overthrow of morder

Вечер всегда наполнен переживаниями о завтрашнем дне, ведь никто не знает, что произойдет этой ночью, и останешься ли ты вообще жив после полуночи. Раскинувшись на кресле в своем кабинете, мужчина ведет взглядом по стоящему напротив подчиненному, который докладывает все новости и происшествия за минувший рабочий день. Внимание привлекает лишь новость о новом дилере, появившемся из неоткуда и резко установившем себя в десятке лучших, что не нравилось никому из великой пятерки. Стряхнув пепел с сигареты в пепельницу, мужчина подымается с нагретого места и, расправляя плечи, возвращает взгляд на город вдали за окном, который начал покрываться сотнями огней с приходом вечера. Создавался эффект чего-то чистого и живого, но все знали, что он давно прогнил с самых низов, и ничего прекрасного в нем не осталось, лишь красивая картина, скрывающая мрак и безысходность. — Я тебя понял, можешь идти, — Тэхён стягивает со спинки кресла чёрное пальто и один движением накидывает его на себя, не помещая руки в рукава, лишь оставляя его висеть подобно плащу, цепляясь лишь за широкие плечи актива, направляющегося на выход. Успев захватить мобильный и пачку сигарет с фирменной зажигалкой, Ким покидает пределы кабинета и направляется на выход, преодолевая длинный коридор, изредка кидая косые взгляды на членов охраны, опустивших головы при виде босса. Толкнув вперед дверь, Ким покидает высокое здание на окраине города и направляется к новому автомобилю, который доставили в течение часа по его приказу. Черный цвет обволакивал Ford Mustang по всей поверхности, отдавая блеском на капоте при свете фонарей вокруг. Резкая концепция и фрагменты кузова машины прибаваляли ей больше шарма и уверенности её обладателя. Два красных дракона по боковым крыльям автомобиля привлекали должное внимание, делая акцент на величие машины. Также, по заказу парня, вместо символа марки машины - лошади, на ее место была приклеплена фигурка красного дракона с открытой пастью, смотрящего прямо в глаза. Ким, будучи безмерно довольным машиной, подошел к агрегату и, взяв ключи у охранника, сел в автомобиль, наполняя легкие запахом свежей кожи и металла, блаженно открывая глаза. Нажав на кнопку зажигания, он натянул ремень безопасности, и вскоре послышался щелчок фиксации его зажима. Надавив на педаль газа, мужчина выехал за пределы базы, направляясь в сторону города, решив посвятить эту ночь себе. Не делам, не проблемам, только себе и новой машине, всецело захватившей его внимание. —————————————————————————— — Да пошел ты, хватит мне морали читать, мне уже давно не 15, отец, — с хлопком тяжелой двери, юноша фурией вылетает из кабинета отца из-за новых нравоучений и бесед о перенятии бизнеса отца после его смерти, хотя старику еще жить и жить, как он считал. В ярости, которую никогда не мог контролировать, юноша спускается вниз по леснице и, захватив ключи от машины, вылетает из родительского дома, после вопросов папы о том, что произошло в разговоре с отцом, хотя тот и сам все знает. Прыгнув быстро в машину, юноша покидает двор, выезжая за ворота, и в гневе пару раз бьет руками по рулю, после с часто вздымающейся грудью падает на спинку сиденья, в конце концов начиная успокаиваться. Вечные разговоры о чёртом бизнесе, нотации отца, ненужные молодому омеге советы о ведении бизнеса выводят его из себя, ведь тот не раз говорил отцу о том, что ему это совершенно безразлично. Его интересует тема архитектуры, рисунка, искусства, а не дела бизнеса отца, которому не повезло с наследником, а родить второго не было возможности из-за травм папы при родах, нанесенных Чонгуком. Как забавно, и тут он виноват. Да если бы и появился младший, все равно главой империи стал бы Чонгук из-за старшенства в семье. Надавив педалью на газ, тот разогнался на максимум, мчась по дороге, постепенно усмеряя свой пыл и приходя в обычное состояние. Доехав по трассе до одинокой скалы в стороне южного объезда, тот замедлил ход машины и вскоре вовсе остановился возле серпантина, закрывая глаза и погружаясь в свои мысли с головой. Ненависть, отчаяние, жажда свободы — все это смешалось в сердце Чонгука и не давало расслабиться и принять этот мир как нечто хорошее. Всё портили разговоры отца об империи «Мордер», известной своей влиятельностью, масштабами и угрожающей силой всем тем, кто решиться пойти