Пари

Есть много причин, по которым жизнь в детском доме нехороша: нет мамы и папы, вставать надо строго по распорядку дня, носить, что дадут и есть ту противную кашу по утрам, которая вообще не похожа на мамину. Но есть и еще одна причина, по которой жить в детском доме тяжко: скука. Когда тобой не занимаются, не показывают и не рассказывают как и с чем играть, не водят никуда, то надо срочно искать, чем же себя занять. Олежек-не-подходи-Волков и Сереженька-палец-в рот-не-клади-Разумовский больше всего страдали именно от последнего. Воспитатели не спешили чем-то занять эта парочку с самых малых ногтей и даже не подозревали, какого двухголового монстра выведут в этом отдельно взятом детском доме своим невниманием.       Началось все как-то безобидно и незаметно. Сереженька и Олежек были самой меньшей головной болью воспитателей. Сереженька был бойким, но безобидным, а Олежек — слабеньким и тихим.В группе шестилеток они были почти незаметны на фоне всех остальных, которые были неуправляемыми отказниками, детьми алкоголиков и «детьми с пороками развития». Так что двум этим мальчикам, потерявшим родителей и ведущим себя адекватнее всех прочих, внимания доставалось меньше всего. Чаще они сами искали, чем себя занять: собирали листики, разглядывали кору деревьев и дождевых червей, листали книжки с картинками. Сереженька умел бегло читать, но плохо писал, Олежек читал по слогам. Воспитательница ушла разнимать очередную драку, а двум мальчикам было очень скучно. Вот совсем-совсем скучно. Так, что до слез. Решать еще одну проблему воспитательнице не хотелось, так что она пошла по пути наименьшего сопротивления: разрешила Среженьке и Олежеку пойти в общую комнату и посмотреть там телевизор. Шел какой-то скучный взрослый фильм, а вовсе не мультики. Дети с унылыми лицами смотрели его, думая, что веселей не и интереснее не стало, пока один из героев не произнес: «Предлагаю пари!» Олежек не понял нового слова. Сереженька как мог объяснил, что пари — это спор. Ну герои поспорили и если один из них не сможет что-то сделать, то проиграет. Олежке ситуация показалась интересной. Сереженьке — тоже. И они решили поспорить, вернее, заключить пари. Задание было сложным и опасным, насколько они только смогли придумать. Сережа поспорил, что Олежек не сможет стащить у нянечки из сумки жуткую оранжевую помаду, а Олежек, что Сереженька не сможет написать этой помадой на зеркале неприличное слово. Вечером они вдвоем отмывали в качестве наказания зеркало, где было жирной оранжевой помадой криво, но без ошибок и пропущенных букв написано «писька». Им не было стыдно. Им наконец-то не было скучно. На следующий день в столовой на обед были пельмени, и Олежек с Сережей поспорили у кого больше влезет в рот. Эту безобидную шалость им спустили с рук.И это тоже было весело. Через день они перевернули весь парк в поисках самого большого упавшего с дерева листа. Сереженька нашел липовый лист в полторы своих ладони размером и был счастлив. Олежек нашел лопух и они долго решали, можно ли считать такой лист опавшим. Еще через день они рыли ямки в песочнице — чья будет глубже — и случайно вырыли обломок старого кирпича, похожий на клад. Так они потихоньку начали спорить о чем-то каждый день. Когда их ловили воспитатели после очередной шалости, то Сереженька поднимал свои синие, совершенно невинные глаза и столь же невинно произносил: «Но мы же заключили пари!». Олеженька обиженно хлюпал носом и скромно смотрел в пол. В общем, никакой управы на двух непосед не было абсолютно. Даже зачерствевшие сердца воспитателей не могли устоять перед этим искренним взглядом или таким вот молчаливым, как все думали, раскаянием. Очередную довольно безобидную шалость спускали на тормозах, подкармливая уже народившегося монстра о двух головах. Одной рыжей, другой черной. И ни в одной