8. Смерть Солдата
Жизнь — это не ожидание того, что шторм закончится. Жизнь — это учиться танцевать под дождем.
Вивиан Грин
Ми́ссия (англ. mission) — основная цель организации, смысл её существования. Миссия — одно из основополагающих понятий стратегического управления. Разные учёные давали различные формулировки миссии. — Пит?.. — пронёсся по помещению голос, хозяин которого явно пытался быть как можно осторожней в разговоре. — Чего тебе, Рэй? — рявкнул Паркер, последний раз глянув на своё отражение и повернувшись к парню. — Пит, я всё понимаю, но это перебор. Тебе надо проветриться, ты сам на себя не похож. — Рэй положил руки на плечи Паучка и, на удивление, тот их не сбросил. — Не могу. Не могу, — замычал Питер, с грустью глядя на друга. — Я боюсь. Его нет уже полторы недели. Паркер вообще много думал в последнее время, и ни к чему хорошему эти мысли не приводили. «Он же не мог умереть, нет? — ежечасно спрашивал он себя, только ухудшая своё состояние. Верить в то, что из-за него Солдат сейчас истекает (или уже) кровью, не хотелось. Ему казалось, что Пирс и Рамлоу смотрели на него со странным блеском в глазах. Будто они только что победили его в холодной, ожесточённой войне. Хотя, возможно, это так. Баки уже может быть мёртв, как бы мучительно больно от этой мысли ни было, Питер не мог отрицать этот вариант. — Пит, я уверен, что всё будет хорошо, вернётся твой Солдатик, куда денется. — Рэй пытался шутить, но выходило плохо, судя по реакции Паучка. — Рэй! Помолчи! — кричал Паркер, опускаясь на пол из-за отсутствия сил и говоря шепотом: — Пожалуйста… — Горе-любовники… — на грани слышимости пробурчал Рэй, но Питер благодаря суперслуху всё слышал. Рэй вышел из ванной, перед этим бросив: — Если правда решили сбежать, я помогу. Но сам не пойду. Моё место здесь. — Спасибо. — Паучок слабо улыбнулся, засыпая прямо на полу ванной. За последние полторы недели он изрядно потрепал свои нервы. И всё бы ничего, он был уверен в Солдате и осведомлён обо всех его возможностях, но Пирс… Он что-то знал и не говорил. И это пугало. Очень. Питеру казалось, что он бы не волновался так сильно, если бы не эти взгляды, которыми одаривал его начальник, означающие что-то очень нехорошее. Что ж, его переживания были не напрасны.***
Баки в это время, снова отдав контроль Зимнему Солдату, сражался со странным типом со щитом и с горячей рыжей девушкой.***
Приземлило, ударом тока
Слышал, что больно, но…
Не думал, насколько
На общем балконе
Кутила паскуда
Куда бы зашиться там
Где менее людно
Ой, как ломает
Передавило грудь
Ненавидишь, но безумно пытаешься все вернуть
Растоптали, вывернули, поставили на колени!
Так почему же в своих песнях вы мне об этом не пели?
Если это чувство
Просто выброс эндорфина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Если это чувство
Просто взрыв окситоцина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Почему так больно сильно?
Почему так больно сильно?
Так настрадался
Что к пустым глазам не хватает только седин
Курить стал уже в два раза больше
Нормально скинул, спадают штаны
Поклялся никого не любить
Отлично, значит психика в норме
Завел себе подругу в надежде
Что это хоть как-то успокоит
Как бы та ни старалась
От тебя не добьется взаимности
Но зато она будет твоим гарантом
Спокойствия, не одинокой стабильности
Сколько ты будешь издеваться над ней:
Дружки, алкоголики, клубы…
Ночами шляться хер пойми с кем
Не замечая, как бедная любит
Пока не встанешь у зеркала
И не увидишь в какую мразь превратился
Так её и не бросишь
Пока та к маме в слезах не умчится
Умные предки, обрубив все канаты, примут меры быстро
Теперь никому не нужен, нахер Гадаешь, любовь это или привычка
Если это чувство
Просто выброс эндорфина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Если это чувство
Просто взрыв окситоцина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно?
В полном одиночестве ты думал:
Почему все именно так?
Злой становится добрым
Добрый ведет себя, как мудак
В чем причина: измен, истерик криков, побоев, слез и бабочек
И сделал вывод, что это любовь вперемешку с человеческой слабостью
Уже неважно, как она будет выглядеть
И какого цвета волосы
Главное, чтобы манеры и характер подходили тебе полностью
Вы встретитесь с перебитыми сердцами и жизненным опытом
И не спеша начнете строить свой мир с аккуратностью и осторожностью
Возможно…
А возможно, так и ничего и не случится
Возможно тот выстрел был для тебя — последний контрольный выстрел
И уже никогда не почувствовать близко
То светлое чувство,
Но и боль встретить нет риска
А значит, и в этом ты найдешь свои плюсы
Если это чувство
Просто выброс эндорфина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Если это чувство
Просто взрыв окситоцина
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно? Макс!
Макс…
Скажи, почему так больно сильно?
Почему так больно сильно?
Макс!
Макс…
Скажи пчему так больно сильно?
Почему так больно сильно?
