Восьмёрка Йегера

Детектив садится на свободный стул в маленькой светлой комнате. По её просьбе в школе освободили для неё комнату, вытащив все парты и оставив один единственный учительский стол и стул, превратив помещение в комнату для допроса. Справа от женщины стояла та самая стопка документов. Под столом в портфеле у неё был планшет, на котором хранились необходимые видео-файлы для допроса. Окна занавешены, на зеленой доске были видны разводы от мокрой губки, огромные шкафы у дальней стены были заперты. Кругом висели плакаты с формулами и лицами каких-то известнейших математиков. Детектив много лет назад закончила школу, и поняла, что не может вспомнить ни одного лица с картонной бумаги. На самом деле ей было не до них. Она была сосредоточена на другом. Входная дверь открывается, детектив поднимает голову. На пороге стояла маленькая белокурая девушка. На ней блестящий топ с пайетками и белые короткие шорты на высокой талии. Тушь на её глазах размазана и давно высохла, видимо, девушка много плакала. На губах были остатки розовой помады. Длинные светлые волосы уложены лаком, на них до сих пор при свете лампы в комнате виднелись блестки. На пупке была серёжка. Длинные худые ноги украшали высокие черные сапоги до колен на толстой подошве со шнуровкой. Женщина приглашает заплаканную ученицу сесть на стул перед ней, на что та кивает и медленно подходит к ней. Дверь закрывается. Первая подозреваемая гордо садится на стул, прежде откинув свои волосы на спину. Девушка вздернула свой носик, смерив детектива перед ней не сама добрым взглядом. — Итак, вы — Хистория Расс? — спрашивает детектив, открывая папку с фотографией девушки, прикрепленной к краешку картона. — Рейсс, — поправляет Хистория, ставя локтя на стол, смыкая пальцы в замок и кладя на них свой подбородок. — Ваш отец директор школы? — женщина в форме поднимает глаза на ученицу. — Да, — быстро отвечает девушка. — Вы плакали, — продолжает детектив, — расстроены тем, что ваш друг погиб? — Эрен? — усмехается Хистория, а на её лице появляется довольная улыбка, что вводит в ступор детектива, — нет, просто титул "Королевы выпускного" получила не я, а Микаса Аккерман. — Тебя не расстраивает, что Эрен погиб? — удивляется женщина, — ты плачешь из-за короны? — Почему я должна плакать оттого, что Эрен мертв? — жмёт плечами Рейсс, — он это заслужил. — Ты ведь понимаешь, что находишься на допросе, — продолжает серьёзно женщина, — и всё, что ты скажешь в этой комнате, будет использовано против тебя. Хистория поджала губы, понимая, что теперь стоит быть аккуратнее в своих высказываниях. — Я понимаю, — после непродолжительной паузы отвечает Хистория. — Тогда расскажи мне всё, что знаешь, — тихо просит детектив. Хистория сглатывает слюну, а после расслабляется, касаясь спинки школьного стула. — Могу я… Начать сначала? Блондинка смотрит на себя в зеркало, завязывая свои длинные светлые волосы в косичку, дабы те не мешали ей на тренировке. Она тяжело вздыхает, когда в раздевалку заваливается толпа девчонок, что начинают громко обсуждать последние новости школы. — Все видели новый состав «элдийцев» в этом году? — громко спрашивает Джесси, кидая рюкзак на скамейку, а все девчонки тут же закивали поддакивая: — Арлерт — капитан команды, — вставляет Роуз, — не думаю, что он справится с этим. Мне кажется, он не вытянет их в этом году. — Как будто Джейк вытягивал их в прошлом! — кто-то кричит ей в ответ, и все тут же смеются. «Элдийцы» проигрывали пять лет подряд, а с каждым новым учебным годом меняли состав своей волейбольной команды в надежде, что это принесет им победу, но это не приносило никакой пользы. — Я слышала, что мистер Уоттс ушел с поста тренера, — подаёт голос Ребекка, — кто теперь будет тренировать этих неудачников? — Какая разница! — смеется Джесси, — их не спасет даже, если за них возьмется олимпийский чемпион. В команде Эрен Йегер. — Что? — хором восклицают девушки, а тут даже Хистория повернулась к сплетницам, ужасаясь такой новости. — Почему бы им сразу не переименоваться в «лузеры»? — с издевкой говорит Джесси, облачаясь в белый топ. — Получается, из старого состава осталась только Аккерман? — Нина завязывает волосы в хвостик. — Марко! — кто-то кричит с другого конца раздевалки, — но я уверена он и в этом году будет сидеть на скамейке запасных. — А Браус? — Саша? Да ладно? Эта серая мышка умеет играть? — Я слышала, она сама изъявила желание попасть в команду. — А кто еще? Галдёж девочек в раздевалке не заканчивался. Сплетницы успели обсудить каждого, кто в этом году был в «элдийцах», но Хистории было не до них. Она никак не комментировала то, что говорили Джесси и другие. Она предпочитает не лезть во всё это. Сплетни последнее, о чём она должна думать, потому что её главной задачей было организовать из этих тупых старшеклассниц единую команду, которая будет поддерживать «элдийцев» на матчах. Рейсс заканчивает с прической и поворачивает голову к девушкам. И как она заставит их всех её слушаться? Хистория была дочкой директора и сразу же причислялась к негласной элите школы, к которой относили себя и команда чирлидерш. Попасть в команду к Рейсс было подарком судьбы. Иронично, что сама Хистория так не считала. Она не была особенной. Она такая же ученица, как и все в этой школе, но другие возводили её в ранг королевы, и чуть ли не кланялись ей в ноги. Даже сейчас этот разговор они затеяли специально. Элита всегда осуждает простых смертных. К удивлению всей команды входная дверь открывается, и повисает зловещая тишина. Рейсс поворачивается, дабы узнать, что заставило заткнуться этих сплетниц и довольно улыбается. Новенькая. Ну, конечно, папа говорил ей, что в этом году у неё будет пополнение. Она сама лично просматривала анкету этой ученицы, подмечая, что она очень подойдет их составу. Высокая блондинка с короткой стрижкой и очень длинными ногами. Энни Леонхарт. Девушка осматривает всех присутствующих, что тут же начали заниматься своими делами и молча проходит внутрь. Джесси и остальные начали переглядываться, не