что та не особо заинтересована в этой «тренировке». Ей в голову пришел план. [Фриск] — «Андайн, если ты не занята, можешь показать мне, что находится там дальше, за туманом?». [Папайрус] — «Хм… Ты имеешь в виду Ватерфолл?». [Андайн] — «Если ваше высочество того хочет, я покажу вам свой родной город!». И Андайн и Папайрус заметно приободрились. «Неужели, они настолько сильно не хотят спать друг с другом? Но зачем они тогда это делают?.. Ладно, спрошу об этом Андайн, когда мы будем наедине.» — Размышляла Фриск, собираясь в путешествие.

***

Тем временем, буквально через пару минут после того, как Андайн и Фриск вышли из дома, Санс пробудился после короткого, но все же отрезвляющего сна. Потянувшись и прохрустев костями, он лениво побрел вниз. Поскольку, прошлой ночью монстр надрался в хламину, он лег спать в одежде. Ступив на скрипящую лестницу, он вдруг вспомнил, что живет не один и возможно Фриск всё еще спит. Аккуратно спустившись вниз, Санс посмотрел по сторонам. Как оказалось, Фриск не было рядом. Скелету было крайне интересно, куда же делась его единственная и неповторимая пассия. Проскользнув на кухню, он резко впечатывается в брата. Папайрус испугавшись оступился. [Папайрус] — «Ньех?!.. Брат? Ты уже проснулся?». [Санс] — «Ага~». Папс лучезарно улыбнувшись, случайно опустил взгляд вниз. Его милое выражение лица, преобразилось в неодобрительную, хмурую гримасу. [Папайрус] — «Брат… Мы теперь живем в компании леди… Не забывай застёгивать ширинку». Старший скелет резко опустив взгляд вниз, вздрогнул от неожиданности увиденного. [Санс] — «Упс». Быстрым движением застегнув ширинку, он тяжело вздохнул. Папайрус неловко отвернувшись, немного приуныл. Неуверенно, он проговорил: [Папайрус] — «Братец… Я понимаю, что ты отказываешься от любого соития, но мастурбация это не выход… Я твой младший брат, поэтому не буду тебя осуждать, но другие монстры не поймут…». [Санс] — «Так-так! Стопе! Ты не правильно всё понял, никакого онанизма не было!». [Папайрус] — «Оу… Ха-ха, прости. А я уже надумал…». Так устроен мир монстров. Если в тебе столько страсти и сексуальной энергии иди и по трахайся с кем нибудь. От того что ты подрочишь, народу лучше не станет. «А если честно, то почему же я проснулся в таком виде? Ну и нажрался я вчера… Ничего не могу припомнить», — подумал скелет, сонно шагая к холодильнику. Потянувшись к нижней полке, дабы взять банку с майонезом, он заметил, как из его кармана выпал клочок порванной салфетки. Подняв его с пола, Санс внимательно вчитывался в содержимое этого странного послания. Как оказалось, это был всего лишь номер неизвестной монстрихи. И тогда, скелет с позором вспомнил прошлый вечер.

