розовая фантазия

— Ты сегодня зайдешь? — придерживая одним ухом телефон, Маринетт ковырялась ключами в замке. — Я не была сегодня в магазине, в холодильнике пусто. — Я что-нибудь придумаю, — тут же вызвался Адриан. — А еще лучше, напиши мне, что купить. Я забегу в магазин. — Спасибо, но это слишком долго, — ответила она. — Просто захвати что-нибудь. Он вздохнул. — Ладно. К радости Маринетт перед ее дверью лежала посылка. И когда она заметила логотип на коробке, то этой радости не было предела. — До скорого, — сказала Маринетт в трубку. — И не забудь удобно одеться. — Я не приду в пижаме, — фыркнул Адриан. — Переоденешься у меня. Все лучше, чем сидеть в этих твоих неудобных джинсах. Мне больно даже смотреть на тебя. — Да нормальные джинсы. — Балда ты, — ответила Маринетт. — Вешаю трубку. Было слышно, что он сдерживает смех. — Ого, так мило с твоей ст… Она отключилась. Убрав телефон, Маринетт занесла посылку домой. Она даже не стала складывать туфли после того, как сбросила их, а сразу направилась на кухню, чтобы найти ножницы. В отличие от простой картонной коробки, содержимое было очень миленьким. Оберточная бумага была розовой, упаковка ее заказа была миленько оформлена, и вместе с ней шла благодарственная открытка пастельного цвета, в которой прятались бесплатные стикеры. Маринетт была простой — ей нравились милые вещички, и этот продавец прекрасного знал свою аудиторию. К ее радости, батарейки были в комплекте. Такие же розовые и миленькие. Она достала новехонький вибратор, восторженно попискивая от его умилительного вида. Когда Маринетт увидела этот «массажер» на сайте — видимо его так назвали, чтобы избежать проблем, ведь сайт не был сугубо «18+» — она не ожидала такое качество. Эта покупка была почти шуточной — ведь вибратор реально выглядел, как волшебная палочка. Только куда толще тех, что она могла видеть в мультсериалах, да и назначение имело отличное от сражения с силами зла. Маринетт вставила батарейки и захохотала, когда вибратор включился. Она взглянула на время, решив, что протестировать покупку не повредит. Адриан же приедет как минимум через пару часов. Маринетт довольно улыбнулась.

***

Время пролетело незаметно. Маринетт включила голову, предварительно приняв душ и помыв вибратор перед использованием. Она отвлеклась на уборку, пытаясь вылизать квартиру дочиста, и когда она наконец запрыгнула под одеяло и устроилась поудобнее, прошло немало времени. Едва она включила вибратор, позвонил Адриан. Она выключила и ответила: — Да? — Чего ты хочешь? — спросил Адриан. — Я забыл. Маринетт поерзала. — Поужинать. — Это я знаю, но чем? — уточнил он. — Ты же точно чего-то хочешь… и не говори, что тебе все равно! Потому что ты захейтила карри на прошлой неделе. — Ты сделал его слишком горьким, — процедила она. Адриан вздохнул. — Ты просто не ценишь хорошую еду. Маринетт фыркнула. — Но я же ее ем. — С кислой миной. Ты представляешь, какой это для меня удар? Ужасный, говорю тебе. Теперь мне кажется, что все врут мне в лицо, когда говорят, что я вкусно готовлю. — Ты прав, — ответила она. — И это все, что ты можешь сказать? Некрасиво, что ты… — Ты разве не собирался в магазин? — перебила она. — Или ты звонишь, чтобы меня побесить? Я так устану от тебя раньше, чем ты до меня доберешься. — Это не лучший способ сказать, чтобы я отвалил, — заметил он. Она сжала бедра. — Мысль свою я донесла. Адриан рассмеялся. — Ладно, до встречи. — Купи что-нибудь сладкое. — Хорошо. К моменту окончания разговора она уже вся намокла. Маринетт заново устроилась поудобнее, включила вибратор и начала осторожно делать проникающие движения. Несмотря на милый дизайн, стимуляция клитора предусмотрена не была. Так она думала до тех пор, пока не нашла снизу кнопку, которая запускала эту стимуляцию. Маринетт удивленно ахнула и быстро поймала волну ощущений. Кончила она ой как быстро. Дрожащими пальцами она отключила прибор, аккуратно отложила на кровать и перевела дыхание. Это была просто находка. И милая упаковка бонусом. Лицо у нее продолжало гореть, когда она его убрала. Адриан вряд ли зайдет в ее спальню, так что сбившееся одеяло осталось нетронутым. Маринетт всегда старалась казаться лучше, чем она есть. Дома всегда было убрано, волосы были уложены, а одежда была аккуратной. Когда она зашла в ванную, в коленях еще оставалась слабость. К приходу Адриана она переоделась в пижаму (нижнее белье было на ней, чтобы не запачкать пижаму) и убрала волосы в удобный высокий хвост. — Ты чего такая довольная? — заметил Адриан. Она постаралась проигнорировать нервный перестук сердца. — Радуюсь еде. — Даже не мне? — ахнул он. — Я так оскорблен. Этот балбес приперся в джинсах. — Переживешь, — соврала она. Адриан надул щеки. Как же она хотела его поцеловать. Но их отношения не были такими. Адриан никогда не воспринимал ее, как девушку, и вряд ли это изменится в ближайшее время. Они только начали сближаться, и Маринетт не хотела это разрушить. Когда-то давно она и представить не могла, что ее краш с ужином заявится к ней на порог. Нынешняя Маринетт знала, что Адриан предпочитает готовить сам, а не заказывать еду. Скорее всего, он продемонстрирует ей все купленные овощи, а потом взбудораженно пойдет на ее кухню, в которой есть газовая плита. Адриан разулся, засунул ноги в гостевые тапочки, ей даже не нужно было об этом просить. За последние несколько месяцев тесного общения он выучил все ее привычки, а совместный ужин стал их еженедельной традицией. И он всегда проходил у Маринетт дома. Она знала, что Адриан живет с соседом. Этот самый сосед заново и представил их друг другу в университете. То, что они уже были знакомы, не было какой-то тайной. А Адриан был слишком открытым, чтобы хранить тайны. Он вымыл руки и занялся ужином. — Тебе нужны приличные ножи, — прямо заявил он. Она пожала плечами. — Эти зато дешевые. — А все остальное нет, — заметил он. — Даже доска для резки отличная! У меня как-то была дешевая… Маринетт уселась на столешницу. Тут было достаточно высоко, чтобы ее ноги не касались пола. — У тебя есть подходящие ножи? Он поник. — Нет. Маринетт улыбнулась. — Отлично, значит заткнись. — Это можно исправить, — пробурчал Адриан, возвращаясь к нарезке овощей. — Тогда может исправишь всю мою жизнь? — протянула Маринетт. — Не говори так, — сказал он, указывая на нее кончиком ножа. Это даже на йоту не выглядело угрожающе. — Я запрещаю говорить о себе грубости в моем присутствии. Она моргнула. — Разве я говорила? Он прищурился. — Даже не начинай. Маринетт рассмеялась. — Да ты милаха. — Не думай, что лесть тебе поможет, — Адриан покачал ножом. — Я здесь, чтобы направить тебя на путь истинный. — Ты здесь, чтобы приготовить мне ужин. Он усмехнулся. — Может, сегодня тебе понравится. — Не могу сказать, а что ты делаешь? — Маринетт с интересом наклонилась вперед. — Я вижу только овощи, а вот еще овощи… а это что? Овощи. Ты же в курсе, что я не вегетарианка? — Будет вкусно. Маринетт напряглась. — Ты не ответил на вопрос. — Это сюрприз, — с улыбкой пояснил Адриан. Ну, как она могла спорить, когда он так на нее смотрит? Адриан был на ее кухне, улыбался и шутил. Он знал, что и где у нее лежит, знал, где хранится запасная туалетная бумага, и каждое утро писал ей, как только у нее звенел будильник. Маринетт не знала, совпадение это, или он просто вставал в то же время. Она вообще многого о нем не знала. Но была счастлива узнать теперь. Адриан все это время был частью одной с ней компании, и у нее годами был его номер, хотя раньше они никогда не списывались. Пока она мимоходом не сказала, как ждет сериальной адаптации одной серии книг. Адриан очень горячо обсуждал то, что ему нравится. Она могла слушать его болтовню о сюжетных линиях весь день. А потом вышло так, что она сама болтала всю ночь, после того как вышел эпизод сериала. Адриан постоянно сравнивал сериал с книгами, рассказывая ей, как перечитывал отдельные главы, которые как раз должны были выйти в экранизации. Он был таким милым. И еда была очень вкусной. Когда он улыбался, у него на щеках появлялись ямочки. Этим вечером Маринетт влюбилась в него еще сильнее. К тому времени, как Адриан засобирался домой, ее щеки устали улыбаться. Не важно, насколько она была с ним сейчас близка, они не были в таких отношениях, чтобы он мог остаться на ночь. Да и жил Адриан буквально в паре минут ходьбы от нее. Они даже закупались в одном супермаркете, разве что никогда не сталкивались там. Адриан обулся и с улыбкой обернулся к ней. — Спасибо, что пустила. У нее затрепетало сердце. — Без вопросов. — В следующий раз приготовлю мясо, — он хохотнул. Ее мысли завернули совершенно не в те степи, от чего между ног запульсировало. Маринетт кашлянула. — Подойдет что угодно. Он рассмеялся. — Эй, дай мне хоть какой-то мотивации! — Все лучше, чем когда я готовлю, — заметила она. — Я слишком нетерпеливая, чтобы готовить сложные блюда… — Ничего они не сложные… — Ты использовал две сковородки, — ответила она. — Выпендрежник. Он ласково покачал головой. — Ты просто слишком ленивая. — А, да, — Маринетт пожала плечами. — Я просто включаю рисоварку, а потом готовлю что-нибудь, что можно шлепнуть сверху на рис. Легкотня. — Спорим, что тебя ветром сносит, — Адриан оглядел ее с ног до головы. — Ты же не сидишь на какой-нибудь странной диете? Маринет моргнула. — Что? Ответом ей был вопрос. — Ты похудела? Маринетт посмотрела на себя. — Разве? — Нет, я не в том смысле, что это плохо, — поспешил прояснить свои слова Адриан. — Ты просто… стала стройнее. Да. Прекрасно выглядишь. Я именно это и хотел сказать. Он так мило пытался выкрутиться. Маринетт расцвела. — Спасибо. Адриан звучно вздохнул в облегчении. — Мне пора. — Пора, — согласилась она. Никто из них не сдвинулся. Маринетт стояла в коридоре в своих тапочках, а Адриан даже не повернулся к двери. Он смотрел на Маринетт, открывая рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрывая его. Он явно не мог подобрать правильные слова. Маринетт выжидающе склонила голову. Адриан кашлянул. — Что такое? — спросила Маринетт. Адриан убрал волосы с лица. Она заметила, что у него покраснели уши. — Можно тебя обнять? — выпалил он. Она была слишком поражена, чтобы ответить. — Прости, да, странно вышло, — скороговоркой пробормотал Адриан. — Я просто… люблю обниматься. Объятия — мое все. И как-то странно, что мы раньше не обнимались, не думаешь? Нет, ты не обязана меня обнимать… но мы же раньше просто не были друзьями. Но сейчас же мы друзья? Маринетт облизала губы. — Друзья. — Да? — Конечно, — ответила она, переминаясь с ноги на ногу. — Почему еще я разрешаю тебе писать мне по утрам? Любого другого я бы просто послала. Адриан хохотнул. — Приятно слышать. На секунду она запаниковала и подумала, что сказала лишнего. — Да? — Мне никогда не понятно, когда я навязываюсь, — признался он, потирая шею. — Если я становлюсь слишком приставучим, просто скажи. Я не обижусь. Она сглотнула. — Хорошо. Он хлопнул в ладони. — Пора обниматься. — Ты устраиваешь из этого сцену, — сказала она, стараясь приглушить заходящееся сердце. Это куда серьезнее, чем просто сидеть вместе на диване. — Будет ужасно неловко. Адриан подмигнул. — Просто смирись. — Теперь я еще больше нервничаю. — Нервничаешь? — он поднял брови. — Не стоит. Доверься. — Довериться тебе обнять меня? — спросила она. — Так еще страннее. — Я очень хорошо обнимаюсь, — похвалился он. — Это я буду решать, — прищурилась она. Как она и ожидала, это была запредельная неловкость. Адриан сам не понимал, куда девать руки, и он слишком нагнулся, чтобы как скомпенсировать разницу в росте. Было ощущение, что она обнимается с отцом, а не парнем, на которого дрочила новеньким вибратором буквально недавно. Чтобы как-то разрядить обстановку, Маринетт похлопала Адриана по спине. Тот рассмеялся. Прямо ей на ухо. Он был так близко, так близко… Адриан похлопал ее в ответ. — Ну-ну. — Пардон? — поперхнулась она. — Я тебя утешаю, — объяснил он сквозь смех. — А не пытаюсь помочь тебе срыгнуть, честное слово. — Так, эти обнимашки просто отстой, — подытожила Маринетт. — Ты ужасен. Больше никогда со мной не обнимайся. — Оу, не надо так, — сказал Адриан, отстраняясь. Одной рукой он медленно провел по ее предплечью. — Все настолько плохо? Но она могла думать только о том, что он прикасался к ней. Так как до этого он касался к ней поверх пижамы, он ни разу не… А потом, он коснулся ее обнаженной руки. У Маринетт подкосились ноги. В голове разорвалась бомба, тело обмякло, а ее так дезориентировало от неожиданных ощущений, что Маринетт сама того не заметив, оказалась на полу. Лицо вспыхнуло огнем. — Ты в порядке? — запаниковал Адриан, пускаясь перед ней на корточки. — Маринетт, что не так? Он коснулся ее руки и она кончила. Это чувство ни с чем было не спутать. Она была в ужасе. Он потянулся к ее плечу. — Что случилось? Маринетт отбросила его руку и попятилась. К счастью, это больше не повторилось. Затрудненное дыхание было последствием того оргазма, а в трусах было особенно мокро и липко. Теперь Адриан выглядел еще более обеспокоенным. — Маринетт? — Я… в норме, — с придыханием выдавила она. — Просто… зря я столько занималась накануне. — Ты о чем? — нахмурился он. — Переборщила с приседаниями, — соврала она, с трудом поднимаясь на ноги. Они совсем не слушались. — Я в порядке. Адриан ей кажется не поверил. — Как скажешь. Она выдавила дрожащую улыбку.