понимая в чём дело. Ну конечно, Хистория не стала оповещать всех о том, что будет новенькая. Это бы только прибавило новых сплетен. Галдеж приутих. Теперь чирлидерши спрашивали друг друга о самых незначительных вещах, типа косметики, а Рейсс довольно улыбается. Наконец-то теперь в этой раздевалке станет намного тише. — Привет, ты Энни? Я- Рейсс тянет руку в знак знакомства, но Леонхарт игнорирует её, открывая свой шкафчик рядом со шкафчиком Хистории. — Я знаю, кто ты, — отвечает Энни, любуясь на содержимое своего ящика. Девушка достает белый топ с оранжевыми вставками и клетчатую юбку: — приятно познакомиться, капитан. Энни вынужденно улыбается, соблюдая приличия, а после снова натягивает безразличное лицо и вешает свой черный рюкзак на крючок двери. Хистория отворачивается, пряча лицо между дверками шкафчиков, и смотрит на себя в зеркало. Да, отвратительно, когда люди дружат с тобой только из-за твоего положения в школе. Неужели, Энни такая же? Неужели, она тоже будет обсуждать её за дверями этой раздевалки? А Рейсс надеялась, что может иметь хоть одну подругу в этом змеином гнезде, но видимо, этому не суждено было сбыться. Но Хистория не собиралась сдаваться. Правда её настрой пропал сразу же, как только эти девочки вышли в спортзал. Они ругались, спорили о своих позициях, игнорировали Рейсс, что стояла, поджав губы, не в силах вставить и слова. Ей было неловко. Она ведь капитан группы поддержки, а не может усмирить команду девушек, что уже переходили на личности. — Джесси, это моё место! — Сара, заткнись в прошлом году ты стояла сзади — Я была спереди, идиотка! — Мы делали два прыжка, Эмми, а не пять! Какого чёрта? — Нужно поставить колено! — Может, мы должны поднять руки в этой позиции? Хистория снова осмотрела всех девушек, что продолжали спорить и выдохнула. Что она делает не так? Неужели из неё ужасный капитан и бестолковый руководитель? Ей не хватает смелости взять всё в свои руки и наладить работу. Она не справится. Рейсс замечает за Эмили, стоящую поодаль ото всех Леонхарт. Она скептически смотрела на других девушек, подперев бока то и дело цокая языком и закатывая глаза от галдежа, который с каждой секундой выводил её из себя. Хистория ловит её взгляд, но блондинка тут же поворачивает голову. Ну вот, она потеряла последнюю надежду. — Девочки! — просит Хистория, чуть повышая голос, но он утопает в криках Джесси и Сары, — пожалуйста, давайте мы- — Ты стояла сзади, Сара! — Спереди, Джесс! Рейсс тут же замолкает, повесив плечи, понимая, что она бессильна. — Да заткнитесь вы уже все! — громко кричит Энни, чем привлекает внимание не только чирлидерш, но тренирующихся «элдийцев» чуть поодаль. Леонхарт тут же смотрит на Хисторию: — говори, капитан. Хистория сначала молчит, но понимает, что это её шанс и сразу же начинает рассказывать их план по речевкам и движениям. Она то и дело смотрит на Энни, которая тоже внимательно её слушала. Ей хотелось сказать ей «спасибо», но не было времени. Она отблагодарит её потом. После тренировки Рейсс выбегает из раздевалки вслед за Леонхарт, которая вышла оттуда первой. — Слушай, Энни! — кричит девушка, но новенькая даже не оборачивается. Минуя длинный коридор, девушка оказывается в огромном холле, а Хистория семенит вслед за девушкой на своих босоножках, подхватив учебники. — Энни! — догоняет девушка Рейсс, — спасибо за то, что ты заступилась за меня! Мне очень приятно! Знаешь, я посмотрела на тебя на тренировке и решила, что ты могла бы стоять в центре вместе со мной! Ты здорово двигаешься. А еще мы бы вместе могли придумать хореографию для открытия матчей! Или составить план! Что скаже- — Слушай, капитан, — Энни резко останавливается посередине коридора, не выдержав болтовни Хистории над ухом: — мне все равно. — Но я думала- — Смотри, принцесса, — начинает Леонхарт, чуть понижая голос, — то, что я заступилась за тебя один раз на тренировке, не значит, что я буду делать это постоянно, как и то, что после этого я буду с тобой общаться. — Я хотела обсудить с тобой план нашего выступления на открытии матчей по волейболу, — отвечает Хистория, на что Леонхарт деловито поджала губы, ощущая на мгновение самой важной персоной в этой школе. Надо же, сама королева школы решает обсудить с ней такие важные вещи. Энни останавливается, поворачивается к девушке, что снова испугалась, поджав к себе учебники. — Слушай, если честно, мне все равно, какой у нас будет план, — говорит Леонхарт, — мне все равно на группу поддержки. Я в этом дерьме из-за того, что мне нужна внеклассная деятельность для того, чтобы меня зачислили в колледж. — Но я думала- — Я тоже много что думала, принцесса, — снова перебивает её Энни, — обернись! У тебя за спиной сотни учеников, готовые ползать перед твоими ногами. Я этого делать не собираюсь. Сказав это, Леонхарт разворачивается и уходит, оставляя Хисторию посередине коридора с тетрадками и учебниками в руках. Девушка наблюдает за тем, как силуэт новенькой исчезает в толпе. Хистории почему-то захотелось плакать. Снова и снова люди видят в ней какого-то идола, особенную, не такую, как все остальные ученики. Её это злило и раздражало — Я думала, что мы могли бы подружиться, — тихо продолжает Рейсс, но Энни уже вряд ли слышит её. *** Хистория уныло листает свою тетрадь по английскому, игнорируя то, что происходило в классе. Ученики громко болтали о смене состава команды волейбола в их школе. Она уже не могла слушать эти разговоры. Все две недели только и говорили о них. Хистории было всё равно на состав команд. Её задача заключалась в том, чтобы выкрикивать кричалки во время перерыва между раундами. Волнение о том, кто в команде у «элдийцев» её мало волновало. К неожиданности для неё самой, рядом с ней садится на стул Энни, которая сразу же кладёт рюкзак на парту. Рейсс недоуменно поднимает брови, наблюдая, как одноклассница достает тетради, пенал и ручку. Девушка не понимает, Леонхарт была против того, чтобы общаться с ней, так с чего она вздумала сесть с ней на уроке? — Не обессудь, — Энни