Коварный план

Син Цю пригласил их в “Глазурный павильон” и благополучно исчез предварительно сказав, что всё уже оплачено и они – Чун Юнь и Ху Тао – могут сидеть здесь сколько душе угодно. Стол, за который они сели, изобиловал едой, но похоже она была вся горячей – был заметен поднимающийся пар – и острой, Чун Юнь был в этом уверен. Скорее всего это всё было коварным планом Син Цю и Ху Тао – вывести Чуня из равновесия, как он предполагал. Но план этот не увенчался успехом, опять же по его предположению. На удивление Ху Тао была тихой и пристально рассматривала еду. И только один мимолётно брошенный взгляд на неё заставлял сердце экзорциста биться чаще... от раздражения. Она резко схватила палочки и что-то съела. Чунь не успел рассмотреть что. Ху Тао замерла с забавно надутыми щёчками, лицо её начало краснеть, и она часто заморгала. В уголках глаз у неё скопились слёзы. Определённо еда острая. Это даже немного позабавило Чун Юня, что плохо – ему нельзя забываться. Немного отойдя, она хитро улыбнулась и подсела очень близко к экзорцисту. – Чуньчик, а попробуй-ка ветчины, – слащаво сказала она и поднесла палочки к его лицу. Похоже она решила самолично исполнить их ужасный план. – Спасибо, но не стоит. – Но ты даже ещё не попробовал, а уже отказываешься, – наигранно обиженно парировала она. – Я догадываюсь какая она на вкус. – Думаешь, что острая, – с ухмылкой сказала она. – Смотри, – и быстро съела ветчину. Её забавная реакция не повторилась. С сомнениями, но Чун Юнь решил взять палочки. – Нет-нет-нет, я хочу тебя кормить! – возмутилась девушка. – Но- его беспардонно прервали, запихнув ветчину прямо в рот. Она оказалась на удивление не острой и холодной. Чуню захотелось ещё. – Видишь? Давай доверься мне, – эти слова прозвучали искренне. – Хорошо, – тяжело вздохнув сказал экзорцист. – Ура! А теперь попробуй помидорку! – И она с упоением продолжила его кормить. Ху Тао мастерски находила не острую пищу, а если попадалось горячая, то дула на неё чтобы охладить. Не смотря на всё это жар в теле Чун Юня только нарастал. Он начал часто дышать. – Ой-ой ты чего разволновался? – Мне надо выйти, – прерывисто сказал он. – Тихо, дыши глубоко. Давай, повторяй за мной. Вдох, – она глубоко вдохнула, Чунь послушался. – Выдох, – они повторили так несколько раз, но это не помогло. – Ну чего ты? – Ху Тао нежно обхватила его лицо ладонями, и время для юного экзорциста остановилось. Он начал рассматривать её тонкие черты лица, вздёрнутый носик и рубиновые глаза. Чун Юнь никогда и подумать не мог, что глава ритуального бюро может быть такой милой и заботливой. – У тебя удивительно холодные руки, – с замиранием сердца произнёс он. – А у тебя удивительно горячие щёки, – улыбнулась она. А потом неожиданно чмокнула его в нос. От перегрева Чун Юнь потерял сознание. На следующий день он узнает от прохожих, что начал петь на столе серенады в честь неподражаемой госпожи Ху попутно сбрасывая все тарелки. А после сбежав из ресторана они вместе гуляли и напевали хиллиаду попутно ища призраков на ночных улицах Ли Юэ. Определённо это был коварный план Син Цю и Ху Тао.