Герой и злодей – две стороны одной монеты.

— Хей, Юнги! — голос юноши раздается эхом в пустой раздевалке, которая была переполнена учениками буквально несколько минут назад. Именно за это время им удалось сменить свои школьные наряды на геройские костюмы. Каждый из них старается тратить на это как можно меньше времени как сейчас, так и в будущем при спасении людей. Оставив всё ещё собирающихся одноклассников позади, они двинулись к автобусу у школы, чтобы на нём быстрее добраться до тренировочной площадки. Именно на ней должна будет проходить их очередная практическая тренировка. — Остальные уже ушли, остались только мы, — продолжает Чон. — Учитель Сон не любит опоздания, ты же знаешь. Юн мог почувствовать присутствие своего одноклассника за несколько километров. У того слишком отличимая от других аура, его с легкостью можно было узнать в толпе и… Его яркий геройский костюм, даже не глядя, на данный момент нельзя было перепутать ни с чем или ни с кем другим. В общем, слишком выделяется на фоне остальных. Но на вопрос друга Мин не отвечает. Молчит и всматривается в помятый, местами пожелтевший и выцветший лист в руке. — О, а это кто? — Чон подсаживается ближе, всматриваясь в фотографию и текст на бумаге, гласящие о пропаже десятилетнего мальчика примерно шесть-семь лет назад. У ребёнка яркая и счастливая улыбка, довольно запоминающаяся на первый взгляд. Чёрные и волнистые волосы, которые, кажется, разносит легкий ветер в солнечный летний день. Под губой красуется небольшая родинка и, если бы парень не стал всматриваться в фотографию, принял бы её за дефект печати или за некий эффект, появившийся в связи с количеством времени, которое прошло с момента её издания в печать. Хотя даже после нескольких секунд он не был уверен в своем ответе. Детскую щёку же украшал небольшой, но видимый шрам. — Чон Чонг… — Пошли уже. — сухо, но наконец-то подаёт голос другой, складывая бережно лист в свою школьную сумку, и одним ловким движением поднимается со скамьи. — Ты же сам сказал, что учитель Сон не любит опоздания. Так чего же расселся рядом со мной? — с неким вызовом опускает взгляд на темноволосого парня, замечая его растерянность. — Айщ, Хосок, не смотри на меня так, пошли уже. — Юнги не ждёт ответа от друга, лишь поправляет черную мантию и направляется к выходу из раздевалки, зная, что тот последует за ним. У Чона просто нет другого выбора, или, если выразиться точнее, в раздевалке не было никаких дополнительных путей выхода, кроме того, к которому пошел старший. — Узнаю своего старого доброго Юнги… — подскакивает на ноги вслед за Мином и, вздохнув, cпешит его догнать. Ожидаемо. — Так, что это за пропавший мальчик? У него довольно милое личико. Это связанно с твоей практикой у Первого*? Новое поручение? Его уже нашли про-герои? Но это довольно старое объявление о пропаже, судя по датам это было… Шесть? Семь лет назад? У меня плохо с вычислениями, ты и сам знаешь. А ещё его черты кажутся мне знакомыми, особенно тот небольшой шрам на щеке. Кого-то напоминает, но никак не могу вспомнить… Совпадение? Зачем тебе столь старое объявление о пропаже какого-то мальчишки? — Всё то тебе надо знать, придурок! Слишком много базаришь, не думаешь? — недовольно смотрит на идущего рядом с ним одноклассника, что не переставал задумчиво улыбаться, даже бровью не повёл от тона друга: привык к его манере общения. Хосок и вправду всегда был чересчур любопытным, активным, а его речь казалась быстрой и непонятной в моменты, когда тема его интересовала. Иногда Юнги было сложно разобрать, что именно несёт этот «тупоголовый клоун». Порой всё это жуть как раздражало Мина. — Да ладно тебе. Если не хотел говорить на эту тему, то так бы и сказал. — яркая и широкая улыбка сменяется на более лёгкую и нежную. Понимающую? — Ты же знаешь, что можешь обратиться ко мне, когда тебя будет что-то беспокоить или будет нужна помощь, да? Так что, да… Лучше улыбнись, такая грозная мина тебе не идет. Всех людей распугаешь, будущий спаситель, — поднимает уголки губ кончиками указательных пальцев, демонстративно показывая парню. — Ты же будущий номер Один. Или ты уже позабыл свои возгласы о становление будущей опоры всех героев, страны и мира? Юнги лишь цокает языком и, прикрыв глаза, громко заявляет: — Конечно нет, дубина. За кого ты меня держишь, а?! Сомневаешься во мне?! — скрещивает руки на груди и, несмотря на весь серьёзный вид и тон голоса, вызывает смех со стороны друга. — Я превзойду всех, даже тебя, и стану грёбаным номером Один, ясно? — Хах, я даже не сомневался в тебе. Ничуть. Ну, раз так, тогда улыбайся, герой.

