Не называй это любовью: Краткое пособие выживания в underlust.

Радость в каждой слезинке, в каждой фразе, заполняли комнату лаборатории. Все слова о поздравлениях и ликовании гулким шумом отдавались в голове шокированной девушки. Санс, будучи монстром с восстановленным рассудком не мог смеяться и даже его привычной циничной улыбки не было на его ужаснувшемся лице. "Отец, что может забыть своего ребенка" - страшное клеймо, которым своевременно наградил себя он. Радость быстро улетучилась, как только Ториэль вытаращила на Фриск испуганные глаза. И это заставило девушку перевести свой затухший безэмоциональный взгляд на королеву монстров. [Ториэль] - "Дитя… Мне так жаль…" Тори прикрыла рот руками, горько рыдая. Это привело всех в комнате в замешательство. Королева упала перед девушкой на колени и взяла ту за руку. [Ториэль] - "Мне очень тяжело это говорить… Но, как королева я должна… И… Прежде всего, я хочу попросить у тебя прощение, за то, что не смогла этого предотвратить." Фриск сидела почти не моргая, пока Ториэль бросала неоднозначно злые и жалостливые взгляды на дрожащего, почти охваченного паникой, Санса. [Ториэль] - "Послушай, дитя. Тот человек, о котором ты слышала множество раз, не последний упавший человек в подземелье. Были ещё... Так уж вышло, что… Человеку забеременеть или оплодотворить намного легче чем нам, монстрам. Те девушки, что были до тебя тоже беременели, но… Из-за того, что ребенок под их сердцем являлся плодом смешения видов, чаще всего матери умирали при родах, а с ними и ребенок… А те детки, что выживали… Умирали в дальнейшем, ведь в подземелье было не кому позаботиться о них…" В комнате воцарилась гудящая тишина. В голове Фриск эхом раздавалось её же сердцебиение, почти оглушая. Она не могла верить, что всё это происходит с ней. Поэтому, девушка намеренно опустошала сознание ото всех мыслей. Душа Санса ушла в пятки, а тело покрылось мурашками, если бы на нём были бы волосы, то они явно встали бы дыбом. Его возлюбленная, что послужила спасением его души может умереть, не оставив после себя ничего, даже дитя. Сансу казалось, что будь возможность разорваться в клочья, он бы так и поступил, ведь его смерть казалась ему более лёгким выходом. Все вокруг обсуждали дальнейшие действия. Санс стоял, держа язык за зубами, стараясь не падать духом, не дать тёмным мыслям с головой сожрать его. Фриск долгое время сидела в полной прострации, а после, встала с места, обратив на себя всеобщее внимание. Сухо и тихо, она предупредила всех, чтобы за ней не шли. Еле волоча ноги, тяжело дыша, девушка направилась в свой номер в отеле. Зайдя внутрь, повернув ручку двери и заперев её… Девушка упала на колени и закричала, надрывая горло. Она била деревянную дверь руками, царапала её покрытие ногтями, настолько сильно, что оставляла за собой кровавые следы. Девушка не могла держать в себе всю ту разрывающую изнутри боль и обиду. "Будь проклят этот чёртов мир!" - вопила она, между бранными словами, рвала на себе волосы, половина которых застревала под повреждёнными ногтями, а вторая мягко кружась по воздуху падала на ковёр отеля. У Фриск была жизнь, хоть и скучная, но спокойная и обычная - её жизнь. Упав в подземелье, в персональный ад, где чуть-ли не каждый хочет трахнуть её как куклу, не спросив разрешения, она была готова смириться со многим. Фриск лишилась друзей, родственников, места в колледже, своего размеренного и спокойного будущего. И ещё бы чуть-чуть и она смогла бы смириться с этим начать новое будущее тут, в ненавистном подземелье, куда и луча солнца не попадает. Но… Теперь, подземелье намеревалось забрать и её время. Не сдерживая обиду, она кричала, рвала и метала мебель, что с треском разбивалась. Фриск тяжело дышала и взглянула на живот. Её тело дрожало от избытка адреналина, стресса и прочих нахлынувших на неё нездоровых чувств. С ненавистью, она прожигала свою нижнюю часть тела звериным взглядом. "Мелкий ублюдок, что собирается убить меня… Внутри… Ведь так?" - проговорил её изуродованный оскалом рот. В панике, девушка озиралась по разбитой комнате. Идя по осколкам, она устремилась к шкафу, чуть ли не падая на пол. Очевидно, в подземелье не знают, что такое предохранение или аборт. "Вешалка." - шептали её потрескавшиеся губы, тяжело выдыхая воздух. Она открыла шкаф и… Не увидела ни одной. Ей не оставалось ничего кроме как смеяться. Рвано, протяжно, иногда с трудом выдавливать из себя смех, хватаясь острыми пальцами за живот и… Ослабив хватку наконец-то зарыдать. Она сжимала кулаки, с целью начать колотить живот, где прямо сейчас формировался эмбрион, будущее дитя. "Прости меня…" - поскуливала она, скрутившись на полу среди мусора и осколков. Фриск поверить не могла, что секунду назад, была готова возненавидеть того, кто ни в чём неповинен. Она была готова навредить себе, самостоятельно выковырять сгусток зарождающейся жизни из своего чрева. Но не каждый способен решиться на это. Исход один - Если Фриск родит, её будет ждать смерть.