***

В тот вечер, после того как Фриск покинула бар, оставив Санса наедине со своими мыслями, тот переодевшись в свою одежду, крепко восседал за барной стойкой до победного шота. Он множество раз прокручивал в голове тот разговор с Фриск, то с какой брезгливостью она посмотрела на него, когда он прикоснулся к ней, её голос и скривившиеся от мерзости пухлые губы. Скелет твердо решил, что ради такой девушки, стоит постараться. Как только спирт как следует ударил в голову, у Санса снесло крышу и он принялся покорять танцпол. И хотя он еле держался на ногах, а его забавные движения бедрами были неуклюжими, остальных, так же загашенных монстров, совсем не смутило его пьяное состояние. В конце концов на его «брачные» танцы слетелись монстрихи, и одна из них, не проронив и слова, схватилась за бедра Санса и притянула его к себе. От неожиданности, скелет не успел даже и сообразить что случилось. Воспользовавшись замешательством Санса, монстриха расстегнув его ширинку, крепко вцепилась в его драгоценное хозяйство. Санс хоть и был пьян, но все же промямлить — «Отвали, у меня есть девушка…» он смог. И отстранившись от бестактной мадам, монстр неустойчиво побрёл к выходу. Еле придя домой, скелет побрел в зал. Его одолевали скверные, пьяные мысли — «Сейчас я всё проясню с этой девчонкой! Я, знаете ли, популярный парень тут, и не потерплю к себе такого отношения!... А что если воспользоваться шансом…? Скорее всего она хочет того же что и я, все люди одинаково развратны…!». Тихонько хихикая, скелет на цыпочках пробрался в гостиную, поближе к дивану Фриск. И вот он уже протянул к ней свои похотливые ручонки. Но на пол пути, Санс замер. Вглядываясь в то, как Фриск мило сопит и пускает слюнки на подушку, он передумал. Позабыв о своих прежних мыслях, монстр посмотрел на кофейный столик. Притащив старую маленькую вазу, он беззвучно поставил её на гладкую поверхность стола. Взмахнув рукой, скелет наколдовал свой первый цветок. Прежде, он не дарил подобных подарков девушкам, считал ненужным и лицемерным подобные жесты. Но сегодня, немного другой случай.

***

Сейчас, Санс вспомнив произошедшее, ударил лицо рукой, приговаривая — «Какой же я болван…»… Позабыв о майонезе, он выдвинулся в гостиную, где ночевала Фриск и увидел тот самый цветок. «Лотос? Ну и позор…» — насмешливо подумал скелет. Подойдя ближе, он взял его в руки и на мгновение, его глазницы расширились. Принюхавшись, Санс понял, что его запах перемешался с посторонним, более мягким и очаровательным. С запахом клубники и ванили. «Так она все же прикоснулась к нему…», — подумал скелет, мягко улыбаясь и окуная цветок обратно в вазу. [Папайрус] — «Санс? Ты в порядке?». [Санс] — «… Да, в полном…». Младший скелет немного мялся. Он чувствовал, что с его братцем что-то не так, ведь, как-никак они знакомы всю жизнь. Собравшись, Папс резво проговорил: [Папайрус] — «Знаешь, я, великий Папайрус, готов оказать тебе любую помощь!.. Даже психологическую». [Санс] — «Хех, всё в порядке Папс… Просто, последнее время, я не знаю что с моими чувствами… Всё как то… По другому… Может, я всё же перепил?» [Папайрус] — «Эх… Дело не в алкоголе. Уж я то знаю, ведь чувствую то же самое. Ощущение, будто всё что я делал до этого момента было неправильным. Так что, не стыдись перемен, они к лучшему!». Это было не совсем то что Санс хотел услышать, но от одного вида милого Папайруса, на его душе становилось легче. Вдруг, старший скелет вспомнил нечто важное. [Санс] — «Папс, а где Фриск?». [Папайрус] — «Они с Андайн направились в Ватерфолл». [Санс] — «Ох… Понятно. Я тут отойду ненадолго, окей?». Папайрус — «Конечно! Возвращайся скорей! Ну, или позвони если задержишься!».