сама отвечает на её немой вопрос, вешая рюкзак на спинку стула, — это единственное свободное место. Хистория молчит, принимаясь дальше сидеть за черновиком, придумывая рифмы для кричалок. В голову как назло не лезло ничего, а одноклассники очень громко шумели, не давая сосредоточиться. Девушка психует, закладывая листок в тетрадь, и открывает учебник. — Ты когда-нибудь отдыхаешь? — спрашивает Энни, на что Рейсс сразу же отрывает голову от учебника: — В смысле? — Ну, — жмет плечами Леонхарт, — ты мало того, что ходишь абсолютно на все уроки, включая дополнительные, так еще и являешься капитаном команды поддержки, а сейчас на перемене придумываешь кричалки вместо того, чтобы обсуждать новый состав «элдийцев», как все остальные. Хистория уставала. Иногда, приходя домой у неё не было сил. Она валилась на кровать, лежала ровно пять минут, а потом вставала и делала домашнее задание до поздней ночи. Утром она тратила своё время на его повторение, пока пила кофе, который в её комнату приносила Розетта, их гувернантка. Всё время Хистории уходило на учёбу. Она не помнила, когда ходила на свидания или в рестораны с кем-то кроме отца, который устраивал ужин со своими спонсорами каждую пятницу в местном баре. Все мысли были только о том, как поступить в Йель, престижный университет, в котором училось все поколение Рейссов. Отец вбил ей в голову, что она не должна нарушать традиции и поэтому девушка усиленно трудилась, дабы не подвести отца. Хистория поджимает губы, прокручивая в голове всё это и то, что ей сейчас сказала Энни. — Я устала, — признаётся Рейсс, закрывая тетрадь. — Я вижу, — говорит Энни, — ты всегда делаешь всё одна. — Да, — Хистория кивает, воодушевленная тем, что Леонхарт начала с ней это разговор, — мало того, что нужно составить план нашего выступления на открытии матчей. А еще мне нужно сделать алгебру, посетить вечер в честь представителей Йеля, которые прибудут в школу уже через два месяца, мне также надо подумать, в чём я пойду и посещать дискуссионный клуб каждую среду после всех уроков. Я просто- — Давай помогу, — перебивает её Энни, отчего Хистория открывает рот и замирает на несколько секунд, переваривая сказанное. Глубоко в душе она радовалась, что соседка по парте заметила её и предложила ей помочь и надеялась, что это было началом их великой дружбы. — С планом, — уточняет Энни, решая нарушить образовавшуюся тишину в их диалоге, — я, честно, мало в этом разбираюсь, но если хочешь, могу помочь и с алгеброй. Уж в ней-то я разбираюсь отлично. — Правда? — Хистория улыбается, готовая вот-вот заплакать оттого, что Энни обратила на неё внимание. — Только не расплачься от счастья, — усмехается Леонхарт, открывая учебник, а потом поворачивается к Хистории, положив подбородок на руки, шепча: — ты очень хорошая. Прости меня за- — Всё в порядке, — Рейсс продолжает улыбаться. Наконец-то она сможет пойти вечером куда-то вместе с Энни, чтобы обговорить их план касательно выступления. — Давай сегодня в семь? — предлагает Леонхарт. — Как насчёт «Озеро»? — спрашивает Рейсс, — я могу забронировать столик. — Вау, — улыбается Энни в ответ, — хорошо. *** Её отношения с Энни становятся намного лучше после их первой встречи в «Озеро». Известный ресторан на краю побережья, прославленный своими изысканными блюдами из морепродуктов. Огромный зал с широкой верандой, где между круглых столиков, накрытых белыми скатертями, метались официанты. Звучал легкий джаз, в воздухе стоял запах моря, а гости ресторана болтали о том о сём при тусклом свете ламп. Хостес проводила девушек за свободный столик возле окна, с которого открывался шикарный вид на побережье. Девушки занимают свои места, а миловидная Элис обещает, что официант подойдет к ним через минуту, предлагая меню. Девушки кивают, начиная выбирать закуски, а Хистория очень нервничает то и дело посматривая на экран своего телефона. Энни отрывает глаза от страницы с салатами, замечая, что с принцессой что-то не так. — Мы только пришли, а ты уже каждые пять минут проверяешь время? — спрашивает Леонхарт, — я настолько скучная? — Нет! — тут же возражает подруга, начиная махать руками, дабы не спугнуть свою новую знакомую, — просто… Мой отец очень переживает за меня. Тем более, он редко разрешает мне выходить куда-то, ведь сегодня я должна была быть в дискуссионном клубе после школы, который он ведёт, а я прогуляла. Энни шокировано раскрывает глаза от каждого слова девушки, поражаясь тому, какой за ней был контроль: — Расслабься. Мы же пришли обсудить твой план. Хистория поднимает на неё свои голубые глаза и после улыбается, откладывая телефон. — Добрый вечер, — звонко здоровается мужской голос, а девушки синхронно поднимают головы, — что будете заказывать? — Эрен? — удивляется Рейсс, округлив глаза и тут же осматривая форму парня, который держал в руках маленький блокнот с ручкой. Йегер неловко улыбнулся, бросая взгляд то на Рейсс, то на её подругу, которая нахмурилась. Энни не знала его, но судя по тому, как Хистория удивилась, эти оба были давно знакомы. — Ты здесь работаешь? — продолжает спрашивать Рейсс. — Мне нужно как-то обеспечивать себе обучение у твоего папы, поэтому после тренировок я подрабатываю здесь барменом, а когда в баре кто-то есть, я ношу заказы, — спокойно жмёт плечами Йегер, отчего девушки удивлённо переглядываются, поражаясь этой новости, — так будете что-то заказывать? — Один апероль, — говорит Энни. — Два, — Хистория закрывает меню. Эрен кивает, делая несколько пометок в блокноте, и уходит, говоря, что напитки принесут через десять минут. — Надеюсь, твой папа контролирует не только твою домашнюю работу, но и количество алкоголя, которое ты употребляешь после школы, — усмехается Леонхарт, пока Хистория обернулась, дабы убедиться, что Эрен подошёл к бару, — не знала, что ты пьёшь. — Я не пью, — резко поворачивает голову Рейсс к своей подруге, что довольно заулыбалась. — Так значит, всё дело в этом официанте? — спрашивает Энни, — он тебе нравится? Кто он? — Нет! — Хистория тут же начинает смущенно