Покажи мне себя

- Скажи, чего ты хочешь, Александр? Сидящий на его коленях маг вызывающе притерся к нему пахом, заставляя на мгновение прикрыть глаза от вспышки наслаждения, прошившей его от этого незамысловатого движения. Сколько бы у них не было таких вот вечеров, таких вот моментов, каждый раз это заводило. Уверенные руки на его плечах, гибкое тело под его ладонями, умелые горячие губы и жадные глаза, наполненные невысказанными словами. Он хотел бы увидеть своего парня без всей этой красивой мишуры. Без ярко подведенных глаз и другой косметики. Без идеальной укладки, броской одежды и бесконечного количества украшений или гламура. Просто Магнуса Бейна, неидеального, открытого и беззащитного перед ним, без всего этого антуража, который так обожал маг, закутываясь в него как в броню. Таким он ему тоже нравился. Блистательным и уверенным в себе. Алек его любил. И знал, что его чувства взаимны, что не переставало удивлять его даже после всех полученных признаний. - Покажи мне себя, - вырвалось быстрее, чем он успел себя остановить. Он не хотел добавлять шаблонного «настоящего себя», потому что с ним Магнус всегда был настоящим. Естественным и свободным. Но это все еще не отменяло того простого факта, что был еще и «другой» Магнус, которого он ни разу не видел. Не зная, как сказать о том, что он хотел и не показаться двусмысленным или, чего он хотел в последнюю очередь – обидеть, Алек нежно провел подушечками больших пальцев по чужим пушистым ресницам, по векам, немного пачкаясь в тенях и блесках. Пока не остановился на уложенных волосах. Он хотел бы узнать, какими мягкими они могли быть без всего того количества геля и лака, которые их удерживали. - Мне приятно знать, что тебя заводит моя метка, - глаза Магнуса радостно засверкали из-под прикрытых ресниц, меняя цвет с карего на золотистый. Он никогда не скупился на проявление чувств и эмоций, в отличие от самого Алека, привыкшего все держать внутри, и только в последнее время начавшего понемногу открываться. Все благодаря Магнусу и его заразительному примеру. Алек несколько разочарованно вздохнул. Метка мага его действительно заводила. И особенно завораживала, каждый раз, когда Магнус ее демонстрировал ненамеренно в его присутствии, потому что это означало, что он терял контроль. И если Магнус и понял, о чем он хотел попросить, то не подал виду. - Ты хотел, чтобы я сказал, чего я хочу. Я сделаю лучше - я покажу, - что ж, Алеку нравилось брать инициативу в свои руки. Он плавно поднялся, придерживая мага под бедра, пришлось поднапрячься, удерживая равновесие, но он не зря столько времени тренировался, чем сейчас беззастенчиво и пользовался. И теперь, когда бесконечные утомительные часы в зале и выматывающие рейды помогали не только в охоте и убийстве монстров и демонов, Алек готов был работать еще усерднее. - Мне уже нравится, - горячее дыхание щекотало чувствительную кожу шеи над воротником кофты, отвлекая и сбивая с шага. – Ты не перестаешь удивлять меня, Александр. Алеку было трудно в это верить, не с чужим прошлым, но он каждый раз успокаивал себя, что сейчас рядом с этим удивительным магом был именно он, а не кто-то другой. Именно он, Александр Гидеон Лайтвуд, единственный Сумеречный охотник в списке многочисленных побед и завоеваний. По крайней мере, у него было это. Путь до ванной показался ему до обидного коротким, отпускать мага не хотелось, пока тот доверчиво прижимался к нему, зная, что его никогда не уронят. Но для задуманного ему все же пришлось бережно спустить того, помогая устойчиво встать на ноги. Следующим этапом было освобождение от всего лишнего, в буквальном смысле лишнего, поэтому, не теряя времени, он приступил к осуществлению задуманного с шелковой рубашки, вытянув ту до конца из-за пояса. - Ты же знаешь, что с магией будет быстрее, - заметил маг, впрочем, не предпринимая попыток помочь и тут же избавиться от оставшейся на нем одежды одним лишь щелчком пальцев. - Дай мне. Я так хочу. Раздеть самому. Снять одну деталь за другой. Каждый браслет, каждую цепочку. Алек не тронул только кольца и любимый каф Магнуса. Обнаженная кожа в мягком свете лампы над зеркалом манила прикоснуться, но он стойко держался. Даже когда стягивал до неприличия узкие штаны, опустившись на одно колено. Алек не удивился, что под ними не было нижнего белья, он это успел прочувствовать, пока они целовались на диване, и он с жадностью скользил по обтянутому тканью аппетитному заду. Со своей одеждой он расправился куда как быстрее и куда как менее изящно и аккуратно. Включив душ, он быстро проверил температуру и, убедившись, что вот теперь все было готово, вернулся к с любопытством наблюдающему за ним магу. О снятие макияжа он знал ровно то, что его