Кои

      Поезд мерно шумел, дома и деревья проносились за окном на такой скорости, что иногда сливались в одну цветную полосу, над которой висело неизменно яркое голубое небо. Польнарефф сидел вполоборота, буквально прижавшись лицом к стеклу, как собака, которую вывезли кататься на машине. Какёин сидел напротив, тоже поглядывая на яркие меняющиеся пейзажи, а рядом с ним был Джотаро, единственный из них, кто на место у окна совсем не претендовал. — Понимаю, почему японцы так романтизируют свои поезда, — сказал Польнарефф в тот момент, когда они проезжали мимо каких-то полей и картинка была такой умиротворяющей, что хотелось открыть окно и прыгнуть в это желто-зеленое море. — Абсолютно все романтизируют поезда, если они у них есть, — возразил Нориаки, усмехнувшись, — просто на разных уровнях и разными способами. — Ну, возможно, — задумчиво согласился Польнарефф, а потом бросил на Джотаро взгляд, — а ты словно совсем не впечатлен. Часто ездишь? — Не особо, — Джотаро пожал плечами, — я бы тоже смотрел, если бы мы проезжали море. — Твоя любовь к морю поражает, — Какёин улыбнулся, а Джотаро смущённо натянул кепку на глаза.       Польнарефф закусил губу, чтобы не ляпнуть что-нибудь, что смутит этих двоих. Ему всё было слишком очевидно, но ситуация не располагала, чтобы даже слегка подтолкнуть их друг к другу. Сначала им нужно было побить одного злого бывшего Какёина. Польнарефф немного нервничал из-за этого, если быть честным, потому что он хоть и посещал зал регулярно и мог слать свои топлесс селфи вместо привет в тиндере, в настоящей драке он был последний раз, кажется, в средней школе. Он вспомнил, что это была за драка и нервно усмехнулся, мгновенно обратив на себя внимание Какёина — тот вопросительно наклонил голову и немного надул губы, выглядя так мило, что Жан едва сдержался, чтобы не протянуть руки и не потискать его за щёки. — Просто вспоминал, когда я последний раз дрался, — признался он, когда Какёин наклонил голову на другую сторону. — Понял, что это было довольно давно… В средней школе, мне было лет тринадцать, а моим противникам было лет четырнадцать и мне тогда хорошо досталось, потому что мальчик из благополучной семьи, занимающийся только уроками и фехтованием не очень хорош в драке против выросших на улице парней. Я пытался защищать честь моей младшей сестры, но в итоге был побит, а спасён соседской тетушкой, случайно проходившей мимо и отогнавшей парней своей тяжёлой цвестастой сумкой. Боже, до сих пор помню каждый бисерный цветок, вышитый на ней, настолько я был рад своей спасительнице и её суровому оружию. Парни, конечно, били больно, от цветных синяков я и сам был похож на эту сумочку. Тетушка сообщила в полицию, с парнями и их родителями провели серьёзный разговор. Позже я видел синяки на парнях, которые явно оставил не я и мне вдруг стало жаль своих обидчиков. Да, они плохо высказались в адрес моей сестры и на моё праведное возмущение отреагировали кулаками, но в тот момент я вдруг осознал, что они просто и не знали иного языка. Тогда я увлёкся психологией. Не знаю, как так получилось, что больше ко мне не лезли, может боялись, что тоже окажутся в полиции, а может я действительно так хорошо забалтывал их, как мне самому казалось, — Польнарефф замолчал, уставившись на свои сцепленные в замок на коленях пальцы. Он не собирался вываливать эту историю на нервничающего Какёина, но оказалось, что он нервничает не меньше. — Ты же понимаешь, что тебе не обязательно лезть на Дио? — мягко заметил Какёин, подавшись вперёд и касаясь его рук, — твоей моральной поддержки мне будет достаточно, Жан. Я ведь столько раз дрался с ним… — Ты тоже не лезь, — сказал Джотаро серьёзно, — меня ему будет достаточно. Можете попинать его ногами, когда он окажется на земле. — Ты так уверен в себе, — присвиснул Польнарефф. — Я участвовал в таком количестве драк в своей жизни, что это не какое-то особенное событие, это мой обычный вторник, — Джотаро пожал плечами. — Сегодня суббота.       