махать руками перед подругой, что захихикала, — неправда! Просто неожиданно видеть его здесь. — Да брось, — говорит Энни, — он довольно неплох, но знаешь в моём вкусе больше блондины. — Энни! — паникует Хистория, — дело не в этом! — Но признаю, этот Эрен выглядит очень даже ничего! — продолжала подруга, смотря куда-то вперед за Рейсс, что злилась и хмурила брови. Ей всю жизнь было плевать на Эрена Йегера. Он ей даже никогда не нравился, потому что у Хистории был совершенно другой вкус. — Энни, мне не нравятся мужчины! — перебивает подругу Рейсс, — я — лесбиянка! — Ваш апероль! — звонкий голос официанта заставляет замолчать девушек, пока перед лицом Хистории Рейсс появляется рука Эрена с бокалом оранжевой жидкости. Она тут же прикрывает глаза, осознавая свою ошибку. Леонхарт отводит взгляд, осознавая, что официант сейчас слышал весь их разговор, как и ту часть, где принцесса школы признаётся в том, что ей нравятся девушки. Энни на долю секунды думает о том, а что если она нравится Хистории? Саму Хисторию сейчас волновало другое: Эрен слышал о том, что она тщательно скрывала всю свою жизнь, боясь осуждения. Дочь директора такой престижной школы, как «Парадиз» была лесбиянкой. Какой позор! Больше, чем того, чтоб об этом узнает школа, Хистория боялась, что об этом узнает её отец, который бы в тот же момент откажется обеспечивать её обучение в колледже. Его дочь должна быть традиционных взглядов и поддерживать платонические отношения только с мужчинами. Она слышала каждый день о том, как он обещал найти ей хорошего жениха для продолжения рода Рейсс, но Хисторию только тошнило от этих разговоров. Её не привлекали мужчины, не привлекали женихи, которые каждую неделю приходили в их дом на ужин, где старались впечатлить принцессу Рейсс забавными историями и драгоценностями, которые она выбрасывала в мусор. Мужчины, мужчины, мужчины. Хистория устала от них. Ей хотелось встречаться с женщиной, целоваться с женщиной, заниматься сексом с женщиной. И пока её отец пытался найти ей подходящую кандидатуру, сама Хистория активно засматривалась на девушек с её школы. К великому сожалению, она не могла с ними даже познакомиться и уж тем более намекнуть, что они могли бы вечером встретиться. Отец не должен узнать об этом. Школа не должна была узнать об этом. Но узнал Эрен Йегер. Узнала Энни. И если Энни она могла доверять, потому что они стали близкими подругами, то не могла доверять Йегеру, у которого был очень длинный язык на всякие сплетни школы. Хистория боялась стать горячей темой для обсуждения завтрашним днём. Боялась, что завтра утром она проснётся от слов отца, который скажет ей, что она позор рода Рейсс. И что делать дальше? — Хорошего вечера! — Эрен улыбается, бросив хитрый взгляд на Хисторию, и удалился, а девушка, понурив плечи, нагнула голову, желая спрятаться от этого позора. — Слушай, — тихо начинает Леонхарт, — я не знала, что- — Ну, я тебе не говорила, — перебивает Хистория, — я никому не говорила. Я боюсь об этом говорить. Как бы знаешь, дочь директора лесбиянка, вот это умора, да? Энни хмурится. — Представляешь, что было бы, узнай об этом вся школа? — спрашивает Рейсс, — а мой отец? Мой отец, который контролирует всю мою жизнь? Он бы выгнал меня из дома это точно, но сначала отказался бы платить за моё обучение, объявил позором семьи и потом выгнал из дома. Вот такая цепочка. — Поэтому ты молчала, — понимает Энни.  — Я решила, что мы с тобой стали достаточно близки для того, чтобы поговорить об этом, — признаётся Хистория, — я была так рада тому, что у меня появилась настоящая подруга, с которой я могу обсудить всё на свете, с которой я могу быть тем, кем я являюсь. — Хистория… — Леонхарт сочувственно поджала губы. Её очень тронула речь подруги. — Я подумала, что могу тебе доверять, — продолжает Рейсс, делая паузу — могу же? Энни улыбается, кладя руки на стол и беря ладошки Хистории: — Конечно, можешь, — шепчет Леонхарт, а Хистория улыбается, осознавая, что не всё так плохо. По крайней мере, у неё был человек, который готов её поддерживать, — ты боишься, что Эрен расскажет? — Я не боюсь, — Рейсс отводит взгляд, вспоминая, что раскрыла свой секрет не только Энни, — я просто знаю, что он расскажет. — И он… Рассказал? — спрашивает детектив, на что Хистория машет головой, а детектив хмурится — он подумал, что может использовать это против тебя? — Я тоже так думала, — отвечает Хистория, — я думала, что он молчал, потому что ждал случая, чтобы использовать этот факт против меня, но всё вышло совсем наоборот. Он пригодился мне для этого. — Эрен? — спрашивает детектив, — для чего? — Замести следы. Хистория помнит, как встретила её. Это было в кабинете отца. Она несла ему обед, держа в руках желтый контейнер. Хистория помнит, что на ней была черная кожаная юбка-карандаш до колен, сверху белая блузка, поверх школьный пиджак, на котором была брошь стрекозы. Ее светлые волосы были распущены, а передние пряди отделял розовый ободок на макушке. Рейсс убирает выпавшую прядь волос за ухо и стучится в кабинет отца. Не дожидаясь ответа, она заходит, уверенная, что у ее папочки всегда есть на неё время. В этом ее ошибка. Хистория думает, что тогда нужно было постучаться. Врываться в кабинет отца стало дурной привычкой. Ощущать себя чуть выше, чем все остальные ученики, она могла только, когда заходила в кабинете к директору. Все школьники шли сюда, как на эшафот, в она шла сюда, пританцовывая и приплясывая. Ей нравилось проводить время в кабинете отца. — Доброе утро, папочка! — ласково пропела Хистория, входя в кабинет, — ты забыл свой обед сегодня! Что-то заставляет ее замолчать и осмотреться, когда она не получает привычного «да, мое золотце». Рейсс замирает у двери с желтым контейнером в руках, а перед ней стоит высокая девушка, что сразу же обернулась к ней. Незнакомка довольно улыбается, словно этот обед принесли именно ей, а Хистория краснеет. Эта девушка была такая красивая. — Хистория, — голос отца за столом звучал намного грубее, чем обычно. Мужчина не видел