Когда на город опустится кровавая луна, вы вспомните меня

Дазай бредёт в сторону старого храма уже больше получаса он устал, промок от внезапно начавшегося дождя и дозвонился до Мори. — Рад тебя слышать Дазай-кун. Раздался приглушённый голос из телефонной трубки. -Мори и тебе привет, найди мне все на Арахабаки, это срочно. Он не будет разглагольствовать, он так устал, он просто хочет отдохнуть и вернуть своего Накахару, чтобы никогда не вспоминать взгляд этих кроваво красных глаз проникающий в сущность бренного твоего существования и выедающий крупицы разума. -Зачем? Просто зачем, Мори понял все как только он сказал про Арахабаки? Плевать. — Чуи больше нет. Отключаюсь. Удивительно он подошёл к храму быстрее чем ожидал, дубовая дверь была приоткрыта и из храма приглушённо разливался черно-фиолетовый свет. Страшно. Бог стоит где-то посередине, а над его руками левитирует сфера. — Я тебя заждался, думал ты сообразишь быстрее где искать нас— произносит голос как будто в его голове, он не удивлен скорее всего очередные фокусы. -Проходи, зачем стоять в дверях, … Зайди в храм- голос в голове приказывает и глупое тело не сопротивляясь заходит в этот храм и подходит к богу оставляя между ними ровно десять шагов. -Зачем? — Осаму не узнаёт собственный голос он дрожит и кажется слишком жалким. — Зачем, что? — Не надо быть эспером со способностью читать мысли, что бы догадаться, что Он, просто издевается. — Зачем всё это? -Уточняет Осаму не видя другого выхода из ситуации. -Не знаю.- Просто не знаю! Как, как он может не знать, ради чего он тогда сотворил этот переход, ради чего творит эту сферу или может быть это Осаму не должен знать зачем всё это, а доброе божество просто поделилось истиной, нет! он забрал его Чую или может просто вернулся туда где ему и положено быть, Осаму не хочется верить что его Чуя должен был по итогу того затянувшегося эксперимента стать этим, нет только не это. — Не должен был- разрывает голос Бога тишину, в которую они погрузились. Не должен был, значит ли это, Дазай прерывает свои мысли и задаёт вопрос, который беспокоит его всё это время. — Что будет с Накахарой? — мыслей в голове нет есть лишь птица бьющаяся о прутья железной клетки и издающая крик вместо прекрасного райского пенья. — Хм… скорее всего его личность мысли и чувства исчезнут и он просто станет частью моих воспоминаний, беспокойной частицей энергии которая через года три сольётся со всей остальной- без каких-либо сокрушений или сомнений произнёс Бог. — И.исчезнет- нет, нет только не это у него забрали его Чую, нет- мысли спутались в кашу и последнее что зацепило сознание это слова бога о том что Дазаю пора искать его снова прежде чем силуэт растворился в дымке пыли, а Осаму погрузился в спасительную темноту, лучше бы спрыгнул с крыши. ,,,,,,,,,, Воспоминания штука тонкая и максимально сложная, а если это воспоминания Бога который жил слишком долго то вообще тьма, многие хочется стереть, но они упорно всплывают в голове вот и сейчас сидя на крыше Арахабаки вспоминал про Камимусуби, сложно было признавать но он скучает по этому ощущению тёплых рук на теле или поцелуев за ухом, рука не осознано перекидывает непослушные вьющиеся чёрные волосы и тянется к затылку, Нет! он резко отдергивает руку и смотрит пустым взглядом на небо которое открывало вид на смену дня и ночи, забавно. Хочется спать, сфера всё равно привлечёт того кто владеет книгой, надо будет забрать оружие, посещает мысль перед тем как провалится в сон, Цукуёми* добра к нему, он не видел снов. ,,,,,,,,, Кто он, он Чуя Накахара, сколько ему лет, ему 22 года, где он работает, он работает в Портовой Мафии, с кем он работает, с Осаму Дадзаем, что было до этого, он не помнит, если он не помнит, то это и не важно, наверное не важно, Чуя не уверен, он даже не уверен Чуя ли он. То что он увидел, он может описать только двумя словами вроде бы в прошлом он использовал именно их, когда слышал о чём-то подобном, но он не уверен. Это было мерзко и низко, наверное ещё и грязно. Он не знает кто такой Арахабаки, но что то внутри него откликается на это имя и желает придушить его обладателя, наверное они были знакомы, или не были, Чуя не знает или не помнит, если не помнит, значит не важно. Он содрогается вспоминая что увидел и поворачивает голову, смотря на то что происходит снова, видно эти воспоминания засели их владельцу глубоко в душу. Тот день не обещал ни чего не ожиданного, солнечные лучи вяло освещали северную часть японских островов, сейчас Бог спустившийся к своим последователям отдыхал в своих покоях, после того как разбирал молитвы населения и исполнял их по мере возможности. Солнечные лучи пробились в окно и легли на бледную кожу Божества, нагревая. Двое из озорных лучей солнца поспешили выше и устроились на закрытых глазах, жертва утренних лучей заворочалась и открыла глаза, лучи тут-же поспешили исчезнуть с лица Бога и перебежали на стены. Но мирный день не был долгим, на площадях города подали горн предшествующий гонцу из крайнего селения с дурной вестью, Бог подорвался с кровати быстро находя взглядом рубиновых глаз чёрное кимоно повешенное вчера вечером на спинку стула. - Господин, господин- наперебой кричали женские голоса прислуги- гонец из Мацумаэ принёс вести о вторгшихся на территорию войсках разоряющих селения и убивающих мирных жителей. - Было ли объявление о начале войны, всё чётко и по делу, без лишних слов. - Нет, был запрос на переброску восточных войск, но не более-ответила довольно старая женщина, не давая разразиться новому гулу. - Восточных войск,- задумчиво протянул Бог и нахмурился- сволочь-осознание что Микота нарушил как минимум сто если не больше правил дальнего берега ввело его в ярость.