***

Маринетт давно перестала быть подростком. Она была зрелой девушкой за двадцать пять, и у нее в жизни было достаточно оргазмов, чтобы можно было понять — случившееся вчера вечером выходило за рамки нормы. И сама мысль, что простое прикосновение к руке может вызвать подобное, казалась бредом. Забудьте уже о том, что эффект был мгновенным… Она же не в какой-то порно-манге, где главный герой эротично ласкает ей руку. Ради собственного же благоразумия, она решила считать, что ей просто почудилось. До момента, пока Адриан не написал ей, пожурив, чтобы она не перенапрягалась с приседаниями. Ей захотелось умереть. Это было невозможно… Следующие несколько дней Маринетт страшно параноила. Она избегала прикосновений на работе, старалась не ходить по людным улицам, и убила слишком много времени на то, что должно быть лишь странным сном. Она не должна была кончать от прикосновения к руке. Даже от Адриана. Этого никогда больше не произойдет. К середине недели, когда коллега передал ей ручку, она коснулась его — и да, ничего не произошло. Она была настороже, пока специально не прошла в толпе людей, прикасаясь к ним и делая вид, что это обычное дело. И ничего не произошло. Настоящее испытание ожидало ее, когда Адриан пришел в гости. Он торжественно прижимал к груди сумку с продуктами. — Я купил кусок мяса. — Да ты сам кусок мяса, — ляпнула Маринетт. Он запрокинул голову и захохотал. Она была максимально собрана в этот вечер. Как и всегда, она надела красивую пижаму. Маринетт все еще была на той стадии, когда ей хотелось носить в присутствии Адриана что-то удобное, но при этом и хорошо выглядеть, чтобы быть уверенней в себе. Заношенные и растянутые пижамы были припасены на будущее. Она была влюблена в Адриана очень давно. Конечно, она наденет лифчик к его приходу, даже если они собрались просто смотреть сериал. Взамен Маринетт получала ужин и могла вблизи рассматривать Адриана. В этот вечер Адриан не заметил, что с ней что-то не так. Она, как и всегда, проводила его до двери, он нагнулся, чтобы обуться. А потом выпрямился и посмотрел на Маринетт с выжидательной улыбкой. Она сразу поняла, куда он клонит. — Обнимемся? Он кивнул. — Обнимемся. Это было так же неловко, как и в первый раз. Маринетт специально надела более закрытую пижаму, так что руки у нее были практически целиком спрятаны под рукавами. Этого оказалось мало. Когда Адриан отстранился, чтобы попрощаться, он коснулся ее руки, задевая кончики ее пальцев. Она напряглась. Ничего не произошло. Адриан продолжал улыбаться, вряд ли он заметил ее странную реакцию. — У меня кое-что есть для тебя, — признался он. Это было неожиданно. — И что же? — Загляни в морозилку, — Адриан продолжал касаться ее пальцев. — Это поролоновый ролик. Он очень хорош, когда болят мышцы. Мне нравится тот, что у меня, так что я решил подарить тебе такой же. Ох, это же был первый подарок, которая она от него получила, да? Ее лицо покраснело. — Спасибо. Он широко улыбнулся. — Пожалуйста.

***

Маринетт постаралась забыть ту катастрофу с оргазмом. Адриан не понял, что произошло, а если она будет об этом переживать, то можно сразу зарыться под одеяло и никогда не показывать оттуда носа. В общем, он общался с ней как обычно. Вот только… как обычно это как? Это было не так уж и давно. Раньше Адриан редко говорил с ней один-на-один. Хоть они появлялись на одних и тех же вечеринках, их круги общения не пересекались. Маринетт никогда не видела его ни в пабе, куда любила заглядывать, ни в те редкие походы в клуб. В основном они встречались на вечеринках по случаю дней рождения, а еще в соцсетях. Он начал слать ей селфи. Иногда он спрашивал, что она думает о его одежде, другие селфи были просто ради самолюбования. Маринетт не постеснялась сказать, что он всегда выглядит просто отлично. Фотографий стало в разы больше. Стесняться она начала, когда решила тоже отправлять ему фото. Близилась их еженедельная встреча за сериалом. Маринетт никогда не была так рада, что он настолько растянутый. Когда она смотрела, какая сейчас серия по счету, она узнала, что их уже за тридцать. И каждая серия была почти по часу, что значит ровно столько она сможет сидеть рядом с Адрианом. К ее удивлению, их свидание (ладно, это не было свиданием, но ей хотелось это так называть) случилось гораздо раньше. Маринетт согласилась сходить с друзьями в местный паб и уже приготовилась выпить после стрессовой рабочей недели. Она не собиралась напиваться до похмелья. Завтра должен был прийти Адриан, а ей хотелось производить на него только хорошее впечатление. Таков был план ровно до того момента, как она вошла в бар, нашла столик с друзьями, и увидела, что Адриан тоже там был. Он привстал, когда увидел ее, и энергично замахал ей. Маринетт сглотнула. Адриан похлопал по месту рядом с собой. Как она могла отказаться? Ее друзья обменялись понимающими взглядами. Маринетт не умела врать, так что когда они заметили, как она смотрела на него на вечеринке, она призналась, что неравнодушна к нему. Теперь это было трудно назвать «неравнодушна», ведь она теперь знала, как он выглядит на ее кухне. — О, ты здесь, — сказала она. Адриан рассмеялся. — Да, хотя сначала не собирался. — Почему передумал? Он наклонился к ней, чтобы прошептать: — Я спросил, кто будет. У нее потеплело в груди. — И что это должно значить? Он подмигнул. — Я не мог упустить шанс провести время с тобой. Маринетт порывисто встала. — Мне надо выпить. Она придавала слишком много значения его словам. Адриан точно ничего такого не имел в виду. Она для него просто подруга, и она не собиралась портить хотя бы это. Как только до него дойдет, что он ей нравится, он точно отгородится от нее, и ему будет неловко. Она была полна решимости не дать этому случиться. Важно было сохранять спокойствие рядом с ним. О, и это было трудно, когда он пошел с ней к бару купить выпить. Адриан был так близко — их локти соприкасались и нет, ничего плохого не происходило — и она чувствовала его дыхание, когда он говорил ей на ухо. Она уже была немного не в себе, когда они вернулись за стол. Друзья посмотрели на нее очень понимающе. Она сделала хороший глоток коктейля. В какой-то момент Адриан закинул руку за спинку ее стула, наклонившись, чтобы нормально с ней говорить. В основном говорил он, отвлекаясь только на то, чтобы отойти к бару, когда Маринетт предложила заплатить за следующий круг напитков, и это было так странно, ощущать его внимание в людном месте, а не у нее дома. Здесь у них была публика. И поэтому Маринетт после ухода получила несколько ехидных сообщений. Дома Маринетт направилась прямо к тумбочке, где держала вибратор. Весь оставшийся вечер она думала только об Адриане.