в ней свою дочь, лишь ученицу, что ворвалась к нему не по записи, но к сожалению он не мог повысить не неё голос или выгнать. Это все ещё было его «золотко», — что-то срочное? Рейсс переводит свой взгляд на отца, который выжидающе поджал губы. Он надеялся, что она потревожила его не просто так. Директор видит в ее руках контейнер со спагетти, которые готовит вчера их шеф и понимает, почему она здесь. Из-за такой мелочи не стоило приходить. — А что у вас случилось? — Хистория неловко переводит тему, обходя таинственную незнакомку и ставя обед отца на стол. — Лекция по поводу несоблюдения дресс-кода в школе, — отвечает отец, а Хистория сразу же смотрит на наряд ученицы. — А что-то не так? — как ни в чем не бывало спрашивает Рейсс, отчего мужчина недоуменно поднимает брови. Всё было не так! На ученице была короткая обрезанная блузка по пояс, через которую было видно упругий пресс, сверху накинул школьный темно-синий пиджак, внизу шорты такого же цвета, а под ними сетчатые колготки. Хистория нагло смотрит на длинные красивые ноги. Незнакомка улыбается. Но ногах этой бунтарки красовались чёрные ‘мартинсы’, на пальцах было много колец, ногти окрашеные в чёрный цвет, на левой руке были часы довольно дорогой модели. Хистория не разбиралась в них. Короткие русые волосы были завязаны в низкий хвостик, а передние пряди свисали по бокам. Хистория всматривается в тонкий носик, карие глаза и веснушки на щеках. Такая необычная. Нестандартная. — Да, директор, — поддакивает ученица, кивая головой мужчине, что неловко поджал губы, — что не так? Рейсс-старший смотрит на свою дочь, что предала его и теряется в словах. Хистория на удивление всем присутствующим, выдёргивает из-под юбки края своей белой рубашки и перевязывает их на талии в знак протеста. Ученица смотрит на папенькину дочку, поражаясь тому, как она легко поддержала ее. Директор нахмурил брови, недовольный выходками своей дочери и выдохнул, принимая их вызов: — Хорошо, Имир, можешь ходить, как вздумается! А сейчас все свободны! Имир, не медля и секунды, берет свой рюкзак со стула и кивает на прощание. Хистория встречается с пронзительным взглядом своего отца, который не предвещал ничего хорошего. Все разговоры будут дома после учебы, где ей ограничат походы по вечеринкам и увеличат время тренировок в спортзале. Но это потом, сейчас она должна была ещё раз поговорить с этой девушкой. Ей было необходимо. Рейсс молча покидает кабинет вслед за Имир, которая сделав пару шагов вперёд резко замерла на месте, а потом развернулась: — Спасибо, принцесса, — Имир улыбается. — За что? Хистория знала за что, но услышать это от Имир было бы очень приятно. Вместо ответа девушка подходил к ней вплотную и дёргает за перевязанный бантик на ее животе. Белая блузка снова прикрывает ее тело, а у Рейсс перехватывает дыхание. Она ощущает запах мускуса и апельсинов от Имир, что была в нескольких сантиметрах от неё. — За это, — Имир отпускает края блузки и отходит. Хистория не хочет, чтобы она уходила, но девушка поправляет рюкзак на плече и удаляется: — ещё увидимся, принцесса! О да, Хистории бы очень хотелось с не увидеться ещё раз. Девушка кусает губы, смотря ей вслед и вспоминая запах апельсинов. Как бы ей хотелось снова его ощутить. Рейсс разочарованно выдыхает и смотрит окно кабинета отца. Через открытые жалюзи она видит, как мужчина не сводил с неё глаз. Тяжелый карий взгляд все это время наблюдал за ней и скорее всего будет наблюдать дальше. Хистория опечалилась, понимая, что ощутить Имир так близко к себе у неё вряд ли еще получится. Хистория лежала тем вечером у себя на кровати, представляя, как целует эту ученицу, которой спасла сегодня жизнь в кабинете отца. Она надеялась, что судьба позволит им встретиться еще раз. К сожалению, девушка понимала, что их отношения не продвинутся дальше обычных разговоров в школе. И причиной этому был её отец.

***

Имир нравилась Хистория. Она не скрывала этого, как и того, что в её вкусе были только девушки. На тренировках, которые совпадали у них с группой поддержки, она то и дело смотрела на капитана команды, отдающей приказы и мечтала её отблагодарить. После того случая в кабинете директора, Имир всячески пыталась познакомиться с принцессой как можно ближе: подсаживалась в столовой, «ловила» возле школьных шкафчиков, садилась за одну парту на уроках географии, но Хистория каждый раз демонстративно закатывала глаза и уходила от Имир, которая делала разочарованный вздох. Каждая её попытка подкатить к Хистории заканчивалась провалом. Рейсс игнорировала её, хотя Имир чувствовала, что нравится ей тоже. — Как дела? — Эрен садится рядом с ней за парту, кладя свой рюкзак, но подруга продолжает смиренно молчать, пялясь на принцессу, что поправляла свои кудри, смотрясь в маленькое зеркальце. — Отвратительно, — отвечает Имир, не сводя взгляда с Хистории. Йегер смотрит на свою соседку по парте, а потом на Рейсс спереди и улыбается. Имир не выдерживает: — почему она игнорирует меня? — Хистория? — спрашивает Эрен, кладя ручку на стол. — Я же вижу, что нравлюсь ей, — продолжает Имир, — но не понимаю в чём проблема. — Ты уверена? — спрашивает Йегер, — не думаю, что Хисторию интересуют девушки. — Почему? — Судя по тому, сколько претендентов каждую пятницу топчется возле их особняка, Хистория тщательно выбирает себе спутника для жизни, — говорит Эрен, — знаешь, как бы, ты и Хистория это вот абсолютно два разных уровня. — Спасибо, Эрен! — восторженно говорит Имир, — это ведь та поддержка, о которой я просила! — Я имею в виду, что тебе ничего с ней не светит, — продолжает Йегер. — Ты делаешь только хуже, — перебивает его Имир, — поэтому просто заткнись. Эрен замолкает, смотря, как Имир открывает учебник, желая отвлечься от мыслей о Хистории. Йегер поднимает глаза, встречаясь с испуганным взглядом голубых глаз. Рейсс тут же отвернулась, продолжая приглаживать волосы. Она не могла поверить в тот факт, что сам Йегер помогал прикрывать ей её репутацию, но она понимала, что рано или поздно это раскроется.

