Нас так учили

Боль. Война. Смерть. Все это, как никогда, присуще этому времени. Мир будто закрыл глаза, не желая разбираться с проблемами ни сегодня, ни завтра, ни вообще когда либо. Все события закинуты в дальний угол и хорошенько прикрыты толстым слоем пыли. Вдыхай ее сколько хочешь, да так, чтобы посильнее задохнуться, забыться, уйти от всего, что тебя так тесно окружает. Полгода. Всего полгода понадобилось, чтобы они забыли, или постарались забыть, весь этот ужас и страх. Будто этого никогда и не было. Но оно было. Были смерть, пытка, крик. Но все это уже давно под слоем пыли. Мутным, искусственным, плотным. Полгода назад Волан-Де-Морт был в очередной раз повержен. Один из последних крестражей был найден и уничтожен. Но он был не последним. Это точно знали почти все. Но не все хотели в это верить, потому что пыль им больше по душе. Большенство Пожирателей Смерти были казнены или изгнаны в Азбакан. Только немногим удалось оправдаться. Но их магические способности были ограничены чуть ли не под корень, палочки больше почти не имели смысла. Татуировки не сводились, это было почти не возможно, они буквально жили во владельцах, что опять же подтверждал теорию о наличии ещё одного крестража. Оставалось разве что ампутировать руку каждому из Пожирателей. Министерство назвало это «способом наказания» для сторонников Волан-Де-Морта, как напоминание о совершённом. Ученикам, пропустившим год своего обучения в Хогвартсе, предложили вернуться к обучению, в том числе это предложение распространялось и на Пожирателей. Не все выжившие способны были вернуться в место, где все стена пропитанным самими страшными моментами, непроизносимыми заклинаниями, смертью. Она закрыла глаза, не желая видеть ничего ни вокруг себя, ни внутри. Мысли бегали по ее голове, не давая покоя, буквально сносили все на своём пути, отметая все остальные, положительные или даже мысли об учебе. Девушка не узнавала себя, куда делась та самая решительная, умная, ответственная девочка, горевшая желанием узнавать что-то новое, быть на первом месте везде и всегда? Кажется, она умерла. Она умерла где-то год назад, может меньше. Девушка не знала. Топот мыслей нарушал ровно отстукивающий ритм идущего поезда. Гермиона открыла глаза, услышав резкий шум по правую сторону от себя. Она резко повернула голову, положила руку на палочки в кармане, все это произошло за считаные секунды, на автомате. Дверь открылась и за ней показался лохматый брюнет, смотрящий на неё округлившимися зелёными глазами через стекло своих очков. «Гарри». Девушка вытащила руку из кармана, пробежалась взглядом по парню и снова посмотрела на окно. Поттер сел напротив Грейнджер, сложив руки в замок, постоянно сжимая пальцы до побеления. Его взгляд обвёл девушку с головы до ног, пытаясь почувствовать хоть какие-то эмоции кроме безразличия в ее темных глубоких глазах. - Ты в порядке ? - прозвучал тихий голос Гарри, он не скрыл своего беспокойства, бегая по лицу девушки все ещё в поисках эмоций. - Да, все нормально, - голос был отрешённым, далеким от настоящего. Гермиона все ещё смотрела в окно, даже не пытаясь отвести взгляд, не совершая никаких иных действий. Волосы были грубо разбросаны по хрупким плечам, губы имели бледный розовый оттенок. Грейнджер стала ещё более худой, чем ранее. Ее розовые прежде щеки будто выцвели, а глаза покрылись мутной пленкой озабоченности. Некогда подходящие по размеру вещи сейчас весели на ней, будто на два размера больше. Яркий галстук факультета был приспущен, первые пуговицы рубашки расстегнуты. Гермиона никогда не ходила так ранее - это было не в ее стиле. Уходить так глубоко в себя тоже. В голове всплывали все новые воспоминания, но каждый раз она находила себя на мысли, что думала о серых глазах, которые встретила сегодня на платформе. - Гермиона, ну же, не стой столбом. Поезд скоро отправляется! - голос миссис Молли резал уши молодой волшебнице, - Ты так задумаешься как-нибудь и упадёшь с обрыва, не увидев его, - ее интонация была прерывистой и непостоянной, отчего хотелось закрыть уши. Все заносили свои вещи в поезд, переговариваясь между собой. У девушки не было сил на разговоры. Она лениво обвела взглядом платформу. На глаза попались ребята из ее факультета, бодро махавшие ей рукой в знак приветствия. У неё не было сил им ответить. Она уже заканчивала свой воображаемый обход платформы по кругу, как поймала на себе взгляд пустых светлых серых глаз, лениво смотрящих на неё. Гермиона пробежалась по угловатому лицу слизеринца, его бледная кожа