***

— Боже мой… Юнги-хён, ты так вырос, но ничуть не изменился. Помню тебя совсем маленьким, тогда ты был выше меня, а сейчас мне кажется, что всё стало наоборот. Почему же ты улыбаешься, неужели всё-таки позабыл своего дорогого и любимого друга? Не рад?! — глаза, что были полностью переполнены болью и страданиями, имели ещё какой-то блеск и были устремлены на старшеклассника, а широкая улыбка и панический смех будоражили почти каждого из присутствующих. Казалось, будто незнакомый юноша, что неожиданно предстал на центральной площади тренировочного центра, был ненамного старше всех учеников. Именно в этом огромном куполообразном здании, известном как U.S.J, должна была проходить их первая тренировка по спасению людей при различных фальшивых бедствиях и катастрофах. Но она была нагло прервана неким незнакомцем. Но на самом ли деле незнакомцем?

Моментом ранее…

— Ого, Юнги! Ты только глянь на то, какой он огромный! — возгласы Хосока и ещё пары троек «шумных балбесов» (именно так Юнги называл некоторых из своих одноклассников) были слышны буквально в каждом уголке автобуса. На нём, спустя минут десять-пятнадцать после начала движения, ученики стали подъезжать к тренировочному центру — именно это и стало причиной возникновения шума, который пытался предотвратить староста класса. Юноша совсем недавно занял этот пост, поэтому, ощущая огромную ответственность за ребят класса, он делает всё, чтобы оправдать свою должность. — Ребята, давайте будем вести себя подобающе ученикам старшей школы U.A! Мы должны показать всем, что мы заслужено учимся в столь известном и выдающемся заведении, ведь мы — будущие выпускники и герои!

Правда он слишком… Слишком старается.

— Джун, сядь уже, — цокает языком Юнги, который до этого момента молча сидел у окна с поставленным на его краю локтём, которым подпирал свою голову. — Сам же понимаешь, этих идиотов ничего не остановит. Лучше сиди и сам не мозоль глаза. Бесите. Такой ответ заставляет старосту прикусить нижнюю губу, что-то недовольно бурча. Наверняка Ким Намджун (так его звали) и сам понимал, что из-за отсутствия должного авторитета и уважения со стороны одноклассников, мало кто станет прислушиваться к его словам. Но некая надежда и вера в своих новых товарищей не давали ему покоя. Ему ещё удастся заполучить доверие и уважение ребят. Правда, он всё же присаживается на свое место, молча прожигая в полу автобуса дыру до момента их остановки. Unforeseen Simulation Joint или же коротко U.S.J — зона фальшивых бедствий и катастроф. Была собственноручно построена одним из про-героев и учителем старшей школы U.A — Сириусом*, — в качестве тренировочной площадки для учащихся. Здесь юные герои учатся спасению людей при симуляции всевозможных видов катастроф: наводнений, цунами, оползней, пожаров и прочих стихийных бедствий. Предназначение зоны заключается в обучении не только спасению, но и умению старшеклассников использовать свои силы и способности во благо. Они прекрасно осознают существование огромного количества причуд, с помощью которых легко можно покалечить или убить окружающих людей. Именно поэтому будущие герои должны усвоить, что их способности не для того, чтобы причинять боль другим. Ученики, сделав выводы из сегодняшней тренировки в этом центре должны усвоить, что их причуды для помощи людям. Сегодня двери U.S.J были открыты для первогодок класса A, которым предстояло впервые пройти данную практику под руководством Сириуса и своего классного руководителя — Учителя Сона. — Внутри он кажется ещё больше, чем снаружи, — Хосок не мог перестать восхищаться центром даже оказавшись внутри него. Собрав всех учеников вместе, учителя приступили к ознакомлению с центром, а также коротко решили рассказать о том, что именно ждет ребят, чтобы те смогли морально подготовить себя. — Мне так уже не терпится приступить к практике! — А мне то как не терпится… Я вот-вот уссусь прямо на месте. — Тш… Юнги, Хосок, будьте тише. Вы мешаете учителям! Давайте дадим