Узы войны. Север

      Хребет Скальда никогда не был приветливым местом для любого, даже самого подготовленного странника. Несмотря на, казалось бы, спокойное название, эта горная цепь славилась своими сильными ветрами, что в расселинах завывали сотнями голосов – отсюда оно и повелось. Как говорят старцы Севера - это поют души тех, кто пал в попытке покорить природу. Дикая, первобытная, жестокая - она что есть силы возмущается любым незваным вторженцам и забирает их голоса, как трофей.       Солнце уже скрылось, но сильная метель не позволяла рассмотреть ни звездочки на небе, лишь бледный диск луны едва виднелся в белом мареве. Суровый мороз и буйный ветер гнали чужаков прочь, требуя покинуть территорию своей владычицы.       На этой стороне хребта деревьев практически не было, от чего ветер создавал еще больше проблем, и если бы не Молчун, вовремя заметивший небольшую расселину в скале, скорее всего все пятеро путников сейчас уже прощались бы с жизнью.       Виг посильнее закутался в шкуру. Невысокий и широкий – он напоминал дикого кабана – однажды ему даже довелось такого побороть голыми руками. Еще больше звериного виду ему придавали густая копна темных волос и не менее густая и бесконтрольно разросшаяся борода, украшенная узелками и талисманами, а множество шрамов, украшавших лицо, и мертвый холодок во взгляде заставляли лишний раз задуматься о том, что не просто так именно этот человек являлся личным бойцом Хоруна.       Он сидел на бревне чуть поодаль от костра, погрязши в мысли и наблюдая за своими товарищами. Думать последнее время приходилось о многом. И о том, что осталось позади, и о своих друзьях, и о том, что делать дальше. Разбитый лагерь по сути своей представлял из себя две палатки – одна для Вига и вторая для остального отряда, да прикрытый от ветра дощечками костер, над которым кипел котелок, а вокруг ютилось трое тел в попытках вобрать в себя как можно больше тепла.       - Держи, - протягивая Вигу кружку, произнес подошедший Брам, подмигнув своим единственным глазом. Он был выше Вига, но поменьше в плечах. – Не то еще замерзнешь и кому нас тогда выводить отсюда? – Он присел рядом и тоже посмотрел на друзей у костра. – О чем задумался?       Виг благодарно принял чашку и сделал большой глоток, поморщился – ему никогда не нравилось пить чай, но в нынешних условиях выбирать не приходилось – пустой кипяток был еще более противен ему.       - О том, что вы четверо просто идиоты, что поплелись со мной, - тихо ответил коренастый и снова отпил чаю. - Вас никто не изгонял. А в итоге вы лишились всего – богатства, уважения, родины. Еще и помрете здесь со мной бесславной смертью.       - Здесь? Та брось! Если кому и суждено перейти Хребет Скальда - точно Вигу Безродному! – Брам громко рассмеялся и смех его разошелся эхом по всей расселине, перебивая даже вой ветра, и хлопнул соседа по плечу, от чего тот чуть не подавился. – А что касается нашего ухода – так ты не самый умный на весь Север, Виг, - Брам стал серьезным. - У нас тоже голова на плечах есть и все мы видели, во что превратился Хорун за последний год. Не такому человеку мы присягали на верность. Думаю, многие из тех, кто сейчас ходит под его знаменем думают так же, но им не хватает смелости бросить начатое. Они боятся.       - А того, что делают не боятся? – недовольно спросил Виг, хоть и сам прекрасно знал ответ.       - Боятся. Но ты не можешь обвинять человека в том, что он не хочет умирать.       - Ты прав, Брам, - Безродный встал с бревна и посмотрел в сторону склона. – Скажи остальным, чтобы ложились. Хват первый на страже. Нам завтра нужно сделать большой рывок или зуб даю – наши души заберет Скальд, - на этих словах он развернулся и ушел в палатку.       - Не дождется, - проводив вожака взглядом, сказал Брам и оглянулся вокруг. Забрал оставленную Вигом чашку и пошел к костру. – Тащите свои жопы в палатку! На сегодня отбой! Хват! Убери свои карты или я их в костер кину! Ты первый остаешься! Башка! Только попробуй в свою очередь сожрать все мясо! – Брам скрылся в палатке. – А то в морду получишь!       - Получишь! Получишь! Получишь… – отозвалось эхо в расселине.       Трое оставшихся начали недовольно двигаться, разбирать пожитки. Хват в последний раз перетасовал колоду и сунул за пазуху, проводил остальных и устроился поудобней у костра. В этой пятерке внешне он выделялся больше всех. Даже на фоне Башки – настоящей горы. Хват принадлежал к касте слышащих – та часть северян, которой боги позволили слышать свои голоса. Правда, никто из богов не задумывался над тем, что происходит со здравомыслием этих людей. Многие слышащие не доживали и до сорока – кто-то кончал с собой, кого-то – особенно буйного – убивали соплеменники. Вся одежда Хвата была исписана рунами, с ног до головы он был обвешан талисманами, в волосы были вплетены кости как животных, так и людей, лицо его было расписано, как говорил сам Хват, древней письменностью, которая досталась людям от первых титанов. Слышащий достал из небольшого мешочка, с которым никогда не расставался, пучок какой-то зелени и кинул в костер. На несколько секунд пламя сделалось зеленым. Хват через плечо посмотрел на выглядывающего Вига и довольно кивнул – это был хороший знак.