Джотаро тяжело вздохнул, заставив Жана рассмеяться и расслабиться. Какёин тоже улыбнулся, а потом отвернулся обратно к окну — за ним всё ещё было безмятежное утро. Какёин предпочёл бы провести такой день где-нибудь на летней веранде кафе или в парке: сидя прямо на траве есть приготовленные Холи сендвичи, слушать истории Жана, смотреть, как Джотаро пытается скрыть свои смешки, надвинув на глаза кепку. Слишком хороший день для того, чтобы вновь встретиться с Дио лицом к лицу.       Какёин не заметил, что его выражение лица привлекло к себе внимание друзей и вздрогнул, когда оба коснулись его. Жан сжал его колено, мягко улыбаясь, а потом отвернулся к окну. Джотаро накрыл его покоящуюся на сидении руку своей. Очень осторожно, почти невесомо сначала, но получив в ответ благодарный взгляд, усилил давление, обхватывая пальцами его ладонь поперёк.       Их дорога заняла ещё час и всё это время они молчали, но тревога, которая ощущалась в воздухе ещё пару минут назад, отступила. Рука Джотаро так же покоилась на руке Какёина и только когда пришло время выходить была с явным сожалением для обоих убрана.       Время приближалось к полудню, солнце уже откровенно жарило, а над дорогами поднималось лёгкое марево, делая очертания машин немного размытыми. Жан, ругаясь на жару, стянул с себя куртку и повязал на бедра, оставаясь в однотонной футболке, единственной не сильно яркой и достаточно удобной для драк и бега вещи, что он взял с собой. Он посмотрел на Джотаро в его чёрной школьной форме, застегнутой под самое горло, и потянулся за бутылкой с водой. Какёин в своём лёгком спортивном костюме темно-изумрудного цвета, который последний раз надевался, что иронично, так же на драку с Дио, нервно накручивал чёлку на палец, совершенно забыв, что решил избавиться от этой привычки. Их компания, конечно, привлекла внимание людей — Джотаро и Польнарефф были слишком огромными, а у Какёина были слишком яркие волосы, чтобы оставаться незаметными в среднестатистической серой толпе в деловых костюмах, и это заставляло последнего нервно оглядываться на каждого проходящего мимо человека, словно любой их них мог быть подослан Дио. — Напиши ему, что будем через десять минут, — попросил Какёин, и Джотаро тут же отправил сообщение. — Чёрт, так нервничаю, что живот сводит. — Всё будет хорошо, — Польнарефф потрепал друга по волосам, в ответ получив недовольный жалобный взгляд, — всё будет нормально. — Да, — коротко отозвался Джотаро и кинул быстрый взгляд на Какёина, — не бойся. — Я не боюсь, ну, то есть, боюсь, но скорее просто волнуюсь за вас… Я надеюсь, что Дио будет слишком самонадеяннным, чтобы притащить с собой много людей, — Какёин вздохнул, — но если что — бегите, не оглядываясь, со всех ног бегите куда глаза глядят. — Мы не побежим, — начал Жан, но Какёин прервал его, подняв руку. — Пообещайте, что убежите. Вы можете быть сколько угодно сильными, но у них могут быть ножи. И последнее, чего я хочу, чтобы вы пострадали. Поэтому, пожалуйста… — Мы обещаем, — ответил Польнарефф, кидая строгий взгляд на Джотаро и получая ответный кивок. — Спасибо, — Какёин расправил плечи и размял пальцы, успокаиваясь и оглядываясь по сторонам. — Не был тут меньше года, но всё кажется таким иным. Тогда мне этот город казался красивым, но теперь просто грудой стекла, бетона и железа, и люди