***

Так Санс направился в Ватерфолл, он понимал, что это может быть бессмысленно, но все же скелет решил последовать за Фриск. Он сам не понимал, почему его так тянет к ней, но монстр успокаивал себя мыслями о том, что он просто ревнует её как потенциальную партнершу и не желает оставлять наедине с другими монстрами. Глупец. Скелет ходил вокруг да около разыскивая повсюду принцессу подземелья и её личного рыцаря, до тех пор, пока не забрёл на свалку. «Пф. Глупости, зачем им заходить на эту помойку?!», — подумал Санс, уже поворачиваясь к выходу, но внезапно, в его сторону полетела пустая консервная банка, от которой скелет еле как успел увернуться. Как оказалось, это один из монстров копался в мусоре. Весьма редкое явление, так как большинство монстров либо совокупляются, либо работают, у слабохарактерных личностей вроде них не бывает хобби. Приблизившись к источнику суеты, Санс замечает жёлтое пятно. [Санс] — «Альфис?». Монстр ящерица, одетая в один лишь лабораторный халат, подскочив от неожиданности, проскользнула вдоль мусора. Установив со скелетом зрительный контакт, монстриха застенчиво вышла из-за кучи хлама, поправляя свои запотевшие очки. [Альфис] — «С-санс… Чт-то ты тут д-делаешь?». [Санс] — «Я… проходил мимо. А вот что ты тут делаешь?». [Альфис] — «Оу… Я-я… Копаюсь в мусоре… А что? Я между прочим в от-п-пуске! Делаю что хочу». [Санс] — «Так значит, всё это время ты была тут? Ты знала, что тебя кое-кто ищет?». И так Санс рассказал своей давней знакомой все… Ну почти всё. [Альфис] — «Ну н-ничего себе! П-принцесса? Ищет меня? Ох… У меня плохие новости… Я не собираюсь возвращаться в лабораторию где то ещё пару дней… Передай ей п-пожалуйста, что если её д-дело ко мне чрезвычайно в-важное то я тут». [Санс] — «Ага». Ящерица поправляла пышные груди и задумчиво глядела в даль. Она мирно ждала, когда же Санс оставит её одну, но скелет не спешил уходить. Он неловко отводил взгляд, после чего, неуклюже кашлянул. [Альфис] — «У тебя есть что-то еще ко мне?». [Санс] — «Эм… Ну не то чтобы… Да… Если честно, у меня есть к дело. Поможешь по старой дружбе?». [Альфис] — «...Эх... Если хочешь, мы можем отойти на ту мягкую кучу мусора. Но предупреждаю, я люблю грубо и жестко, чтобы ты взял и отодрал меня как суку». Ящерица чуть ли не задыхалась от предстоящего возбуждения, трясь своими толстыми, сочными ляжками и высовывая слюнявый язычок. От волнительного и интенсивного дыхания, её очки вновь запотели. Санс, в испуге сделал шаг назад. Это тут же сбавило настрой ящерицы и она внимательно наблюдала за скелетом. «Охренеть!.. Теперь я начинаю понимать что чувствует Фриск, общаясь с монстрами.» — думал Санс, натягивая свой топ пониже, дабы прикрыть свои «привлекательные» части. Монстры давно толком не общались нормально, поэтому такое явление как поговорить по делу у них отпало. Сансу же никогда ничего не было нужно от остальных, поэтому он не сталкивался с подобными предложениями, когда они и вовсе не уместны. Его глазница задергалась. [Санс] — «Эй-эй! Я всего лишь хотел поговорить!». [Альфис] — «Пого-ворить?». [Санс] — «Да, из всех кого я знаю, ты самая креативная и оригинальная личность. Я хотел спросить у тебя совета». [Альфис] — «Ой, прости! Я все не так поняла! Ха-ха… Фух…». По Альфис с первого взгляда не скажешь, но она выглядела облегченно, словно избежала того, чего не хотела. Сейчас, она выглядела как никогда заинтересованной чем то. [Альфис] — «Так… Какое у тебя дело, Санс?». Скелет сам не понимал, почему ему так тяжело говорить о своих неизвестных чувствах. Санс почувствовал легкий жар у своих скул. «Странно, я