***

      Утро выдалось на удивление спокойным. Ясное солнце приветливо здоровалось с печальными путниками. С неба не падало ни снежинки – лишь бескрайняя синева раскинулась над их головами. Стояла тишина, нарушаемая лишь хрустом снега и, изредка, легким ветерком. Казалось, что три дня воевавшая с пришельцами природа наконец признала в них достаточно достойных, чтобы пропустить через хребет.       - Похоже, мы даже сделаем сверх нормы сегодня, – довольно произнес Брам, ровняясь с Вигом, шедшим в конце группы. - Я ведь говорил, кому, если не тебе.       - Ты прав, - Виг позволил себе улыбнуться. – Знаешь, жаль, что здесь не всегда все так хорошо, иначе бы я с большим удовольствием тут остался.       - Понимаю тебя, - согласно кивнул Брам. – Ты уже думал о том, что будем делать дальше?       - Думаю, - ответил Виг, смотря в небо. – Но я не знаком с тем миром, поэтому не могу быть уверен в чем-либо. В первую очередь нам нужно будет понять, как близко находятся имперцы. Изучить их маршруты, примерное количество, потом найти себе постоянное укрытие, желательно в каком-нибудь лесу, чтобы не иметь проблем с продовольствием. Продолжим наблюдать за имперцами и, быть может в какой-то момент уживемся даже с ними. Это все еще Север, так что там точно есть множество полукровок. Смешаемся.       - И начнется тихая домашняя жизнь без топоров и крови, - сказал Брам.       - Да.       - И ты не будешь скучать по прошлому? По походам, по звону железа, по боевому куражу, по вкусу смерти на губах? - Буду выпускать пар в тавернах, - с усмешкой ответил Виг и остановился. Заглянул Браму в глаз и тихо произнес. – Я очень устал от этого всего, брат, я просто хочу спокойной жизни и встретить свою смерть в старости и тепле, а не в какой-то очередной битве.       Брам понимающе кивнул. Он и сам устал от всей жестокости мира. Он, как и сам Виг, познакомился с войной еще будучи ребенком. Убил свою первую жертву на много раньше, чем познал первую любовь. Прошел тридцать лет в постоянной войне против кого-то, меняя знамена и правителей. Ни недели не проходило без крови на руках и не только воинов. Он просто хотел покоя своим костям и, по возможности, завести семью.       - Перевал! – раздалось спереди. Это прокричал Молчун – главные глаза и уши команды в любом походе. А так же лучшие глаза и уши всего Севера. Он стоял на вершине склона и довольно размахивал руками. Отсюда Молчун казался еще меньше, чем в действительности. Он был человеком небольшим. Ниже Вига в росте, в разы худее, проще говоря – как воин, Молчун был очень посредственная фигура, однако он возмещал это своей ловкостью и проворством, а также зорким глазом, благодаря которому стал отличным лучником и разведчиком. В отличии от остальных своих соратников Молчун не носил бороды и следил за длиной волос, чтобы они не становились ему помехой.       - Ты смотри, как погода влияет, ха! Даже этот идиот рот открыл, - произнес Брам и оба рассмеялись. - Я пойду вперед, а то они от счастья сейчас лавину поднимут, - сказал он уже ускоряя шаг и подавая руками знаки. Виг облегченно выдохнул и зашагал следом.       Когда вся пятерка собралась на вершине хребта было решено немного отдохнуть и поесть. Они сидели и смотрели вдаль, в новую жизнь. На самом деле перевал оказался не так близко, как подумал Виг, лишь услышав о нем. Нет, его уже действительно было видно, как было видно и зеленую равнину у его подножья по ту сторону. Но был здесь так же и немалых размеров лес, расположенный в низине, окруженной крутыми горами. К лесу вела единственная тропа, находящаяся прямо перед группой, а по обе стороны от нее – обрыв. В очередной раз подивившись выходкам природы, Безродный прикинул, что на преодоление леса у них уйдет не меньше дня.       - Мы должны дойти до леса сегодня. Иначе нам придется разворачиваться – на тропе мы не сможем развернуть лагерь.       - Да раз плюнуть! – ответил Башка, надкусывая сухарь. – Наконец-то можно будет согреться ночью, а то этот ветер уже все тепло из меня выдул. Несмотря на свежий синяк под глазом он светился радостью. Он был более двух метров ростом и настолько широк в плечах, что напоминал медведя. Свое прозвище Башка и получил за то, что умудрился вырубить ударом головы медведя, чью шкуру по сей день и носит на своих плечах. Но несмотря на грозный вид и многое количество зверств в своей жизни совершенных и увиденных он оставался самым добрым и жизнерадостным человеком, которого Виг когда-либо встречал. Эта часть друга оставалась для Безродного загадкой.       - Не расслабляйтесь, - сказал Виг, развернувшись к товарищам. – Впереди нас ждет неизвестность, мы должны быть готовы ко всему. Это вам не прогулки по Северу, где известен каждый камень – это не наша земля, - все, кроме Безродного, молча оглянулись назад – в сторону покинутой родины. В глазах каждого оставались видны сомнения и сожаления, утерянные надежды, страх. Виг допил чай и посмотрел на небо – солнце уже начинало спускаться к горизонту. – Подъем. Скоро солнце сядет, а нам к этому моменту нужно быть вон там, - он указал рукой в сторону леса, отвлекая внимание товарищей от прошлого. – Я не хочу терять больше в этих горах ни минуты.       Они быстро собрали вещи и двинулись вперед. Отрезок пути до тропы не создал никаких проблем в своем преодолении, особенно когда Молчуну пришла идея просто скатиться по склону на досках. Но тут будто бы просто на какой-то момент позабывшая о вторгшихся природа все вспомнила и на подходах к тропе группу встретил резкий порыв ветра.       - Не хочет он нас отпускать, - с тоской прокричал Хват, закрываясь от ветра. – Не хочет, чтобы по миру прошел слушок, будто Скальд сжалился над людьми и пропустил. Молчун, шедший за спиной Башки, согласно кивнул, хоть этого никто и не заметил. Из-за своих размеров ему было тяжелее всех.       Когда группа ступила на тропу уже поднялась настоящая буря, солнце уже скрылось за кронами леса.       - Не пройдем! – воскликнул Брам       - Хват, что тебе в уши шепчут боги? – спросил Виг, смотря на тропу. – Пройдем?       Хват стоял у самого обрыва, разведя руки в стороны.       - Не знаю! Но если не пойдем – вы скоро и сами услышите их! – он рассмеялся. - Нам дали небольшую передышку, но теперь все всерьез! Либо мы пройдем, либо можно прыгать вниз, чтобы не помереть от холода!       - Идем! Бросайте здесь все лишнее и вперед! Первым иду я, за мной Брам, Хват, Башка, Молчун, - скомандовал Виг и двинулся вперед.       Расстояние между обрывами было не больше метра. Ветер что есть силы пытался столкнуть пришельцев в бездну. Снег под ногами был предательски скользким.       Оставив почти все свои вещи группа медленно продвигалась вперед. Молчун до побелевших костяшек схватился за шкуру Башки, ступая за ним след в след. Брам тоже держался за шкуру на плечах Вига, но лишь чтобы понимать, куда идти – разглядеть твердь под ногами было очень тяжело. Лишь Хват, казалось, наслаждался моментом. Его безумный смех сковывал души товарищей, гнал вперед, хлыща страхом по разуму.       - Они зовут нас к себе! – прокричал слышащий. – Приглашают петь вместе с ними! Они хотят видеть нас в своих рядах!       - Плевать, чего они хотят! – ответил Безродный. – Я не за тем столько жопу морозил здесь, чтобы песни распевать с мертвыми! Мы прошли уже половину! Держитесь, скоро это все закончится!       Сзади послышался шум. Виг почувствовал, как шкура на его плечах повисла полным весом. Он развернулся. Слишком резко. Раздался крик. Он потерял равновесие и уже почти упал, но успел выхватить из-за пояса топор и зацепился лезвием за тропку. Опустился на колени и оглянулся на остальных.       Брама не было.       - Где он?! Где Брам?! Брам!!! – его взгляд был обращен в бездну.       - Он оступился, - произнес дошедший до него Башка. Виг ударил кулаком об камень. По его лицу побежали слезы, обращающиеся льдом. – Он отпустил тебя в последний момент. Спас тебя, - Башка подхватил друга под руку, помогая подняться. – Не делай его смерть напрасной, пошли.       - Пой, мой брат! Пой, что есть силы и пусть твоя глотка никогда не затыкается! – кричал Хват. – Пой, и пусть эта сука наслаждается твоим пением! Пой ради нас! Во имя нас!       Виг встал на ноги и оглянулся в сторону леса. Оставалось совсем немного. Сжав кулаки, он двинулся вперед.