Макс…
Питер, пребывая в шоке, смотрел через стекло на лабораторию, в которой сейчас работал, не замечая Паркера, его бывший друг — Флэш Томпсон. Ему хотелось взвыть от боли и обиды. Нет, он не обижен на Юджина, он обижен и зол на себя. Он надеялся, питал надежды на то, что Флэш останется хорошим человеком, а в итоге он работает на организацию, уничтожившую почти всю чету Паркеров. — Питер, — прервал размышления насмешлиый голос. — У тебя тренировка. Забыл? — Нет, Мистер Рамлоу, ни в коем случае. — Паучок уже полностью выздоровел, устроив для всех версию «Рэй гений, и вместе с ним я чуть улучшил своё здоровье». — Тогда иди. И Питер скрылся раньше, чем был замечен Томсоном.***
Тренировка протекала относительно хорошо. Питер позволил себе чуть использовать свою силу, что уже дало ему большое преимущество над противником. Его так называемый тренер быстро оказался на матах, с недоверием глядя на Паучка, который тяжело дышал. Сам мужчина был уже весь мокрый и липкий от пота, что только ухудшало настроение. Ему нравилось быть лучше Питера. Он должен быть ещё лучше Питера. — Когда делаешь подсечку, ногу заводи глубже, с тем, как это делаешь ты, противник будет с преимуществом и сможет обернуть удар против тебя, — злобно выплюнул он, зная, что никакой ошибки не было. Чёртов Паркер! — Хорошо. Ещё спарринг? — Паркер доблестно сдержал улыбку при виде разачоравания в глазах напротив. Так тебе и надо. Мужчина всё ещё должен быть лучше, ведь за минуту ничего не поменялось, однако ещё один раунд он не выдержит. — Нет, — твёрдо произнёс тренер, — сдохнуть хочешь? — И пусть это было выплюнуто с ненавистью и презрением, Питер знал, что это лишь страх опозориться и не оправдать ожидания начальства. — Свободен. Питер накинул футболку и пошёл в себе в комнату, чтобы сходить там в душ. Уже стоя под горячими струями воды, Паркер понял, что тренировка его хорошо отрезвила и отвлекла. Теперь его мысли были не так категоричны, и думал он не только о Баки и Солдате. Но всё ещё было страшно. Мысли роем кружились в голове, представляя из себя множество вариантов развития событий, от обычной слежки до убийства, только вот убить могли и Баки с Солдатом. Такие мысли Паучок пытался отгонять подальше. Он и так уже много времени потерял, сейчас нужно будет мыслить максимально логически и полезно для Солдата и Баки. Надо будет попросить Карен о помощи… С тяжёлыми мыслями всё-таки ложась спать, Питер решительно настроился выспаться и приступить к работе, уже успев отдать Карен приказ просмотреть все камеры в ближайших штатах и взломать Центральную защиту Гидры. И как он не догадался сделать это сам? Дурень. Сон пришёл практически сразу, давая забыться на время и расслабиться, наслаждаясь покоем. Этот покой продолжался и спустя несколько минут после пробуждения, когда сон ушёл, а к Питеру вернулось ощущение реальности. Тело сразу похолодело. Он вскочил с кровати и мигом оказался у стола. Включив ноутбук, он бросил взгляд на время. Шесть часов. Отлично. Пока его никто не потревожит. Он сел в кресло, посмотрел на включённый экран и данные на нём. В Гидре глупых людей нет, поэтому защита ещё не взломана. Но процесс почти выполнен. Пока Питер просмотрел камеры, которые не потрудились так защитить. Да и большая часть городских, которые Гидре не сдались. Он просмотрел запись разговора Солдата и Рамлоу перед началом миссии, что не дало абсолютно ничего. Даже информации о том, куда он идёт. Ладно, это они предвидели. На камерах города было видно, как тень быстро проскользнула, не давая себя заметить. На некоторых кадрах он не видел Солдата, хоть тот однозначно там проходил. В который раз Питер убедился, что Зимний Солдат действительно действует как призрак. Годы опыта. У него бы так не вышло. Солдат теряется из объективов как только покидает город. Питер попросил Карен просмотреть все камеры самой и сообщать при совпадении с Солдатом. Глянув на время, он понял, что просидел здесь полтора часа, и, если не поторопится, то опоздает на завтрак. Встав из-за стола, он бросил последний взгляд на экран ноутбука и, быстро умывшись, вышел из комнаты. Карен в это время нашла Солдата. После завтрака Питер в комнату не возвращался. Он пошёл в зал, выпустить пар, пока никто не видит. Взломав камеру самостоятельно, Паучок запер дверь, выместил всю свою ярость на три груши. Его удары были чёткими и сильными, полными уверенности в себе и наполненными злостью. Питер боялся, что Солдат и Баки пострадают. Он всё ещё помнил про код, который делал Зимнего Солдата безжалостным оружием, и это пугало. Что, если он его забудет? Ему явно предстоит обнуление после возвращения, если они, конечно, не сделали его ранее. Невозможно было не заметить, что на камерах отсутствовало тридцать минут, которых бы вполне хватило на процедуру. Тогда у него мало шансов на повторение этого всего. Теперь за ним будут следить или вообще закроют доступ к Солдату. А без этого у него не получится вызволить Баки из Гидры. И Солдата тоже. Страх перед неизвестностью лишь усилился после самокопания в зале, но он тут же исчез, сменяясь ужасом, когда Питер, зайдя в комнату и подойдя столу, увидел на экране ноутбука видеозапись. Солдат дрался с тремя десятками обученных солдат. Примерно столько же таких уже лежали мёртвые или без сознания. Из оружия у него был только он, но выглядел он так, будто не спал трое суток, а после этого его переехал поезд. И ещё один. В движениях присутствовала усталость, но удары оставались чёткими. Однако противников становилось всё больше, словно где-то рядом находился генератор обученных парней-убийц. Они наседали на Солдата всё сильнее, и Питер молился, что ему показалось то, как один из них перерезал горло Солдата, пока тот отбивался сразу от пятерых. Он продолжил молиться, когда Солдат упал на землю, кажется, без чувств. Глядя на то, как все уходят, а из раны Солдата уже медленно течёт струйка крови, Питер потерял часть себя. Он не сдержал обещание, данное Стиву Роджерсу и себе.