ему под стать. Можно ли начислить Дио плюсик за то, что из-за него я теперь живу в более приятном месте? — Какёин остановился, обернувшись на друзей, и усмехнулся. — Нет, я запрещаю начислять Дио плюсики, — строго ответил Польнарефф, тыкая в Какёина пальцем и тут же тиская ещё за щёку. — Можешь отдать этот плюсик родителям, чтобы их счёт был поближе к нулю. — Мне кажется, что ты злишься на них больше, чем я, — Какёин фыркнул, убирая руку Жана от своего лица. — Потому что ты злишься недостаточно, — ответил тот, пожимал плечами, — они тебя даже к психологу не отвели, как же мне не злиться. — Ты просто смотришь на них с позиции европейца, а я со всем этим рос и, типа, настолько пропитался, что и сам в какой-то момент думал «боже, какой позор», а не о том, что это вообще-то виктимблейминг. Они и слова такого не знают, да и я не знал до знакомства с тобой, потому я, может, менее остро реагирую на их отношение, но просто поскорее хочу уже свалить подальше и перестать быть для них ходячей родительской неудачей. — Боже, милый… — Польнарефф покачал головой, неодобряя слова друга, но прикусил язык и вместо очередной лекции о том, как важно ценить свои чувства, сказал только, — хорошо, просто позволь мне позлиться на них за тебя. — Надеюсь ты не полезешь с ними в драку, если увидишь, — усмехнулся Какёин.        Дорога до места, которое, как показывала карта, было каким-то небольшим домом в старом и бедном районе, прошла в ненапряжных разговорах, в которых Какёин рассказывал про город, про свои любимые когда-то места в нём и том, что в этот район ему раньше ходить запрещали, потому что там точно ничего хорошего не было, но Какёин ходил. У него был любимый дом, где была лестница прямо с улицы на крышу, а оттуда был хороший вид на старые, имеющие особый шарм улочки и какой-то пустырь, на котором местные дети играли во всё, во что могли придумать сыграть. Какёин любил на той крыше сидеть, рисовать и иногда фотографировать, если на улице кто-то развесил особо яркие вещи на верёвках или если закат превращал облака над крышами домов в сахарную вату. Этот район, которого так боялись его родители, оказался для него намного более безопасным местом, чем благополучные районы, где он жил и учился. — Я видел тут разных ребят, но меня как-то никто никогда не трогал, не знаю почему, — Какёин задумчиво разглядывал обшарпанные домики, мимо которых они проходили. — Иронично, что Дио выбрал моё безопасное место для… этого. Не думал, что он знал, что я сюда хожу. — Может и не знал, — Джотаро внимательно осматривал улицы, выйдя немного вперёд, чтобы Какёин оказался в середине, — просто тут вряд ли кто-то отреагирует на крики, дежурные тут не ходят, а ещё можно снять целый дом за пару тысяч йен, чтобы уж точно никто не мешал. — Хорошо, — Какёин кивнул, — спасибо, от этого немного легче. Нет, правда — легче. К тому же, дом не тот же самый, что скорее подтверждает твои слова. Просто мысль, что даже тут я был всегда под прицелом, отравила бы мне хорошие воспоминания. — Какёин, — Джотаро резко остановился и обернулся, хотя до места встречи оставалась ещё пара домов, — не лезь вперёд меня, хорошо? — Хорошо, — Какёин кивнул, пытаясь выдержать взгляд Джотаро, но быстро сдался и опустил свой тому на грудь. — Хорошо, но если будет всё хуже, чем ожидалось, пожалуйста, не геройствуй. Мы договорились, что Жан постарается заснять компромат, так что сможем потом обратиться в полицию. Лучше сбежать, чем быть покалеченным. Для меня твоя невредимость важнее, чем угрозы Дио. Осталось меньше года, я переживу, даже если все будут знать обо мне. Всё будет нормально… особенно, если ты будешь рядом, — на последней фразе Какёин сбился, совсем смутившись. Его голос дрогнул и почти затих, сделав последние слова неразборчивыми, но Джотаро всё услышал и коротко улыбнулся. — Я понял.       