***

На следующий день он явился не только с продуктами для ужина. — Маринетт! — Адриан широко улыбался. — Я кое-что тебе принес. Она посмотрела на контейнер у него в руках. Сумка с продуктами болталась у Адриана на запястье. А когда он открыл его, у Маринет защипало в глазах. — Я сделал тебе печеньки, — провозгласил он, воодушевленно указывая на них. — Я рассчитал время, так что влага не успела из них испариться. Можешь разогреть их в микроволновке, чтобы они были теплые и мягкие. Маринетт попыталась проглотить ком в горле. О таком она даже не могла мечтать. Адриан, который пришел приготовить ей ужин — это одно, но выпечка? — Н-не стоило, — запинаясь, выдавила она. — Но мне хотелось, — его улыбка даже не дрогнула. — Это благодарность за то, что составила мне вчера компанию. — Я? — переспросила она. — Скорее это ты меня спас! — Спас? — он рассмеялся. Маринетт взяла одно печенье и ткнула в мягкую сердцевинку. — Я бы ушла через пару коктейлей. Никогда так надолго не задерживалась. Он выглядел удивленным. — Так ты не тусовщица? — Честно говоря, нет, — призналась Маринетт. — Мне нравится просто прийти поболтать и все на этом. Но никто не зовет меня на свидание в кофейни, так что приходится обходиться чем есть. — Тогда пойдешь со мной? — выпалил он. Она удивленно моргнула. — Выпить кофе, — добавил он. — О, да, — Маринетт постаралась скрыть разочарование. — С удовольствием. Он шумно выдохнул. — Правда? — Я же сказала, меня никто не приглашает на кофе, — она пожала плечами. — Только если не собираются пожаловаться мне на жизнь, пока я набиваю желудок тортом. Или ты это и планировал? — Я куплю тебе столько тортиков, сколько захочешь, — предложил Адриан. — Тортик не облегчит мою депрессию от выслушивания неприятных вещей. — Ладно, я просто хочу провести с тобой время, — признался он, почесав затылок. — Это странно? Этим он застал ее врасплох. — Правда? — Чистая правда, — он смущенно улыбнулся. — Вот почему я так обрадовался, когда узнал вчера, что ты тоже будешь. Мне кажется, мы очень редко видимся. Неправда. — Мы ходим на одни вечеринки. — Есть такое, — согласился Адриан. — Но на них я слишком заматываюсь, чтобы проводить время с тобой. Когда вокруг куча народа, трудно успеть потусить со всеми сразу. Это не было ложью. — По крайней мере, ты знал, что я существую, — пошутила Маринетт. Он округлил глаза. — А могло быть иначе? Такой ответ сбивал с толку. Чтобы не отвечать, Маринетт вгрызлась в печенье. Оно было весьма вкусным. После того, как она прикончила второе, Адриан сказал, что она испортит себе аппетит, а ведь он запланировал такой чудесный ужин. Маринетт послушно отставила контейнер на стол возле Адриана, чтобы точно больше не утащить, даже если тот отвлечется. Она ценила то, как он вкладывается в готовку. Маринетт не могла вспомнить, пекла ли она что-нибудь для новых друзей. Вообще единственное, что она сделала — это пустила Адриана на свою кухню, после того, как они впервые собрались посмотреть сериал, а из еды были только сухие закуски, но Адриан эту идею быстро отмел и сам покупал продукты для ужина. А Маринетт лишь предоставила ему место для готовки. Она не хотела задумываться об этом. Правда, не хотела. Адриан был замечательным — так о нем все говорили. Любые слухи, которые ходили о нем, заключались в том, что он не мог сказать «нет» или всячески старался для людей. Он был печально известен тем, что любил перегибать палку. Их с ним дружба не была исключением. Вечер прошел прекрасно. Наевшись, Маринетт упала на диван и подобрала ноги, чтобы было поудобнее. Она притащила из спальни удобную подушку и обняла. Адриан задержался на ней взглядом. — Что такое? — спросила Маринетт, прижимая ее к груди. Он смутился. — Милота какая. — Правда же? — воодушевленно отозвалась Маринетт. — Я не смогла пройти мимо. Обожаю всякие миленькие штучки, а она… такая милая и мягкая, я в полном восторге. Адриан улыбался. Маринетт знала, что покраснела. Из них двоих обычно он тараторил. — Я где-то такое видел, — сказал он, тыкая в подушку. — Это какой-то популярный персонаж? — Не знаю. — Ну, она такая же милая, как и ты, — заметил Адриан. — Тебе подходит. О, ее лицо полыхало. А потом стало жарко по другой причине. Их руки соприкоснулись и ее пульс подскочил. Пронизывающее напряжение и немедленная слабость захватили врасплох, и Маринетт от удивления согнулась пополам. Это был очередной оргазм без какого-либо предупреждения. Кровь глухо стучала в ушах. Она вжалась лицом в подушку, зажмурившись от стыда. — Маринетт? Ты в порядке? Какое там… — Что случилось? — с нескрываемым беспокойством спросил он. — Ничего, — пробормотала она. Он коснулся ее руки. Это снова произошло. Маринетт сорвалась на удивленный стон, хватая ртом воздух от очередного оргазма. Она вся покрылась испариной. Адриан быстро убрал руку. — Маринетт, что с тобой? Мне кому-нибудь позвонить? — Не надо, все нормально, — соврала она, не в силах совладать с дыханием. — Мне просто нужно посидеть минутку. Это было преуменьшение века. Адриан промолчал. Маринетт вжалась лицом в подушку у себя на коленях. Хорошо, что он не видел, какое красное у нее лицо, а лифчик прятал затвердевшие соски. Это не должно было снова случиться. От других людей не было никакого эффекта, и Адриана до этой поры она тоже к ним причисляла. Но это чувство было ни с чем не спутать. Ее новый любимый вибратор был лучшим из тех, что у нее были, и даже он не вызывал у нее такие оргазмы. Интересно, это хорошо или плохо. Нарастающее чувство удовольствия означало, что она делает все правильно. Она знала, чего ожидать, и могла нормально возбудиться. Адриан касался ее и Маринетт переставали держать ноги. И это было далеко от приятного. Когда она успокоилась, то поняла, что Адриан поставил сериал на паузу. Еще бы. Было бы глупо его оставлять, когда они оба его не смотрят. Единственное, почему Маринетт знала, что он никуда не ушел, это то, что он нервно ерзал на месте, явно стараясь ее не беспокоить. Во рту стало сухо. — Мне надо в туалет. — Тебе что-нибудь нужно? — тут же спросил Адриан. Маринетт не могла на него смотреть. — Налей мне водички. Спасибо, хоть ноги слушались, когда она сбежала в ванную. Умывшись и проверив, не испачкала ли она белье — нет, так как Маринетт и не была возбуждена — она сделала несколько глубоких вздохов, а потом направилась обратно в гостиную. Адриан ждал со стаканом воды. Он даже достал лед. Маринетт была тронута. — Спасибо. Когда они соприкоснулись, ничего не произошло. Маринетт чуть подпрыгнула, когда их пальцы мазнули друг о друга, и выплескала воду себе за руку. И Адриану на футболку. Она хохотнула. — Ты теперь тоже мокрый. Его уши горели. — Делиться, значит заботиться. — Спасибо, что заботишься обо мне, — мягко сказала Маринетт. Она, конечно, была смущена, но было тяжело отмахиваться от него из-за неловкости, когда Адриан был с ней таким милым. — С меня причитается. — Я могу пойти домой, если хочешь, — к ее удивлению предложил он. Она нахмурилась. — Хочешь уйти? — Нет, я… не хочу, — торопливо заговорил он. — Я просто не хочу навязываться, если ты себя плохо чувствуешь. Она выкрутилась с самой неправдоподобной ложью. — Такое иногда случается. — …Случается? — он прищурился. Маринетт пожала плечами. — Ничего серьезного. — Я думал, ты в обморок свалишься, — медленно проговорил он. — Как о таком можно не волноваться? Действительно. Маринетт попыталась разрядить обстановку смехом. — Прости. Ты не должен был этого видеть. Честное слово, такое случается не часто. Адриан все равно выглядел обеспокоенным. — Точно? — Волноваться не о чем, я в полном порядке, — ответила она, касаясь его руки. — Но спасибо за заботу. Он взглянул на ее руку и сглотнул. Маринетт ждала, что он ответит. А когда он ничего не сказал, Маринетт убрала руку и спросила: — Тогда досмотрим? — А… да, давай, — Адриан кашлянул. — Отличная идея. Она улыбнулась.

***

С ее телом было что-то не так. С одной стороны Маринетт с нетерпением ждала их с Адрианом посиделок, а с другой была напугана до чертиков. Ни одна наука в мире не могла объяснить, почему его прикосновение заставляет ее кончить в тот же момент. Без какого-либо возбуждения, Маринетт просто чувствовала безумный стыд и была совершенно подавлена, а Адриан понятия не имел, что с ней происходит. На следующий день он поинтересовался, как она себя чувствует. Маринетт заверила его, что отлично. Вот только нет. На работе она боялась прикоснуться к кому-либо. Ее паранойя обострилась, когда она дала пять коллеге, и Маринетт запаниковала уже когда все случилось. Ничего не произошло. Она была все еще напугана. Значит, дело было в Адриане. Ужас сменился смятением, когда Адриан позвонил сказать, что на выходных он поедет к родителям. — Посмотри без меня, — с неохотой сказал он. — Тогда на следующей неделе без отставания посмотрим вместе. Она сглотнула. — Мы можем потом посмотреть две серии. — Думаешь? — Я не против, — сказала она. — Просто, выходит, ты поздно вернешься домой. — Ничего страшного, — с готовностью ответил Адриан. — Я люблю проводить с тобой время. Маринетт потрогала себя за щеку. — Правда? Рука казалась ледяной. — Чистая, — прошептал он. Это было слишком для простой дружбы. Маринетт могла часами анализировать сказанное им между строк, надеясь и желая большего, хоть умом и понимала, что он просто был таким человеком. Так или иначе, она улыбнулась. — Увидимся на следующей неделе. — Я напишу тебе, — пообещал он. — Ты и так пишешь, — заметила Маринетт. — Если вдруг пропустишь день, я решу, что с тобой что-то случилось. — В этом мой план, — ответил он. — Система безопасности. Если я не написал тебе «доброе утро», значит, меня похитили. Она рассмеялась. — А если ты просто валяешься с похмельем? — Неважно, — сказал Адриан. — У меня всегда стоит будильник. Если буду много спать, у меня голова заболит. Вот и ответ на ее вопрос, почему он всегда вставал примерно в одно время. — Нет ничего лучше сна, — возразила Маринетт. — Ты просто странный. Он фыркнул. — Ты только сейчас это поняла? — Раньше не было возможности, — ответила она. — А теперь у меня место в первых рядах. Твое милое личико заставляет обманчиво полагать, что ты нормальный. Адриан громко рассмеялся. — Что за бред. — Никакой это не бред, в этом есть смысл, — возразила она. — А по-моему, нет, — со смехом ответил он. Смех был тихий, будто он наклонился прошептать ей что-то на ухо. — Чем занята? — Я? Я… сижу. — В пижаме? — неожиданно ласково спросил он. — Ну, да, — сказала Маринетт, перебирая прядь волос. — Дома я всегда переодеваюсь в пижаму или просто во что-нибудь удобное. Зачем торчать в джинсах, когда никто не может заценить в них мою задницу? Он усмехнулся. — Адриан? — встревожилась Маринетт. — Прости, я не ожидал, — ответил он со смешком. — Ощущение, будто меня укололи. Маринетт хмыкнула. — Почему же? — Я никогда не слышал, чтобы ты так говорила, — тихо признал он. — О, — только и сказала она. Адриан был прав. Маринетт всегда старалась показывать себя в лучшем свете. Она следила за словами, убирала квартиру перед его приходом, надевала приличную пижаму, всегда надевала под нее лифчик. Маринетт никогда не была полноценно сама собой перед Адрианом. — Это плохо? — спросила она. — Нет, ты можешь говорить мне все, что угодно, — заверил ее Адриан. — Но у меня есть вопрос. — Я слушаю. — Я, получается, «никто»? — спросил он. — Ну, раз ты не надеваешь джинсы дома. Ты ни разу не была в них, когда я приходил… Она недоверчиво хохотнула. — И ты об этом хотел спросить? — Нормальный вопрос! — Я не собираюсь час торчать в джинсах. Даже если они суперудобные. Зачем, если я могу надеть пижаму? — Чтобы я заценил твою задницу? Она громко засмеялась. — Хотя, ты же все равно бы сидела на ней, — пробормотал Адриан, совершенно спокойным тоном. Интересно, а уши у него сейчас красные? — Но ты меня убедила. Спасибо, что пояснила. — Всегда пожалуйста? — с придыханием ответила она. — Так что, мне в следующий раз прийти не в джинсах? — Я тебе постоянно об этом говорю! — воскликнула она. Он хохотнул. Они болтали еще целый час.

