~
14 августа 2021 г., 18:51
Примечания:
Ссылка на трек: https://open.spotify.com/track/6CDzDgIUqeDY5g8ujExx2f?si=816aceaa4cba4dab
Glass Animals — Heat Waves
Дилюку нравились женщины. С ними было хорошо, и, вопреки распространённому заблуждению, они жаждали стабильных отношений не более него самого. Часто у них тоже кто-нибудь был — кто-нибудь, кому они приносили завтрак в постель и обещали состариться вместе. Они были невероятными и непохожими друг на друга, и всем им от Дилюка нужно было только одно — хороший секс и никаких обязательств. У самого Дилюка были десятки обязательств — безопасность города, поддержание семейного дела, помощь Ордо Фавониус, и так далее, и тому подобное, — и он взвалил бы на себя ещё, но Кэйа сразу дал понять: он не собирается навешивать на Дилюка лишние ограничения, если Дилюк пообещает не ограничивать его в ответ, и сначала Дилюку казалась непривычной такая свобода, когда у него кто-то есть, но… ...но Кэйа был человеком, с которым он хотел состариться вместе, человеком, которому он доверял, и доказывать это как-то ещё было излишне. Даже если отбросить тот факт, что Кэйе нравилось смотреть на него и его женщин. Дилюк пытался отбросить хотя бы тот факт, что ему нравится, когда Кэйа на него смотрит, но сделать это не получалось — одна мысль заводила его слишком сильно. Может, даже сильнее, чем сами женщины, но об этом, конечно, Дилюк не собирался им говорить. Если честно, он бы предпочёл с ними и вовсе не разговаривать.***
Её звали Йоимия, и болтала она без остановки. Взбалтывая коктейли, Дилюк успел узнать о приключениях пары десятков её знакомых, историю создания фейерверков и множество семейных традиций. Два часа спустя в её бокале убыло едва ли на треть, зато под её взглядом Дилюк чувствовал себя если не оттраханным, то как минимум дважды раздетым, и эта прямолинейность ему нравилась. К женщинам с Пиро Глазом Бога он питал особую слабость. — Хочешь остаться? — спросил он, когда последние гости с шумом покинули таверну. — Я уж думала, ты и не спросишь, — кокетливо улыбнулась Йоимия, и ярко-красный рукав юкаты сполз с её плеча. Дилюк потянул ниже, обласкал пальцами светлую кожу. — О, прямо здесь? А ты горячее, чем хочешь казаться! — Поднимемся ко мне, — предложил Дилюк и, поднырнув под стойкой, протянул руку. Хватка Йоимии на его запястье была крепкой, и все два этажа вверх по лестнице она продолжала болтать и играла с его пальцами. Дилюк почти всё пропустил мимо ушей, рассчитывая в спальне услышать совсем другие звуки, и только усмехнулся, когда она начала раздеваться прямо на пороге. В спальню он внёс её на руках и уложил на край постели, а сам опустился на колени, и Йоимия с довольным вздохом устроила ноги у него на плечах. — У молчунов обычно искусный язык, — хихикнула она, — я знала одного, он… Дилюк нежно ткнулся носом ей в живот, вдыхая лёгкий горьковатый запах кожи, провёл языком вниз от пупка, задержался с поцелуями на крошечном треугольнике коротко остриженных рыжих волос, облизал татуировку с ещё одной, самой маленькой рыбкой, и медленно разомкнул языком уже припухшие, влажные губы. — Я была права, — довольно пробормотала Йоимия, и, как Дилюк и рассчитывал, дальше были только стоны, крики и сладкие «прошу, ещё!» — и на таком уровне он мог поддерживать беседу хоть всю ночь. — Я пойду, — потянувшись, сообщила Йоимия, когда они оба утомились. Будь она обычной девушкой, Дилюк предложил бы проводить, но для обладательницы Глаза Бога могло прозвучать оскорбительно — ещё