против нее. В подчинении у отца парня было около ста тысяч человек, раскиданных по всей стране, но, как и ожидалось, большинство находилось в пределах города и всегда ждало приказа хозяина, как цепная собака ждала бы команды. Отец парня занимался добычей полезных ископаемых и редких металлов, продавая и скупая их на черном рынке. Да, со стороны бизнес семьи Чон выглядел довольно легально, но он такой же как и город, лишь красивая картинка, скрывающая свои подводные камни. ———————————————————————————- — Что опять случилось? Что ты ему опять наговорил? Почему он вылетел из дома, как ошпаренный? — в кабинет отца Чонгука врывается его папа и с неким волнением смотрит на Намджуна, который уже погряз в своим бумагах, направляя внимание лишь на цифры и условия договоров. — Он как всегда меня не слушает, уперся рогом в эту архитектуру и никак не хочет учиться вести дела компании, что я могу сделать? Ты же знаешь, кроме него некому будет заниматься моим делом после смерти. Я должен его подготовить, — опустив бумаги на резной стол, альфа поднимает взгляд на своего мужа, понимая, откуда в его сыне несдержанность и чересчур много эмоциональности. — Да, некому, но это его жизнь, он просто не хочет ее тратить на то, что ему не по душе, позволь ребенку заниматься своим делом, — Сокджин подходит к его столу, сложив руки на груди и сведя брови вместе, хмуро смотрит на Джуна, который, в свою очередь, тяжело откинулся на спинку стула стула с недовольным лицом. — Я итак много ему позволяю, ты знаешь, что он является главарем шайки в городе, промышляющей наркотой? Не знал? — смотрит на удивленное лицо своего мужа, который слышал это впервые и не мог поверить сказанному, — Теперь ты должен меня понять, не остановлю я, не остановит никто. Теперь иди в спальню, я приду позже, — чуть грубоватым голосом сказал Намджун, возвращаясь к бумагам на столе. Джин в легком шоке покидает кабинет возлюбленного и идет медленно по коридору, смотря себе под ноги, пытаясь принять тот факт, что их сын возможно употребляет эту дрянь. Омега остановился возле окна и посмотрел на полную луну, ярко светившую в звездном небе, неся в себе что-то таинственное. — Чонгук, держи себя в руках, прошу, — сказал себе тихо под нос, надеясь на лучшее для своего дитя, как и любой другой родитель. ———————————————————————————— Проезжая южное крыло, Тэхён заметил одиноко стоящую машину подле серпантина и вспомнил рык мотора, который слышал, когда подъезжал к ней. Решившись вызвать парня на гонку, и, как раз, испытать свою машину на полную, тот медленно подъезжает к красной Audi и останавливается рядом, приспуская стекло вниз, чтобы поговорить с незнакомцем, который уже заметил чужой автомобиль и проделал тоже самое, начиная всматриваться в глаза альфы напротив, явно не понимая, чего от него хотят. — Кто быстрее до первого километра. На желание, не имеющее ни физических, ни моральных границ, — с упортством смотрит на омегу, говоря всё спокойным и размеренным голосом, выражая азарт лишь диким взглядом. От слов и взгляда парня на душе Чонгука стало не по себе, но этот вечер приобретает интересный поворот событий, что уже манило своей неизвестностью омегу, как пчелу на мед. — Вы так в себе уверены, что даёте мне право загадывать все, что пожелаю? Самонадеянность вас погубит, тем более, не стары ли вы для этого? — с ноткой сарказма в голосе говорит омега, смотря в глаза Киму, который вовсе не выглядел старо, но дерзости в парне было хоть отбавляй, поэтому в независимости от собеседника, Чонгук всегда остр на язык. — Мы болтаем или едем? — с полным равнодушием к словам мальчишки спросил альфа, не прерывая зрительный контакт. — Несносный старик, через 25 секунд. Засекай, — ухмыльнулся и поднял стекло обратно, переключая взгляд вперед, нервно сглатывая. Адреналин попал в кровь, и в глазах черти плясали танец азарта, который уже никто не может остановить. Тэхён лишь глянул на часы и расправил плечи, смотря вперед, понимая, что будет видеть лишь дорогу в освещении фар, то есть пару метров, а остальная часть скрыта мраком и неизвестностью, что еще больше подливало масло в огонь, расширяя зрачки парня, как от сильного наркотика. Перед истечением времени парни лишь перекинулись взглядами и через пару секунд одновременно надавили на педали газа и ринулись в темноту с рыком моторов, видя перед собой лишь мрак.