***

Адриан стал звонить ей каждый вечер. А вместе с тем, что их посиделки отменились, Маринетт чувствовала себя все более расстроенной. Она так много о нем узнала, как звучит его голос, когда он только проснулся, как звучит отрывистый смех у ее уха, а тут еще эти спонтанные оргазмы — ну, здравствуй, фрустрация. Она очень часто включала вибратор. И думала об Адриане всякий раз. А о ком еще? Адриан был еще лучше, чем она считала. Он был красивым, но как человек, еще лучше. Он глупо шутил, тараторил, когда увлекался, и искренне заботился о том, что она должна была сказать, что это вызывало в ней чувство признательности. Кто бы с ним ни встречался, будет тем еще счастливчиком. О том, что Адриан ни с кем сейчас не встречается, она узнала не от него. Это не было какой-то тайной среди его друзей. Адриан был максимально открытым, так что новости о его новых половинках горячо обсуждались в групповых чатах — с ним или без него. Адриан вообще любил делиться подробностями своей жизни. Он ни разу не упомянул, что он один. После этого вибратор был самым частым, что Маринетт видела в своей жизни. После того, как Адриан желал ей спокойной ночи своим бархатным голосом, Маринетт вновь бралась за свою «волшебную палочку». Она собиралась отбить все потраченные на нее деньги. И пользовалась ею очень часто. Раз Адриан так внезапно проявил к ней интерес, Маринетт удалила с телефона все приложения для знакомств. Из-за работы у нее никогда не было особо времени в них зависать, а с тех пор, как Адриан начал наведываться каждую неделю, желание встречаться с кем-то новым пропало вообще. Маринетт понимала, что это глупо. Адриан не проявлял к ней романтического интереса… но ее устраивало и то, что есть. Он дружил с ней, а это уже значило много. Маринетт могла любоваться им вблизи. И если он и замечал, что она глазела на него, то спасибо, что не комментировал. Все будет отлично.

***

Как же она ошибалась! Маринетт озадаченно глазела в зеркало. На животе, там, где обычно возникали боли во время месячных, был какой-то рисунок. Чтобы нормально разглядеть, пришлось подойти к зеркалу. Там было что-то вроде тату с числом двенадцать. Только оно было розовое и отказывалось сходить… Маринетт сунула губку под воду и попыталась оттереть рисунок. Но только натерла кожу до красноты. Тогда она решила, что ей все привиделось, и отправилась спать. Она закончила говорить с Адрианом еще час назад и в душе оказалась только потому, что переборщила с лубрикантом. Утром тату никуда не делось. Маринетт была напугана до усрачки. И чтобы удостовериться, что ей это все не привиделось, она сфотографировала татуировку. Когда Маринетт увидела ее на фото, ей резко поплохело. Ненормально, что на теле вдруг появляется непонятно что, и вчера она точно не напивалась, чтобы посреди ночи поехать набить себе татуировку. Маринетт постаралась припомнить, когда она последний раз смотреть на себя в зеркало полностью нагой. Давненько. Она обычно после душа надевала пижаму, и только потом расчесывались перед зеркалом. И как она будет это объяснять? Маринетт решила, что друзьям знать об этом не нужно. На работу она будет надевать джинсы с высокой посадкой, так что даже если она поднимет руки, живот будет в безопасности. Вот так продуманно. Все будет хорошо! Может, оно исчезнет так же неожиданно, как и появилось… Оставалось на это только надеяться. На крайний случай, сведет лазером.

***

Игнорирование проблем вообще было ее талантом. Маринетт просто не думала об этом и не смотрела на живот, когда ходила в туалет. И после того, как Адриан пожелал ей доброй ночи, она снова схватилась за вибратор. Она переложила его в тумбочку у кровати, чтобы не надо было далеко ходить. И о тату она не думала совершенно. Она пропустила пару дней, потому что слишком переживала, но больше не собиралась оставлять вибратор покрываться пылью. Маринетт была в отличном настроении, пока на следующий день не посмотрела в зеркало, и не заметила, что число на животе сменилось на тринадцать. Она поперхнулась воздухом. Оно же раньше не менялось! Это же тату, черт возьми! Но число было другим. И не выглядело, как свежее тату, кожа не была воспалена, волоски на ней на своем месте. Маленькое розовое вытатуированное число. Маринетт потерла глаза. Оно так и не исчезло. Единственное, что она делала вчера — это воспользовалась вибратором. И сама эта мысль была просто нелепой. И татуировка на животе тоже была нелепой. Маринетт задумчиво посмотрела на нее, а потом достала вибратор и заметила, что его цвет и цвет татуировки — один в один. В этом просто не было смысла… Или был? Она пользовалась им несколько недель, а он нисколько не разрядился. Либо устройство было настолько хорошо продумано, что батарейки столько продержались, либо было что-то еще. — Глупости какие, — пробормотала она, откручивая крышечку, чтобы достать батарейки. Тогда она даже не обратила на них внимания. Просто батарейки в комплекте в супер-милой упаковке, она еще оставила восторженный отзыв, ведь тащилась от всякой милоты. Розовые батарейки раньше не вызывали никакого подозрения. Маринетт никогда таких не видела. Она подержала их на свету и, убедившись, что понятия не имеет, что пытается увидеть, пошла искать, куда их можно вставить. Пришлось задуматься, куда в ее доме вообще можно вставить батарейки. К счастью, пульт от телевизора не подвел. А потом случилось нечто смехотворное. Пульт не заработал с новыми батарейками. Маринетт не поверила своим глазам. Чтобы проверить теорию, она вставила в вибратор обычные батарейки. И он не включился. Что за… Не будет же вибратор работать на специальных батарейках. Пусть Маринетт и потратилась на него из-за дизайна, на сайте не было никакой информации о каких-то специфических батарейках, которые можно заказать только там. Маринетт еще посмотрела тогда, что еще предлагает сайт, и все остальное было распродано. И никаких батареек отдельно она не видела. Когда она снова зашла на сайт, все так и было распродано. И не было никаких батареек. В ассортименте были только секс-игрушки с расплывчатыми названиями, чтобы не вызвать подозрений. Маринетт кликнула на свой вибратор. Единственный отзыв был от нее. И продавец отметил его сердечком. Оставался всего один способ подтвердить, что это правда. Днем Маринетт была совершенно не в настроении, потому что она слишком переживала обо всем этом. Адриан должен был приехать завтра, чтобы посмотреть с ней две серии, и это будут самые их длинные посиделки. Его прерывистый смех совершенно точно не помогал. Маринетт воспользовалась вибратором один раз. Сказав себе, что это ради науки, она поднялась на дрожащих ногах и подошла к зеркалу. Маринетт опустила голову и приподняла футболку: с ошарашенным вздохом она увидела, что число изменилось на четырнадать. Оно считало ее оргазмы. И какой в этом толк?! Никакого! Это было так же тупо, как и батарейки, которые не работали ни в каком другом приборе. И чтобы проверить, не сходит ли она с ума, Маринетт достала другой вибратор. Проверка подтвердила, что число не изменилось.

