Глава 28. Вот оно что
6 октября 2022 г., 23:51
Я вас любил. Любовь еще (возможно, что просто боль) сверлит мои мозги. Все разлетелось к черту на куски. Я застрелиться пробовал, но сложно с оружием. И далее: виски: в который вдарить? Портила не дрожь, но задумчивость. Черт! Все не по-людски! Я вас любил так сильно, безнадежно, как дай вам Бог другими — но не даст! Он, будучи на многое горазд, не сотворит — по Пармениду — дважды сей жар в крови, ширококостный хруст, чтоб пломбы в пасти плавились от жажды коснуться — «бюст» зачеркиваю — уст! Бродский - Я вас любил
Где-то за парком с непрочными каруселями и советскими статуями стучат по рельсам пригородные поезда, скрипят железные брикеты вагонов, безликие пассажиры дышат воздухом в минус тринадцать градусов, извергая своими легкими морозный пар и прыгая с ноги на ногу. Остатки людей, работающих в ночь спокойно укутавшись в тёплые шубы и 100 слоев курток и шарфов, идут домой с работы, готовясь отдохнуть от насыщенного дня и лишь немногие планируют провести свою ночь в клубе. Егорова тоже не планировала, а тем более не хотела проводить ночь в клубе, в мужском туалете с каким-то жалким актеришкой, желающим запустить не только руки в трусы, но и своё мужское достоинство. Но не суждено этому сбыться, как и счастливого предрождественского настроения. Сигаретный пепел оседает на дешёвом кафеле серой корицей, как и меланхоличное настроение Егоровой, когда в туалете появляется разъяренный Шастун, недавно разбивший все надежды на прекрасный секс с тем самым пареньком, недавно обретённым неплохую популярность в киноиндустрии. А чего ей терять? Фанаты импровизации и так считают ее шлюхой и разбивательницей мужских импровизационных сердец. Как пишут в комментариях: «Ранила Сереженьку, бросив его в якобы «сложный» для себя любимой период жизни, затем переключилась на Антошу, изменив ему с Арсением. Был бы Дима свободен, она бы и с ним переспала. Бедные ребята». И таких комментариев много, ведь никто не хочет смотреть правде в глаза. Для них их кумиры не умеют ошибаться, они всегда правы и это ещё сильнее разбивает и без того разбитое сердце. Действительно, ведь если ты не популярен и по тебе не сохнут девочки от 14 до 30 лет, то все, ты виновен, виновен даже если тебя не было во время произошедшего. И это никого не заботит, твои проблемы, ведь общество считает по другому. -Что ты хочешь от меня Шастун? Амилия выдыхает весь сигаретный дым в и без того спертый туалетный воздух, облокачивается на кафельные стены и поправляет прическу превратившуюся в гнездо -Пошёл нахуй, вали отсюда пока я тебя не прикончил, — гаркнул Антон на того самого парнишку, уже вовсю разгоряченному и готовому насладиться этой жизнью по полной. Актеришка огромными глазами вытаращился на злого и растрепанного парня, затем взглянул на Егорову, спокойно докуривающую сигарету -Это ты вали, тебя сюда никто не звал, — в таком же грубом тоне ответил паренек, на что девушка лишь усмехнулась -Для особо тупых, уйти по добру, по здорову, я не хочу марать руки о тебя. Мне нужно с ней поговорить, — уже более спокойно продолжает Шастун, указывая пальцем на стоявшую поодаль Амилию -Засунь этот палец себе в жопу, — откинула руку Егорова от себя, намекаю, что так некультурно делать, на что Антон лишь удивлено вскинул брови, -пойдём, Стас, найдем другое место, — Амилия развернулася и заметив движения того самого паренька подошла к выходу, как ее резко остановили за руку, слегка откинув в сторону кабинок, а парня схватив за шиворот выпроводили из туалета, в конечном итоге просунув через ручку швабру, тем самым блокирую выход и вход. -Я сказал, что нам надо поговорить, — настоял на своем Шастун. Упрямый баран, бесит…. -Почему тебе можно заниматься сексом и наслаждаться жизнью, когда дома тебя ждёт твоя девушка, а мне нет? Шастун смотрит в глаза Егоровой, они пустые, в них нет ничего, ни прежней любви, которой возможно никогда и