им возможность договорить, а после обсудим всё вместе. — Намджун как всегда за своё, но в этот раз ему с легкостью удается заставить учеников замолчать и внимательно выслушать речь про-героев. Правда это вышло из-за того, что Мин всё-таки решил охладить свой пыл и на этот раз, только на этот раз, промолчать. Вход в здание — большие синие ворота — находился на некой платформе, от которой по лестницы вниз можно было попасть на своеобразную центральную площадь. Именно она соединяла все имеющие для практики зоны катастроф и бедствий. Их было всего шесть: разрушений, оползней, горная, пожаров, наводнений и цунами, ураганов и ливней — каждую можно было увидеть с главного входа. На них открывался потрясающий вид. Сириус хорошо поработал над этим местом. Как и сказали учителя, сейчас будущим героям предстоит разделиться на небольшие группы по несколько человек, которые учителя заранее приготовили на прошедшем общем собрании, а после пройти к закрепленным за ними зонам. Но прежде чем они приступили к практике… Некое замыкание в сети и электричестве заставило купол, все входы и выходы закрыться железными пластинами. Не все ученики догадались о причине происходящего, но некоторые решили, что такое происходит в экстренных случаях на территории академии. Сложно было утверждать, но такая защита наверняка бы не активировалась системой безопасности при банальном пожаре в той же столовой, за этим точно стоит что-то намного покрупнее. Это ведь U.A. Её подходу к защите своих драгоценных учеников можно только позавидовать. Но не сегодня. Шум и грохот от закрывающихся пластин заставили недавно прибывших учеников содрогнуться от неожиданности и устремить свои вопросительные взгляды в сторону учителей. Таким образом ученики надеялись получить от них хоть какой-то ответ, но судя по их выражениям лиц, учителя и сами находились в замешательстве. Причины были неясны ещё какое-то время, но профессиональные герои до сих пор стояли настороже. Как учителей, их первостепенной задачей в таких ситуациях является защита учеников. — Учитель Сон, неужели это какой-то этап начала тренировки. Если это так, то… — Всем стоять на месте, никто никуда не расходится! Черт… — мужчина средних лет недовольно убирает телефон в карман после неудачной попытки связаться с руководством и другими учителями. — Кажется, кто-то глушит связь. Тэён? — поворачивается в сторону одного из своих учеников. Тот от неожиданно произнесенного мужчиной своего имени вздрагивает, но всё равно откликается. — Попробуй с помощью своей причуды связаться с главным зданием U.A. — Простите, Учитель. У меня не вышло. Даже мои сигналы не проходят за пределы этого купола. Если бы я только мог оказаться снаружи, то моё сообщение возможно бы дошло, но я и в этом не уверен. — Тэён, один из учеников класса 1-A. Его причудой является статическое электричество, а его геройский костюм включает в себя специальный прибор на ухе, действующий как средство связи и способный передавать местоположение. — Кто-то намерено не даёт нам связаться с другими героями. Причуда по типу Тэёна? — размышляет вслух Джун, осматривая закрытый выход. Проверяет на прочность и рассчитывает шансы на побег. — Значит им не нужны лишние гости. Но даже если и предположить, что не только мы оказались в таком положении, то другие наверняка пытаются найти выход из ситуации, связаться с остальными и защитить учеников. Разговор между учениками прерывает громкий, разносящийся эхом по всему зданию смех. Его нельзя было сравнить с заразительным, вызванной забавной шуткой, после которого другие начинают легко подхватывать и смеяться вместе. Наоборот. Он сеял страх, пускал по телу неприятные табуны мурашек, а по спине бежал холодный пот. Многие ощутили это неприятное чувство. Смех продолжался буквально несколько секунд, прежде чем все обратили своё внимание на незнакомца, появившегося через черный, полыхающий фиолетовым оттенком портал на центральной площади. За незнакомцем из портала вышло ещё