Место встречи оказалось ещё более убитым домом, чем им обещали фото на карте. Зайдя внутрь, они оказались в узком коридоре с лестницей в самом конце и с приглашающе открытой дверью ближе к середине. Было тихо и Какёин подумал, что это хороший знак, потому что «друзья» Дио не умели не шуметь, даже когда Дио рычал на них. Коридор был слишком узким, чтобы создавалось эхо, но Какёину всё равно казалось, что каждый шаг звучит оглушающе громко. Когда до двери оставалась пара метров, Джотаро протянул Какёину руку и потянул за собой, буквально втащив его внутрь маленькой пыльной квартирки. Какёин быстро мазнул взглядом по темной фигуре у окна, но тут же отвёл взгляд, осматриваясь. Квартира состояла из одной комнаты и одной двери в туалет, и была явно давно заброшена и разграблена. Только пустые бутылки на полу и сваленные друг на друга матрасы, на которых, расстелив какую-то ткань, сидел Дио, подсказывали, чем здесь обычно занимались. Какёин брезгливо дёрнул плечами и тут же услышал смешок. — Привет, Нори, — голос Дио разошёлся эхом по пустой комнате и словно иглами возился в кожу Какёина. Тот мотнул головой, отгоняя странное ощущение, и всё же остановил на парне свой злой взгляд. — Я скучал. — Пошёл нахуй, — отозвался Какёин, рефлекторно сжимая руку Джотаро сильнее и от этого успокаиваясь. — Ну что же ты так грубо, Нори, я думал, что мы пришли с тобой к взаимопониманию, — Дио поднялся на ноги и сделал несколько шагов к Какёину, но Джотаро сдвинулся в сторону, почти полностью закрывая того собой. — Нет, Дио, это было не взаимопонимание, это было моё, наконец, осознание твоих сраных мотивов, но я не подумал, что ты настолько ленивый трус, что даже после приглашения трахнуть меня, не поедешь сам. Дио, ты серьёзно настолько боишься меня и своих чувств, что решил натравить на меня ещё одного сильного парня? Чего ты вообще ожидал от него? — Какёин, распаляясь немного вышел вперёд, но Джотаро преградил ему путь свободной рукой, успокаивающе немного сжимая плечо. — Ты думал, что после всего, что пережил, я нашёл себе замену тебя? Подпустил к себе такого же, как ты? Ты совсем идиот? Да шанс того, что он послушно приведёт меня к тебе за возможность быть вторым в очереди к моей жопе, вместо того, чтобы просто избить меня за то, что я гей или просто взять меня, без лишних метаний по стране, равен одному проценту и то, со скидкой на твою удачливость! Правда в этот раз удача не на твоей стороне. Спасибо, что пришёл один, как и всегда, когда проявлял свои истинные намерения. Слишком страшно, что твои так называемые друзья узнают, что ты всё это время гонялся за мной не потому, что ненавидишь геев, а потому что у тебя стоит на меня? Тебе ведь страшно, что они сделают, когда узнают, что ты такой же, как я? — Заткнись, Нори, ты болтаешь слишком много, мне больше нравится, когда твой рот занят чем-то другим… — Чем? Или подожди, так тебе нравится, когда тебе пытаются член откусить? Ты мазохист? Я могу отпинать его для тебя… — Нори… — угрожающе зарычал Дио, сжимая кулаки, но тот только фыркнул. — Что «Нори»? Ты не имеешь права звать меня так, — Какёин сделал вздох и только тогда понял, что по щекам катятся злые горячие слёзы. — Ты сказал всё, что хотел? — мягко спросил Джотаро, стирая одну из капель большим пальцем. — Не знаю, — Какёин усмехнулся, он чувствовал, что ноги становятся ватными из-за такого безумного потока слов, которые так терзали его. Сказав всё, с него словно спал тяжёлый груз. Всё показалось таким глупым, а Дио таким жалким, что Какёин теперь не понимал, почему так боялся его. — Ну я тогда начну, а ты, если что, ему в процессе кричи, — Джотаро хмыкнул и отпустив руку Какёина начал разминать кулаки. — Отойди к Польнареффу, Нориаки, просто смотри.       