***

Хистория пьёт чай с отцом, который сидя в массивном барханом кресле читал газету. Девушка делает глоток зелёного чая и после медленно ставит чашечку обратно на блюдце. — В конце месяца приедут представителя Йеля, — отец нарушает тишину, отрывая глаза от газеты и смотря на свою дочь. — Здорово! — Хистория выдавливает улыбку. — Я надеюсь, что на торжественном вечере, посвященному их приезду, с тобой будет молодой человек, — продолжает отец, на что дочка недоумённо округляет глаза. — Как наличие какого-то мужчины рядом со мной поможет мне поступить в Йель, папа? — вскипела девушка, — это немыслимо! — Они должны увидеть, что ты образованная порядочная и очень популярная ученица, — как ни в чём не бывало продолжает мужчина, — наличие рядом с тобой спутника обеспечит тебе хорошее впечатление. — Так и скажи, что просто хочешь выдать меня как можно скорее замуж! — взбесилась Хистория, повышая голос. — Я хочу обеспечить тебе хорошее будущее, дочка, — мужчина откладывает газету. — А причём здесь мужчины? — не унималась Хистория. — Ты должна быть послушной и мягкой с гостями, — говорит директор, включая свой строгий тон, — ты должна быть примером для всей школы и поэтому я хочу, чтобы рядом с тобой был молодой человек, дабы показать представителям Йеля, что ты уже взрослая и ответственная и готовая к новым открытиям. Хистории хотелось заплакать от его слов. Этот мужчина готов был выдать дочь за первого встречного, лишь бы не опозорить свою фамилию. То, что чувствовала и хотела Хистория никак его не касалось. — Но… Папа! — голос Хистории задрожал. Она не могла сказать что-то против, понимая, что тогда лишится всего на свете. — Это моё последнее слово, Хистория, — строго закончил отец, — не забывай чью фамилию ты носишь и кто тебя воспитал. Рейсс замолкла, поджав губы. Она была в тупике и не знала, что теперь делать.

***

— Всем спасибо! — Хистория начинает хлопать в ладоши, говоря, что тренировка окончена, — встретимся завтра здесь же после уроков! Девчонки тоже похлопали своему капитану и подобрав помпоны разошлись по своим делам. Энни кивнула блондинке на выход, но та помахала ладонью, намекая, что ей нужно зайти к тренерам и кое-что уточнить. Леонхарт пожала плечами и крикнула: — Жду тебя в раздевалке, принцесса! Рейсс засмеялась и оглянулась, чтобы посмотреть на команду «элдийцев», что уже тоже закончила свою тренировку. Армин устало сел рядом с Сашей на скамейку запасных. Жан упал на колени, Конни подбежал к нему, присев на корточки, думая, что с другом что-то случилось. Микаса недоуменно смотрела на своих сокомандников. Они действительно так устали? Имир увидела, как Хистория на них пялится и не упустила шанса помахать рукой, крикнув: — Эй, Хистория! — громко кричит девушка, — как дела? Рейсс лишь цокает языком и отворачивает голову, будто она ничего не слышала. Краем глаза увидев, как Йегер собирает волейбольные мячи на поле, медленно подходя к ней и подбирая один рядом с ней. — Ты так жестко ее динамишь, — признается Эрен, выпрямляясь в спине, чем привлекает внимание Хистории, что скрестила руки на груди. — Она меня раздражает, — жалуется Рейсс, поглядывая на девушку, что все еще довольно махала ей рукой. Хистория врала. Имир ей очень нравилась. — Так скажи ей об этом — жмет плечами Йегер, и тут же хитро улыбается, — или тебе нравится, что она к тебе клеится? — Нет! — тут же пресекает его девушка. Хистория гневно смотрит на Эрена, который всё еще хранил ей секрет, а они так и не решалась с ним заговорить на эту тему. Сейчас был идеальный момент, чтобы об этом спросить, и Рейсс не хотела его упускать. — Слушай, Эрен, — неловко начинает девушка, — насчёт того вечера. — Мне всё равно, кто тебе нравится, — перебивает её Йегер, крутя в руках волейбольный мяч, — я ни кому ничего не скажу. — Спасибо, — тихо отвечает Хистория, поджав губы. Тут ей в голову приходит одна безумная идея, но она не была уверена, что Эрен согласится в ней участвовать. — Эрен, — окликает девушка парня, что уже собрался уходить, — тогда зная мой секрет, ты можешь мне помочь? — Как? — спрашивает парень, снова подходя к капитану группы поддержки довольно улыбаясь, — я знаю, что ты хочешь. Хочешь, чтобы я поддерживал твою гетеро-ориентацию в школе? Да, отношения с парнем как раз то, что нужно для того, чтобы отсечь от себя всех надоедливых поклонников. И Имир тоже. Хоть и Хистории не сильно этого хотелось, но выбора не было, а репутация в школе и светлое будущее были дороже всего на свете. Это можно было потерпеть. Хистория думала, что ничего не случится, если она начнет встречаться с ним. Йегер симпатичный. Даже Рейсс, которую не привлекали парни, могла заявить, что этот хитрец был до жути красив. Хорошая партия для игры. Ей подходит. — Это на время, — жмёт плечами девушка, радуясь тому, что Йегеру ничего не пришлось объяснять. — Поцелуй меня, — снова перебивает её Эрен, бросая мяч в сторону и вплотную подходя к девушке, что тут же подняла на него свои глаза, испугавшись такой близости. — Что? — недоумевала Рейсс. — Ты хочешь начать играть? — спрашивает Йегер, — так давай начнём прямо сейчас. Она краем глаза видела, как все затаили дыхание. Йегер провоцировал её сам и подогревал публику, не сводя глаз с чирлидерши. Он играет в грязные игры, но именно сейчас они были так нужны Хистории, чтобы прикрыть свою репутацию. — Поцелуй меня, — просит Эрен, а Хистория облизывает губы, решаясь на такой рисковый поступок. Рейсс поднимается на носочки, обхватив Эрена за шею, и притягивает к себе, целуя в губы. У всех на виду. Прикрыв глаза, она слышит разочарованный вздох со стороны команды «элдийцев». Кто-то хлопал в ладоши. Она думала, что это Жан. Открыв глаза, она увидела, как Имир с гневом отбросила мяч в сторону, который ударился о стену. Прости, Имир, но так нужно. Нужно целовать Эрена Йегера еще два месяца, пока не приедут представителя Йеля. — Сколько вы встречались? — интересуется детектив. — Не могу понять, как это влияет на суть дела, — Хистория щурится, но женщина продолжает ждать от нее ответ, а девушка