двое. — Кто он? Будто психопат… Я таких только в фильмах видел. —успевает произнести кто-то из толпы, прежде чем учителя за долю секунды оказались спереди группы, принимая боевые позы. Было понятно сразу — это группа злодеев. И всё, что происходило минутами ранее, наверняка произошло по их же вине. — Извините, что пришлось так нагло прервать ваш урок, — темноволосый юноша, стоящий в центре, отдаёт низкий поклон в знак приветствия «публики», перед которой ему пришлось предстать. — Конечно, мы заявились к вам без приглашения, но ведь это и делает наше появление неким сюрпризом. Многим детям это нравится, вы так не считаете? — выпрямляется, вновь показывая свою широкую, ненормальную улыбку. Ему требуется несколько секунд, чтобы оглядеть людей, находящихся сверху, на платформе. — Кто вы такие? Зачем заявились сюда? Отвечайте немедленно! — подаёт голос один из учителей, который не спускал взгляда с молодого парня, но его вопросы так и остаются без ответа. — О боже ж ты мой! Юнги, это правда ты? — палитра эмоций, которую ученики могли наблюдать на лице одного из злодеев, сменялась буквально каждую секунду, в зависимости от темы разговора или от человека, на которого падал его взгляд. — Как же мы так попали, и вправду ты. Не молчи же, поговори со мной! У нас с тобой столько тем для разговора, но вот времени не так много. — активно машет рукой, другую приложив к лицу, будто пытаясь докричаться до ученика в мантии, на которого было обращено всё внимание. — Что за… Хён, кто это? Ты его знаешь? — Хосок первый (никто в нём и не сомневался) кидается к старшему со своими расспросами. Многим ученикам было интересно, что же связывало их одноклассника с этим незнакомцем, который продолжал улыбаться и ждать хоть какого-то ответа от старшеклассника. — Эй, погодите, а разве это не… — казалось, будто после первых слов одной девушки в толпе, глаза злодея засверкали ещё больше. Юн перестал быть столь интересен злодею, всего на пару секунд, пока юная ученица не закончила свое предположение. — Джей? — О да, дорогая, я так ждал, пока ты закончишь! Ты права, абсолютно права! — крепко обнял себя руками, сделав несколько пируэтов. Пара других злодеев лишь отступила по сторонам, дабы напарник не задел их в порыве своего безрассудного поведения. — Что? Джей? Кто это? — Нападение в торговом центре Тэгум месяц назад. Об этом говорили в новостях лишь пару дней, потому что героям не удалось никого поймать, а полиция до сих пор продолжает свои расследования. — отвечает Юнги, не сводя пристальный взгляда с чужого лица, изучая его. — Спустя неделю стали известны лишь несколько участников, виновных в нападении, этот отброс один из них. Злодей с прозвищем «Джей», один из обвиняемых в нападении в Тэгу, является участником группировки «Лиги Злодеев». Также виновен в ещё нескольких инцидентах и уб… — Продолжай, давай же, хорошенький мой… — Впервые слышу о таком. Почему ты так много знаешь о нём? — Намджун переводит взгляд то на своего друга, то в сторону злодеев, повторяя это ещё пару раз. — Джей… — Хосок произносит чужое имя вслух для пробы, медленно скользя взглядом по злодею сверху вниз. До него не сразу доходит, где именно он уже видел это личико. Требуется время, чтобы в голове всплыл образ мальчишки, которого ранее ему удалось увидеть. «…Под губой красуется небольшая родинка» … «…Детскую щеку же украшал небольшой, но видимый шрам» ... «— А ещё его черты кажутся мне знакомыми, особенно тот небольшой шрам на щеке. Кого-то напоминает, но никак не могу вспомнить… Совпадение?» … — Юнги?.. — парню не удается скрыть свое волнение и дрожь в голосе из-за огромного потока мыслей, что смешивались, путались в огромный ком прямо в его голове. — Это же он? Тот мальчик? Хах… Да не может быть... — не сдерживает нервный смешок, так и не получив от старшего ответа. Всё стало ясно, как только Чон взглянул на друга. — Боже мой… Оказывается, ты так много знаешь обо мне. Юнги—хён, а ты так вырос, но ничуть не изменился. Помню тебя