***

Адриан излучал радость с порога. — Маринетт! — Привет, — нервозно выдавила она. — Как дела? — Отлично, ведь я увиделся с тобой, — он широко улыбнулся. — Я скучал. Она покраснела. — Мы болтали без перерыва. — Я скучал по твоему лицу. — Я присылала тебе селфи. Его улыбка не дрогнула. — Фото не отражают твою суть. — И что это вообще должно значить? — Приятно видеть тебя в движении, — хмыкнул Адриан, протягивая ей сумку с продуктами, одновременно пытаясь разуться без рук. Их руки соприкоснулись. У Маринетт подогнулись колени, и хоть она неуклюже облокотилась о стену, чтобы не упасть, это не уберегло ее от стона. Адриан уставился на нее. От ее лица сейчас можно было спичку зажечь. Адриан очнулся. — Ты в порядке? — Да, — каркнула она. — Точно? — Адриан потянулся к ее плечу. Маринетт отшатнулась, не успел он к ней прикоснуться. Ее затопил страх напополам с жутким стыдным смущением, и кровь громко стучала в ушах. — Маринетт? — озабоченно позвал Адриан. Маринетт осторожно поставила сумку на пол. — Я в туалет. И сбежала, пока он ничего не ответил. Ноги не слушались всю дорогу. В зеркале ее встретило собственное раскрасневшееся лицо. Что было еще хуже — когда она подняла футболку и чуть спустила шорты, то увидела, что число уменьшилось до тринадцати. И где тут логика? Ей хотелось рвать на себе волосы. Как она могла кончать от чужого прикосновения потому что пользуется секс-игрушкой? Ладно, не просто чужого. Адриан был исключением, и она это прекрасно знала. С первого появления чисел они никак не изменились, сколько бы людей Маринетт ни перетрогала. Если бы она кончила во время покупки утреннего кофе, она бы там на месте и умерла. Это было из-за него. Она должна была производить хорошее впечатление, а не буквально испытывать слабость в коленках от его прикосновений. Маринетт зажмурилась, надеясь, что у нее просто разыгралась фантазия. К сожалению, это было не так. В дверь постучали. — Маринетт? Она сглотнула. — Да? — Я могу чем-нибудь помочь? Я знаю, ты говорила, что такое с тобой случается, но мне все равно не по себе. Может, я в аптеку сбегаю? Вот и что она должна была на такое сказать? Это ведь все из-за его прикосновения. Никто больше не уменьшит число. Маринетт не была готова сейчас смотреть ему в глаза. — Купишь мне обезболивающее? — Хорошо! — с готовностью ответил он. — Я туда и назад, ладно? Напиши мне, если тебе вдруг станет плохо, я сразу прибегу. Он был таким хорошим. Как только захлопнулась дверь квартиры, Маринетт вышла из ванной. Она направилась прямиком в спальню и открыла ящик комода, в котором держала эту магическую палочку и остальные игрушки. Большинство из них она держала в своих родных коробках и только палочку переложила в тканевый мешочек, когда из лени стала оставлять ее около кровати. Розовая коробка все еще была милой. Это тут же заставило Маринетт напрячься. Так как в коробке не было ничего подозрительного, она достала оттуда инструкцию. Почему она не сделала этого раньше? — Что за хрень? — прошептала она. Эта штука даже в инструкции была названа «волшебной палочкой». И вкладыш гласил, что этот вибратор при использовании вами заставит того человека, который вам нравится, фантазировать о вас. В такое было трудно поверить. Но потом Маринетт дочитала до абзаца, в котором говорилось, что каждый оргазм, который вы будете испытывать, думая о конкретном человеке, перенесется на него. Побочным эффектом получается, что этот самый человек будет думать о ней. В такое было невозможно поверить. Маринетт никогда не хотела магический девайс, который бы посвящал Адриана в ее интимные моменты, она просто хотела новенький вибратор, который будет миленьким. Мысль о том, что он мог видеть какие-то образы ее самой, привела ее в ужас. Но он ничего не говорил, значит был шанс, что этого не произошло. Но это не отменяет числа у нее на животе. Которые были более чем реальными. Внезапно ее сексуальная неудовлетворенность стала ее самым страшным врагом. И единственным способом избавиться от чисел было позволить Адриану прикоснуться к ней, и то Маринетт сомневалась, что сможет провернуть подобное тринадцать раз так, чтобы тот ни о чем не догадался. Адриан в итоге поймет, что к чему и будет весьма озадачен. Если так подумать, то предлог с болезнью звучит вполне неплохо. Но как ей пережить ужин и двухчасовой просмотр сериала, и не дать к себе прикоснуться? А на прощание он точно захочет ее обнять. Маринетт медленно задышала. Сначала, когда он на неделю уехал, это казалось худшим, что могло произойти, но теперь этот топ возглавляет ее либидо. И вибратор теперь стал ее самым страшным врагом. Маринетт засунула коробку обратно в комод и закрыла с громким хлопком. Все нормально, она справится. Не может быть, чтобы Адриан правда видел, как она удовлетворяет себя с помощью вибратора. Он вообще считает ее не больше, чем хорошей подругой, и он бы сразу себя сдал, если бы ему привиделось что-то такое. Она на это надеялась. Адриан снова постучал. Маринетт натянуто улыбалась, открывая ему. — Купил на всякий случай газировку с сахаром, — сказал Адриан, отдавая ей пакет. — И крекеры, чтобы ты могла поесть, прежде чем пить таблетки. Маринетт выхватила пакет, не соприкасаясь с ним. — Спасибо. — Ты точно хочешь, чтобы я остался? — уточнил Адриан, не разуваясь. — Мы можем перенести. — Не надо, — быстро ответила Маринетт. — Я так ждала сегодняшний вечер. Давай не будем отменять. Адриан сжал губы. — Со мной все хорошо, — Маринетт нервно хихикнула. — Полный порядок. Адриан пристально на нее посмотрел. Она улыбнулась. — Только если ты уверена, — вздохнул он. — Правда, — ответила Маринетт, поднимая сумку с продуктами двумя руками. — Спасибо за беспокойство. — Конечно, я беспокоюсь! — воскликнул он, даже слегка громко. Адриан зарылся пальцами в волосы. — Я даже не понимаю, что происходит. И мне не нравится видеть, как ты мучаешься от боли. Она облизала губы. — У меня ничего не болит. — Я купил тебе обезболивающее, — с подозрением заметил он. — Уже не болит, — уточнила она. Адриан прищурился. Маринетт пожала плечами. Его подозрения уменьшились по мере того, как он готовил. Маринетт села на столешницу, чтобы поговорить с ним, по-детски дрыгая ногами. Ей всегда было трудно оторвать от него взгляд, когда он готовил, хотя, вероятно, это было как-то связано с тем, что он был так близко и в ее доме. — Чем я тебе нравлюсь? — вдруг спросила она. Адриан чуть не отрезал себе палец. — А? — Прости, странно прозвучало, — Маринетт заломила пальцы. — Мы никогда нормально не говорили ведь. А теперь общаемся. — Теперь я знаю, что ты классная, — просто ответил он. Она фыркнула. — Я всегда была классной. — Этого я не знаю, — хмыкнул Адриан, сосредоточившись на нарезке. — Я всегда знал о тебе. Ты же супермилая. Конечно, я знал, кто ты такая. Но ты всегда казалась такой недоступной. Вот это ее правда удивило. — Эм, что? Он с улыбкой взглянул на нее. — Ты немного пугаешь? Маринетт озадачилась. — По-моему это я должна тебе такое сказать. — Думаешь? — он указал на ее кончиком ножа. — Убери нож. — Слушаюсь, мадам, — он вернулся к нарезке. — Я не говорю, что ты страшная, просто… Ты… такая тихая? Я почти никогда не слышал, чтобы ты говорила. Это потому что у нее язык узлом заворачивался, когда Адриан был рядом. Маринетт в итоге слишком много думала и едва могла связать пару слов. И так было до тех пор, пока они не начали общаться на почве общей любви к сериалу. Она натужно рассмеялась. — Да ну? — Я считал, что ты меня терпеть не можешь, — тихо сказал он. — Что? Нет! — воскликнула Маринетт. Он вздрогнул от неожиданности. Она вспыхнула. — Я всегда хорошо к тебе относилась. — Что ж, приятно слышать, — Адриан попытался разрядить обстановку смешком. — Очень хорошо. — Я стеснялась, — выпалила Маринетт, понимая, что нужно объясниться. — И как ты и сказал — ты суперклассный. И это немного пугает. Адриан поперхнулся. — Эй, ты не можешь просто оборачивать мои слова против меня… — И все вокруг говорили, какой ты хороший, — продолжила Маринетт, изучая коленки. — Я не могу их винить, ведь… это правда. Теперь я об этом знаю лучше всех. — Я страшный, потому что хороший? — с недоверием уточнил он. — Я слышала про тебя столько хорошего, — сказала она, все еще не поднимая на него глаз. — И… и это как-то вселяло в меня неуверенность, что ли? А когда я с тобой познакомилась и поняла, что это все правда, что про тебя говорили, мне стало еще страшнее говорить с тобой. Я просто… наверное никогда по-настоящему не старалась? Просто восхищалась тобой издалека. Как-то так. — Восхищалась мной? — переспросил Адриан. — В прошедшем времени? Я и сейчас достоин восхищения. — Заткнись, — засмеялась она. — Нет, хочу знать, — Адриан соскреб ножом нарезанные овощи в сковородку. — Ты больше меня не уважаешь? Это ранит мои чувства. — Я сейчас тебя стукну. Он улыбнулся. — Зато ты на меня наконец смотришь. Маринетт кашлянула. — Ну и? — Я скучал по твоему лицу, — напомнил Адриан. — Мне было грустно, что ты на меня не смотришь. — Говоришь так, будто у тебя какая-то зависимость, — пробормотала она. — Мне кажется, ты как-то неправильно используешь это слово, — заметил он. Маринетт фыркнула. — С тобой вообще трудно нормально думать. Он ахнул. — Я такой страшный, что у тебя мозг ломается? — Я не говорила, что ты страшный! — Ты так и сказала, просто другими словами. Но я все понял. Почувствовал, так сказать. — Как кто-то испортил воздух. Адриан громко рассмеялся. — Ты такая милая. — Я тебя оскорбляю, — ответила она. — Почему ты делаешь мне комплименты? Я пытаюсь довести тебя до слез. Он подмигнул. — Больше похоже, что ты со мной флиртуешь. Маринетт моргнула. — Ладно, это я придумал, — Адриан драматично вздохнул, кладя руку на сердце. — Как будто такая красотка как ты, будет со мной флиртовать. Это было неожиданно. — Я очень запуталась. Он кивнул. — Я прощупываю почву. Выглядит опасно. — Что? — Не волнуйся об этом, — Адриан улыбнулся, но улыбка вышла кривая. — Я просто шучу. Не было похоже, что он шутил. И… и она всегда этого хотела, разве нет? Адриан ясно сказал, что хотел бы, чтобы она с ним флиртовала. И ее голову занимала вовсе не радость. Не успев даже обдумать, что она несет, Маринетт выпалила: — Это потому что ты дрочишь на меня с вибратором? Он сдавленно ойкнул. — Пардон? Маринетт не отступила. — Это так? Адриан вылупился на нее. — Я делаю что? — И продолжаешь, так ведь? Лицо Адриана красноречиво вспыхнуло. Ее тоже. Она хотела умереть от смущения, но вместе с этим и разобраться во всем. И если ей придется потом об этом рыдать, она была готова к этому. Потом она просто не сможет набраться уверенности еще раз. Приложив руку к животу, там, где было число, Маринетт спросила: — Знаешь, как выглядит моя комната? Адриан раскрыл рот. Еда начала подгорать. Он ринулся выключать плиту и отставил сковородку в сторону. Подгорело совсем чуть-чуть, так что выглядело съедобно. — Нет? — ответил он. Она опустила плечи. — Ага, я так и думала. — Я не понял вопроса, — ошеломленно сказал Адриан. — Что… что ты хочешь от меня услышать? Она неестественным голосом повторно осведомилась: — Ты думал о том, как я пользуюсь вибратором? — Откуда такой вопрос? — спросил он, до смерти смущенный. — Прошу, ответь, пока я не умерла от стыда, — взмолилась она. Он болезненно скривился. — Да? Маринетт уткнулась лицом в ладони. — Господи. — Прости! — В панике завопил Адриан. — Я знаю, что так нельзя. Но ты такая… такая милая и я очень-очень на тебя запал. Я знаю, что это мерзко, и ты не разделяешь моих чувств и… — Похоже, я купила проклятый вибратор, — приглушенным голосом ответила она. — Эм, что? — Я прокляла тебя, — всхлипнула Маринетт. — Прокляла тебя вибратором. — Ты продолжаешь говорить вибратор, и я кажется, начинаю сходить с ума. Маринетт сделала отрывистый вдох. — Прости меня. — Я ничего не понимаю. — Прости меня. — За что? — не понял Адриан. — Я совершенно не понимаю, что происходит. Его лицо все еще горело, когда она подняла голову посмотреть на него. Адриан уже не был настолько смущен. Скорее озадачен, и даже расстроен, она таким его еще не видела. Маринетт решила быть тупицей. — Я тебе кое-что покажу, — решительно сказала она. Адриан непонятливо заморгал. Она подняла футболку. Он испуганно взвизгнул и закрыл глаза ладонями. Чуть спустив шорты, чтобы показать число, Маринетт спросила: — Видишь? — Я не смотрю. — Посмотри, — взмолилась она натурально. — Я больше никого не могу попросить. — Почему я? — крякнул он. — Это… касается и тебя, — смущенно ответила Маринетт. — Я все объясню, но сначала посмотри. Повисла тишина. А потом Адриан посмотрел сквозь пальцы. Маринетт указала на свой живот. Когда он понял, что она не показывает ему ничего неприличного, то расслабился и убрал руки от лица. — Ты сделала татуировку? — Нет, — ответила Маринетт и выставила ладонь, не давая ему ответить. — Мне нужно, чтобы ты ко мне прикоснулся. Не больше. Адриан сделал шаг назад. — Че? — К руке, — пояснила она. — Ты хочешь… чтобы я прикоснулся к твоей руке, — озадаченно повторил он. — Да. С подозрением прищурившись, Адриан коснулся ее пальца. Реакция последовала незамедлительно. Маринетт застонала, зажмуриваясь от резких ощущений, и волна тепла, которая омывала ее вместе с оргазмом, была ни разу не приятная, как когда она правда хотела кончить. Она облизала губы. Адриан ошарашенно глазел на нее. — Смотри, — Маринетт приподняла футболку — число изменилось на двенадцать. — Я точно прокляла нас обоих. Он ничего не ответил. Держа одной рукой футболку, Маринетт протянула ему вторую. — Давай, покажу тебе еще раз? Он осторожно поднял руку, пытаясь понять, шутит ли она. Маринетт вильнула пальцами. Когда ее снова ударил оргазм, она едва не свалилась со стола. Адриан поймал ее, правда это повлекло за собой еще один оргазм. Два подряд — и она уже тяжело дышала. — Ты как? — мягко спросил он. — Если честно, хочется сдохнуть, — ответила Маринетт, прикрывая глаза. — Какое число? Адриан громко сглотнул. — Десять. Она втянула воздух. — Мне кажется, от еще одного вырублюсь. — Еще… одного? — не понял Адриан. — Божечки, — прошептала Маринетт. — Давай ненадолго притворимся, что этого всего не было? Просто посмотрим серию и поговорим. Мне нужно время подумать, как объяснить тебе все это и не умереть от стыда. — Я вообще не понял, что произошло. — Отлично, — сказала Маринетт. — Я… — Нет, — перебила Маринетт, глядя на него страшными глазами. — Прошу. Давай пока забудем об этом. Это явно задело его чувства. — Пожалуйста, — попросила она.