вроде не пил… Так почему же я весь горю?» — думал скелет, смущенно уводя взгляд. С нервной улыбочкой на лице он проговорил: [Санс] — «Ну… Насчёт принцессы Фриск… Она меня заинтересовала…». Альфис прикусив губу, продолжала слушать скелета. [Санс] — «Но… как оказалось, она очень особенная, поэтому способ привлечь её тоже должен быть особенным». Альфи повеселела. Задорно подняв большой палец вверх, она подмигнула Сансу и проговорила: [Альфис] — «Положись на меня! Я ведь самый лучший изобретатель в подземелье!». Ящерица достала из кармана анальные шарики в виде красивых, разноцветных жемчужин. [Альфис] — «Вот! Одна из моих новых разработок! Принесет просто уйму удовольствия обоим партнерам!». [Санс] — «Э…». [Альфис] — «Ладно-ладно, что насчет этого?». Ящерица достала из скрытого кармана презерватив. Открыв его, она дунула в резинку немного воздуха и та выпрямилась. Презерватив был покрыт пупырышками и маленькими, неострыми шипами с двух сторон. Он сдулся спустя пару секунд. [Альфис] — «Вот! Не волнуйся, тут всё законно, он сквозной, никакой контрацепции, лишь сплошное удовлетворение!». [Санс] — «Альфис, постой! Мне не совсем это нужно… Она не чувствует полового влечения. Я уже пытался привлечь её сексуально… Не прокатило…». Ящерица широко открыла глаза а её очки слегка скатились на бок. Поправляя их, она проговорила: [Альфис] — «...Ого… Я предполагала подобный исход, но это все равно удивительно… Так… Тебе она правда нравится?». Санс неловко отворачивался, избегая зрительного контакта. Быть честным со своими чувствами намного сложнее чем кажется. [Санс] — «Эм… Не знаю… Наверное?». В глазах Альфис появились звездочки, а мягкие щечки немного покраснели. [Альфис] — «Не может быть, ты в неё влюбился!». Глаза скелета расширились, а скулы покрылись фиолетовым. От волнения, он начал потеть. Сохраняя мнимое спокойствие, он ответил своей оппонентке: [Санс] — «Ч-чего? Что ты такое несешь? Монстры не могут влюбляться, это противоречит нашему образу жизни… Тем более, с чего ты вообще это взяла?». [Альфис] — «Но ты ведь не собираешься с ней спать, но все равно хочешь привлечь её внимание. У тебя к ней не сексуальный, а романтический интерес!». Альфис буквально танцевала, её заметно приободрила подобная новость. В груди Санса что-то екнуло. Он мог думать, что причина его недавнего недуга, может оказаться чем угодно, но только не любовными чувствами. Тихо и разбито, он проговорил: [Санс] — «Да откуда тебе знать о любви…». [Альфис] — «Я… Я знаю что это… Поверь… Санс, тебе нужно действовать, любовь бесценна, но… Ты не должен дать паразиту взять вверх, это может ранить чувства принцессы!». [Санс] — «Но… Что мне тогда предпринять? Я, как и любой другой монстр не понимаю что значит... Романтический интерес... У нас в подземелье нет ничего, что могло бы помочь мне…». Ящерица хитро улыбнулась и опустила руку в мини-холодильник, что плавал неподалёку. [Альфис] — «В подземелье — нет… Но на поверхности — да!». Альфис бросила Сансу белую книжку. Поймав её и разглядев странную обложку, скелет, поднимая одну бровь, проговорил: [Санс] — «Это ещё что?». [Альфис] — «Это романтическая сёдзе манга! Прочитай её и следуй тому же, что в ней написано! Думаю, это единственный доступный нам источник информации о любви». [Санс] — «Мда… Спасибо Альфис, думаю, это мне может пригодиться». Ящерица кивнула в ответ и продолжила копаться в различных кучах мусора. Решив, что не стоит терять времени, скелет начал читать свой новый путеводитель по женскому сердцу. Он долгое время анализировал каждую ситуацию, каждую сцену и вот, в его голове созрел план.