***

      Углубившись в лес они разбили лагерь. Нарубили дров, развернули палатку – вторую было решено оставить на той стороне, развели костер. Они сидели молча и смотрели на костер, в котором догорали последние личные вещи Брама и прощались с другом. Ветер все так же завывал, но большая часть его силы поглощалась лесом.       - Вчера был добрый знак, - нарушил молчание Виг, смотря на Хвата сквозь пламя. – Почему?       - Ты же знаешь, знаки не точны в своих проявлениях. Это могло касаться затишья бури утром или что мы вообще этим утром проснемся живыми. Могло касаться просто скорого конца пути. А могло касаться того, что не все, но многие из нас преодолеют преграду – и так и случилось, - он невольно усмехнулся.       - Я потерял брата по оружию, что в этом хорошего?       Хват пожал плечами.       - Я не в ответе за случившееся, не меня тебе спрашивать, - ответил слышащий и взглядом указал на свой мешок. – Хочешь поговорить?       Виг отрицательно покачал головой.       - Отправляйтесь спать. Завтра мы покинем Хребет Скальда.       - Твой брат поет в твою честь, Безродный, - произнес Хват, вкладывая в руку Вига небольшую связку растений. - Прислушайся к нему этой ночью, ему есть, что тебе рассказать.       Они ушли в палатку, оставляя Вига наедине с его мыслями. Он молча наблюдал за пламенем, перебирая в руках связку. Почему Брам не хватался за жизнь? Почему отпустил его, ведь могло все случиться иначе. Почему он просто решил уйти? Вопросы разрывали его голову, но он не решался задать их брату.       - Зачем ты винишь себя в моей смерти? – раздалось откуда-то сверху. Безродный взглянул в руку – это была просто приправа.       - Чертов Хват…       - Он просто хочет тебе помочь, - вновь прозвучал голос Брама. Казалось, что он сидит где-то на дереве. – Никому не нужен лидер, у которого нет тяги к жизни, а именно сейчас ты представляешься им таким.       - Они правы. Зачем мне это нужно? Все, что у меня есть – топор, одежда и четыре… три идиота. Время моей власти прошло и впереди меня не ждет ничего, кроме неизвестности.       - Ты имеешь власть над жизнями трех идиотов, которые доверились тебе, Виг. Думаешь, кто-то из нас пошел за тобой, потом что ему скучно жилось? Нет, они просто устали. Устали, как и ты. Они хотят мира в своем сердце и спокойствия в своей душе и только ты мог и можешь до сих пор дать им желаемое. Никто из нас не смог бы пойти в одиночку против Хоруна. Никто из нас не решился бы идти через Хребет Скальда. Никто из нас не мог позволить себе большего, чем мечтать. А ты сделал шаг вперед. Несмотря на все последствия этого шага, не думая о сохранности своей головы. Твоя мечта оказалась сильнее страха, и мы пошли за тобой, потому что хотим так же. Ты хочешь знать, почему я отпустил тебя? Потому что моя смерть их не сломает. Они продолжат мечтать, продолжать попытки стремиться к лучшей жизни, как ты. Но если бы я забрал у них тебя – сейчас здесь уже никто бы не сидел.       Виг молчал.       - Только не плачь, брат, ты не имеешь на это право. Не сейчас. Ты должен быть сильным. Ты должен быть знаменем, что ведет заблудших во тьме к свету. Ты не имеешь права предать их веру в себя. Это тяжелая ноша и не ты ее выбирал, но это одно из последствий твоего первого шага к лучшей жизни. Спаси их души, как пытаешься спасти свою.       - Прости меня, брат, - тихо произнес Виг.       - Тебе не за что извиняться. Я сам виноват в своей смерти, нечего было глаз терять, - Брам рассмеялся.       - Было больно?       - Нет.       - Тебе там хорошо?       - Думаю, да. Я, конечно, немного сожалею, что попал сюда так рано, но здесь неплохо. Как оказалось, даже такой, как я заслуживает свое небольшое счастье в этом мире. И даже в бою не пришлось погибать.       - Расскажешь?       - Нет. Придет время, и ты сам все увидишь. Но… Виг, - его голос становился тише.       - Что такое, Брам? – почуяв неладное, Безродный встал, будто надеялся, что таким образом услышит мертвого друга лучше.       - Я хочу тебя предупредить… - с каждым словом его голос становился все тише, превращаясь в вой ветра. - Впереди… тяжелое…       - Брам! Я не слышу! – Виг забрался на пень, тянулся как можно выше.       - Прощай, брат… - прошептал Брам, и голос его смешался с сотнями других.       - Брам! Вернись!       - Виг, вставай. Подохнуть что ли решил тут?       Безродный пришел в себя, ощутив пинок на своих ребрах. Судя по нытью ребер – этот пинок был не первым. Он лежал в снегу возле потухшего костра. Над ним стоял Хват с протянутой ладонью. Все тело сковывал мороз, и Виг не без усилий поднял руку. Слышащий помог ему встать и принялся по новой разжигать костер.       - Верни его, - тихо произнес Безродный, кутаясь в шкуру.       - Не могу. Он ушел. Быть может его и можно будет выхватить из общего потока, но точно не в ближайшее время.       Разобравшись с костром, Хват поставил сверху котелок, закинул снега и, порывшись в своем мешочке, достал очередные травы.       - Ты меня обманул, - вспомнил Виг.       - Этого просил Брам. Сам бы я не посмел, но не знал, сможешь ли ты. Поэтому пришлось. Вы попрощались?       Безродный кивнул.       - Спасибо.       - Всегда к вашим услугам, - Хват усмехнулся.       Когда варево было готово он уселся рядом, вручая Вигу чашку. Остаток ночи они провели в тишине за игрой в карты.

***

      По расчетам Безродного, они прошли уже примерно половину леса, когда перед ними образовалась очередная преграда. Когда они смотрели на лес с хребта проблема эта была незаметна и не удивительно. Перед группой был обрыв. Настолько глубокий, что не было видно дна, и ни одной переправы вокруг. Вид в обе стороны открывался прямиком до окружавших лес гор, но путь в любую из сторон означал еще один потерянный день, а этого не хотел никто. Было принято делать переправу. Некоторые из деревьев здесь были достаточно высокими, чтобы достать до другого края. Путники решили рубить.       Найдя подходящее – они потратили пол дня на рубку. Потратили и множество сил, но всем хотелось поскорее покинуть эти края. Во время работы было выдвинуто и единогласно принято решение идти до конца без сна. Сегодня они покинут эти горы и ничто их не остановит.       - В сторону! – прокричал Башка, когда дерево начало падать. Все с замиранием и надеждой наблюдали за тем, как вековой ствол прощался с небесами. Удар. Дерево выдержало. – Ура! – воскликнул великан и согнулся в порывах кашля.       - Все в порядке? – спросил подошедший Виг.       - Возраст, - ответил Башка, выпрямляясь. - Устал просто. Я даже в боях так много топором не машу.       - Идем, нельзя терять времени, - сказал Безродный и пошел по бревну. Ветра здесь практически не было, да и ствол был в разы по шире прошлой их подобной тропы, так что никаких опасений за свои жизни никто не испытывал.       Зря.       Только Виг ступил на другую сторону, как к его ногам прилетела стрела.       - Враги! – воскликнул Безродный и, выхватывая топор, побежал в укрытие.       Молчун вооружился луком и, присев за одной из ветвей бревна, выцеливал противника. Башка добежал до края и метнулся вслед за Вигом. Хват остался рядом с Молчуном, вылавливая момент получше – для него расстояние было слишком большим для безопасного пробега.       Воцарилась тишина. Тяжелая, тягучая, будто маслом разливающаяся по воздуху. Смолк даже ветер.       И началось.       В начале последовал град стрел, никого не задевший, но обозначивший, что противник в разы превосходит количеством. И с дикими криками из леса на группу ринулись десятки врагов. Они все были на вид, как один. Лица их были разукрашены под череп, на телах неисчислимое количество белых кругов. Полуголые, вооруженные деревянными копьями, они скалились, обнажая ряд острых зубов.       