***

Было невыносимо неловко. Хоть ужин был вкусным — и ничего сильно не сгорело — атмосфера была тяжелой и ели они в тишине. Маринетт избегала его взгляда, шаркая тапочками по полу, а Адриан едва притронулся к еде. В таком состоянии было невозможно что-либо вместе смотреть. Маринетт выпила стакан воды и ей совершенно не полегчало. Адриан первым нарушил молчание. — Это значит «нет»? — О чем ты? — испугалась Маринетт. — Ну, мои чувства, ты их отвергла? — пробормотал он, взлохмачивая волосы. — Я получаю крайне смешанные сигналы. И вся эта штука с тату… — С чего ты взял, что я отвергла тебя? Он прищурился. — А это не так? — Я н-не поняла, когда я могла что-то отвергнуть? — ответила она. Пусть он не сидел к ней слишком близко, ее сердце все равно бешено стучало в груди. Было ощущение, словно она пытается отдышаться после двух спонтанных оргазмов. У Адриана покраснели уши. — Ты мне нравишься. Маринетт медленно вдохнула. — Я тебе нравлюсь? — Да, — севшим голосом сказал он. — Очень сильно. Это должен был быть счастливый момент. Парень, который ей столько лет нравился, сидит у нее дома и признается ей в чувствах. Это был идеальный сценарий, о котором она грезила бесчисленное множество раз с тех пор, как Адриан начал приходить к ней в гости. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. А она была скептична. — Мне кажется, ты ошибаешься. Адриан уставился на нее. — Прошу прощения? — Дай мне… кое-что принесу сейчас, — Маринетт встала. — Сиди тут. Я с-сейчас вернусь. — Маринетт! — донеслось ей в спину. Она вбежала в спальню. Пусть он ее и позвал, все равно остался за столом. Адриан отложил свою тарелку поверх ее, чтобы освободить на столе место. Маринетт вернулась к нему, нервно улыбаясь. Он выглядел не очень довольным. — Итак, это прозвучит весьма странно, — начала Маринетт, держа коробку за спиной. — Хочу сразу донести, что я не собираюсь как-то до тебя домогаться. Это вообще не входит в мои намерения и не входило. Адриан ничего не сказал. Ее уверенность таяла с каждой секундой. — Я только хочу кое-что проверить. — Ладно, — без энтузиазма ответил Адриан. Маринетт медленно поставила коробку на стол. — Ты когда-нибудь видел что-то подобное? — Нет? — он наклонился рассмотреть. По его лицу было видно, когда он прочитал надписи на коробке и осознал, что это за коробка. — Это… — Что насчет этого? — осведомилась Маринетт, доставая оттуда вибратор. У Адриана отвисла челюсть. Маринетт сняла с волшебной палочки мешочек. — Не знакомо? Он отвел взгляд. Маринетт пощелкала пальцами. — Так. Ну? Адриан провел ладонью по лицу. — Ты… — Значит, узнаешь? — Маринетт почти ткнула вибратором ему в лицо. Адриан по-детски отклонился назад. Маринетт засмеялась. — Д-да? — признался он. — Правда? — ухватилась она. — Я… — Мне нужен однозначный ответ, — потребовала Маринетт, указывая на коробку. — В инструкции сказано, что ты будешь думать обо мне каждый раз, когда я использую его… и это звучит как полный бред. Ты представлял, как я пользуюсь этим вибратором или нет? — Да! — завопил он. Маринетт смерила вибратор взглядом. — Так он реально проклятый. — Прости… — севшим голосом проговорил он. — Не за что просить прощения, — перебила она, чувствуя, как горит лицо. — Это я виновата. Прости, что втянула тебя. — Во что втянула? — Эм, ну во все это, — ответила Маринетт, показывая на коробку. — Можешь сам почитать инструкцию. Я вот не прочла, и теперь смотри, где мы оказались. Адриан открыл рот, чтобы ответить, а потом закрыл. Маринетт приняла ответственное решение достать инструкцию и дать ему. Их руки соприкоснулись. Она кончила. И уронила вибратор на пол. — Блин, теперь придется его мыть, — тяжело дыша пожаловалась она. У Адриана не было слов. Маринетт выпрямилась, опираясь на стол. И когда Адриан раскрыл инструкцию, чтобы прочесть, стало слишком неловко, просто стоять и ждать, пока он закончит. Маринетт убрала тарелки в посудомоечную машину, просто, чтобы чем-то себя занять. — Это прикол какой-то? — спросил он. Маринетт была к нему спиной и не развернулась. — Ты же видел, что числа меняются. — Но это… — громко начал Адриан, а потом прервал сам себя громким вдохом. Потом, тихо: — Это значит, что я тебе нравлюсь. Маринетт сглотнула. — Да. Впервые за вечер, в его голосе была слышна радость: — Правда? Маринетт не хватило духу посмотреть на него. — Ну, так ведь написано в инструкции? Это работает на том, кто мне нравится. — И это я, — прошептал он на грани слышимости. — Я тебе нравлюсь. — Ты забыл ту часть с проклятым вибратором? — напомнила Маринетт. — Да, подзабыл, — признал Адриан. — Я как будто сплю. — Ты? — подняла она бровь. — С тех пор как ты пришел, я кончила трижды. Еще немного и я отключусь. — Я тебе нравлюсь, — прошептал он. Маринетт не выдержала и рассмеялась. — Маринетт, я… — начал Адриан. Потом послышался скрип стула и приближающиеся шаги. — Ты мне очень нравишься. — Правда? Потому что я думаю, что это из-за волшебного вибратора. Он прыснул. — Ты можешь перестать говорить «вибратор»? — Да, но ты меня понял. — Маринетт, — Адриан постучал пальцем по инструкции. — Здесь ничего не сказано о том, что эта штука заставит меня полюбить тебя. — Потому что ты меня не любишь, — ответила она как ни в чем не бывало. — Но ты мне очень нравишься, — подчеркнул он. — И не из-за… этой волшебной палочки. Маринетт сглотнула. — Нет? — Я втрескался в тебя не один год назад, — смущенно признался он. — Еще до того, как мы нормально начали общаться. Я же говорил, что опасался просто так подойти к тебе. Вот об этом я и говорил. — Но ты ведь встречался… — Уже нет, — ответил он. Маринетт судорожно вздохнула. — Нет. — И ты тоже ни с кем не встречаешься. — Откуда тебе знать, — пробормотала она. — Спросил твоих друзей, — засиял Адриан. Маринетт моргнула. — Ты что? — Это они посоветовали готовить для тебя, чтобы растопить твое сердце, — Адриан почесал затылок. — Я не готовлю для всех подряд, когда хожу в гости. Это было бы странно. Маринетт ощутила себя слегка прибитой. — Странно, да. — И опять же кое-что странное все-таки есть, — заметил Адриан. — Когда я смотрю на этот вибратор, то ощущаю дежавю. Блин, он точно был в моих фантазиях. — И во мне, — пробормотала Маринетт. Адриан подавился от смеха. Маринетт коснулась своего лица. — Кажется, я схожу с ума. — Разве это я не должен говорить? — У меня нервный срыв, — решила Маринетт. — Да, точно. Все кончено. Я прожила прекрасную жизнь. — У тебя кризис среднего возраста? — хмыкнул Адриан. Маринетт смерила его взглядом. — Спасибо, ты не помогаешь ни разу. Он поднял руки, признавая поражение. Она продолжала сверлить его взглядом. Адриан широко улыбался. — А чего ты такой счастливый, а? — проворчала Маринетт. — Нас буквально прокляли. На его щеках проступили ямочки. — Я тебе нравлюсь. — Это неважно, когда ты буквально не можешь ко мне прикоснуться… — Правда, — мрачно подтвердил Адриан, глядя на свои руки. — Может, мне поискать проклятый прибор для себя, чтобы испытать на своей шкуре? Маринетт засмеялась. — Балда. — Отчасти я совершенно серьезно. — Не думаю, что это хорошая идея. Адриан надул губы. В итоге сериал они так и не посмотрели. Адриан решил уйти, пока они чего не натворили. Пусть Маринетт старалась не думать о его словах, но он все-таки признался ей в своих чувствах. И это было взаимно. Она оставила вибратор валяться на полу и игнорировала его даже после ухода Адриана.