***

Фриск шла по прохладным коридорам, влажного и темного Ватерфолла. Журчание водопадов и потоков успокаивали её расшатанные нервы. Рыцарь Андайн, звонко шагала позади принцессы, осматриваясь по сторонам. Теперь, когда же они одни, Фриск попыталась начать душевную, дружескую беседу. [Фриск] — «Знаешь, я заметила кое-что странное в тебе и Папсе». Монстриха замерла, ей начало казаться, будто её начнут отчитывать. Стараясь осмыслить все свои поступки и понять в чем она провинилась, Андайн стояла как вкопанная. [Фриск] — «Не волнуйся так, я лишь пытаюсь поговорить… Просто… Я не понимаю, зачем вы спите вместе?». Андайн широко открыла глаз, её лицо вспотело. Выдохнув и продолжив сопровождать принцессу она проговорила: [Андайн] — «Так вы об этом… Папайрус давно хотел вступить в королевский гарем, но вы сами понимаете… Он не создан для подобных дел… Это моя вина... Я не могла назвать ему истинной причины его непригодности и сказала, что ему нужно потренироваться в искусстве постельных утех». [Фриск] — «Вы оба выглядите так, словно не хотите этого делать… Тебе настолько не нравится Папс?». [Андайн] — «Нет-нет! Он отлично знает свое дело!». [Фриск] — «Я не об этом… Я заметила, что монстрам плевать как и с кем, по большей части… Но вы двое ведете себя иначе». Синее лицо Андайн начало интенсивно потеть, а тело её сжалось и напряглось. Ярко-жёлтый глаз нервно бегал по всей комнате. Она явно что-то скрывала и Фриск это понимала. Для того чтобы Андайн открылась ей, она должна показать, что хочет быть её другом, а не принцессой, или там начальницей. [Фриск] — «Я знаю, что есть вещи о которых тяжело говорить. Быть асексуалом не так уж просто, потому что чуть ли не каждый в обществе пытается вбить в твою голову, что ты больной и все делаешь неверно… Разве это справедливо? Говорить что моя любовь отличается от нормальной… А что есть нормальная любовь?». Фриск говорила это с особой неприязнью, ведь эту информацию она вытащила из недр своей собственной памяти. Андайн опустила хмурый, печальный взгляд вниз. Её губы содрогались. Она прекрасно понимала о том, что говорит Фриск, эту боль возможно разделить. Чувствовать себя изгоем, отвратительным Фриком та еще мука. ......... И ведь верно. В современном обществе кто-то когда-то создал определенные «нормы», не спросив мнения меньшинства. Быть «нормальным» стало настолько важно, что быть другим уже просто-напросто стало опасно. Потому что никто никогда не защитит меньшинства с другой точкой зрения, ни общество ни государство. Некие «вершители справедливости», иначе говоря быдло, начали считать, что с представителями меньшинств можно обращаться как угодно, начиная с буллинга заканчивая насилием. И всё потому что эти уроды чувствуют безнаказанность. Отвратительно и грязно. Казалось бы, те кто хочет жить своей жизнью, прочувствовать свое собственное счастье, что отличается от общепринятых норм, не нарушая закон — считаются самыми конченными и отвратительными тварями, недостойными человеческого звания. Человека определяет не его семейная принадлежность, ни пол, ни цвет кожи и не ориентация - а его гребаные поступки. ........... Губы Андайн стали дрожать сильнее. Она сама не знала, почему захотела рассказать о своём секрете, который долгие годы был похоронен в её запертом на ключ сердце. Возможно, это потому что монстриха увидела свои страдания в жизни Фриск и наконец почувствовала себя не одинокой. [Андайн] — «...