Я устала

Прямо сейчас я смотрю на себя в зеркало. Именно на свое безраличное, уставшее лицо, что подчеркивают темные круги под глазами из-за ужасного режима сна, который я и не пыталась восстановить. Веки неприятно жжет из-за неконтролируемых слез, что являются обыденностью при каждой моей попытке уснуть. Именно попытке. Ведь стоило мне закрыть глаза, то передо мной вставали образы когда-то ценных для меня людей. Потому что мое «настоящее», которое было рядом со мной, я не ценила, оставаясь в пустых надеждах теперешнего «когда-то» Это все ушло. В один момент. Наивной дурой ли я была? Возможно. Хотя я и сейчас ничем не лучше, ведь до сих пор верю, словно ребенок, что какие-то моменты я вновь смогу вернуть в настоящее. Но давящая реальность не позволяет этому чувства взять вверх, будто запирая меня изнутри. Я не знала, что мне делать. Да и сейчас не знаю. Я уже ни в чем не уверена, потому что теперь не чувствую, что мне есть, что терять. Только если мечту, которую я пытаюсь сохранить где-то внутри себя, словно это угасающее пламя. Наверное любой бы на моем месте не ценил это, живя настоящим. Но никто не осознает, что это «настоящее» когда-нибудь станет «прошлым». Моменты, которые ты так ценил и обещал хранить внутри себя навсегда, могут просто в одну секунду превратиться в самые худшие воспоминания из всех. Потому что ты просто не знаешь, что же случится завтра. Да даже через пару секунд. И это меня безумно злит. Я обещала себе, что никогда не буду жить в прошлом, что теперь приносит мне страдания. Хотя раньше я улыбалась, чувствуя некое легкое тепло где-то в груди. И что же привело меня к таким депрессивным мыслям? Думаю, что жизнь. Да, возможно вам покажется странным, что я, семнадцатилетняя девочка, буду рассказывать о жизни. Но это, наверное, просто попытки поделиться своей болью. Я не выдерживаю. Я понимаю, что обесценивание чужих чувств — самое ужасное, что может случится. Но мне тяжело признать это в свою сторону. Я всегда смотрела в свое отражение с улыбкой, как бы сильно у меня не щемило сердце от боли, и говорила: «Соберись, Лалиса, ты же не тряпка» А после просто проглатывала ком в своем горле, не давая слезам выйти наружу. На меня бы просто за это накричали. Я не хочу причинять себе лишней боли. Я жила в доме у бабушки, которая проживает совсем в другом месте, вдали от меня. Но жила я совсем не одна. Мой дядя, что пьет алкоголь словно воду, никогда не ставил меня на место человека со своим личным мнением. Он всегда кричал на меня, осуждая каждое мое действие. Стоило мне оставить сложенную вещь в своей комнате, а не убрать ее в шкаф, придется выслушивать тридцать минут крики о том, что я бесполезная свинья, которую бросили собственные родители. Нет, они не бросали меня в прямом смысле. Но и отрицать полностью я этого не могла. Раньше у меня была целая семья, куча друзей и даже любимый человек. Я не могла похвастаться любящей семьей, но, думаю, что не только у меня так было. Если бы я вернулась в прошлое, то я была бы готова закрыть глаза на все их каждодневные крики, что иногда перерастали драки. Я просто хочу побыть с ними вдвоем подольше. Сейчас они настолько ненавидят друг друга, что не могут даже дышать одним воздухом в комнате. У каждого своя причина, свои обвинения, которые они высказывают именно мне по сей день. И я запуталась. Я совсем не знаю — кому же верить? Кто говорит правду? Я не могу выбирать между ними. Хотя, они уже решили все за меня. И я не сопротивляюсь. Только сейчас. Раньше я пыталась быть той самой справедливой девочкой, что просто хочет родительского внимания, не осознавая этого. Но в моей жизни появилась одна девушка, что полностью отдала мне свою любовь. Дженни. Она была всегда рядом. Даже когда моя мама в очередной раз уезжала из дома к своему любовнику на дни, а то и недели, не сказав ни слова. Отец уже давно не дома. Он работает далеко, где-то в другом городе. Я была полностью на шее брата, что точно не был доволен таким раскладом событий, ведь он не мог оставить меня наедине с нашим дядей. Но Дженни уверяла меня, что все обязательно наладиться. И я действительно верила ей. Я любила ее, а она меня. Мне и не нужно было ничего больше. Но вместе с разрушенной семьей в мою жизнь пришла еще одна хуйня, которые теперь вызывает у меня лишь давящую боль в легких. Мои друзья стали отворачиваться от меня. Один за другим. Даже не было на то какой-то причины. Возможно я сама