из них ни на минуту не затихали мысли о том, как бы еще поспорить. Через три года от Волкова и Разумовского выл весь детдом. Если происходило что-то идиотское и нелогичное, можно было не сомневаться, что это они. Сбежать с экскурсии в музее и собрать там свою экскурсию — Волков с Разумовским. Сидеть на двух соседних деревьях до самого отбоя, а после еще возмущаться, что их сняли нечестно и у них из-за этого ничья — Волков и Разумовский. Объесться неспелыми зелеными яблоками с яблони, что росла у забора, и поспорить, кто раньше попадет в изолятор — Волков и Разумовский. Принести в комнату щенка. Вы еще сомневаетесь? Вопреки ожиданиям эти двое не разругались после какого-нибудь очередного спора. Скорее наоборот, нотка соперничества укрепляла их отношения, как и каждый ежедневный спор. Чем дольше они спорили, тем теснее их связывало каждое новое пари. «Олег, спорим, что ты не поколотишь наших троих хулиганов?» — Разумовский выдвинул сложную задачку. Олег был ниже всех в классе и это в самом деле было сложным заданием. Мальчишки уже потянулись вверх, даже Разум перерос его на пять сантиметров, хоть и не собирался. Серый даже расстроился, что Олег ему проиграл два вкладыша. Олег почему-то расти не торопился и теперь только ленивый и Разумовский его не дразнил мелюзгой. Спор Сережа продул всухую. Никто не ожидал такой силы и свирепости от тихого невысокого Волкова. Хулиганье сейчас зализывало раны в мед.кабинете, воспитатели не спешили наказывать за этих троих. Дети сами разобрались. Олег, правда, после перестал быть мишенью насмешек за свой рост. От него предпочитали держаться подальше. И даже дали новое прозвище «Не подходи». Олег-не-подходи-Волков. «Серый, спорим, ты решишь контрольную по математике за пол урока?» — для творческого Разумовского, который вечно отвлекался то на деревья за окном, то на свои мысли, это так же было сложным заданием. Но не мог же он проиграть! Не имел права! Решил. Успел. Получил «отлично». Учительница начала присматриваться к нему внимательнее, почуяв потенциал в вечно ловящем ворон ученике. Хотя, конечно, были и куда более безумные идеи. В двенадцать лет Олег пролез через форточку в комнату к девчонкам и стащил лифчик, чтоб не проиграть два щелбана (два потому что сисек, вроде, две), а Разумовский заменил на всех компах в школе заставку на экране, после которого и получил свое прозвище. Единственный спор, который поставил их в тупик лет в четырнадцать — спор о поцелуях. Кто из них лучше целуется в смысле. Разумовский не продумал систему, по которой это можно проверить, и пришлось им пробовать друг на друге. И чего не сделаешь ради спора! При этом, имея стабильный «неуд.» по поведению и репутацию напрочь отбитых на голову, Волков и Разумовский оба хорошо учились. На спор, естественно. Учителя и воспитатели вообще не пытаются искать логику в отношении этих двоих, их спорах, простите, пари, и проказах. Ее там нет и никогда не было. Разумовский на спор побеждает в олимпиаде по информатике, в которой не разбирался вообще еще год назад. Волков так же на спор берет медаль в соревновании по стрельбе. Никто не знает, что еще за спор затеят эти двое. Двухголовое чудовище выросло, заматерело и не дает и дня спокойной жизни детскому дому. Разве что малышне от этой парочки не достается. Все споры с участием мелких абсолютно невинные. Сережа учит мелких рисовать, Олег — не падать с турника. Но между собой Волков и Разумовский не знаю пощады. Пробежать голышом в душе у девчонок. Поцеловать физрука. Стырить тапки у поварихи. Написать маркером что-то на лбу у самого отъявленого после них самих хулигана. «Волчара, спорим ты со мной в один институт не поступишь?» — Разумовский хитро смотрит из-за стопки книжек. Волков бросает на него скептический взгляд, сообщая что-то вроде: «Тебе еще не надоело проигрывать?». Когда эта безумная парочка выпускается, поступив, естественно, в один и тот же вуз, воспитатели готовы радоваться только из-за того, что не надо думать, что завтра выкинут Волков с Разумовским. Пойдут сидеть по шею в луже? Напихают перца в сладкие пирожки в столовой? Будут учить младших рисовать птиц? Свяжут за ночь носки всех мальчишек из своей группы, развесят по деревьям возле дет.