неясно, кто кого бы защищал в случае опасности, он со своим клеймором или она с фейерверком из смертоносных стрел. — Я пару дней задержусь по делам в Мондштадте. Увидимся. Она не хотела романа — только секса и, может, пару разговоров ни о чём, — и Дилюк ограничился тем, что пробормотал «до встречи» и перевернулся на другой бок. Щёлкнул замок, повисла тишина, и в ней скоро раздались шаги и звон кружек на маленькой кухне. Вздохнув, Дилюк поднялся, накинул халат и вышел из спальни. Кэйа, заслышав его, принялся насвистывать, и Дилюк некоторое время смотрел, как он прокручивает ручку кофемолки. — Уже дома? — наконец, спросил он. — Джинн решила оставить на дежурстве Хоффмана, — Кэйа блеснул через плечо быстрой улыбкой, — сказала, я слишком ценный ресурс, чтобы столько не спать. Как вечер? Дилюк пожал плечами. — Хорошо. — Правда? — Отставив кофемолку, Кэйа подошёл к нему, поддел пальцем подбородок, и Дилюк невольно улыбнулся весёлым искрам в его зрачке. — Ну-ка… Губы Дилюка ещё хранили чужой вкус, и Кэйа вылизал их с явным удовольствием. — Я её знаю? — Нет, но вы бы друг другу понравились, — усмехнулся Дилюк.***
Они друг другу понравились — настолько, что Дилюк начал бы ревновать, знай он Кэйю хоть немного хуже. Да, Кэйе тоже нравились женщины, и нет, он не хотел с ними секса, но хотел всего остального — объятий, разговоров обо всём на свете, взаимных подначек и иногда даже поцелуев. Мужчины в силу многих причин редко флиртовали с ним в ответ; женщины, едва завидев его, начинали вести себя так, будто готовы пуститься во все тяжкие, и этот фарс доставлял обеим сторонам огромное удовольствие. По крайней мере, это относилось ко всем — без исключения — женщинам Дилюка. Конечно, Йоимия была от Кэйи в восторге, и то, что он встречается с Дилюком, только подогревало её интерес. Сегодня она пила: Кэйа говорил столько же, и неожиданно выяснилось, что она умеет слушать, и её лицо в такие моменты становится прелестно задумчивым, мечтательно-нежным. Что было в Кэйе такого, что каждый человек с ним рядом раскрывался по-новому? Какая его магия находила в чужих сердцах что-то искреннее, доселе скрытое? Дилюк не знал, и надеялся только, что рядом с Кэйей немного лучше становится и он сам. — ...давай позовём, — услышал Дилюк заговорщицкий шёпот Кэйи и заранее закатил глаза. — Дилюк! Дилю-юк! — Дилюк! — восторженно присоединилась Йоимия и заколотила по стойке. Рукав юкаты снова сполз с её плеча, и Кэйа вернул его на место, но не выпустил. — Дилюк делает вид, что нас не слышит. — Конечно, Дилюк всё слышал, к тому же Кэйа нарочно шептал Йоимии на ухо погромче, чтобы подразнить. — Я знаю способ получше… Он скользнул подушечками пальцев под яркую окантовку рукава, и Йоимия требовательно подставила губы. Кэйа поддел носом её нос, прежде чем поцеловать, и она засмеялась ему в рот. …в такие моменты Дилюк забывал о доводах разума и нестерпимо, безосновательно ревновал. Ноги сами понесли его к ним — и Кэйа протянул ему руку. Ревность угасла так же быстро, как вспыхнула, стоило Дилюку коснуться его пальцев, — и осталось только желание. Он хотел обоих — по-разному, и, к счастью, у него не было необходимости выбирать. В первые минуты Дилюк всегда нервничал — он не держал отношения с Кэйей в секрете, но они были только его личной территорией, местом, откуда брало силы его сердце, а женщины — они приходили и уходили, он был для них так же мимолётен, как они для него, и доверять им нечто настолько интимное… стоило ли? Дилюк не знал, но и скрыть