***

Число зависло на десятке. Адриан вел себя так, будто ничего не произошло. Точнее это было не совсем так. Он относился к ней, как и раньше: звонил ей по вечерам, писал ей утром сообщения с пожеланием доброго утра и потом в течение дня тоже. Единственное, теперь Маринетт замечала, когда он флиртовал с ней. Селфи должны были ее насторожить. С того самого вечера никто из них не поднимал тему их взаимной симпатии. Адриан напомнил, что они пропустили кучу серий. И, так как смотреть за один вечер три серии подряд было слишком амбициозно, он приходил каждый день, чтобы посмотреть вместе по одной. И был осторожен в том, чтобы не касаться ее. Маринетт носила пижаму с длинными рукавами и штанами, чтобы избежать ненужного контакта. Это было ужасно неловко. Хоть по телефону Адриан успешно скрывал, что это его не беспокоит, скрыть такое при встрече было невозможно. Они сидели на противоположных концах дивана. Адриан даже возвел между ними барьер из подушки. И во время просмотра он то и дело кидал на нее взгляды. И когда Маринетт ловила его за этим, он тут же сосредотачивался на сериале, смущенно краснея ушами. Нельзя было сказать, это было к лучшему или нет. Он вроде сказал, что она ему нравится, и все-таки… Ничего не происходило. Маринетт теперь понимала, что он флиртовал с ней всю дорогу, и как он себя вел тогда в баре тоже служило веским доводом, но сам Адриан никак не пытался подтвердить то, что происходило между ними. А Маринетт истратила весь свой запас уверенности, когда завела разговор про вибратор. И как теперь подступиться? Потому что все указывало на то, что они так и остались друзьями. И мечта, что он вдруг увидит в ней больше, чем просто подругу, так и осталась в мечтах. Когда на экране пошли титры, Маринетт спросила: — Что теперь? — Ну, еще одну серию я не выдержу, — Адриан потянулся. — Вчера я так задержался допоздна, так что еще немного и я просто вырублюсь. — Я не об этом, — прошептала она. Он удивленно выдохнул. — Вот как. — Вот как? У нее в нутре неприятно поджалось. Адриан нервно рассмеялся. — Ты поверишь, если я скажу, что понятия не имею? Маринетт пожала плечами. — Взаимно. — Я поискал информацию о таких проклятиях, но бесполезно, — сказал Адриан. — Гугл тут вообще не помощник. — Похоже, одна я купила этот вибратор. И отзыв там только мой. Еще я проверила другие товары, которые были распроданы, и там не было ни одного странного отзыва. Адриан сглотнул. — Понятно. — Не верится, что ты реально… поверил во все это, — глядя на него широкими глазами, прошептала Маринетт. — Я думала, ты сбежишь. Адриан склонил голову. — Правда? — Ну, да? — прозвучало, как вопрос. — Я никогда… даже не думала, что у меня есть шанс с тобой. И до сих пор сомневаюсь. — А ты бы… хотела? — Ты сейчас серьезно спрашиваешь? — громко выдохнула она. — Но ведь из-за волшебного вибратора ты можешь не захотеть, — Адриан принялся мять подушку. — Я даже обнять тебя нормально не могу. Мы вообще немногое можем делать. — Мне нравится проводить с тобой время. Он улыбнулся. — И мне с тобой. — А тебя это не отталкивает? — спросила она. — А похоже? Я же тут. — И то верно. — согласилась Маринетт. — Я не хочу кидаться в омут с головой, — сказал Адриан, теребя уголок подушки. — Особенно когда ты думаешь, что меня контролирует секс-игрушка. У Маринетт вспыхнули щеки. — Ты обвиняешь меня? — Да, — ответил он. — Ты замечательная и я запал на тебя задолго до того, как ты это купила. Честно говоря, я немного обижен. — Но я заставила тебя думать обо мне. — Я и так о тебе думал, — просто ответил Адриан. — А теперь и в совсем интимном плане. — А о чем ты думал до этого? — с улыбкой поинтересовалась Маринетт. Он смущенно улыбнулся в ответ. — О том, что приготовить тебе на ужин. Она смутилась. — Правда? — Ну, мне же так посоветовали, помнишь? Маринетт рассмеялась. — Как мило. — Я хотел тебя впечатлить, — пробормотал он. — Что ж, сработало, — заверила его Маринетт. — И возбудило меня. Это было так мило и по-домашнему. Он закашлялся. — Ты буквально видел число раз, когда я кончала, думая о тебе, — сказала Маринетт, закрывая лицо руками. — А ведь один раз мы все отменили! Адриан прочистил горло. — Я… прям польщен. — Польщен? — переспросила Маринетт. — Я просто хочу залезть под камень и умереть. — Но тогда мы больше никогда не увидимся. — Вот именно, — процедила она, проводя ладонью по лицу, прежде чем посмотреть на Адриана. Он выглядел не менее смущенным, чем она, что утешало. — Не так я думала тебя соблазнить. — О, а ты об этом думала? — просиял Адриан. — Не в этом дело… — Признаюсь, мой план не заходил дальше готовки еды, — перебил он Маринетт, задумчиво постукивая себя по подбородку. — Всегда ведь был шанс, что ты просто влюбишься в меня без памяти и попросишь остаться с тобой навсегда. Маринетт прыснула. — Эй, не смейся надо мной, — потребовал Адриан, пытаясь не улыбаться. — Я абсолютно серьезен. — Конечно, конечно, — ответила Маринетт. — Это возможно. И все еще может случиться. — Теперь ты меня обнадеживаешь? — фыркнул он. — Где еще я найду того, кто примет меня после того, как я его прокляла? — задала вполне резонный вопрос Маринетт. — Такое случается типа раз в жизни. Вот так, ты предназначен мне. Адриан мечтательно вздохнул. — Какая романтика. Маринетт показала большие пальцы вверх. — План с едой сработал. — Это твой вибратор сработал. Я знаю, как ты выглядишь без одежды. Маринетт подавилась от смеха. — Адриан! — Ой, слишком рано? — рассмеялся тот. — Ты никогда не рассказывал, что там представлял себе! — Тебя интересовал только этот вибратор… — А теперь ты говоришь слишком много! — воскликнула она. Адриан обнял подушку. — Господи, какая же ты милая. — Ты со мной флиртуешь, — заметила Маринетт. — Да, — подтвердил он, прижимаясь щекой к подушке. — Что скажешь? Маринетт изменилась в лице. — Что я должна облачиться в комбинезон, чтобы нормально к тебе прикоснуться. — А мы можем… с этим как-нибудь покончить? — Я просто умру, — отрезала она. — Ну, не за один раз же, — предложил Адриан. — Один раз за вечер? Не так уж и страшно. Всего десять раз. Если ты не воспользуешься им снова… — Не буду. Он белозубо улыбнулся. — На всякий случай спросил. Удивительно, но Маринетт даже не захотелось спрятаться под кроватью от стыда. — Кажется, тебе слишком много известно о моей личной жизни. — А что если я буду держать в одной руке твой вибратор, а мастурбировать другой? — начал размышлять вслух Адриан. — Это бы уравняло нас в нашей ситуации? Я просто не любитель засовывать что-либо в задницу. Она испуганно хихикнула. — Нет? — Ну, ты не узнаешь если не попробуешь, — Адриан поднял брови. — Зато это будет честно. — Давай не будем, — решила Маринетт. — Идея просто ужасная. Если ты хочешь, чтобы я тебя когда-нибудь отодрала, давай обсудим это позже. Он громко рассмеялся, пряча лицо в подушку. Его всего трясло, пока он ржал, а Маринетт ужасалась словам, что только что вылетели у нее изо рта. — Не могу поверить, что я только это сказала, — скривилась она. — Ты лучшая, — из-под подушки ответил он. Вот только она таковой себя не ощущала.

***

План был прост — они не будут придавать этому сексуальный подтекст. Детали они обсудили по телефону. Маринетт была слишком смущена последним разговором и в итоге Адриан ушел, вообще никак не приближаясь к ней. — Это даже не приятно, — попыталась объяснить она. — Но ведь должно? — с неподдельным интересом спросил Адриан. Маринетт задумчиво промычала. — Это как-будто тебя ударили, только без боли. — …Что. — Ладно, это не лучшее объяснение. Смотри, кончать, когда не особо возбужден и не прикольно ведь? Я ведь даже не могу настроиться. В трусах сухо, как в пустыне. Он честно пытался не смеяться. — Ноги просто подгибаются, и перед глазам расплывается, — добавила Маринетт. — Это слишком интенсивно. — Я обязательно сделаю фото. — Ты же уже это видел, — проворчала Маринетт. Он усмехнулся. — Я видел тебя в кровати. — Стоп, так ты знаешь, как выглядит моя спальня…

***

Адриан притащил с собой торт. И вместо того, чтобы отдать Маринетт, он оставил его на кухне. Было ясно, что в его план выходило сначала приготовить ужин — не хотел изменять традиции. Адриан достал продукты из сумки, и продолжал болтать, как будто все в порядке. Маринетт потянула его за футболку. Он посмотрел на нее через плечо. — Да? — Коснись меня, — скомандовала Маринетт. Он моргнул. — Уже? — Думаю, надо пошире расставить ноги, — задумалась Маринетт. — Тогда я точно не упаду. Или не точно? Наверное? Не знаю. Адриан прокашлялся. — Может, ты тогда просто сядешь? Так как со стола она однажды чуть не свалилась, Маринетт села на диван. Адриан проверил, чтобы она опиралась на спинку. — Так нормально? — спросила Маринетт. Он засмущался. — Думаю, да. Теперь смутилась и она. — Давай просто покончим с этим. Он ахнул. — Ты что, хочешь, чтобы наш первый раз прошел вот так? — Адриан! — Это твой первый оргазм с тех пор, как мы вместе… — Мы вместе? — ахнула Маринетт. — Эм, наверное? — он почесал затылок. — Мы вместе? — Я тебя спрашиваю. Адриан пожал плечами. Маринетт пожала в ответ. Он рассмеялся первым. — Ладно, поговорим об этом, когда разберёмся с… твоей ситуацией. — Согласна, — пробормотала она. Затем закрыла глаза и протянула руку. — Просто… сделай это уже. Не предупреждай. Как с уколом. — А если я поражу тебя в самое сердце? — пошутил он. — Все ещё не смешно. — Я не мастер, — согласился он. — Но мысль была. Ты заметила мои намерения. — Хочу заметить твою руку, — ответила она. — Трогай уже. — Тебе не угодишь, — поцыкал Адриан. Маринетт пощёлкала пальцами. А затем едва не сложилась пополам. А ведь Адриан чуть до неё дотронулся. — Ты как? — В полном порядке, — громко выдохнула она. — Только мое тело пытается меня убить. Беспокоиться не о чем. — Ну, все, королева драмы, — сейчас Адриан был не так обеспокоен, как в прошлые разы, когда она перед ним кончала. — Приятно видеть, что у тебя есть силы на сарказм. Маринетт зло на него посмотрела. — А можешь снова начать меня жалеть? Мне так больше нравилось. — Это все равно что просить тебя практически со мной не разговаривать, — ответил он, упирая руки в бока. — Это невозможно, ведь ты теперь знаешь каков я… и я знаю, что оказываю на тебя буквально волшебное воздействие. — Проклятое, — поправила она. — Палочка волшебная, а не проклятая, — заметил он, задирая нос. — Магия витает в воздухе. Буквально. Маринетт рассмеялась. — Говоришь такое, когда мы даже не сходили на первое свидание? Он подмигнул. — Мы даже не оказались в одной постели, а я уже продемонстрировал тебе, что у меня в арсенале. Маринетт швырнула в него подушкой. Адриан ойкнул.

***

Официально они были просто друзьями. Неофициально, Адриан пытался превзойти сам себя в том, насколько тупо можно было довести Маринетт до оргазма. В какой-то раз он решил, что будет смешно щелкнуть ее по носу, когда она его обзывала, и она чуть не выколола себе глаз от неожиданности. В другой раз он дал ей пять. Затем он предложил сыграть в камень-ножницы-бумагу, чтобы посмотреть, как она будет страдать от проигрыша. Но Маринетт выиграла три раза подряд, так что он решил ткнуть ее в отместку в бок. Нужно было коснуться кожи. Маринетт продолжала носить одежду с длинными рукавами, когда он приходил. В последний раз, когда она закатала рукава, то завопила от шока, что даже прибежали соседи выяснить, все ли с ней нормально. Адриан считал ее выбор одежды просто уморительным. Он ржал до хрипа, когда Маринетт надела под пижаму водолазку. — Ты такая милая. Она фыркнула. — Это для самозащиты. — Мне нужна защита для моего сердца, — проговорил Адриан, касаясь своей груди. — Кажется, в меня вонзили нож. Это нормально? Я так и должен себя чувствовать? Маринетт закатила глаза. — Балда. Он направил на нее пальцы-пистолетики. — Только ради тебя. Маринетт прыснула. В этот раз он решил коснуться ее указательного пальца своим.