совсем маленьким, тогда ты был выше меня, а сейчас мне кажется, что всё стало наоборот. Почему же ты не улыбаешься? Неужели всё-таки позабыл своего дорогого и любимого друга? Не рад видеть меня? — голос стал намного громче и срывался на крик. Глаза, что были полностью переполнены болью и страданиями, имели ещё какой-то блеск и были устремлены на старшеклассника, а широкая улыбка и панический смех будоражили почти каждого из присутствующих. Рукой он сжимал свою белую рубашку в районе груди, комкая ткань в кулак, где когда-то что-то невыносимо болело, ныло, горело и разбивалось в дребезги. Мало кто заметил, что незнакомый юноша, неожиданно представший на центральной площади тренировочного центра, был немного старше всех учеников. — Джей, не кажется, что тебе пора с этим заканчивать? Мы ведь толком ничего не планировали и заявились сюда только потому, что ты этого захотел. А всё из-за какого-то сопляка, — наконец-то подает голос другой злодей, обращаясь к своему напарнику. — Они ещё совсем зелёные, абсолютно бесполезные. — Да, думаю пора. — успокаивается темноволосый, кивая на слова парня, что был старше его на несколько лет. Бледный, высокий мужчина. У него бело-серые волосы и красные глаза, которые едва можно было увидеть сквозь длинные пряди волос, что закрывали его лицо. — Кажется, я всё равно уже не получу от него ответа. Но я добился своего. Я хотел дать ему знать о себе, напомнить о своём существовании. Ты только глянь на то, как же жалко он сейчас выглядит. Милашка… Точно, и о вас мы не забыли. Мы подготовили для вас дополнительный подарок. Заявляться к вам с пустыми руками было бы весьма невежливо с нашей стороны. Но буду честен, я не вкладывал в него душу и подготовил на скорую руку. Вы уж не серчайте, дорогие преподаватели. — последние предложения были предназначены явно не его другу. Джей лишь едва заметно улыбается ученикам, не забывая и про Мина, чьё состояние и вправду не могло не радовать. Даже с такого расстояния можно было заметить, как юного героя буквально трясёт от раздражения, выражение лица нельзя было заметить из-за опущенной головы и волос, закрывающих лицо. А жаль… Злодей так и хотел, буквально жаждал и бредил, дабы ощутить чужую агрессию на себе. Да так, чтоб кровь стыла в жилах, а кислорода не хватало для полноценного вдоха. Чтоб в зобу дыханье сперло, так ведь говорят? — Юнги, подумай хорошенько обо мне. Мы встретимся с тобой при лучших обстоятельствах, обещаю. Перед тройкой злодеев появляется ещё один портал, намного больше предыдущего. Его появление заставляет учителей насторожиться вновь и не зря. Спустя пару секунд из портала выходит, по всей видимости, основная масса злодеев. Их количество поражало учеников, которые впервые сталкиваются лицом к лицу с преступным миром. Но на самом деле только тройка злодеев изначально могла сказать, что они не представляли какую-то угрозу, учитывая наличие двух профессиональных героев и некоторых весьма способных учеников. Это были лишь такие же отбросы общества, которые скрываются в темных переулках города, коротая дни за мелкими преступлениями. Группировке злодеев необходимо было не только выполнить прихоть Джея, но и как-то заявить миру о себе. Нужно с чего-то начинать, так почему бы не сейчас? У них появилась прекрасная возможность убить двух зайцев одним выстрелом, несмотря на то, что нападение на территорию U.A не окажется таким масштабным и красочным, как хотелось бы. Но это точно не то, что пройдёт мимо «голодных» журналистов. — Ребята, хорошенько повеселитесь. — вновь низкий поклон, после чего тройка отступает к порталу позади себя, оставляя юэйцев наедине со злодеями. Юнги вздрагивает от слов злодея, тем самым пугая своих друзей. Подняв голову, он замечает, как знакомый силуэт отступает, намереваясь вот-вот покинуть это место. Мин не знает, чем именно руководствовался в этот момент, но, ловко выскользнув из рук одноклассников (не без помощи причуды), срывается с лестницы вниз. — Я не позволю ему уйти