Life with Epilepsy

Сириус был одет в мантию бордово-фиолетового цвета с выгравированной на ней большой буквой «W».  Бродяга не мог себе представить, что ему придётся посетить заседание Визенгамота, вместо своего деда, так как тот ввиду тяжёлой болезни не может посетить сие мероприятие.   - Сириус, ты очень бледный. Неужели волнуешься? – озабоченно спросил у внука Арктурус.   - Естественно, – ответил Сириус. — Я впервые там буду. Ещё и выступать придётся от твоего имени. Боюсь, ляпну какую-нибудь глупость.   - Не бойся. Всё хорошо будет. Чистокровные тебя поддержат. А их большинство, – успокаивал внука лорд Блэк. — Тебе лишь нужно выступить с докладом о происходящем в школе. О том происшествии с троллем. Можешь сообщить членам Визенгамота о решении директора, что ребёнок страдающий эпилепсией, должен будет играть в квиддич.   - Хорошо, дедушка, – прошептал Сириус, нервно заправив волосы назад, а после дошёл к камину, и зачерпнул из чаши летучего пороха. — Ну ладно, я пошёл. Атриум Министерства Магии!   Полыхнуло пламя и Сириус исчез, появившись в Атриуме Министерства. Он стоял в конце очень длинного, великолепного зала с тёмным паркетным полом, отлакированным до зеркального блеска. На переливчато-синем потолке сияли золотые символы, которые перемещались и видоизменялись, делая потолок похожим на огромную небесную доску объявлений. В стенах, обшитых гладкими панелями из тёмного дерева, было устроено множество позолоченных каминов. Каждые несколько секунд в том или ином камине на левой стене с мягким свистом кто-то появлялся — либо волшебница, либо волшебник. Справа перед каминами стояли небольшие очереди желающих покинуть Министерство. Но главным украшением Атриума является большой фонтан Магического Братства с золотыми скульптурами Мага, Волшебницы, Гоблина, Кентавра и Домашнего Эльфа. Принято кидать в фонтан мелкие монетки, эти пожертвования отдаются Больнице Св. Мунго. Сириус на удачу кинул парочку галеонов в фонтан. Только после этого Бродяга отправился на лифте на второй уровень, где отправился в зал N 10. Зал предстал перед ним в виде роскошного помещения. Здесь присутствует обилие всевозможных архитектурных изысков от целых рядов изящных арок, меж которых расположены ярусы, где находятся места лордов. Позолоченные подсвечники добавляют антураж залу. В особо ясный день солнечные лучи проникают в зал и падают на ложу, где расположено троноподобное кресло – место, где восседает глава Визенгамота. Вся зала так украшена различными лепнинами, фресками на потолке и портретами знатный и давно умерших лордов. Состав Везингамота подразделяется на три яруса. Верхний ярус представляют чистокровные аристократы из знатный родов, обладающие титулами. Их место в составе Везингамота передаётся по наследству. Они же в основном представляют фракцию «Чистокровных снобов», настроенных против маглолюбцев.  Средний ярус представляют чистокровные, также из знатных родов. Их место в составе Везингамота либо наследственное, либо же их выбрали голосованием. Они составляют фракцию «Нейтралов», то есть они не против маглорожденных, но и открыто фракцию «чистокровных снобов» тоже поддерживать не станут. Ну и нижний ярус – это выборные. Туда входят, как чистокровные и полукровки, так и маглорожденные. Они составляют фракцию «маглолюбцев». Чистокровные аристократы называют их «ставниками Дамблдора», так как те поддерживают идеологию верховного чародея. Сириус же поднялся на верхнее ложе и занял место главы рода. На его пальце левой руки красовался перстень наследника рода. Оглядевшись, Бродяга понял, что окружён «пожирателями смерти». По соседству с ним были: лорды - Люциус Малфой, Георг Гойл, Бенджи Крэб, лорд Нотт, Лорд Розье, лорд Эйвери и другие. Из нейтралов не по-далеку были лорды Грингласс и Пруэт. Все они принялись приветствовать Сириуса, а также принялись интересоваться здоровьем Арктуруса Регулуса Блэка. Сириус отвечал кратко и лаконично: что деду лучше, но в ближайшее время он не сможет заседать в Везингамоте. Постепенно все ярусы запомнялись. И только когда все расселись в зал заседание соизволил зайти глава Везингамота – Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, одетый в баклажанного цвета мантию с вышитыми на ней золотой нитью месяцами и звёздами. Рядом с верховным чародея разместились секретарь Везингамота, молодой мужчина лет сорока и министерский обвинитель, Амелия Боунс, являющаяся главой департамента магического правопорядка.   - Секретарь Брукс, — обратился к полукровке Альбус Дамблдор, — Есть ли в составе Визенгамота какие-либо изменения?   - Имеются, Верховный Чародей, – ответил секретарь, поправляя очки. — Вместо лорда Блэка, ввиду его болезни, в заседаниях будет принимать участие его внук, Сириус Орион Блэк, являющийся Наследником рода Блэк. Также Наследник Блэк является представителем малолетнего Наследника рода Поттер, Гарольда Джеймса Поттера.   - Замечательно, Брукс, – ответил Дамблдор. Он был недоволен, что своевольный Сириус имеет аж два голоса в  совете. — Что у нас сегодня на повестке дня?   - Два дела о нарушении статута секретности, дело вора Наземникуса Флетчера, а также отложенное дело о происшествии в Хогвартсе, связанное с нападением тролля на учеников, - сообщила ему Амелия Боунс, женщина лет сорока с элегантным коротким каре светлых волос.   - Ну хорошо, ну хорошо, – ответил Дамблдор. Он был готов кусать локти из-за всплытия дела о тролле, о котором, как он думал, все благополучно забыли. Он к нему даже был готов. – Приступим к рассмотрению дела мисс Криденкс, которая занималась гаданием для маггловского населения, чего ей не следовало делать: этим она нарушила статут секретности.   Следующие два часа Визенгамот разбирал дела о нарушение статута секретности, где большинством голосом оправдали незадачливых магов. Дело о краже закончилось обвинительным приговором, хотя Дамблдор пытался смягчить приговор для вора Наземникуса Флетчера. Вора приговорили к трём годам заключения в Азкабане в секторе общего режима. Но самым тяжёлым было дело о происшествие в школе. Были предоставлены письменные показания преподавателей школы, из которых стало ясно, что нападение тролля на магглорожденную ученицу,  имело место. Выступил Люциус Малфой от фракции «чистокровных снобов». Он благородным языком объяснил, что директор явно не справляется с работой в Хогвартсе, да и как глава Визенгамота он тоже не ас. На удивление Дамблдора, фракция «Нейтралов» поддержала чистокровных аристократов в том, что директор явно не справляется со своими обязанностями, включающими безопасность школы. Нейтралы были за то, что в школу следует отправить проверку во главе с Попечительским советом.  Фракция «магглолюбцев», как и следовало ожидать, принялась единогласно поддерживать Альбуса Дамблдора. И вот дошло дело до голосования. С большим преимуществом голосов(37 гососов «за» и всего 17 «против») совет проголосовал за проверку в Хогвартсе. Также было устроено голосование «Об отставке Верховного Чародея с занимаемой им должности». Вот тут Дамблдору пришлось потеть и краснеть. Магглолюбцы всеми правдами и неправдами поддерживали Дамблдора. Фракция «чистокровных снобов» была за отставку верховного чародея единогласно. Определиться никак не могли «нейтралы». Но результат голосования удивил многих: 28 против 24. Двадцать восемь голосов было за рассмотрение дела «Об отставке Верховного Чародея с занимаемой должности». Остальные двадцать четыре проголосовали в поддержку Альбуса Дамблдора. Причём голосование в пользу отставки пожилого чародея решили два голоса: лорда Пруэтта и Бартемиуса Крауча.   Сириус покидал зал заседаний довольный, но смертельно уставший. Он был словно выжатый лимон. Но его тогда неожиданно схватил за руку самый неординарный маг – Ксенофилиус Лавгуд.   - Сириус, я хочу в своём журнале написать статью о Гарри Поттере. – заявил воодушевно Ксено Лавгуд, мужчина с платиновыми волосами и голубыми глазами на выкате, взгляд у него был полусумасшедший, а одет он был в абрикосового цвета мантию и лимонную рубашку и башмаки.   - Что именно ты хочешь написать в «Придире»? – спросил Сириус у Ксенфилиуса, когда они покидали атриум Министерства магии через камин.   - О том, что Гарри Поттер самый обычный мальчик. Что слава героя ему особо не нужна, – ответил Ксено, выходя вместе с Блэком из камина в пабе «Дырявый котёл», - Давай сядем за столик в кафе Фортескью и ты подумаешь над моим предложением, а?   Мужчины покинули бедный и грязный паб, направившись по магической улочке до светлого и просторного помещения кафе. Там Сириус и Ксенофилиус расположились за столиком и сделали заказ.   - Ксено, я не против того, чтобы ты написал статью о Гарри, в своей «Придире», – проговорил Бродяга и сложил руки на столе, — но напиши вот о чем: Директор Хогвартса принуждает больного эпилепсией ребёнка играть в Квиддич.   - А что такое эпилепсия? – озадаченно поинтересовался Ксенофилиус и достал из сумки обычный маггловский карандаш и тетрадку.   - Эпилепсия, это такая опасная болезнь, Ксено, — начал пояснять Сириус редактору «Придиры». — Сопровождается неконтролируемыми приступами судорог. А теперь представь, что подобный приступ может произойти у Гарри во время игры.   - Это может убить или покалечить мальчика. Это опасно, – согласился с Сириусом Лавгуд. — То есть Дамблдор принуждает больного ребёнка играть в травмоопасную игру?   - И не только Дамблдор, к моему сожалению, но и Минерва Макгонагалл, – ответил Сириус. — Это могут подтвердить профессора Филиус Флитвик и Северус Снейп, декан Гарри.   - Это статья будет сенсацией, а главное направлена на защиту ребёнка, – заключил Ксено. Бродяга понял, что Лавгуд, несмотря на свое помешательство, всё-таки не лишён здравого смысла. — А почему ты не хочешь предоставить этот материал Рите Скитер?   - Она много воды и вранья напишет, а правды с гулькин нос, – ответил Сириус. — Да и я подумал, что как отец, ты этот вопрос подашь с нужным оттенком.   - Ну тогда по рукам, – улыбнулся Ксенофилиус. — Статья будет готова на следующей неделе. Тебе нужно только предоставить мне все материалы и свидетельские показания.   На этом Сириус и Ксенофилиус Лавгуд договорились, а после того как доели свои порции мороженного распрощались. Ксено отправился к себе, дожидаться от Блэка материалов для статьи. Сириус тоже отправился домой. Там его ожидал клуб заинтересованных в окончательном умертвлении Волдеморта.