Финал в стиле Билла Денбро

Это изначально было дурацкой идеей. Одра оказалась достаточно упрямой и терпеливой женщиной, чтобы заставить его пойти к психотерапевту. — Ты даже заснуть толком не можешь, пока не выпьешь полбутылки виски. Сходи к доктору Моррис. Тебе станет лучше, — твердила она каждый раз, застав мужа за очередным вечерним стаканом. Легко ей говорить. Она-то ни о чём не знает. Всё, что Билл рассказал ей, могло уложиться в одну короткую фразу: он приехал в Дерри, чтобы помочь старым друзьям, но один из них погиб. Когда он вернулся домой, к жене, всё было в духе типичных хэппи-эндов. И даже кошмары не мучали почти пять лет. Но потом всё пошло наперекосяк. Билл вышел из магазина. В его руках были пакеты с продуктами. Он медленно шёл в сторону машины, чтобы ничего не выронить. Раздался чей-то крик, и Билл замер, уставившись на дорогу. Прямо на его глазах грузовик насмерть сбил мальчика. Он видел кровавые подтёки на бампере с ошмётками черепа. Тело мальчика покоилось под колёсами многотонной машины, которая протащила его по асфальту несколько метров. Пакеты из его рук, конечно же выпали. Билл хлопал глазами, приоткрыв рот от шока, и смотрел на красный след за грузовиком. Там лежал перепачканный кроссовок. Прямо из-под колеса торчали пальцы. Все вокруг бегали, кричали и суетились. Он не знал, сколько простоял вот так, замерев на одном месте, но когда он смог пошевелиться, место аварии со всех сторон окружили люди, и машины полиции и скорой помощи едва могли проехать. Этот парнишка будто стал ключом, отперевшим дверь в чулан, в который долгое время складывали трупы. Трупы животных и детей, которые они нашли в канализации, а потом и в Пустоши. Трупы его друзей. Этого оказалось достаточно, чтобы завести двигатель, сокрытый в глубинах его подсознания. Билл больше не забывал. Его больше не терзало чувство вины ни за смерть Джорджи, ни за Стэнли, ни за Эдди. Но этот страх… липкий страх, пробирающийся в каждый сон и в каждую минуту тишины, не отпускал его. Началось это вполне безобидно, можно было бы списать на разыгравшееся воображение. Он чувствовал лёгкую тревогу, когда оставался один. Из дома будто исчезала жизнь. Пустяк? Билл тоже пришёл к такому выводу. Потом ему мерещились звуки непонятного происхождения, переросшие в итоге в голоса. Он слышал их везде. Сначала только из сливов раковин и ванны, а потом отовсюду. Билл стал включать радио или телевизор, чтобы заглушить их, но Одре не нравился бесконечный фоновый шум. Ему стали сниться кошмары. Он будто снова и снова переживал эти чёртовы битвы с клоуном и раз за разом проигрывал. Оно разрывало его на части. Он просыпался посреди ночи, наливал себе стакан виски, выпивал залпом и наливал ещё один, который растягивал минут на двадцать. Это помогало, и тогда он стал выпивать пару стаканов перед сном. Кошмары ненадолго отступили, но затем опять вернулись. Он прекрасно знал, что с ним что-о не так. И даже знал, что именно. — Хорошо, я запишусь к ней на следующую неделю, и если эта дама мне не поможет, ты от меня отстанешь раз и навсегда. Договорились? — раздражённо сказал Билл за ужином. Одра только протянула ему визитку, будто только этого и ждала. Он позвонил доктору Моррис на следующий же день и, как и обещал, записался к ней на следующий четверг. К четвергу он, конечно, чуть не забыл о запланированном визите, но ему позвонили и любезно напомнили. Билл пришёл к назначенному времени, поздоровался с помощницей и присел на стул. Через пару минут к ним вышла женщина в строгом брючном костюме. Она взяла у помощницы какие-то бумажки, а потом обратилась нему: — Уильям Денбро? Проходите. Билл вздохнул и прошёл в кабинет. Он расположился в удобном мягком кресле, предназначенном для посетителей, возле письменного стола. Доктор Моррис начала расспрашивать о его проблемах, о детстве, о родителях. Он старался рассказать необходимый минимум и не лезть в глубокие дебри Дерри. Доктор Моррис внимательно его слушала и что-то помечала в блокноте. По её взгляду Билл понял, что она прекрасно знает, что он обходит стороной нечто важное. Когда их сеанс подошёл к концу, она сказала: — Билл, я хочу, чтобы мы однозначно понимали друг друга. Психотерапия — процесс сложный и длительный, но эффективный. Когда пациент сам этого хочет и постепенно раскрывается. Она немного помолчала, наблюдая за тем, как до Билла доходит смысл её слов. — Сегодня было наше первое знакомство. Я надеюсь, что в будущем вы сможете доверить мне то, что так тщательно скрываете от самого себя. — И что же я, по-вашему, скрываю? — с вызовом спросил Билл. — Когда вы были подростком, в вашей жизни произошла ужасная трагедия, вы потеряли младшего брата. И это стало одной из причин охлаждения отношений между вами и вашими родителями. Но вы явно избегаете рассказов о том, что было после. Глаза Билла внезапно зажгло, и проступили слёзы, которые он быстро сморгнул. — Когда я был подростком, со мной и моими друзьями много чего произошло. И никакие воспоминания о тех временах нельзя назвать хорошими, — согласился он. Доктор Моррис немного помолчала и сказала: — Дети сильные. Билл усмехнулся. — Да. А потом из сильных детей вырастают искалеченные взрослые. Доктор Моррис только едва заметно кивнула головой. Билл, который раз за сеанс, тяжело вздохнул и вышел из кабинета.