***

Гнев, отчаяние, раздумья, привели девушку к некоторым выводам. Она никогда не была счастлива. А с тех пор, как попала в подземелье, ей казалось, что она проклята. "Та, кому не суждено быть счастливой" - вот кто она. В дверь постучались. Лежа в полной темноте, Фриск промолчала. И тогда, запертая дверь снова была взломана. Глаза девушки осветил яркий свет из коридора и приглушал его лишь силуэт Санса, что стоял в дверном проёме, с ужасом наблюдая весь погром, что в порыве ярости учинила Фриск. Девушка отвернулась от света, перевернувшись на бок. Она почувствовала как на край кровати сел её скелет, молчаливый и осторожный. Прямо как тогда, когда Фриск чуть не изнасиловали монстры в лифте, Санс поддержал её лишь своим скромным присутствием. Девушка не могла поверить, что забеременела от монстра из подземелья, от ходячего скелета. Она прокручивала в голове воспоминания о его жарких объятиях в ту злополучную ночь. Тот, кого она знала всего ничего, станет отцом для её ребенка. Скелет с особой осторожностью протянул к девушке руку, убирая с её лица влажный локон волос. Потрескавшиеся, полу съеденные губы разомкнулись, освобождая севший голос: [Фриск] - "Знай, Санс… Если ты забудешь про этого ребенка, или не сможешь позаботиться о нём как следует… Где бы я ни была, я убью тебя." Рука монстра дрогнула, а из глазниц пропали зрачки. "Не говори так, словно ты собираешься умереть…" - с болью в груди хотел он сказать, но побоялся услышать ответ. Проглотив страх, он тихо сказал: [Санс] - "По словам королевы люди умирали при родах, но… Не стоит так рано сдаваться, сейчас, всё по другому. Мы сделаем всё, что в наших силах и даже больше для того, чтобы всё прошло хорошо. Ты будешь жить… И наш ребенок тоже!" Санс успокаивал этими словами не только Фриск, но и самого себя. На данный момент, эти двое не могли думать о том, что становиться родителями так рано это плохая идея, сейчас, главным вопросом было выживание человеческой девушки. Фриск с трудом поднявшись с кровати, взглянула на монстра уставшими, тусклыми глазами и улыбнулась. Чуть-ли не плача, скелет обнял Фриск, так крепко насколько мог, дабы не навредить ей. [Фриск] - "В таком случае, постарайся сделать меня счастливой." [Санс] - "Обещаю!" Скелет продолжал обнимать девушку, даже не догадываясь, что ни капли не вдохновил её на борьбу. Фриск всегда жила по принципу - надейся на лучшее, но готовься к худшему. В тишине, под звук сердцебиения, девушка обнимала скелета, безжизненно смотря в пустоту, думая - " Постарайся сделать меня счастливой, перед моей кончиной…"