просто! Его нужно остановить! — кричит Юнги. Он был намерен остановить темноволосого парня, который всё же задерживается, наблюдая за жалкими попытками героя. Джей был в шаге от портала. Не будем лгать, ему и вправду было интересно узнать, чем именно это закончится. Выражение полного отчаяния на лице — вот что было необходимо злодею в тот момент, когда Мин Юнги был остановлен своим учителем. Безвыходная ситуация, когда ты полностью растерян, беспомощен, бессилен. Ничего не можешь сделать для достижения своих целей. — Напоминаешь меня в детстве. Выглядит жалко, тц, — шепотом произносит злодей, больше не оборачиваясь на учеников, несмотря на срывающийся голос юноши. Шаг — и незнакомец, который уже не казался таким уж и незнакомым, исчезает в темной пучине портала. Два — и от него остается одно лишь воспоминание о былом присутствии. — Нет! Дж… Нет! Чонгук, вернись сейчас же! Чертов придурок! Вернись! — старшеклассник кричит, не жалея своего голоса. Его попытки вырваться из хватки одного из учителей и одноклассников заканчиваются неудачей. Лишь в тот момент, когда портал исчезает, он замолкает. По щекам невольно бегут слезы, оставляющие за собой тонкие, влажные дорожки. — Черт, ненавижу… Ненавижу! Ненавижу! — падает на колени, повторяя простое «ненавижу» ещё несколько десятков раз. Правда… Кого? Или что именно? Никто толком и не понял. Такое поведение Юнги застало его одноклассников врасплох. Многие привыкли видеть в нём агрессора, который раскидывается обидными фразами и кличками направо и налево. Казалось, будто Мина не заботили чувства окружающих людей, кроме него самого. Нет, никто из класса не ненавидел его из-за такого поведения, скорее они просто привыкли видеть юношу именно таким, даже за такое короткое время знакомства, и относились к этому по-своему, временами даже положительно — подшучивали. А сейчас… Сейчас парень разбился прямо у них на глазах. Разбился на мелкие осколки. На лице, на котором класс привык видеть лишь недовольную мину, было отчаяние. Глаза, привыкшие изображать надменный взгляд, были пусты и переполнены слезами, не оставившими ни единого сухого места на лице после себя. А изо рта, которым Юн был готов послать всех людей мира разом, вырывался крик души, выражающий боль, что на протяжении долгого времени копилась в глубине души. Придёт час, и его одноклассники узнают причину столь резких изменений в поведение их друга. Но когда же это случится?

***

— Продолжаем репортаж о вчерашнем происшествии в тренировочном комплексе U.A, где студенты геройского курса были атакованы неизвестными, — на экране большого телевизора одного из зданий города транслировались новости с кадрами из U.S.J, где можно было заметить эвакуацию учеников и работу правоохранительных органов. Именно этот инцидент стал самым обсуждаемым, получив огромную популярность по всей стране и за её пределами. Первые строчки, популярные запросы, посты в социальных сетях были именно о нападении злодеев на территорию геройской академии. — По данным полиции жертв со стороны студентов и персонала академии не оказалось. Как выяснилось, нападавшие назвали себя «Лигой злодеев». Сейчас проводится расследование о намерениях этой организации. Полиция арестовала восемьдесят членов группировки, но местонахождение их лидера до сих пор неизвестно… Экран старой модели телевизора, на котором также транслировались новости страны, тухнет после нажатия кнопки пульта с характерным звуком. Юноша, устроившись поудобнее на диване, что был знатно потрёпан временем, уставился в потолок. Мысли по поводу недавних событий продолжали терзать его голову, переплетаться между собой в сложные узлы, теряя начало и не имея в итоге конца. Прошло меньше суток с нападения на учеников, а казалось будто вечность. Вспоминая долгожданную встречу со старшеклассником, легкая улыбка расцветала на лице, а глаза, уставшие от страдания, не могли уже накапливать в себе влагу. — А я до конца не верил, что нам удастся повидаться с ним и стать