своих чувств тоже не мог. Архонты, как же сильно он любил Кэйю. — А дальше что-нибудь есть? — спросил Кэйа, помогая Йоимии освободиться от короткой юкаты. Его руки были ласковыми — он умел ладить с женщинами, детьми и всеми без исключения животными с первого прикосновения, — и Йоимия так и льнула к его ладоням. — Вот здесь. — Она повернулась спиной и приподняла волосы. — Посмотри. Нравится? — О. — В его голосе зазвучало искреннее восхищение, и Дилюка снова переполнила клокочущая ревность. — Я должен был догадаться. — Ещё насмотришься. Помоги мне. — Она вручила ему край белой ткани, стягивавшей её грудь, вскинула руки и закружилась, будто танцуя. Кэйа с улыбкой наблюдал за ней, сматывая её одеяние в клубок. — Ох! Как хорошо… В прошлый раз, в спешке, Дилюк не заметил — на её груди и боках розовели следы от врезавшихся в кожу складок ткани; вероятно, раздеваться для неё было отдельным удовольствием. — Позволишь? — Бросив её вещи в кресло поверх своей накидки, Кэйа бережно огладил её грудь, помассировал плечи. — Хорошо, правда? — Вижу, ты каждый день носишь корсет! — Её звонкий хохот наполнил спальню, и Кэйа вторил ей тем особенным, низким, глуховатым смехом, который предназначался только милашкам. — Эй, Дилюк, долго будешь любоваться? Со страстной, кривоватой улыбкой она откинулась на Кэйю, бесстыдно приподняла ладонями свою грудь, сжала бледные соски. Дилюк наконец сдёрнул рубашку, расстегнув только пару верхних пуговиц, шагнул ближе, прильнул губами к ямке между её ключиц. — Ты не целуешься принципиально? — прошептала она, но за Дилюка ответил Кэйа: — Вместо него целуюсь я. — И говоришь тоже, — выдохнула она. — У кого что лучше получается, а? — Само собой, крошка, видела бы ты нас в бою. Дилюк хотел её, но всё равно несколько секунд не мог отвести взгляда от того, как Кэйа нежно обцеловывает её улыбку. Любили шутить, что страстный темперамент — единственная причина, по которой людям даётся Пиро Глаз Бога, но Дилюк не считал это шуткой. Все Пиро женщины были похожи в одном — после секса на Дилюке места живого не оставалось. Йоимия расцарапала ему плечи, стоило развести ей колени, и нетерпеливо дёрнулась к его руке. На этот раз Дилюк и сам был слишком на взводе; его едва хватило, чтобы прошептать заклинание, оберегающее их обоих от нежелательных последствий. Стоило вынуть пальцы, Йоимия обхватила его ногами и с довольным стоном впустила в себя. Она была мокрой и нестерпимо горячей, и на мгновение Дилюк даже захотел её поцеловать. Он ограничился поцелуями в шею и плечи, но пламя взяло верх — он укусил, сначала осторожно, но Йоимия выгнулась под ним с таким возбуждённым стоном, что он сильнее сжал зубы, обвёл языком влажную кожу. — Да, да-да-да, — зачастила она, и Дилюка прострелило возбуждением от звука, с которым Кэйа её поцеловал. — М-м-м… Дилюк толкнулся в неё сильнее, стиснул её ягодицы, чувствуя, как в крови закипает пламя. — Дилюк, — тихо позвал Кэйа; его ладонь лежала у Йоимии на плече, прикрывая татуировку-рыбку, и так же, как эта рыбка, Йоимия безмятежно лежала на его груди, будто нашла самое безопасное место в мире. Вместе со страстью Дилюка переполнила нежность. Он подался вперёд, поцеловал Кэйю в губы, как хотел, жарко, глубоко скользнув в рот языком, и Кэйа ответил ему сладким стоном и сразу оторвался от него. Он был прав — в такую ночь всё внимание должно принадлежать гостье. В отличие от него, Йоимия не собиралась церемониться. Уткнув Дилюка лицом себе в грудь, она снова вцепилась в него руками и