сдается, — два месяца. — Это было нужно тебе, верно? — спрашивает женщина, — ты просила Эрена встречаться с собой, чтобы никто не раскрыл, что тебе нравятся девочки. — Вы не знаете моего отца, — продолжает Рейсс, — он бы убил меня, если бы узнал что его дочь пошла не по той дорожке. — Что случилось дальше? — спрашивает детектив. — Может, я и получила признание отца, но потеряла самое главное, — Хистория поджимает губы, — я тогда думала, что потеряла её насовсем. Имир снимает белую футболку и кидает её внутрь шкафчика. Девушка делает глубокий вздох, прежде, чем посмотреться в зеркало и убедиться, что не весь макияж смылся с её лица после такой тяжелой тренировки. — Классный бросок! — говорит чей-то голос справа от Имир, и девушка прикрывает дверь шкафчика, решая посмотреть, кто делает ей комплимент. Перед собой она видит крохотную девушку, примерно на голову ниже неё. Её черные волосы были разбросаны по плечам, и она медленно их расчесывала, любуясь в зеркало, что было закреплено на двери шкафчика. На ней была красная форма. «Марлийцы». Она несколько минут назад видела эту девушку на поле. Эта девчонка отлично пасует и неплохо играет, несмотря на свой рост. — Спасибо, — Имир отворачивается, решая не заострять на ней внимание. — Я Пик, — брюнетка протягивает её ладонь, надеясь на дружественное рукопожатие, но Имир недоуменно смотрит сначала на ладонь, а затем на Пик, которая широко ей улыбнулась. — Извини, не здороваюсь за руку с «марлийцами», — говорит девушка. Пик сжимает пальцы и сразу же убирает руку, продолжая расчесывать свои волосы. — Но думаю, ты должна знать имена тех, кто раскатает вас в отборочном туре- продолжает девушка, привлекая внимание брюнетки, — Имир. — Аккерман еще не выгнал тебя из команды за это? — Пик кивает головой на сетчатые колготки девушки. — Пусть только попробует, — смеётся Имир, — иначе тогда он потеряет лучшего связующего. Пик смеётся, а Имир думает о том, что зря проигнорировала её предложение пожать ладонь. — Кто кого еще раскатает, — хитро улыбается брюнетка, пряча расческу и делая низкий хвост. — Ваши защитники отстой, — жмет плечами девушка, — даже наш тупой Жан может уделать их за несколько секунд. — Жан? — спрашивает Пик, — так, того парня с татуировками зовут Жан? — Понравился? — хитро улыбается Имир, — прости, но его влажные фантазии заняты другой, поэтому у тебя нет никаких шансов. — Мне всё равно на парней, — отвечает Пик, а Имир закрывает свой шкафчик, замирая после слов новой знакомой. Девушка хитро улыбается. Так вот, почему она начала разговор, — мой отец владелец «Озера». Можешь придти туда сегодня, где-то около девяти. Имир молчит, наблюдая, как Фингер берет свой рюкзак и покидает раздевалку, а потом поднимает глаза. Хистория Рейсс наблюдала за ними через зеркало на двери своего шкафчика. Заметив, как Имир улыбается ей, староста резко хлопает дверью и тоже решает удалиться. Имир смеётся. Она сходит сегодня в «Озеро».

***

Хистория, нахмурив брови, несется в класс. Зайдя внутрь, девушка садится на своё место рядом с Энни, что недоуменно косится на подругу. — Что случилось? — хмурится Леонхарт, наблюдая, как Рейсс нервно перебирает свои тетради. — Что ты знаешь о Пик Фингер? — поворачивается к ней Хистория. — У тебя странный вкус на девушек, — комментирует подруга. Их диалог прерывают Имир и Пик, которые заходят в кабинет, громко хохоча и смеясь. Имир положила руку на её плечо, а та жестикулировала и что-то ей очень громко рассказывала. — А-а-а, — улыбается Энни, облокачиваясь на спинку стула, а потом скептически хмурит брови: — немного. Её отец владелец сети ресторанов «Озеро», мама работает косметологом в одной очень хорошей клинике, сама Пик играет в волейбол, ненавидит морковь, жареный лук и оливки, одевается в «Диор» и слушает классическую музыку. — И это «немного»? — усмехается Рейсс целому монологу, посвященному Пик Фингер. — Наши родители одно время очень дружили, — жмёт плечами Энни, — поэтому в детстве мы проводили много времени вместе: я, Пик, Райнер и Бертольд. — Она мне не нравится, — высказывает свой вердикт Хистория, наблюдая, как две девушки садятся за одну из передних парт чуть поодаль от них. — И что ты планируешь делать? — спрашивает Леонхарт. — Ничего, — с дрожью в голосе признаётся Хистория, — я ничего не могу сделать. — Замечала ли ты что-то подозрительное в школе? — осторожно спрашивает детектив. — О чём Вы? — спрашивает Рейсс. Женщина набирает в грудь побольше воздуха, прежде, чем задать вопрос: — Что ты знаешь про случай с Жаном Кирштайном? — Ничего, — машет головой девушка, — но я думаю, он не виноват. Его подставили. Хистория и Энни идут по школьному коридору, обсуждая последние новости школы: «элдийцы» проиграли первый матч «марлийцам», Жан набил себе еще одну татуировку, а Пик Фингер выложила в «Инстаграмм» фото с Имир, намекая, что теперь они в довольно близких отношениях. Последнее Хисторию злило, но она старалась всеми силами не показывать, как это её задело. Энни расспрашивала Хисторию про капитана «элдийцев». Рейсс над ней шутит, хотя не понимает, с каких пор её подруга так помешана на Армине Арлерте. Перед входом их встречает Марко. Парень куксится, будто совсем был не рад их видеть. — Туда нельзя, — он преграждает им путь. — Чего? — недоумевает Энни. — С какой стати? — Рейсс повышает голос, — у нас тренировка по расписанию. Их диалог прерывает какой-то шум за закрытой дверью спортзала. — Что там происходит? — спрашивает Леонхарт. — Марко, отойди, — приказывает Хистория, повышая голос. — Я… Я не могу, — голос парня дрожит, а девушки переглядываются друг с другом. — Почему? — не понимает Энни. — Марко! — Хистория снова повышает голос. В спортзале доносились крики. Девушки не выдержали ждать и снова посмотрели друг на друга, решая убрать Марко с пути. Хистория ловко огибает парня, что расставил руки, а Энни уклоняется от его ладони. Рейсс с пинка открывает дверь, чтобы не мешкаться с ручкой и гордо заходит в спортзал. «Элдийцы» стояли напротив «марлийцев». Жан сидел на полу, Эрен схватил за