виновата. Не стоило ходить вечно с недовольным лицом и плакать по любому поводу. Но я просто уже не могла сдерживать слезы. Когда я успела стать такой чувствительной? Сейчас это неважно, потому что на данный момент я уже не могу плакать. Хотя раньше Дженни всегда так ласково обнимала меня, говоря всякие нежности, от которых я лишь широко улыбалась. «Я всегда буду рядом» «Я люблю тебя» Именно эти слова звучали в моей голове ее голосом, когда на меня в очередной раз кричала мама, что я вечно ноющая маленькая девочка, которая слишком много просит. Но кто же знал, что и Дженни это когда-нибудь надоест. В один день мы просто перестаем общаться после ее признания, что любила она меня вовсе ни как девушку. Я должна была понять и принять это. Но почему-то я сорвалась, не желая видеть Ким. Хотя в глубине души я корила себя за то, что не могла признаться даже самой себе, что безумно хочу ощутить ее тепло вновь. Проходили дни, но она так и не писала. Я плакала каждую гребанную ночь, вновь погружаясь в это «когда-то» с головой. Я вспоминала как родители хотя бы иногда улыбались мне, а потом друг другу, обмениваясь какими-то шутками, что понятны только нам. Я вспоминала как мои друзья когда-то скидывали разные милые видео с собой, чтобы хоть как-то поднять мне настроение, но в итоге им это надоело. Я вспоминала как Дженни ласково улыбалась мне, оставляя поцелуй на моей щеке, что приятным теплом распостронялось по всему моему уставшему от всего телу. Я уже пыталась когда-то вернуть наше общение, но понимала, что теперь отношение Ким ко мне не будет прежним. То доверие, что было между нами уже не вернуть. И я просто заткнулась, подавляя давящее чувство навязчивости и вины в виде двух шрамов на руке. Я думала, что мне уже терять нечего. Но кто же знал, что в тот раз, приходя к своему дедушке, это будет наша последняя встреча? Он был самым одиноким человеком, которого я когда-либо видела. Но я была слишком маленькой, чтобы воспринимать это всерьез, хотя с возрастом осознала это, но было уже поздно. Да, у него были дети и жена, которых он любил. Но любили ли они его? Жена всегда унижала его перед всеми, тем самым подавая пример их детям, которые совсем не осознавали ошибок своей матери. А он просто молчал. Потому что не хотел сделать им больно. Но в итоге сделали больно ему. Я даже до сих пор помню как однажды вышла во двор, а там сидит он — такой худой и уставший, но о чем-то думающий. Он был ужасно болен много лет. Рак легких это действительно самая ужасная вещь, которую я знаю за свою короткую жизнь. Я лишь тихо подошла к нему в тот момент, садясь рядом. Дедушка даже не сразу заметил мое присутствие, все еще серьезно о чем-то размышляя. Но, заметив меня, слабо улыбнулся, ничего не сказав. Я лишь улыбнулась ему в ответ, спрашивая о его делах. Но он лишь ответил одним «нормально», не вдаваясь в подробности, хотя их было до ужаса много. Но он просто не хотел сделать мне больно. И я это понимала. Наш разговор был довольно простым и в какой-то степени уютным. Он лишь рассказывал о своем прошлом, о своей работе и о том времени. Но наступила какая-то тишина, что разбавляли звуки разных птиц. «Ты единственная, кто так дружелюбно общается со мной» Я до сих пор не смогу придумать ответ на те его слова. В тот момент мне было так до ужас обидно и больно за него. И я до сих пор виню себя за то, что не проводила с ним больше времени. Мне так больно осознавать, что он умирал почти что в одиночестве. Почему я просто не смогла быть с ним рядом? Я знала, что скоро должен был наступить его конец. Но до конца кормила себя пустыми надеждами, что все наладиться. Я как наивный ребенок верила, что мои родители снова будут вместе, что мои друзья вновь будут улыбаться при нашей встрече, а Дженни как раньше скажет, что безумно любит меня. Я лишь хмыкаю своему жалкому отражению от собственных мыслей. Даже любимое дело, что приносило мне радость, стало безразличным для меня. Заслуживаю ли я всех тех милых комментариев по поводу свои ужасных работ? Мои рисунки перестали быть такими красочными и яркими. Но я все еще пытаюсь сохранить в себе свою мечту, свою цель. «Я обязательно стану художником, который будет вдохновлять других, как я когда-то вдохновлялась остальными» Но смогу ли я сдержать эти слова? С этого дня я решила, что никогда больше не буду жить в этом «когда-то» Я медленно опустила голову, ощущая горячие слезы на своих щеках. — Я устала