Я… Очень понимаю вас, ваше высочество…». Фриск с надеждой и пониманием посмотрела на дрожащую монстриху. [Андайн] — «Дело не в самом Папайрусе или ком то ещё… Дело во мне… Мне не нравятся мужчины». Фриск мягко улыбнулась. Фриск — «Я догадывалась об этом. Ты просто лесбиянка». Андайн непонятливо раскрыла свой и без того большой глаз. [Фриск] — «Эм. Ну так говорят на поверхности… Если проще - тебе нравятся девушки». Андайн закрывая покрасневшее лицо вскрикнула: [Андайн] — «К-как вы узнали?!» [Фриск] — «Я просто догадалась. Ты была готова переспать со мной при первой же нашей встрече. И хотя было видно, что ты собиралась сделать это лишь ради выполнения своего долга, всё же, твое лицо было не таким печальным каким оно бывает при попытке переспать с Папайрусом. В общем, это было лишь мое предположение. Плюс ко всему, ты давала намеки на то, что любишь кое-кого, но вам нельзя быть вместе... Кто она?». [Андайн] — «АаАаА… Какая разница? Вы её не знаете! И… В любом случае я обречена…». [Фриск] — «Это еще почему?». [Андайн] — «Ну а как же? Мы не можем быть вместе. Правительство редко разрешает монстрам заводить пары… А однополые это и вовсе нонсенс. Мы ведь не можем завести ребенка…» [Фриск] — «Да, но зачем вам свой?». Андайн широко открыла глаз, её лицо было искренне непонимающим и даже взволнованным. [Фриск] — «Я долго думала о монстрах и у меня возник вопрос. Если кому-то удается забеременеть, то как они узнают кто же отец?». [Андайн] — «… А разве это важно? После рождения ребёнка его мать пытается забеременеть снова. Задача монстров это оплодотворять и рожать, но никак не заводить семьи…». [Фриск] — «Там в Сноудине время от времени гуляет около трех детей… Они ведь беспризорники, верно? Разве это не грустно?». [Андайн] — «Ну… Правительство обеспечивает их всем необходимым… Я… почему-то начинаю понимать, что это звучит ужасно…». [Фриск] — «Да, дети получают кров, еду, но не родительскую любовь… Ты и твоя возлюбленная могли бы заботится об этих детях. Да, вы может быть и одного пола, но это не значит, что вы не сможете дать детям нужную заботу и любовь. Так вы обе сможете отдать свой долг перед долбанным обществом. Разве это не здорово?». Лицо Андайн просветлело, сейчас она выглядела уверенно и ясно. Новая принцесса подземелья, которую она считала своей очередной проблемой, вдруг стала решением проблем всего подземелья. «Ангел… О котором рассказывал старина Герсон…» — осмысляла Андайн всматриваясь в нежно улыбающееся лицо человеческой девушки. Глаз монстрихи заслезился. С улыбкой до ушей, она заключила Фриск в крепкие объятия. Девушка впечаталась лицом в ледяную, упругую грудь монстрихи. И хотя это было странно и ей было тяжело дышать, Фриск ответила на столь милые обнимашки. Резко и внезапно, Андайн отстранилась от принцессы и взяв ту за плечи, в ужасе проговорила: [Андайн] — «А как же король и королева?! Они же явно будут против!». Фриск вспоминала свою последнюю встречу с Ториэль. Ей привиделся образ того как Тори, держа в руках Роузи со слезами на глазах провожала Фриск в путь. И в тех самых глазах, полных материнской любви, не было отпечатка паразита. С уверенностью, Фриск сказала: [Фриск] — «Я ведь принцесса, положись на меня и я смогу уладить этот вопрос». [Андайн] — «Вау, спасибо тебе, Фриск! Ой, то есть…». [Фриск] — «Знаешь… Мне нравится, когда я просто Фриск». Андайн вновь обняла девушку. Резво и воодушевлено, она проговорила: [Андайн] — «Мне не терпится рассказать ей обо всём!!!». [Фриск] — «Так и чего же мы ждем? Давай найдем её! Она ведь неподалеку…?». [Андайн] — «Хм… На самом деле, она живет в Хотленде… Ох, точно! Есть тут одно местечко, где она часто бывает, прошу тебя, следуй за мной!». Монстриха широким шагом устремилась вперед. «Ох уж эти монстры…», — подумала и без того уставшая Фриск, следуя за своей новой подругой.