не было, ни сучьей жалости, ни попытки извиниться. В них сука ничего не было. Это ранит сильнее. -Почему ты молчишь? — Девушка срывается на крик, бросает на пол недокуренную сигарету и хватается руками за голову -Тебя дома ждёт девушка? — Попытался расслабить гнетущую атмосферу, но заметив злобный взгляд Егоровой, передумал, сказав короткое: -потому что ты другая -Иди ты нахуй, Шастун Антон Андреевич. Иди ебись со своими телками дальше и живи в своё удовольствие, изменяй и разбивай сердца. Спасибо. Я думала, что ты спасаешь меня… -Амилия! — Импровизатор поднял голос, ого, хоть какие-то эмоции -Заткнись. А ты, ты лишь сильнее убиваешь меня. -Я не убиваю тебя, я…. -Что ты Антон? Что? Скажи, что я тебе плохого сделала? Пропала в Новый год? Ну извини, у моего отца, который убил всю мою семью были другие планы, нежели чтобы я веселилась со своими друзьями и некогда бывшим парнем. Извини, пожалуйста, — Амилия сорвалась на крик и по окончании своей тирады поклонилась в извинительном жесте, как говорилось в старину «челом до пола». -Послушай, Амилия, я все объясню, — Шастин попытался сделать шаг в сторону девушки, даже протянул руку, но та вовремя отшатнулась окинув его максимально презренным взглядом -Я старалась, искренне, всей своей душой хотела вернуть в норму свою жизнь, — Амилия взглянула на свое отражение в зеркале и с грохотом упала на кафель. -Но, Антон, зачем? Зачем ты добил меня? Почему ты мне изменил? Почему именно в ту ночь, когда собственный отец меня собирался убить? Почему? Чем я тебя не устраивала? Ты, — девушка остановила его желание перебить и начать оправдываться. Сейчас говорит она, а он её слушает, только так и никак иначе. -Ты все это время, прошу прощение, то время делал первые шаги, ты потащил меня на свидание, поддерживал, старался вытащить из комнаты и привести меня в себя, ты первым прочитал мой роман, так почему? Зачем ты вновь загоняешь меня туда? Туда, откуда ты так старался меня достать? Поиграть решил? Скучно стало? Не хватает игры на сцене? Не хватает импровизации? Приключений? Адреналина? Эмоций? Сука, ебанный ты Антон Шастун, чего тебе блять не хватает? -Всего хватало…. -Так зачем? Почему? -Я же говорю, дело не в тебе… -О дааа. Пошли все эти банальные фразочки, дело не в тебе, дело во мне, ты прекрасна, идеальна и достойна большего. Так ты хочешь сказать? Но, Антон, раз я с тобой в отношениях состояла, то значит я достойна именно этого, ведь я выбрала тебя -Послушай…. -Антон, я не хочу слушать, ты мне противен, а теперь открой, пожалуйста, дверь, я хочу уйти и остаться в гордом одиночестве, с надеждой, что больше никаких Антонов Шастунов с желанием меня спасти больше не появится в моей жизни. Импровизатор стоял, смотрел на девушку и о чем-то тщательно думал. Возможно, что действительно ошибся и не стоило этого совершать, но с другой стороны… Он понял, что ничего не чувствует, не было того самого трепетного ощущения, ощущения, когда ты боишься потерять близкого человека. Не было и любви, кажись, лишь ложные представления отношений. Он наблюдал за ней, то как она грациозно проходит мимо него, хватается за швабру и спокойно убирает ее на место, чтобы уборщица не заподозрила чужие руки на своем рабочем предмете. Ее рука тянется к ручке, слегка надавливает и Антон все же произносит ту самую фразу: -Мы не должны были начинать эти отношения, — тихо шепчет парень вслед девушке, но он даже не замечает ее пустой взгляд и вырывающиеся наружу слезы Дурак…***