самым обсуждаемым событием. Кажется, мои сомнения были напрасны. — Джею удается уловить чужое присутствие в обшарпанной комнате, прежде чем кто-то расположился рядом с ним. Диван проваливается ещё больше под чужим весом, а пружины неприятно скрипят, но, к счастью, всё ещё не вылетают. — Что скажешь по поводу всего этого, Сет? — Мне нечего сказать. — коротко и ясно. — Ты как всегда не многословен. Выглядишь злым. — Из-за твоих очередных капризов Мируко пришлось устроить обход по всем грязным местам города в поисках отбросов, большинство из которых было захвачено героями. — Но ведь с его причудой это даётся намного легче и быстрее. — Джей лишь усмехается со слов старшего, зная, что он прав. Так и есть. Обведя рукой за спиной товарища, кладёт её на его плечо. Чужие бело-серые волосы всегда манили парня. Находясь рядом с Сетом, ему с трудом удаётся сдерживать свои руки от прикосновения к жёстким, не шибко коротким прядям. — Красиво языком молоть он умеет, быстро перемещаться тоже. Да и не вижу никакого смысла в тех сошках. Они лишь безмозглые отбросы, которые так или иначе подохли бы на своих помойках. А так, ты только глянь, они дали возможность Лиге выйти в свет. Сейчас говорят о нас не только герои и мирные жители… — расстояние сокращается ещё больше, не смущая ни одного из присутствующих в комнате. Юноша осторожно заправляет пряди волос за чужое ухо, располагая в нескольких сантиметрах от него свои губы. — Это наш шанс, Сет. Мы не должны сидеть на месте и дожидаться чуда. Я в это дерьмо не верю. Сероволосый молчит на протяжение нескольких секунд. Всё это время мужчина не сводил взгляда с определённой точки на стене напротив. Мало того, ни разу не глянул в сторону младшего и не сдвинулся с места. Единственное, что не могло не радовать Джея на данный момент, так это факт того, что его товарищ хотя бы дышит. — Я тебя понял. Можешь начинать. Я не могу доверить это никому кроме тебя и Мируко, так что вперед. Мужчина, в отличие от юноши, не особо тактилен, но многое парню позволяет. Конечно, в пределах разумного. Вздохнув, он накрывает ладонью чужое смазливое личико, слабо отталкивая от себя, как бы предупреждая держаться подальше. Темноволосый лишь ухмыляется, поднимаясь со скрипучего дивана. — Благодарю вас за доверие. Я не подведу ни тебя, ни учителя. В этом вы можете не сомневаться, — направляется к выходу, не ожидая от своего лидера какого-либо ответа. Джей лишь коротко махнул рукой в знак прощания, скрываясь за тенью коридора, по которому ещё какое-то время эхом отзывались его шаги.

***

— Хён! — громкий детский крик разносится по всему парку, неприятно давая по ушам прохожим. Мальчик, лет десяти бежит вслед за другим, стирая рукавом кофточки свои слёзы. — Стой, хён! Вернись пожалуйста! — Отстань от меня, тупоголовый Гук! Ха-ха! — смеется другой, что был впереди на несколько метров. В отличие от младшего, у него сегодня было весьма хорошее настроение, которое, как он считал, портил именно Чонгук. — Такое ничтожество как ты не может играть со мной! — мальчишка всё же останавливается, оборачиваясь назад. Требуется несколько секунд, чтобы Гук наконец-то смог догнать своего друга, сгибаясь пополам, жадно хватая ртом воздух и утирая лицо уже другим рукавом. Он всегда был очень слаб по сравнению со своими сверстниками, даже обычный бег давался ему с большим трудом. — Почему ты убегаешь от меня, хен? Я же просто хочу поиграть с тобой, — голос дрожит, как и сам его обладатель. Ребенок ждет ответа от мальчика, что был выше на целую голову, переминаясь с ноги на ногу, а в руках сжимает край одежды, чтобы снова не заплакать. — Потому что ты никто, — делает шаг вперёд, сильно и больно толкая мальчишку в грудь, заставляя того отшагнуть назад. Но Гук не падает, всё ещё держится на ногах. — Ты беспричудный, а значит бесполезен, — ещё толчок. — У меня есть крутая причуда, и именно поэтому я стану героем! А ты нет! Такой как ты не сможет им стать, ты будешь только мешаться под ногами у таких