Молчун пускал стрелу за стрелой, каждая из которых находила свою жертву. Хват выловил момент между залпами и побежал вперед. Сжевав какую-то траву из своего мешочка он выхватывал из-под своего плаща кинжал за кинжалом, метая их в противника.       Виг и Башка тут же оказались окруженными, но несмотря на сильную усталость два опытных воина давали отпор противнику. Великан размахивал своим двуручным топором, отгоняя врага, ломая копья, иногда срубая головы. Безродный разил особо смелых, подобравшихся ближе.       - Кто это такие, мать твою! – воскликнул Башка, вонзая топор в чью-то голову.       - Какая разница? Дикари какие-то! Они напали без разговоров, поэтому разбираться будем потом, - ответил Виг. Сбив очередного противника с ног и тут же зарубив, он развернулся. В него метили копьем и Безродный не успевал увернуться, но вонзившаяся в тело врага стрела откинула его назад. Молчун держал ситуацию под контролем.       С безумным смехом в окружение пробился Хват, перерезая глотку одному из напавших. Он перехватил у умершего копье и метнул в ближайшего.       - Ты слышишь это, Безродный?! Боги молчат! Их рты закрыты! Ха-ха! Они не понимают, что происходит! Они в ужасе! – Хвата вновь захватил безумный смех. Перерезав очередную глотку, он раскинул руки, обращая взгляд в небо. Его лицо было все в крови. – Молчите, суки! Молчите и смотрите, как люди борются с вашими страхами! Завидуйте!       Стрела вонзилась в его плечо, но Хват не обратил на нее внимания, лишь обломал древко. Он начал плясать. Метая кинжалы и перерезая глотки. Его смертоносный танец с каждым шагом, с каждым разворотом забирал все больше жертв, а Хват лишь заливался все сильнее смехом.       Залпы прекратились. Лишь стрелы Молчуна, которых он от скуки в походе настругал большое количество, продолжали лишать жизни врагов. Виг увидел, как небольшая группа противника направилась к бревну.       - Я помогу Молчуну! Башка, следи за Хватом!       Из леса выбежали новые противники.       Когда Виг добежал до бревна, Молчун уже вступил в схватку. Безродный метнул топор в спину одного из противников. Подобрал копье и повторил. Молчун был не лучшим воином и на долгую схватку сил у него не хватало никогда. Противник уже начал давить его к стороне, с которой группа только пришла.       - Молчун, к остальным! – прокричал Безродный, сталкивая одного из напавших в обрыв и насаживая на копье второго. Молчун тут же пробежал в образовавшемся коридоре, сталкивая еще одного. Виг выхватил из его колчана стрелу и воткнул в сердце еще одного дикаря. Выхватил из рук того копье и встал против оставшихся, прикрывая друга. – Ну давайте, суки!       Он приготовился к нападению, но противник повел себя совсем не так, как ожидал Безродный. Трое оставшихся побросали копья и разом прыгнули на северянина. Одного он успел отбить копьем, второй схватился за это копье, но Виг отпустил его и второй так же полетел вниз. Третий же оказался хитрее, он нырнул вниз и схватил Безродного за ногу, утягивая за собой в бездну.       Северянин начал падать, но схватился за ветку. Повисший на его ноге дикарь вгрызя зубами в икру. Виг закричал.       - Безродный! – прокричал Молчун и на его крик обернулся Башка. Схватив Хвата за шкирку он пробился через окружение и побежал к бревну, Хват же продолжал откидываться от преследующих кинжалами.       Топора не было. Руки едва держали вес двух тел. Безродный обернулся к своим друзьям. В его глазах кричал страх. Он не хотел умирать. Молчун уже бежал к нему, Башка тоже забрался на бревно, оставляя гогочущего во все горло Хвата прикрывать подход. Но ни Молчун, ни тем более Башка не успели. Виг не отпустил ветку. Она сама надломилась под весом, отправляя северянина в полет.