ногами и оставила на его спине пять пылающих болью царапин, когда её тело встряхнул оргазм. Кэйа тихо застонал вместе с ней, обнял её, и она, тяжело дыша, уложила голову ему на плечо и тут же сладко зевнула. Кончая, Дилюк смертельно ей завидовал. Ему приходилось держать лицо. Когда он проснулся, всё саднило — царапины на плечах и спине, синяки от наголенника Йоимии на бёдрах, укус на шее; завтра снова придётся надеть что-то с высоким воротником. Вздохнув, Дилюк потрогал вспухший след зубов и улыбнулся. Он обожал Пиро женщин. Сильнее него Пиро женщин обожал только Кэйа. — Не стоит, я на следующий день снова их обломаю, — грустновато говорила Йоимия. Она сидела у Кэйи на коленях, в его халате, для неё слишком длинном, и широкий ворот так же, как юката, падал с её левого плеча. — Ты сама говорила, фейерверки живут только миг, но стоят всех вложенных усилий, — усмехнулся Кэйа, продолжая аккуратно подпиливать ей ногти. — У меня никогда не хватает терпения, — пожаловалась она и снова пристально уставилась на вторую руку. Над ней Кэйа уже поколдовал — лак переливался всеми оттенками заката перед ветреным днём. — Крио совсем другие. Дилюк вежливо кашлянул, и она, хихикнув, помахала рукой. Её улыбка вспыхнула и тут же погасла. — Ох, — она поймала Дилюка за руку и беспардонно заставила наклониться, — прости. Болит? Она потыкала в укус пальцем, и Дилюк зашипел. — Пройдёт, — фыркнул он и отошёл налить себе воды. — Готово! — провозгласил Кэйа, и Йоимия тотчас вскочила с его колен и закружилась. — Мне нравится! — заключила она. Халат свалился со второго её плеча, повис на локтях, открывая грудь, но она ничуть не смутилась — а Дилюк тайком обласкал её глазами и снова захотел повторить губами и языком путь от ямки между ключиц до крошечной татуировки-рыбки. — Так что, ты покажешь мне этот ваш собор? — Мне как раз по пути. Дай мне пару минут. — Потянувшись, Кэйа подмигнул Дилюку и выскользнул с кухни. Йоимия исчезла вслед за ним. Из спальни послышался смех и шутливая перебранка. Может, — подумал Дилюк, — и мне не стоит бояться случайной близости. Но он боялся, и мимолётная красота фейерверков казалась ему слишком хрупкой. На прощание Йоимия подарила ему сияющую улыбку и энергично помахала рукой. Дилюк закрыл за ними и подошёл к окну. Что-то тихо сказав, Кэйа предложил руку — и Йоимия повисла у него на локте, по-детски дурашливо ткнулась лбом в плечо. Кэйа снова засмеялся, поцеловал её в макушку и весело фыркнул, когда её пушистые волосы пощекотали ему нос. Непрестанно что-то рассказывая, Йоимия пошла с ним рядом, так близко, будто они были любовниками, и Кэйа отстранился только на миг — чтобы укутать её плечи своей накидкой. Дробный стук гэта по булыжной мостовой давно затих, а Дилюк всё смотрел в темноту и думал о том, как она делает фейерверки (и немного о том везунчике, которому она приносит завтраки в постель и обещает состариться вместе).***
— Как тебе удаётся? — тихо спросил Дилюк несколько ночей спустя. Он всё ещё с трудом находил слова для своих чувств, но с Кэйей было легко разговаривать, особенно наедине. — Для всех находить тепло, как будто вы не расстанетесь через пару часов. — Это же у тебя Пиро Глаз Бога, — усмехнулся Кэйа, но сразу стал серьёзным и крепче обнял его за плечи. Дилюк подвинулся ближе, прижался к его боку. — Люди как птицы. Возможно, ты никогда больше их не увидишь, но это не мешает восхищаться их красотой. — Я всегда думал, что любовь должна длиться долго, — задумчиво проговорил Дилюк. — Иначе она как будто ненастоящая. — Любовь — это другое, — тихо отозвался Кэйа. След от зубов Йоимии всё ещё чувствовался, но Кэйа умел касаться так, чтобы это доставляло только удовольствие; даже чужие отметины на теле Дилюка он ухитрялся присвоить. — Но не стоит пренебрегать шансом подарить кому-то хорошие воспоминания. И получить свои. — Не думаю, что она меня запомнит, — почти с облегчением проговорил Дилюк и сомкнул ресницы. — Я же не фейерверк. Сам он не забыл ещё ни одну.***