Какёин послушно сделал несколько шагов к двери, смутившись тому, как неожиданно и мягко Джотаро назвал его по имени. Жан подхватил его под руку и прижал к себе, вытирая слёзы свободной рукой и всё ещё кидая на Дио злые взгляды.       Дио, кажется, всё ещё пытался осознать, что происходит, когда Джотаро резко приблизился, занося руку, но в драках он был, как рыба в воде, поэтому легко уклонился от первого удара, тут же нанося ответный. Джотаро недовольно цокнул языком, уворачиваясь, он поднял ногу, целясь в удачно оказавшееся рядом колено, но Дио переместился, так быстро, что Джотаро почти пропустил удар. Какёин и Жан послушно наблюдали за происходящим со стороны, но зрелище было действительно странным. Парни двигались быстро и ловко, но казались настолько на одном уровне, что на протяжении пары минут ни один удар так и не достиг цели. — Неожиданный бой… Но ты ведь говорил, что доставал его? — прошептал Жан Какёину, на что тот фыркнул. — Дио эмоционально тупой, но в остальном его мозг функционирует вполне неплохо. Он знает, что Джотаро опасен и потому действует очень осторожно, каждое свое действие он обдумывает. Джотаро, думаю, тоже, поэтому драка такая странная. Не знаю, можем ли мы вмешаться? Надеюсь, что Джотаро не обидится…        И прежде, чем Жан успел сжать руки, Какёин выскользнул из его схватки и с разбега врезал удачно повернувшемуся к нему спиной Дио под коленями. Дио от неожиданности рухнул на пол, тут же получая удар коленом Джотаро в лицо. — Это нечестно! — А тебе кто-то обещал честный поединок? Мы на соревнованиях каких-то? Мне напомнить, для чего меня сюда привезли? — Какёин усмехнулся, нависая над вытирающим кровь с лица Дио, а потом ухватил его за волосы и с силой приложил о бетонный пол, — мне напомнить, как вы толпой загоняли меня, будто я ваша добыча, как удерживали втроём, как избивали впятером?       Какёин поднял ногу и со всей своей яростью опустил её на спину Дио, оставляя на белоснежной футболке пыльный след от кроссовка, а потом снова поднял ногу и повторял действие ещё и ещё, пока белого цвета совсем не осталось. Дио попытался схватить Какёина за опорную ногу, но получил по рукам от Джотаро, который не вмешивался, но следил за каждым его движением. Дио болезненно простонал, услышав хруст своих пальцев под массивными ботинками Джотаро, а подняв на того взгляд, осознал, что всё кончено. Какёин убрал ногу с его спины и отступил на шаг, оглядывая поверженного врага. — Жан, иди сюда и включи камеру, — Какёин присел на корточки рядом с Дио, — а ты сейчас на камеру сообщишь: зачем ты меня сюда позвал, почему ты на меня охотился, как ты пытался изнасиловать меня дважды и почему ты пытался это сделать, а потом ты пообещаешь исчезнуть из моей жизни навсегда, иначе эта запись разойдется по твоим друзьям. И твоим родителям не хватит денег заткнуть столько ртов. — С чего мне говорить это? — прошипел Дио и тут же завыл, когда один из зажатых пальцев хрустнул так громко, что звук эхом прошёлся по комнате. — Иначе он сломает тебе все пальцы, а я выбью пару зубов. — Я сообщу в полицию об избиении. — Я покажу им нашу с тобой переписку. И твою переписку с Джотаро. Сядем оба, — Какёин пожал плечами. — Ты с ума сошёл? — Благодаря тебе, — он улыбнулся, но прежде чем успел сказать что-то ещё Дио мотнул головой, откидывая волосы с лица и принимая сидячее положение, прошипел. — Записывайте, уроды.