- Где сейчас находится армия восточного округа?- Ему срочно нужно перехватить этого Бога, тварь. - Близь города Кусиро- прозвучал ответ от всё той же женщины. - Благодарю, портовый город значит. ,,,,,,,,,,,,,,, - Не изменяешь своим традициям Арахабаки-кун- Микота явно нарывается, стоит довести этого бога до бешенства и он сможет добиться своего, не важно какими жертвами это произойдет, главное что сегодня он окажется под ним, сестра подала отличную идею. - Совсем с головой расстался, что ты творишь?- голос дрожит от подступающей ярости, воздух тяжелеет от напряжения и не дай бог Микота попробует что-то сделать населению он убьёт его прямо здесь, сломает все кости и оставит в ледяном море, что плещется у них под ногами.- И не называй меня так-его бесит когда его имени добавляют этот дурацкий суффикс. - Как именно тебя не называть Ара-кун?- о, Микота знает как это бесит Арахабаки, он добивается от него высшей степени ярости. - Микота убирайся, прочь.- голос дрожит от едва сдерживаемого гнева, а около пальцев крепко сжатых в кулаки появляются и взрываются гравитонные бомбы. - Что если нет, к тому же условия здесь ставлю я, поскольку Ты, проигравшая сторона- он прерывает не успевший начаться поток возмущений дёргая в свою сторону девчонку лет восьми, её всю трясёт толи от холода, толи от страха, а Арахабаки хмурится и внимательно смотрит на его лицо, Миками была права, он готов убить или подчинится за людей которых защищает. Он не зря собрал всех людей на этой площади его войны достают катаны и вытаскивают детей вперёд, вырывают из рук матерей которые кричат от ужаса, ведь их мужья уже были убиты и теперь покоятся в пучинах моря, а Арахабаки хмурится. -Не посмеешь- выдавливает он наконец то, а сам нервно сжимает пальцами рукоять катаны, придумывая ход чтобы спасти гражданских, его нет. -С чего такая уверенность Ара-кун- один знак и с ребёнка в его руках солдат сдёргивает одежду, а меч упирается в открытую грудную клетку, что заполошно вздымается, а глаза этой девки ищут помощи, он встряхивает её и наклоняясь говорит- Что, ты не хочешь умирать, а придётся- ему смешно с того как у ребёнка округлились глаза после одной фразы. - Микота отпусти ребёнка- голос Арахабаки тихий и настороженный, забавно смотреть на то как он боится сделать не верный шаг, Микота ухмыляется. - Отпустить, раз ты просишь- он подходит к обрыву не смотря на сопротивление ребёнка и поднимает её над водой, где-то в стороне молит о пощаде своего чада мать, разрывая тишину своими задушенными воплями и рыданиями. Он бросает в её сторону взгляд и воин тут-же выволакивает её в перёд и у всех на глазах лишает её жизни, тишина длятся не долго сначала начинают кричать другие женщины и дети, а потом к ним присоединяется и эта мелкая девчонка, но это не надолго, как только он подставляет к её груди оружие она затыкается и лишь заполошно всхлипывает. - Их жизнь в твоих руках Ара-кун- он забыл о его силе, а потому дёргается в сторону когда его саблю отбрасывает в сторону, а сам "Ара-кун" выхватывает из его разжавшихся пальцев ребёнка и молниеносно отскакивает обратно к самураям. - Ты прав, их жизнь в моих руках, Суасано-но-Микота.-голос тихий и вкрадчивый а войны восточного округа стали сосредоточение как только их оружие стало покрываться красным свечением, Микота смеётся. - А ты забавный Ара-кун- Он взмахивает рукой и перед ними появляется проклятая печать Кацумори, Арахабаки заходится кашлем, на глазах выступают слёзы. -Где ты взял эту дрянь?- голос сиплый, голова идёт кругом этот "амулет победы" вытягивает силу, а Бог ветра стоит вон улыбается и не поморщился даже, поставил печать крови? Тогда надо будет ранить его, его же оружием, сволочь, перед глазами всё плывёт. - Ну же Ара-кун тебе всего лишь нужно согласиться стем что я выиграл, и я уберу печать- у Арахабаки неосознаный взгляд, помутненные пленкой боли рубиновые глаза заволокли,но он пытается сканцетрироваться на окружающих его вещах, в голове набатом звучит голос Микоты, тебе просто нужно сдаться, парень поднимает руку и переворачивает ее ладонью в низ, как же ему плохо перед глазами вместо четкой картинки пляшут цветные пятна, а голова идёт кругом. -Хороший мальчик-голос Микоты слышится как-будто из под толщи воды, но наваждение проходит также быстро как и появилось. Ветра начинают играть с чёрными волосами.