стала еще светлее. Вещи так же висели на нем, как и на ней. Костлявые длинные пальцы придерживали сумку, не давая ей упасть. Весь вид Малфоя говорил об усталости, раздражённости и, наверное впервые в жизни, неуверенности. Она не знает, сколько времени прошло прежде, чем она отвела взгляд на опять кричащую до крови в ушах Моллли и зашла в поезд. *** Самое сложное - делать вид, что все в порядке, что все хорошо, что все кончилось. Ведь этого хотели от неё друзья? «Давай, Гермиона, соберись, ради Гарри и Рона, натяни уже эту дурацкую улыбку, лишь бы им стало проще». Грейнджер сидела за столом в Большом Зале, вяло переворачивая в десятый раз кусок мяса, от которого не откусила ни куска. Аппетит не то, чтобы пропал. Ей казалось, прикоснись она к еде, ее вывернет прямо здесь незамедлительно. Рон и Гарри, на удивление, поддерживали беседу, но девушка уже давно не могла уловить ее смысл, она потеряла нить. Гермионе казалось, что они просто забыли про все то, что произошло. Закрыли это все тем самым слоем плотной пыли нежелания разбираться в проблемах, решать их. Они слишком устали. Она тоже устала, но не могла найти в себе силы забыть все то, что так часто бегало по ее голове. - Гермиона, все в порядке? - она резко обернулась к Рону, пробежавшись по его неухоженной голове и полному еды рту. - Да, Гермиона, мы немного волнуемся по поводу твоего состояния за последнее время. Ты сама не своя, - добавил Гарри. - Все в порядке, не волнуйтесь, - старалась как можно убедительны звучать Гермиона. - Мы же видим, что что-то не так. Что случилось? - более громким тоном произнёс Рон, отчего резало ее уши. Ненасытный. - Я же сказала. Все. В. Порядке. - Почему тогда ты пялишься в одну точку, постоянно думаешь о чём-то. Нам не хватает твоего общения, ты только и делаешь, что погружаешься в себя и свои мысли. Это все из-за Волан-Де-Мотра, я знаю, но… - Рон, заткнись к чертовой матери! Все нормально у меня! - она вскочила со своего места, бросила короткий взгляд на двоих и направилась к выходу из Большого Зала. - Стой, подожди, Гермиона, ты не так все поняла, - кричал ей в след что-то Рон, все ещё пережёвывая что-то в своём рту. Но девушка уже ничего не слышала, направляясь в непонятном ей самой направлении. «Тупицы! Тупицы, тупицы! Что у них с головой? К ним что, применили Обвилиэйт? Где они потерялись? Война не закончилась, это лишь затишье перед бурей. Как можно так относиться ко всему, что происходит вокруг? Чертовы дураки!» Гермиона тихо шагала по коридорам, сама не заметила, как ноги привели ее к гостиной Гриффиндора. Только сейчас девушка поняла, что ее руки вспотели, а ногти оставили красные полукруги на ее ладошках. Выдохнув, отбросив все свои мысли, Гермиона вошла в гостиную. Надежда на тихое и незаметное проникновение в комнату ударилась о пол, как только она увидела полную гостиную людей. Никто даже и не думал грустить или думать о странностях происходящего вокруг волшебного мира. Мысли снова забегали по ее голове, отвращение от всего увиденного сидело где-то в глотке. «Да что это они все?» Неужели такое можно забыть и опустить. Девушка осторожно отправилась к лестнице, дабы не попадаться на глаза остальным гриффиндорцам. «Вот, ещё чуть-чуть, Гермиона, давай.» До дверей оставалась пара метров, девушка ускорила шаг. - О, Гермиона, не присоединишься к нам? Избегаешь нашего общества? «Симус» Девушка остановилась на месте, руки опять сложились в кулаки, оставляя следы. - Плохо себя чувствую, не хочу вам мешать, знаешь, рушить всю атмосферу, - она резко дёрнула дверь и скрылась на стеной своей комнаты. Девушка прислонилась к стене и медленно начала спускаться по ней, не в силах стоять сейчас. Ноги подкашивались, голова раскалывалась от бегающих в ней мыслей. Глаза помутнели, слёзы начали собираться в уголках глаз, но она этого не чувствовала, будто это все не с ней. Без сил девушка легла на холодный пол, прислонившись к нему щекой. Слишком трудно, слишком наиграно. Все не по настоящему, лишь муляж радости и спокойствия. И все это знали, но не все хотели это видеть. *** Утро. Опять утро, опять эти наигранные лица, натянутая радость. Девушка прошлась руками по своему лицу, она плохо спала. Мысли не отпускали ее даже ночью. Круги под глазами, растрепанные волосы, бледное, как никогда, лицо с не менее бледными губами. На часах шесть утра. Слишком рано, но она не уснёт, не сможет. Поднявшись с кровати, она пошла в душ, это то, что нужно. Горячая вода, кипяток, это должно смыть всю грязь. Она должна заставить себя