Не плачь.

Как же тяжело было идти обратно в своё королевство. По глазам текли слёзы, на месте сердца ощущалась глубокая больная дыра, а душа впала в отчаяние. Руки отнимались, ноги онемевали, но продолжали идти в Фелицию. Червовый весь захлёбывался в слезах. Казалось, что ещё минута, и он потеряет весь воздух на свете. Зачем жить?... Когда тот, кого ты так любил, уже покинул этот мир, найдя себе место на том свете... Хватаясь за сердце, Феликс хоть как-то пытается утешить эту боль. Ему хочется рыдать во всё горло, кричать, подать знак о том, что он опустошён изнутри. Но у него не получается. У него просто не хватает сил и воздуха. "Почему он убил его?..." "он не хотел..." "но..." " *он мёртв* " От последней Феликс падает, прижимая руки к груди, захлёбываясь в слезах и буквально задыхаясь. Он не чувствует своих ног, своей головы, лишь мокрые от нескончаемого потока слёз щёки и грязные волосы. Он начинает бредить от горя. Он дрожит, голова болит. Ему уже начинают казаться видения. Будто вдали идёт та самая фигура его возлюбленного Зонтика. Сейчас небо станет оранжевым, но лучше бы он умер... Скорее всего это предсмертные галлюцинации, и он скоро умрёт от горя и нагрузки на организм. Вот, фигурка трефого всё ближе и ближе, уже в пятнадцати метрах от лежащего на земле валета. Феликс воспринимал это как галлюцинацию, однако он видел, насколько Зонтик покалечен. Феликсу казались швы на его шее и синяки по всему телу. Феликс закрывает глаза. Он улыбается сквозь горькие слёзы. Сейчас он откроет глаза, и столь желанная галлюцинация исчезнет... Сердце застывает от удивления и шока. - Это невозможно... - сквозь слёзы шепчет червовый, тут же переставая плакать. Его подняли с земли и мягко обняли. Феликс знает, что нельзя почувствовать галлюцинацию. А ещё он знает, думает, что Зонтик мёртв. Однако он открывает глаза. Галлюцинация не исчезла. Она дрожит, чуть всхлипывая, и Феликс чувствует это. Он чувствует его тепло, он чувствует эти объятия. - Я жив... - шепчет трефовый сквозь всхлипы, и в его голосе чувствуется дрожь. Феликс обнимает в ответ. Но он всё ещё не может поверить что Зонтик жив. Он испытавает смешанные чувства. Он не плачет, но в его груди всё ещё дыра непонимания. Он не может успокоиться. Феликс решается. Либо он получит утешение, либо же он умрёт морально раньше, чем сведёт свои счёты с жизнью. Червовый отстраняется. Он смотрит на трефового, прямо в глаза, потом рассматривает швы на шее, мятую одежду, синяки... - Зонтик... Это ты? - сквозь слёзы шепчет правитель Фелиции. В его груди клокочет что-то, похожее на надежду, а руки берут тёплые руки трефа и наслаждаются этими прикосновениями. Зонт плачет, тихо, может от счастья или чего-то другого: - Я... Я жив, Феликс... Д-да... Я жив... Феликс бросается на Зонтика и обнимает его, крепко, но нежно. Он боится задушить его от радости и снова потерять. Оба плачут и не могут поверить. Наконец спустя минуту Феликс отстраняется. Сейчас лишь одна вещь может его удовлетворить, успокоить, лишь тогда он будет чувствовать себя полностью счастливым. Червовый приближает своё лицо к лицу голубоглазого, и, прежде чем тот успевает что-то сказать, накрывает его губы своими. Зонтик приходит в шок и моментально краснеет, в его глазах блестят слёзы. Он секунд десять не может понять, что происходит. Но, он наконец упаивается этим сладким привкусом червовых губ и отвечает на поцелуй, кладя свои руки на плечи Феликса. Наконец-то. Наконец случилось то, что раскрыло чувства Феликса перед Зонтиком. И Феликсу сейчас всё равно. Ему хочется, чтобы это длилось вечность. Но не всё длится вечно. Например, воздух. И через минуты три парни разомкнулись, медленно, чтобы эти чувства не угасли. Чтобы эти чувства никогда не угасали. Феликс и Зонтик смотрят друг на друга, нежно, по особенному. Они понимают друг друга без слов, знают без признания, что их чувства взаимны. Вокруг них никого нет. Солнце медленно заходит, позволяя влюблённым наслаждаться жизнью и друг другом. Феликс гладит бирюзовую прядь своего парня, и, коротко целуя его в губы, решается ещё на один отважный поступок. Он берёт руки Зонтика, снимая их со своих плечей, и, переплетая пальцы со своими, смотрит в глаза трефа: - Зонтик... Ты выйдешь за меня? Зонтик тихонько ахает, потом снова в его глазах появляются слезы, и он бросается в объятия червового: - Д-да, да, конечно! Только, Феликс... - Да? - с улыбкой отвечает червовый, гладя валета по голове. - Может, потом, через полгода? Или хотя бы через три месяца... Просто, может, я ещё не готов... - Ничего, Зонтя, всё будет хорошо. Через полгода, так через полгода. Всё равно, мы будем вместе... Они счастливы. Они нашли свое истинное счастье. Счастье любви.