героев, как я. Ты жалок. Я не хочу дружить с таким, как ты, я же говорил тебе об этом, — толчок, толчок, толчок. — А ты всё равно постоянно тащишься за мной. Хватит уже! Смирись с тем, что я не намерен таскаться с тобой повсюду только из-за того, что наши родители хорошо дружат! — толчок, и Гук падает назад, больно ударяясь об асфальт. С глаз вновь брызжут слёзы. — Исчезни из моей жизни, ты, бесполезный Джей! Громко произносит мальчишка, кричит, после чего разворачивается и уходит, оставляя плачущего Чона посреди парка. Тот продолжает отчаянно звать своего старшего братца, каким он его считал продолжительное время, просит вернуться и не оставлять его, обещает быть полезным и сделать всё, что в его силах… Но его крики и просьбы остаются неуслышанными, потому что Юнги так и не обернулся, так и не протянул руку помощи и не попросил прощения, шагая лишь вперед. Он его не слышит… Перед глазами теперь чужой силуэт. Темноволосый парень в рубашке и брюках идёт неспеша по узкой дорожке. Вокруг мрак, ничего не видно. Рука сама тянется к нему, будто к лучу солнца, пытается ухватиться за чужую руку, остановить и развернуть, прижать к себе со всей силы и больше не отпускать… С шага парень переходит на бег, пытаясь догнать другого. Кажется, будто расстояние между ними не сокращается ни на метр. — Что за херня? Черт… Эй, ты! Стой! — ускоряется, пытаясь отчаянно дотянуться, пока силы и вовсе не покидают чужое тело. Парень был вынужден свалиться на колени, тяжело дыша. Он не помнит сколько уже бежит за незнакомцем, который всё же останавливается, позволяя увидеть свое лицо. — Чонгук?.. Подожди! Стой! Мне нужно поговорить с тобой! — Напоминаешь меня в детстве. Выглядишь жалко, хён, — шепотом произносит злодей, широко улыбаясь. Прежде чем парень вновь срывается на бег, Гук разворачивается, не изменяя своей скорости шага и направлению. Парень бежит. Спотыкается, падает, но вновь отчаянно бежит, задыхаясь из-за отсутствия кислорода. Сердце бешено бьётся в груди, вот-вот выпрыгнуло бы, если бы не барьер, в который парень больно врезается, сваливаясь на землю. — Нет… Нет! Нет! Нет! — бьёт прозрачную стену рукой, пытается проломить её всеми силами и способами, лишь время от времени отвлекаясь на всё больше отдаляющийся силуэт Чонгука. — Подожди, Гук! Остановись, прошу! — срывает голос и…. Резко открывает глаза, подскакивая со своей кровати. Часы показывают три часа ночи, Юнги находится в своей комнате родительского дома. Холодный воздух проникает в комнату лёгкими порывами ветра, не позволяя хозяину комнаты окончательно задохнуться. Вокруг слишком тихо, если не считать бешенный ритма сердца и звон в ушах. Одеяло скомкано и валяется в ногах, а подушка и вовсе покоится на полу. Парень тяжело дышит через рот. Воздуха категорически мало, не хватает. Он в ужасе оглядывается по сторонам и игнорирует холодный пот, стекающий по лицу вниз. Осознание реальности и кошмара приходит не сразу. Ему требуется время, чтобы различить эту самую тонкую грань между этими мирами, прежде чем подняться с кровати и направиться на дрожащих ногах в ванную комнату. Тело абсолютно отказывается слушать хозяина. Яркие лампы слепят парня, заставляя вновь потеряться, но всего на пару секунд. Аккуратно поднимает кран, сильный холодный поток воды выливается в раковину и на его ладони. Насмотревшись на воду, парень медленно наклоняется, чтобы пару раз плеснуть водой в лицо. — Блядство… — выпрямляется, поднимая взгляд на своё отражение в небольшом зеркале над раковиной. В глазах пустота, на лице ни одной эмоции. Юнги не понимает, как реагировать на свое отражение, но, прикусив губу, вновь опускает голову. Юноша не замечает, как начинают дрожать его плечи. В глазах всё мутно не из-за воды, которую, как он считает, не вытер полотенцем, а из-за слёз. Юнги не вспомнит под утро, как плакал ночью в ванной комнате, находясь в объятиях своей матери, которую разбудил шум воды, произнося дрожащим голосом короткое и тихое: Прости меня, Чонгук…