***

Фриск снова проходила осмотр у Альфис. Так уж вышло, что за медицину в подземелье так же отвечали королевские ученые, поэтому, в лаборатории было почти всё нужное оборудование. Почти всё. Фриск лежала на кушетке, размышляя о будущем. Девушка понимала, что в общем счёте ей оставалось жить восемь-девять месяцев. Свободы, как таковой больше нет, а возможности вернуть свою бессмысленную жизнь на поверхности тем более. И среди тёмных и порочных клубков мыслей, у девушки возник один не обычный вопрос - кого же она будет вынашивать эти девять месяцев. Наполовину человек, наполовину монстр. Маленький скелет? В любом случае, это не столь важно. Ториэль утверждала, что летальные роды происходили от переизбытка магии в ребенке, которое человеческое тело матери не выдерживало. И этот факт лишь сильнее приблизил мысли Фриск к смерти. "Я должна быть счастлива, ведь это может отразиться на плоде." - думала девушка, глядя на свой ещё не выпирающий живот. У неё язык не поворачивался называть это дитя своим ребёнком, ведь - "В любом случае, я никогда не увижу тебя." - так она считала. Фриск переехала в дом братьев скелетов. Рассказать Папайрусу о новостях было не сложно. Младший скелет восторженно обнимал девушку и кружил в воздухе. [Папайрус] - "Нья-ха-ха! Я стану дядей!" С радостью кричал он, не подозревая о всех невзгодах взваленных на плечи будущих родителей. Старший скелет отвёл Фриск на второй этаж, к своей комнате. Как только Фриск открыла дверь, она поняла, почему скелет ранее не приглашал её в свои покои. Всюду царила разруха, разбросанные вещи висели на старой мебели. Их ждало много работы, благо, трудолюбивый Папайрус был рад помочь новой парочке. Таким образом, общими усилиями, спустя пару дней, Фриск ожидала её новая комната, с красивыми темно-фиолетовыми занавесками, широкой скрипучей кроватью, милым комодом с небольшим суккулентом в горшочке сверху. Ранее обшарпанный пол Санс застелил темно-серым ковром, по которому девушка любила ходить босиком. Всё выглядело именно так, как она хотела и это грело её душу. Усевшись на краю кровати, слегка сминая белые простыни, она разглядывала всё то небольшое пространство, которое по словам скелета стало принадлежать и ей тоже. Спустя время, в комнату зашёл Санс, держа в руках пару широких и пыльных сумок. Сбросив их на пол, в комнате раздался звук ударившихся деревяшек. С особым интересом, девушка разглядывала то, что Санс принёс в их маленький уголок. Скелет замявшись, тёр шею и говорил: [Санс] - "Не знаю, возможно я спешу, но вот." Монстр высыпал содержимое мешков на пол и с энтузиазмом сказал: [Санс] - "Это старая кроватка Папса. Хех, не думал ,что она когда либо пригодится мне." Санс выглядел довольно вдохновлено, будто отцовство его и вовсе не пугало. Но он боялся грядущего. И лишь чувство долга заставляло его беззаботно улыбаться, ведь сомнения для них двоих были непозволительной роскошью. Фриск завалилась на свою новую кровать. Она лежала и обдумывала дальнейшее, пока Санс собирал детскую кроватку по частям. Его предусмотрительность показалась ей довольно милой и она не заметила, как начала искренне улыбаться, впервые за эти не лёгкие времена.