Амилия начинает понемногу сходить с ума от жизни, да в принципе от всего, что происходит. Это скучно, больно и тяжело, когда жизнь у тебя состоит из сплошной черной полосы. Скучно и бесит, когда мысли постоянно лишь о чувствах мол, как же мне паршиво. Но что поделать, если другого не удается испытать? Егорова тяжело вздыхает и крепко сжимает руль машины, взятой недавно зачем-то напрокат, обычная Ауди, ничего удивительного и поразительного; сжимает до посинения костяшек, настолько сильно, что создается ощущение, будто кожа сливается с кожаной обивкой руля, срастаясь тканями, становясь тем самым одним целым. Она уже около двух часов сидит в машине, непрерывно смотря на проезжающие мимо автобусы, машины, маршрутки, на выходящих людей из супермаркета, время еще не слишком позднее, некоторые только с работы возвращаются, а некоторые наоборот — выходят гулять или же идут в клуб, откуда Амилия недавно и вернулась. -А вот и жизнь моя, нда, так и живи в пожирании самой себя. Аж тошно, — проговаривает девушка сама себе и вдавливая ногу в педаль газа, срывается с места, набирая скорость как можно быстрее. Девушка едет все дальше и дальше по прямому шоссе, не сбавляя скорости на извилистых поворотах, поднимаясь на мост и резко заворачивая на очередном повороте. К черту все, всех и вся, к черту жизнь, к черту Антона, к черту отца, к черту. Не важно, уже неважно, что будет дальше. Время неслось также быстро, как и машина по дороге, казалось, что просто разъезжая по платной дороге, Амилии становилось легче и все плохое уходило, а на его место приходило лишь хорошее. Почему-то именно в этот момент девушка осознала, что завтра может наступить иное, с нотками счастливой и спокойной жизни, без всяких приключений, похорон и неожиданно предавших отцов. Почему-то ей казалось, что сейчас она делает шаг в сторону, возвращая свою жизнь в норму. Именно сейчас, в чужой машине, на огромное скорости… Время шло, стрелки часов показывали 23:30, прошло полчаса. Девушка поворачивает голову и видит вдали резко появившийся и также резко пропавший свет — гроза. Окна заливает бесконечным ливнем; тяжелые капли, не жалея и без того хрупкую поверхность, бьют по стеклу, чуть ли не оставляя мелкие вмятины и расходящиеся по всей площади трещины, которые напомнили бы собой красивую картину. У Амилии нет желания использовать дворники, да и зачем, если ей нравится не видеть, да, та самая неизвестность, от которой по всему телу идут мурашки и в тебе просыпается нечто неизвестное. Наверное стоит сказать отдельное спасибо синапсам нейрона, которые вырабатывают такие гормоны как дофамин, серотонин и наверное всеми известный — эндорфин. А вот и уроки биологии подъехали, хотя куда без них? Мутная картинка, сливающаяся воедино из-за неработающих дворников и воды, полностью перекрывшей весь вид. Громкие продолжительные гудки поблизости и визг шин — давят сильнее на уши, почему-то разливаясь волной удовольствия по телу. Гроза приближается, сверкая и показывая всю свою красоту. Да, она прекрасна, но пожалуй не прекрасней молнии, так хотелось ее сейчас увидеть, но похоже она взяла отпуск или же выходной, жаль, что гроза работает без своего напарника… Дождь…. Сильный… Чарующий…. Убаюкивает…. Многие наверное слышали, что кто-то засыпает под звуки моря, звуки дождя, Егорова никогда не обращала на эти слова внимание, но этот звук разбивающихся капель о стеклянную поверхность на полупустой дороге, размывающий ненужные чувства до нечеткого изображения, от которого просто хочется выть. Выть как одобренный волк на луну. Выть… Выть от удовольствия. Почему-то все происходящее напоминает девушке о доме, да, том самом доме, которого сейчас нет, потому что одна часть мертва, вторая сидит в тюрьме за убийство первой. Но блин, как же хочется поскорей домой, в свою родную запечатанную квартирку, в свою комнату. Но осознание того, что там никто не ждет, кроме кучи слоев крови, рисунков тел, оставленных полицейскими, разбросанных подарков, старенького сломанного телевизора с шипящими по ночам помехами, который будет напоминать фильм ужасов. Не хватает лишь девушки с черными волосами, прикрывающими ее лицо и небольшого окровавленного ножа. В квартире не было той самой дорогушей техники, что была у Антона или же Сережи, нет, это была обычная СССРская квартирка, как Амилии часто говорили, слишком тускло, тихо и устрашающе, но