грудки Порко, Райнер и Бертольд стояли позади них. Саша стояла рядом с Микасой, держа подругу за плечи, а Армин и Конни держали Эрена, который набросился на соперника. Имир скрестила руки на груди, а Пик лежала на полу, наблюдая за всей суматохой. — Что здесь происходит? — прерывает балаган Хистория, повышая голос. — Уже ничего! — перед дочерью директора появляется Зик Йегер, хлопнув в ладоши, — простите, что заставили Вас ждать за дверью, Ваше Высочество. Энни проходит вслед за Хисторией, которая смерила Зика самым пронзительным взглядом. Тренер удалился, а команды разбрелись по своим углам. Стоявшие позади тренера «элдийцев» не проронили и слова. Конни помог подняться Жану с пола. Что здесь произошло? — Эрен не рассказал мне, — жмёт плечами Хистория, — я не знаю. Я думаю, это кто-то из «марлийцев». Кто-то из «марлийцев» подсунул Жану наркотики. — Почему ты не исключаешь того, что это мог быть сам Эрен? — спрашивает женщина. — Эрен не был диллером, — девушка впервые улыбается за весь допрос, будто детектив перед ней сказала какую-то чушь, — Эрен не был тем кто продавал их всей школе. Он был скорее тем, кто портил ими жизнь школьников, появляясь в нужное время в нужном месте. Хистория заходит в женский туалет, дабы припудрить носик. Положив свою модную сумку на раковину она достаёт розовую губную помаду довольно недешевой марки, открывает и наносит на губы. Сделав пару мазков она замирает на месте, услышав странные всхлипы из кабинки поодаль. Блондинка сглатывает слюну, начиная прислушиваться к звукам. Она решает узнать в чем дело. Подобравшись к источнику звука она отходит назад, увидев шокирующую картину. Саша сидела на коленях перед бочком унитаза, вцепившись в сиденье. — Саша? — тихо спрашивает Рейсс, чем привлекает внимание девушки, что медленно повернула к ней голову. У неё был довольно потрёпанный вид, на ней все ещё была форма школы, но у неё был вымученный взгляд, а по уголкам губ стекали слюни. Ее рвало. Хистория не знала сколько это продолжалось, но судя по ее виду довольно долго. Она вспомнила, что Саша отсутствовала на тренировке команды. — Я позову на помощь, — сразу же бросила блондинка и ринулась обратно в школьный коридор. Девушка бежит на своих босоножках на танкетке, забыв про свою сумку на раковине. Нужно было срочно помочь Саше. Нужен кто-то не из учеников, ибо они быстро подхватят сплетни и разнесут это по всей школе. Кто-то нейтральный, кому нет дела до сплетней и разговоров. У кулера Рейсс встречает того, кого нужно. — Мистер Аккерман! — девушка резко останавливается перед ним, отчего тот чуть ли не роняет стакан с водой. — Рейсс? — удивляется Леви, видя вымотанную девушку от бега, — что случилось? — Саша… Ей… Ей плохо, — запыхавшись выдавливает Хистория, продолжая опираться о свои колени, — нужна Ваша помощь Леви кивает, оставляя стакан с водой у кулера, и следует за чирлидершей, что привела его в странное место. — Хистория, — Аккерман настороженно останавливается перед дверью, — это женский туалет… — Мистер Аккерман, не сейчас! — девушка хватает его за руку и ведёт внутрь. Когда оба оказываются перед Сашей, что слабо открыла глаза перед людьми, стоящими перед ее кабинкой. Она никак не отреагировала на тренера. У неё не было сил. Казалось, что с рвотой вся жизненная энергия покидала ее организм. И что дальше? Зачем она его привела? Леви раскрывает рот, увидев такой свою ученицу. — Хистория, — он обращается к девушке, что прикусила губу от страха, — забудь все то, что ты только что видела. Никому ни слова об этом. Иди на урок! О Саше я позабочусь сам. — Но мистер- — Хистория, — Леви повышает голос, а девушка послушно кивает и удаляется, даже не взглянув на них. Рейсс решает покинуть женский туалет, но тут же замирает на выходе. Что случилось с Сашей? Она понимала, что сама Браус никогда не признается в этом позже, но Хистории хотелось хоть что-то узнать. Девушка тихо заходит в свободную кабинку, прикрывая дверь и оставляя себе немного обзора на всю ситуацию чуть поодаль от неё. Леви присаживается рядом с Браус на корточки и берет лицо в свои руки, осматривая ее болезненный вид. Саше было все равно. Она прикрыла глаза, надеясь расслабиться, а потом вырвалась из рук тренера и наклонилась перед унитазом. Аккерман поморщился. Бедная Саша. Он достаёт телефон, находя в контактах нужный номер и нажимает на зелёную кнопку, приложив телефон к уху и зажав плечом. Саша снова опирается о тонкую стенку, прикрыв глаза, а Леви протискивает к ней руки, приговаривая: — Давай, Саша, вставай. Надо тебя отвести в медпункт. — Нет, — девушка противится, но понимает, что бесполезно. Она сейчас очень слаба, — там… Там все узнают. — Алло, Эрвин, — здоровается мужчина, прикладывая телефон к уху, и зажимая плечом, дабы тот не упал — нужна твоя помощь. Саша Браус. У нас неприятности. Аккерман подхватывает ученицу на руки, а она кладёт голову на его плечо, прикрывая глаза. — Я буду в тренерской, — говорит Леви, покидая женский туалет — не задавай лишних вопросов. И захвати Ханджи.   — Почему Эрен "заслужил"? - спрашивает детектив. — Почему? - с издёвкой переспрашивает Хистория, а после ненадолго замолкает, формируя мысль. Она хотела всё прямо сейчас рассказать детективу, но что-то заставляло её молчать. Девушка кусала губы, вспоминая о всех поступках Эрена и кое-что заставило её выговориться: — Вы знаете, что он сделал с Сашей? — её губы дрожат, а женщина напротив замирает, вспоминая о ком говорит ученица. — Саша Браус? — спрашивает детектив, открывая свой ежедневник и делая кое-какие пометки. Возможно, сейчас Хистория расскажет что-то, что приведёт к уликам. — Да, — кивает Рейсс. Она боялась, — она… она не заслужила этого. Детектив слушает о том, как блондинка перед ней готова была заплакать от воспоминаний. — А Райнер! — Рейсс поднимает свои заплаканные глаза, — Вы знаете, что он сделал с Райнером? Тоже что и со мной! — Что Эрен сделал с тобой, Хистория? — осторожно спрашивает детектив, закрывая ежедневник, пока девушка перед ней плакала. — Он опозорил меня… Перед всей школой.