***

Когда-то, Фриск была той, кто постоянно помогал другим. Она проделала долгий и тернистый путь, результат которого был виден невооруженным глазом. Ториэль обрела материнство. Папайрус понял, что спать с остальными монстрами не обязательно, для того, чтобы быть популярным. Андайн и Альфис смогли начать отношение невзирая на общественное порицание. А Санс выполз из тёмной ямы в которой засиживался годы. И теперь, все эти монстры возвращали девушке её добро. Папайрус натренировался в кулинарном мастерстве, следя за сбалансированным питанием Фриск. Ведь ранее, все его блюда были перенасыщены сахаром, перцем и другими вкусовыми усилителями. Ториэль со слезами на глазах дарила Фриск вещи для детей, которые она приготавливала для своего мёртворожденного сына. Андайн тщательно оберегала Фриск от опасностей, а Альфис была её личным врачом. Санс же был для Фриск ближе всех. Он опекал её настолько сильно, что девушка невольно начинала смеяться, приговаривая - "Я беременна, а не больна.". Жизнь Фриск была наполнена всеразличными радостями. Теперь, когда она была смиренна, буквально всё в этом мире вызывало у неё улыбку. Купание в ручьях Ватерфолла стало её любимой привычкой. А утренние прогулки по освежающему Сноудину буквально традиция. Монстрёнок не раз прикасался хвостиком к её животику, сгорая от любопытства, каким же будет ребенок тех, в ком он видел родительские фигуры. "Жду тебя, сестрёнка, или братишка" - думал он про себя, представляя как будет играть с малюткой. И когда живот Фриск стал очевиден, монстры, что ранее испытывали к ней влечение, в её присутствии становились нормальными. Будто беременная женщина в поле зрения паразита отключала его. Фриск одевалась иначе, теперь, девушка полностью отдавала предпочтение растянутым футболкам и свободным спортивным штанам. Её волосы отрасли, почти доставая до груди. Она сидела около лавки, поглаживая свой живот и наблюдая за тем, как Санс, играл с мимо проходящими детьми в снежки. Из глаза девушки покатилась слеза. "Я не хочу умирать" - слова что она боялась даже прошептать. Этот недолгий период, был для неё самым счастливым в жизни, Фриск делала что захочет, гуляла без опаски, купалась в источниках, читала книги и… Самое главное, она прочувствовала на себе какого это, когда тебя окружают заботой. За прожитые месяцы, по настоящему прожитые, она поняла - что хотела бы присутствовать в будущем своего ребенка. На шестом месяце, Фриск проходила обследование у Альфис. Санс сидел около своей возлюбленной, обнимая её живот. Это было его забавной привычкой, которая приводила Фриск в восторг, ведь столь приятные ожидания малыша с его стороны вселяли ей уверенность, что скелет с ролью отцовства справится. За эти полгода, девушка осознала, что хоть беременность в двадцать один и была довольно ранней и сначала нежелательной, всё таки, она хотела бы стать матерью ребенка, что носит под сердцем. Ящерица заметив грустный взгляд девушки сказала: [Альфис] - "Мы должны иметь в виду, что в тех летальных случаях ни о беременных девушках, не о их детях никто не заботился. С-сейчас мы можем изменить всё в лучшую сторону и роды п-принцессы пройдут ус-спешно с большей вероятностью!" [Санс] - "Верно, малышка. К тому же, мы более чем готовы к пополнению." Скелет был прав, за эти полгода, дом братьев скелетов преобразился, с каждым днём наполняясь нужными для ухода за детьми вещами. Девушка почувствовала, как руки скелета задрожали. Погладив того по голове, широко улыбнувшись, она сказала: [Фриск] - "Я обязательно выживу, Санс." Монстр расплылся в улыбке, ведь надеяться в одиночку было сложно. Ребёнок… Ребёнок человека и монстра, обречённый жить в подземелье полном похоти и грязи… А в дальнейшем, по достижению совершеннолетия должен пройти вакцинацию… Фриск не пугало это. И не потому, что она не собирается быть частью жизни этого дитя. Девушка уже давно всё решила. Альфис попросила Санса удалиться, чтоб не смущать Фриск во время осмотра и как только скелет вышел за дверь, умиротворённое лицо девушки сменилось на мрачное и решительное. И это заставило ящерицу нервно сглотнуть. Серьёзным тоном, девушка начала говорить: [Фриск] - "Альфис… Когда меня не станет, прошу, без угрызения совести сделай из моей души вакцину." [Альфис] - "Но…" [Фриск] - "Нет, Альфис… Это единственное, что я могу сделать для благополучного будущего. Я не как Санс… Я не тешусь иллюзиями о будущем, где мне есть место." Из глаз девушки посыпались слёзы, но ни один мускул её решительного лица не дрогнул.

***

Настал тот самый день. Санс, что хоть и был скелетом, весь бледный ходил вокруг палаты. Он молился всем богам на свете, чтобы всё прошло благополучно. Помимо него, в коридоре ожидали и другие монстры, те кто сопровождали Фриск во время её тяжелого периода. Папайрус качался из стороны в сторону, а Меттатон пытался его успокоить. Ториэль сложив руки в замочек стояла у стены, взмаливаясь о благополучии и Фриск и её дитя. Андайн стояла рядом, нервно топая ногой. Все в этой лаборатории любили Фриск и очень ждали появления её дитя. И спустя затяжные часы страданий, из палаты донёсся детский плач. Альфис поднесла к матери её ребенка, столь хрупкого и забавного, что Фриск расплылась в умилительной улыбке с слезами на глазах. Не сдержавшись, Санс влетел во внутрь, огляделся и… Увидел Фриск, всю измотанную, потрёпанную и умиротворённо улыбающуюся. Рядом с ней стояла Альфис, что роняла множество слёз о плиточный пол. Его возлюбленная не шевелилась, не дышала, а её рука безжизненно свисала с кровати. Казалось девушка что с самого начала своего пути была несчастна, умерла счастливой, ни о чём не жалея. Последние девять месяцев её жизни были наполнены лучшими воспоминаниями, чувствами. Её прежде бессмысленная жизнь стала иной и быстро оборвалась, оставив в этом бренном мире частичку себя. Зрачки скелета пропали, а глазницы заполнились слезами. Всё внутри будто в один миг разорвалось и исчезло, оставляя в груди вакуумную скулящую пустоту. И всё потеряло всякий смысл, сам Санс и его жизнь потеряли смысл. Все поняли в чём дело. Ториэль первая подбежала к бездыханному телу Фриск, рыдая и обнимая её. Все столпились вокруг уже мёртвой человеческой девушки. Санс стоял в прострации и с каждой секундой проведённой в этой палате, где умерла его возлюбленная, он терял тягу к существованию, обдумывая способы закончить свои страдания. И вдруг в его голову ударил раздражающий звук, от которого всё тело наполнялось неописуемой тревогой. Оказалось, всё это время в кроватке у стены плакал ребенок - его ребёнок. Еле перебирая ноги, слегка пошатываясь, с гримасой полной ужаса и безысходности, скелет подошёл к кроватке. Слегка смуглая кожа. закрытые глазки и пушок на голове цвета кости. "Дочка" - сдерживая слёзы проговорил он.