не одиноко, вовсе нет, какая бы не была тяжелея атмосфера и как бы сильно они не ругались, одиноко не было. Из-за сильного дождя, покрывающего дорогу плотным водным слоем, из-за скользящих шин, не приспособленным к дождливой погоде, становится все трудней справляться с управлением, гудки, которые ранее мерещились от проезжающих мимо легковушек и порой даже фур, уже не мерещатся, а в глазах на мгновение мелькает страх, да, то самое чувство наравне с собственной ничтожностью и презрением живут в девушке долгие месяца. Амилия все же решает включить дворники, умирать не хотелось или же хотелось (?), но стоило им убрать небольшую часть воды, как два светящихся шара ослепляют девушку, заставляя ту сильно зажмурить глаза и в последнее мгновение, скорее на уровне инстинктов, нежели логики — резко вывернуть руль вбок заезжая на соседнюю полосу. Встречная полоса…. Амилия начинает тяжело дышать, ей начинает казаться, что воздуха катастрофически не хватает, даже несмотря на то, что окно слегка приоткрыто и ветер врезающийся в лобовое стекло и окна из-за высокой скорости раздувает пряди выпавших еще в клубе волос, заставляя резинку окончательно упасть куда-то под кресло. Дворники активно промывают стекло, успокаивая девушку хоть немного и возвращая видимость происходящего. Амилия выкручивают руль в последний момент и вовремя успевает объехать машину с огромной скоростью несущуюся на встречу. А ей смешно, смешно от сложившейся ситуации, смешно от адреналина ударившего в голову, смешно настолько, что она не понимает, что еще чуть-чуть и она бы тут не сидела. Ах, блин, а может не стоило сворачивать? Может надо было…. Нет, другие люди не должны страдать из-за тебя, не должны. Почему-то девушке в голову резко приходит идея поехать загород, остаться в каком-нибудь стареньком домике-гостинице, где нет интернета, связи, а по всюду лишь паутина с пауки и тараканы. Почему-то ее не пугают насекомые. Выкручивая в очередной раз руль и получая от этого кайф, девушка возвращается на правильную полосу, уже спокойно двигаясь в ближайшую деревеньку. Шел 3 час езды, тело находилось под напряжением, а дождь все не останавливался, скорее уже перешел в град, если верить крупным каплям ударяющим с глухим звуком о стекло. Словно небольшой снежок. Девушка вздыхает и вглядывается вдаль. Впереди уже заметны стальные столбы, изредка поблескивающие от фар проезжающих мимо машин, а может и не от них, насквозь мокрый и холодный металл будто светится в темноте, осталось проехать очередной мост и девушка будет на месте, если память не подводит, то там должна находится гостиница под названием «Теремок» Когда-то давно, когда все было хорошо, Амилия со своей семьей проводила здесь отпуск родителей, в этой самой деревеньке. Нелепо улыбнувшись девушка вдавливает кеду в педаль газа и разгоняется в очередной раз. Егорова гонит как сумасшедшая, по старенькому мосту, который может не выдержать такого напора, но она лишь сильнее вжимает. Она глупа, слишком глупа и слишком наивна, ведь даже не понимает, что начала свой отсчет…. А ведь она хотела…. Пять… Амилия, что есть силы, вдавливает ногу в педаль, пытаясь затормозить, ведь в голову приходит осознание, что она теряет управление. А весь кайф от скорости моментально улетучивается. Умирать расхотелось Четыре… Слышно, как безумно ревет мотор, пытаясь не спалить себя заживо, приятный звук, но пугающий до дрожи, девушка сжимает руль и пытается зажать тормоз, но тот перестает подавать звуки жизни. Три… Шины визжат ультразвуком, закладывая уши режущей болью, в душе появляется страх. После моста — поворот, а на такой скорости шанс повернуть… Два… Спидометр замирает в самом конце шкалы, не двигаясь назад, лишь изредка нервно дергаясь из стороны в сторону, напоминая метроном, под который зачастую репетируют музыканты. Один… Страшно, Амилия делает все возможное, поворот все приближается и приближается, остается лишь молиться….