Полгода спустя Дилюк узнал пушистые светлые прядки, торчащие во все стороны, как крылья бабочки, и яркую юкату, спадающую с плеча. — Да ну! — усмехнулся Кэйа, когда Дилюк указал ему на другой конец площади, и они вместе двинулись в ту сторону. — Какие гости! Йоимия подскочила от оклика, и улыбка озарила её озабоченное прежде лицо. — Кэйа! — воскликнула она, и Кэйа подхватил её в прыжке, прижал к себе, закружил. Она расцеловала его в щёки, крепко-крепко обняла и высвободилась с неохотой. — Я очень хотела тебя увидеть! Вообще-то у меня полно дел в Инадзуме, но здесь такой заказ… я не могла отказаться! Очень хотела снова тебя увидеть! Мне пора-пора бежать, встретимся в той таверне завтра или послезавтра? Вот, держи, это от меня, я специально приберегла! Очень хочу с тобой сесть и всё-всё обсудить, в тот раз почти не поговорили! Пора бежать! Эй, эй, подожди меня! Она снова расцеловала Кэйю в щёки, вручила ему коробочку искрящихся палочек и убежала, размахивая руками, за крепышом с огромным ящиком ракет. — Она меня не вспомнила, — прошептал Дилюк, не понимая, рад или разочарован, и сжал кулаки. — Как будто не я вас познакомил! — Боюсь, такие детали со временем стираются из памяти, — Кэйа пытался сделать вид, что от растерянности Дилюка ему не смешно, но его губы предательски вздрагивали, — как и случайный секс, а вот разговоры… Дилюк фыркнул и сделал вид, что ему всё равно. — Мне всё равно, — сказал он для верности и вскинул голову. Кэйа подцепил его подбородок и приподнял ещё, глядя в глаза. — Есть и хорошие новости, — проговорил он тихо, и Дилюку хватило его нежного тона, чтобы злость улеглась, — ты мой фейерверк, и я никогда тебя не забуду. Дилюк подставил губы для поцелуя и только потом вспомнил, что они на главной площади города. Но это не было поводом останавливаться; он до обидного легко вёлся на комплименты.***
На этот раз Кэйа шептал тихо-тихо, но Дилюк всё равно его слышал. — Неужели ничего не помнишь? — Ты накрасил мне ногти! Они продержались целую неделю, а я каждую ночь закапывалась в ящики с растёртой рудой по самый локоть! Если бы ты видел, какая хризантема расцвела над Инадзумой, клянусь, ты бы дышать забыл на целую минуту! — А до того, помнишь, что было до того? — Мы околдовали какого-то парня? Ума не приложу, кто это был, может, какой-нибудь блондинчик, у вас здесь так много красивых блондинчиков! Так вот, видел бы ты эту хризантему! От киновари к золоту, как будто сами Архонты небо раскрашивали! Кэйа вздохнул и чокнулся с ней бокалом. — Хотел бы я посмотреть на твои фейерверки. Хотя, когда ты так говоришь, я будто сам их вижу. — Не ложись этой ночью, — захихикала она и устроила голову у него на плече, потёрлась щекой о белый мех, — хризантемы не будет, но мы привезли кое-что получше! Под её взглядом Дилюк снова почувствовал себя раздетым — и, слегка опустив ресницы, усмехнулся в ответ. Даже если провалится вторая попытка на незабываемое первое впечатление, у него останется воспоминание о ещё одном фейерверке.2-14.08.2021