***

Адриан пришел с розой. Маринетт едва машинально не захлопнула перед ним дверь. Он всунул в проем ногу. Маринетт прищурилась. — А это зачем? — Сегодня последний оргазм нашей дружбы, — предельно серьезно сообщил Адриан. — Прими эту розу в знак надежды, что у нас после будет множество нормальных оргазмов. Она уставилась на него. Он улыбнулся. — Да ты не серьезно. — О, нет, напротив, — сказал Адриан, крутя розу в руке. — Или одной розы мало? Я думал принести тебе столько роз, сколько у тебя было оргазмов, но я не знаю точное количество. Маринетт ощутила, как загорелись щеки. — Ненавижу тебя. Его улыбка даже не дрогнула. — Неправда. — Ты худший, — надавила она. — Все для тебя, сладкая. Она поперхнулась. — Это даже не имеет смысла… — Можно войти? Маринетт отошла в сторону. Адриан отвесил поклон и протянул ей розу. — Худший, — пробормотала она, осторожно забирая розу. — И ты все равно меня впустила, — заметил Адриан, разуваясь. — Прости, сегодня без еды. — Тебе не надо приносить мне еду каждый раз, — сказала Маринетт, крутя розу в руках. — Блин, наверное, у меня не будет вазы. — Стакан тоже подойдёт. И правда. Маринетт поставила розу в стакан на кухне. Она поправила ее и сделала фото. — Ну, что? — спросила она, когда заметила, что Адриан смотрит. — Мне еще никто не дарил цветов. Я праздную. — Я могу принести тебе еще. Маринетт усмехнулась. — Нет, мне и этого хватит. — Я купил целый букет. Он у меня дома на кухне, — признался он. — Сколько же ты потратил? Адриан аж расцвёл. — Что за фигня? — пожаловалась Маринетт вслух, убирая волосы за уши. — Ты слишком щедрый. Я же ничего тебе не подарила. — Мы не встречаемся, — напомнил он. Маринетт изменилась в лице. — Пока что. Адриан улыбнулся. — Еще успеешь меня избаловать. — Тогда давай покончим с этим, — Маринетт потянула его за рукав к дивану. — Я покупаю ужин. Ты не можешь отказаться. — Это сильно. Маринетт села. Адриан осторожно сел рядом. — Я чувствую давление. — Это последний раз, — сказала Маринетт. — Ты сможешь. Я верю в тебя. — Так себе поддержка, — он сморщил нос. — Что, если я не смогу с этим жить? Волшебная палочка больше не будет под моим контролем. — Да, господи, — процедила она. — Ты серьезно жалеешь, что секс-игрушка снова себя проявит? Адриан сохранил серьезное лицо. — Она очень мощная. — И от этого никакого удовлетворения, — сказала Маринетт. — Я больше этого не хочу. Он хмыкнул. — Слабо верится. — Попробуй тогда на себе, — фыркнула Маринетт. — Я бы не проклял тебя, это подло, — покачал головой Адриан. — И я просто боюсь, что если я куплю что-то такое в интернете? Мало ли что еще может оказаться волшебным? Да я с ума сойду, даже не успев ничего купить. Она пощелкала пальцами. — Ты уходишь от темы. — Я делюсь переживаниями, — он надул щеки. — Тебе что, все равно? — Давай закончим с моими проблемами для начала, — надавила Маринетт. — Можешь поплакаться мне в плечо позже. — Я хочу сейчас. — Ты хочешь меня поцеловать или нет? Не тяни время. — Что если это не стоит ожидания? — Адриан посмотрел на нее большими глазами. — Что если я плохо целуюсь, и мне просто никто никогда об этом не говорил? Или я ужасен в постели? Это будет таким разочарованием… Маринетт щелкнула его по носу. Адриан ойкнул и отшатнулся. Маринетт сложилась пополам от оргазма. — Я был не готов! — завопил Адриан. — Я тоже, — зажмурившись, ответила Маринетт. — Ты в порядке? — Адриан наклонился к ней. — Чувствуешь… эм, удовлетворение? Маринетт посмотрела на него снизу вверх. — Я чувствую, что мое тело меня ненавидит. — Зря, ты ведь такая классная, — с улыбкой сказал он. — Странно спрашивать, но покажешь тату? Можешь пойти в ванную, если тебе неудобно показывать сейчас. — Да все нормально, — ответила Маринетт, задирая кофту. — Ну что там? Адриан наклонился ближе. — Тут ничего нет? — Правда? — Маринетт опустила голову посмотреть. Тату и правда пропало, и Маринетт провела рукой по животу. — Ну, наконец-то этот кошмар закончился. — Не так уж все было и плохо. — Пардон? — вскинула голову Маринетт. — Ну, то есть, — Адриан примирительно поднял руки. — И-иначе я бы не признался тебе? Скорее всего, нет. Я ужасный трус. — Ты даже не знал, что я к тебе неравнодушна, — ответила Маринетт, опуская кофту. — Может, тебе в первую очередь стоило узнать об этом. Все вокруг в курсе о моем краше. Адриан выглядел до одури счастливым. — Правда? Маринетт покривилась. — Забудь, что я сказала. — Не-не-не, расскажи, — сказал он, придвигаясь к ней и закидывая руку за спинку дивана. Так близко они давно не сидели. — Поподробнее. — Ненавижу тебя, — соврала Маринетт. Адриан положил руку ей на плечо. — Уверена? — Да, — без смеха ответила она. — Ты худший. — Судя по тому, как часто ты мне это говоришь, приму это за комплимент, — ехидно заметил Адриан. — Ты цундере? — Отвали. Он громко рассмеялся. Маринетт прокашлялась. — Ты мне нравишься. — Круто, — ответил он. — Приятно слышать. Маринетт проигнорировала. — Говорю сразу, что не хочу торопить события. — Да, я понял, — без колебаний ответил Адриан, откидываясь на диване. — Это все было так… экстремально. — Проклято, — пробубнила она. — Получается, я теперь могу взять тебя за руку? — улыбнулся он. — Прямо сейчас? — уточнила она. — Прямо сейчас, — подтвердил Адриан, накрывая ее руку своей. — Это называется дать пять, — прищурилась Маринетт. — Это даже не твоя ладонь, — он побарабанил по ее пальцам. — Вот почему это неловко, — кивнула она. — Тебе лишь бы покритиковать, — цыкнул Адриан, переворачивая ее ладонь и переплетая с ней пальцы. — Вот, теперь не будешь жаловаться. Его ладонь была тёплой. — Я не жалуюсь, — Маринетт вдруг смутилась. — Ладно, ты просто цундере, — хохотнул Адриан. — Какой же ты виабушник, — пробормотала она. — Вот, снова жалуешься! — восторженно воскликнул он. — Видишь, я прав. Давай, продолжай, я так буду чувствовать себя еще умнее. — Ты слишком много просишь, — она сжала его руку. — Разве? — рассмеялся он. — Балда, — ласково сообщила она. — На которого ты запала. Маринетт прыснула. — Ты туда же. — Запал на самого себя? Да, — Адриан кивнул. — Любовь к себе — это очень важно. Поэтому я не позволю тебе себя саму оскорблять. — Тебя оскорблять значит можно? Он подмигнул. — Зависит от ситуации. Маринетт сглотнула. — Ты мне очень нравишься. — Класс, — повторил он. Она ткнула его локтем в ребра. Он со смехом попытался увернуться. — Ты мне нравишься! Маринетт фыркнула. — Теперь это звучит неискренне. — Меня заставили, — подтвердил он. — Ты ужасен, — Маринетт сложила руки на груди. — Я собираюсь заказать на ужин самой вредной еды, и ты это съешь. — Это мое наказание? — с ликованием поинтересовался он. — Да, — решила она. — Потому что тебе подходит. — Почему? Потому что я готовил для тебя? Я же говорил, это было, чтобы тебя впечатлить. Я совершено спокоен насчёт заказной еды. — Да? — не поверила Маринетт. — Абсолютно. Дома я постоянно заказываю еду. Особенно, когда все сковородки грязные, потому что мой сосед забыл поставить их в посудомойку. — Чувствую себя обманутой, — хмыкнула Маринетт. — Я думала, ты, типа, за зож и все дела. Ты же вечно таскал овощи. Адриан просиял. — Так и задумывалось. — Но зачем? — Чтобы произвести на тебя впечатление, — пожал плечами Адриан. — А что может быть более впечатляющим, чем показать себя ответственным? Вот так. Маринетт даже не могла не согласиться. — А ты… больше не собираешься пытаться произвести хорошее впечатление? — Мне кажется, ты уже хорошо меня знаешь, — заметил Адриан. — Пора открыть тебе моего внутреннего гоблина, посмотрим, сбежишь ли ты. Маринетт рассмеялась. — Ты думаешь, я сбегу? — Ты вполне можешь пнуть меня и дать деру, — сказал Адриан. — Ты же больше не привязана ко мне стремной тату. И если я тебе все-таки не нравлюсь, мы можем спокойно разойтись. — Адриан, — мягко произнесла Маринетт, глядя ему прямо в глаза. — Ты же не думаешь, что я уйду? — Я не знаю, — признался он. — Мы у меня дома. Он поморщил нос и рассмеялся. — Ты меня поняла… — Да, знаю, — Маринетт сжала его руку. — Я просто думаю, что ты балда. Любовь к себе, говоришь? Перестань себя принижать. — Не оборачивай мои слова против меня. Маринетт подмигнула. — Я никогда тебя за это не прощу, — пробормотал он. — Я придумаю, как загладить вину. — Нет, не сможешь. Маринетт наклонилась к нему и спросила: — Ты уверен? — Да, — без колебаний ответил он. Маринетт поцеловала его в щеку. Адриан пытался не улыбаться. Она поцеловала в другую. — Так не честно, — громко выдохнул он. — Но я же заглаживаю вину, — просияла Маринетт. — Но тебе надо сделать кое-что еще. — Вот теперь ты меня поддерживаешь, — выгнула бровь Маринетт. — Именно когда это удобно для тебя. Какой ужас. Адриан надул щеки. Маринетт кратко чмокнула его в губы. Он постучал по своей нижней губе. — Еще раз. — Раскомандовался тут, — хихикнула Маринетт, задевая его носом, но не целуя. — А мне с этого что будет? — Поцелуй. — Как-то не очень собл… Адриан поцеловал ее. Маринетт закрыла глаза и ответила на поцелуй. Раньше она так переживала от одной мысли о том, чтобы находиться рядом с ним, но теперь ее сердце не сходило с ума. Маринетт чувствовала себя так спокойно, когда он нежно убрал волосы от ее лица и обхватил щеку. Прикосновение было таким же мягким, как и его губы. Маринетт положила руку ему на бедро. Он углубил поцелуй. А когда они оторвались друг от друга и Адриан уткнулся лбом в ее лоб, она не могла отвести от него глаз. Маринетт широко улыбалась, не в силах облечь свои чувства в слова. У Адриана с этим проблем не было. — Ты мне очень нравишься. — Так и должно быть, — Маринетт облизнула губы. — Мы встречаемся. — Ты права, — согласился он. В уголках его глаз собрались морщинки, когда он улыбнулся. Маринетт снова его поцеловала. У Адриана хватило ума спросить: — Как тебе в сравнении с волшебным оргазмом? Она кинула в него подушку. Он ойкнул.