***

Множество бессонных ночей монстр провёл в страдании по Фриск, по той, кого он любил больше жизни. Альфис и Андайн заботились о малютке, пока её отец не мог и краем глаза взглянуть на неё, ведь та всем своим видом напоминала ему о смерти его любви. И о том, что именно из-за её рождения, любовь его жизни покинула этот мир. Он боялся обвинить в этом ни в чём не повинного ребенка. Ни один раз, он навещал могилу, что находилась под садом роз, в том самом месте, где Фриск впервые появилась в подземелье. И когда Альфис и Андайн стали забывать её кормить, Санс понял - проклятие пришло в действие. Проклятие, что заставляет монстров забывать о потомстве и продолжать попытки зачинать ребенка снова и снова. Его окутал небывалый страх, пронизывая каждую кость в его бренном теле. Санс боялся, что забудет о своём дитя и пока был в здравом уме, он взял душу своей почившей возлюбленной и начал эксперимент. Дочь, это всё что у него осталось, поэтому, скелет как можно быстрее приступил к разработке противоядия. Альфис, давшая умершей обещание, помогала тому в этом вопросе. Скелет спешил, делал ошибки, но… Настал тот самый день. Ящерица поднесла к его кости шприц внутри которого было содержимое синего цвета. И вколов его, она наблюдала за бурной реакцией, что заставляла Санса хвататься за голову и кричать. Ярко-розовые зрачки превратились в капли, не теряя времени, Альфис схватила первую попавшуюся пробирку и поднесла её к лицу скелета. Розовая жижица ярко переливалась, заставляя ящерицу ехидно улыбаться. И тогда она предположила, что раз они смогли найти способ сделать из души вакцину, то могут и наоборот, превратить вакцину обратно в душу. Навязчивые голоса пропали, от чувства постоянной жажды и голода не осталось и следа. Панацея была готова.

***

Исцелённые, монстры начали свою новую, иную жизнь. Жертва, что принесла Фриск спасла целую нацию от разложения, позволила забытым детям обрести родителей и наконец, позволила монстрам снова полюбить и создавать семьи. Для Санса семьей была его дочка - Фрэнси, что открыла золотые глазки. Она столь сильно напоминала ему о Фриск, что при каждом взгляде на неё, скелет хотел и плакать и улыбаться. Забота о ребёнке в одиночку была трудной задачей, но Санс справлялся, у него просто не было выбора. Ему приходилось совмещать работу и заботу о ребёнке, но это было ему в радость, наполняло утраченным смыслом его существование. Ведь, если он не мог жить без Фриск, он мог жить ради Фрэнси, что нуждалась в нём. В их с Папсом в доме частенько появлялся маленький гость - Монстрёнок, что частенько приглядывал за Фрэнси, считая ту своей провозглашенной сестрёнкой. За Фрэнси ухаживали все, Папайрус, Андайн и Альфис и конечно же Ториэль. Всеобщими усилиями, Санс справлялся. И когда скелет и ящерица смогли воссоздать седьмую душу, монстры смогли выйти на свободу. Вот она долгожданная свобода, о которой монстры даже не помышляли, будучи погрязшими в разврате и жажде паразита.Санс стоял на горе, впереди всей толпы, ослеплённой солнечным светом, держа годовалую Фрэнси на руках. Их ждала новая жизнь, счастливая жизнь, где малышка сможет найти своё место среди людей. Смерть Фриск не только исцелила монстров, но и дала им свободу, подарила надежду. Девушка выполнила свою цель, помогла монстрам как смогла.