нужно было смывать, и что для этого вполне подходила обычная вода и мыло. И это было намного больше его знаний о том, как этот самый макияж наносить, что наверняка позабавило Магнуса, реши он сейчас об этом сказать вслух. - Ммм, в ванной мы это еще не делали, - одобряюще протянул маг, но тут же удивленно замолк, когда его толкнули под теплые струи душа. Алек поспешно шагнул следом, прижимаясь к чужой груди, и не давая своему парню спасти испорченную прическу, когда тот попытался увернуться, а потом и по привычке воспользоваться магией. Чужие плечи напряглись на какое-то мгновение, но тут же расслабились. И эта покорность, это доверие заставляли его задыхаться от щемящей нежности, потому что он не думал, что у него когда-нибудь будут такие отношения. Не по указке родителей или Конклава, не из-за необходимости или чувства долга. Перед Магнусом хотелось встать на колени и целовать эти изящные пальцы в массивных кольцах и с черными ногтями. Из всевозможного разнообразия бутылочек и баночек на полках он выбрал смутно знакомую. На ней хотя бы понятным языком было написано «Гель для душа» и что-то еще. Выдавив немного на ладонь, Алек методично взбил гель в пену и только после этого принялся растирать ту по чужим щекам, висками, лбу, а когда очередь дошла до темных кругов от косметики под глазами шепотом попросил: - Закрой глаза. И его просьбу безропотно выполнили. Магнус просто прикрыл веки, пряча наконец пытливый взгляд. Настроение давно из возбужденного перешло в нечто более спокойное и интимное. Очень личное и только их. Алек аккуратно распределил пену по чужому лицу, мягко массируя и стараясь не пропустить ни одного участка. Темные волосы, не удерживаемые больше в поднятом положении, теперь прилипли ко лбу забавными прядками, и он не удержался от того, чтобы их легонько взъерошить. Тени не захотели смываться с первого раза, поэтому он был готов уже потянуться за второй порцией геля, но его перехватила изящная и сильная рука. Не открывая глаза, Магнус щелкнул пальцами, и Алек наконец смог увидеть это любимое лицо без маски. И ни один из них не произнес ни слова, пока они домывались, и потом, когда помогали друг другу вытереться. Алек не знал, что нужно было говорить в такие моменты, а Магнус, скорее всего, просто не хотел. Только изредка кидал на него настороженные взгляды, как всегда делал, когда пытался понять, как ему следовало себя вести с Алеком. Не дав магу облачиться в любимый шелковый халат, Алек отобрал у него полотенце и бросил куда-то в сторону корзины. Хотелось больше света, больше огней, чтобы рассмотреть каждую ресничку, каждую морщинку в уголках глаз. Магнус выглядел таким молодым, уязвимым и немного надломленным, что его хотелось обнять и спрятать от всего мира. И если последнее было для него неосуществимо, то, по крайней мере, поделиться объятиями и поддержкой он все же мог. И это от него тоже безропотно приняли, крепко обнимая в ответ. Они действительно еще не делали этого в ванной, и в этот вечер он не горел желанием исправлять это упущение. Спальня и широкая кровать со светлыми простынями казались ему более уместными. И более того, удобными. Ему хотелось медленно и вдумчиво изучить этого немного другого Магнуса, потому что кто знал, будет ли у него еще одна такая возможность в будущем или нет. Алек взял чужую руку и потянул мага за собой. Он мог бы снова его понести, но тот выглядел слишком ранимым, чтобы возвращаться к тому, с чего они начали этим вечером. Ушла игривость и легкость, и он предполагал, что этим все и закончится, когда сделал то, что сделал. Матрас прогнулся под их весом, когда он сначала аккуратно толкнул Магнуса на кровать, а потом и сам забрался следом. Покрывая поцелуями чужое, такое молодое лицо он хотел выразить и свое восхищение, и свою нежность, и свою любовь, но не был уверен, что у него получалось, пока ему не начали, наконец, слабо отвечать. - Позволь мне, - Алек поцеловал поджарый живот и жарко подышал в место, где должен был быть пупок. Сегодня он хотел все сделать сам - растянуть и подготовить под себя, не торопясь и не используя магию. Он в принципе хотел, чтобы этот раз запомнился как особенный, медленный и тягучий. - Все, что угодно, Александр. Делай со мной все, что угодно. И он сделал, еле сдерживаясь, чтобы не начать вбиваться в податливое тело под собой, пока Магнус стонал и извивался, требуя двигаться быстрее и жестче. Алеку нравилось, что ему отдавались без остатка, с полной самоотдачей. Будто он был самым желанным, самым лучшим с кем когда-либо был маг. Это льстило и окрыляло. После того, как они немного отдышались, и он смог наконец заговорить, первым, что он сказал в чужие губы было: - Я люблю тебя любым. - И я люблю тебя, Александр.