дома и будут меряться, у кого цепочка вышла длиннее? Будут соревноваться, кто прочел больше книжек за лето? Устроят взрыв в кабинете химии? Поцелуют на сцене на выпуском физрука, чтоб всех побесить? Неужели можно больше не приходить на работу с мыслями о том, что там еще случилось и что делать: смеяться, плакать, вызывать милицию, пожарных, скорую, конную гвардию или тащить Волкова с Разумовским к директору. Двоих — потому что по отдельности они не ходят, и даже если за руку поймали только одного, абсолютно точно, что в очередной безумной затее участвовали они оба. В общежитии Волков с Разумовским, конечно же, поселились в итоге хитрых перестановок одной комнате и безумие споров и пари полилось уже оттуда. Волков на спор научился печь пироги. Разумовский на спор один слепил трехметрового снеговика. Волков на спор флиртовал с библиотекаршей, которая в бабки ему годилась. Разумовский флиртовал с девчонкой, но проиграл, будучи отшит через десять минут. Зато отыгрался, закрыв сессию досрочно. Вот тут продул Волков и продул по-крупному. Олега, не закрывшего сессию, забрали в армию. Приехавший его навестить Разумовский ночью пробрался на территорию части. На спор естественно. Могло ли быть иначе? Скандал замяли с большим трудом, Сереженьке пришлось применить весь свой талант делать большие синие наивные глазки и дело не дошло до каких-то серьезных последствий. Разумовского выставили из части, Волкову выдали три наряда вне очереди, чтоб неповадно было. Вы думаете, это остановило спорщиков? Как бы не так. Они даже в письмах умудрялись заключать пари! "Спорим, я заработаю больше тебя!" — пишет Разумовский, а Волкову прям видится хитрый блеск в синих глазах друга. Может ли он позволить себе проиграть Серому? Да никогда! Он же всегда выигрывал! Ну кроме сессии и того дурацкого спора в душе у кого дальше брызнет. Олег уже строит далекоидущие планы, куда он пойдет после армии, чтоб переплюнуть программиста. И пишет в ответ, что спорит, что Разумовский не купит оригинал Ботичелли. Подумав, дописывает " и ящик коллекционного вина".

***

Сереженька-палец-в рот-не-клади-Разумовский ведет своего друга Олега-не-подходи-Волкова по коридорам стеклянной башни, дорогущего офисного здания, штаб-квартиры "Вместе". Сотрудники с уважением смотрят на создателя самой популярной соц.сети и самого молодого миллионера России, даже не догадываясь, по какой причине тот разбогател. С интересом смотрят на красивого, серьезного,сдержанного мужчину в дорогом черном костюме, которому хозяин "Вместе" устроил экскурсию по своему детищу. Хотя, конечно, подтверждать, что все тут принадлежит Сергею Разумовскому необходимости нет: всем известно о взлете казалось бы неперспективного проекта, а журналы дерутся за то, чтоб у них на обложке оказался портрет рыжеволосого миллионера. - Ладно, Серый, признаю, уел! — уже в кабинете Волков в шутку панибратски бьет Разума в бок, как в юности. Тот охает от неожиданности и со смехом делает такой же тычок в ответ. - Слушай, а на что мы спорили-то? — вспоминает Волков, готовый расплачиваться за проигрыш. Серега тут его уделал так,что не догнать. Повисает пауза. Они же с детства ставили условия от щелбанов до собственного полдника, а тогда, в самом начале этого спора, Разумовский ничего не написал. — Да какая сейчас разница? — смеется в ответ тот. - Слушай, а может ну их нафиг эти споры на сегодня? У меня тут шкаф коллекционного вина. Не пропадать же добру?