быть прежней, быть живой. *** Зелья - это точно добьёт ее. Последний урок у Снейпа. Гермиона точно отдаст концы, если что-то пойдёт не так. «Черт!» из рук выпала книга. У девушки еле нашлись силы ее поднять. Шаг медленный, руки дрожат от перенапряжения и огромного, казалось ей, груза в виде книги. Она еле доплелась до кабинета, из которого исходили крики. «Этого ещё не хватало» Войдя в кабинет она ещё больше захотела упасть на месте. - Иди в черту, Нотт, хренов ты Пожиратель! Ты мне будешь что-то говорить об отвественности? - раздался отдаленный крик Гарри. - Ох, почему же я не удивлён? - на лице у брюнета выступила улыбка, больше похожая на оскал. Гермиона ускорила шаг, дабы разлепить двух волшебников, которые вот-вот порвут друг друга на части. - Вот и ваша курочка-наседка прибежала вас спасать, да, Грейнджер? - Нотт быстро перевёл взгляд на девушку, которая встала между ними. Гермиона не обратила на это колкое выступление своё внимание. - Ублюдок, - Гарри двинулся в сторону Нотта, но наткнулся на вытянутые руки девушки. - Повтори это ещё раз, и я обещаю, Грейнджер мне не помешает смять твою наглую рожу. - Гарри, успокойся, сядь на место, - ее голос звучал тихо и спокойно, она сама была удивлена ему. - Он того не стоит, правда. - Послушай свою подружку, Поттер, она дело говорит, хоть ум ее не подвит так, как все остальное. - Нотт, закрой свою пасть и завались на стул, твоё масло в огне сейчас никому не сдалось, - девушка повернула голову к парень со спины, все ещё держа руки вытянутыми. - Не зазнавайся, Грейнджер, знай своё место, ты просто никто по сравнению… - Все, Тео, сядь, - послышался тихий мужской голос с парты сзади. - Этот сброд тебя не стоит. - Но, Малфой, они… - Сядь, - он перевёл взгляд с парты на Нотта. Парень обвёл взглядом насупившегося Поттера и сел по другую сторону от слизеринца. Поттер и Грейнджер тоже заняли свои места. Взгляд Гермионы быстро пробежался по Малфою, опять же она подметила, что его кожа стала ещё бледнее. Холодные серые глаза так же обошли ее с ног до головы и поймали взгляд девушки. В них был холод, равнодушие, ничего более. Будто этот человек умер ещё давно, ни намёка на какие-то сторонние эмоции. Девушка отвернулась от слизеринца и постаралась откинуть ненужные мысли на дальнюю полку, что у неё не особо получилось. *** Она не хотела идти на ужин, от запаха еды ее воротило, но за ней зашли Гарри и Рон, если она откажет, то не отвяжется от вопросов. Сидя в Большом Зале, она хотела скорее уйти отсюда. Девушка не пыталась даже завести разговор или, хотя бы, его поддержать,она быстро теряла связь с настоящим. - Гермиона, как ты себя чувствуешь? - прозвучал тихий голос Гарри, отдавшийся эхом в ее голове. - Нормально, Гарри, все в порядке, я просто задумалась о предстоящих заданиях, - она старалась, правда. - Мы же видим, что что-то не так, Миона! - голос Рона был слишком громким. - Все хорошо, честно, - ее голос звучал раздраженно, но, похоже, это поняла только она. - Рон, опять ты за… - Гермиона, ты что-то скрываешь, это точно, ты сама не своя, вечно в этих мыслях, сколько можно, ты хотя бы постарайся улыбаться! - слишком резко. - Рон, я и так стараюсь делать все возможное, - ее голос был тихий. - Нет, ты можешь больше, я знаю! - Рон, мать твою, отцепить от меня. Я не собираюсь закрывать глаза на то, что происходит вокруг. Если ты готов забыть про всю ту боль, которую понесла нас война, то я нет! Волан-Де-Морт не умер, и ты это знаешь, - она вскочила со своего места, все взгляды приковались к ней, - Я.Не.Собираюсь. Натягивать улыбку, Рональд. Ни для тебя, ни для кого-то ещё. Прошу меня извинить, что я опять нарушила вашу атмосферу «все хорошо и мы натягиваем эту херову улыбку», я ухожу отсюда, - она бросила на них взгляд, полный непонимания, ярости и разочарования. Пришла в себя она только возле озера, сил не было идти в свою спальню, опять куча вопросительных взглядов. Это последнее, что она хотела сейчас. Аккуратно согнув ноги, она села на уже холодную траву, сложив руки на колени и уткнувшись лицом в землю. Мысли опять накрыли ее. Девушка испустила уставший вздох, по щекам капали слёзы, но она не чувствовала их. Шаги. Чьи-то тихие и ритмичные шаги. Это не Рон, слишком красивые звуки для такого человека, а Гарри точно не стал бы искать ее здесь. Гермиона вытерла слёзы на щеках, только сейчас она их почувствовала, и повернула голову. К ней шла темная фигура высокого человека в чёрной одежде, почти как призрак, только белобрысая шевелюра выдавала его. - Малфой?..