О сложностях тайной личности.

Просыпаться в Башне для Питера было обычным делом. Жилые комнаты находились на высоте аж сорока этажей и встречать здесь рассвет было не просто прекрасно, а идеально для мальчика, который всё своё детство смотрел на звёзды, мечтая стать кем-то значимым. Он до сих пор не мог поверить, что его мечта сбылась. Но в тот день рассвета он не видел. Проснулся позже обычного и разбудило его чувство чего-то неправильного, как часто бывает: просыпаешься и понимаешь, что что-то в привычном ходе вещей пошло не так. Потёр глаза, разминая затёкшие после сна мышцы и тут же был захвачен в плен тёплых рук. Старк смотрел на своего протеже сверху вниз, сидя на краю кровати, наблюдая за тем, как солнце ласково гладит по-юношески нежное лицо. И лишь когда Питер сам начал просыпаться прикоснулся к нему: по подбородку к дрожащим ресницам и зарываясь в волосы, мягкие, нагретые утренним жаром. В его постели было много молодых людей: парней и девушек, разных возрастов, национальностей и профессий, но никто не задерживался тут так долго, как маленький супергерой, для которого Старк должен был стать отцом. Но что-то пошло не так и детское восхищение Железным Человеком в сердце Питера Паркера переросло во вполне взрослое желание завладеть человеком, скрывающимся под маской. А Старк…он был слишком стар и заёбан от этой жизни, чтобы противиться мальчишке и самому себе. Тони позволял ему слишком многое. — Который час? — Восемь. — мальчишка, который ещё секунду назад был похож на расслабленного котёнка подобрался и вскочил, садясь на кровати. И увидел, что мистер Старк уже полностью одет, а солнце поднялось подозрительно высоко. Питер зашарил руками по тумбочке в попытке найти свой телефон, и, когда-то тот всё же оказался в его руках, в голосе начали проскакивать истеричные нотки. — Мне же в школу! Почему Вы меня не разбудили? Почему мальца так волнует эта школа Старк понимал слабо. Научить его там ничему полезному уже не могли, он давно опередил школьную программу и был посвящён во всё происходящее в лабораториях и мастерских Старк Индастрис, о чём молодые люди его умственных способностей и ниже не могли даже и мечтать. А те, кто был умнее, хотя таких находилось не много, уже тут работали. — Во-первых, перестань обращаться ко мне на «Вы», я ещё не настолько стар, да и отношения у нас с тобой давно неформальные, а во-вторых: я понятия не имел, что тебе сегодня в школу, Питер. Прогуляй? Паркер метнул на наставника раздражённый взгляд, в котором не осталось и капли утренней нежности и быстро натянул на себя бельё, одной рукой печатая что-то в телефоне. Старк молча подождал, пока пацан полностью оденется и медленно подошёл к нему. Подумал: надо отвезти его на море. На недельку. Отдохнуть, убрать эти синяки у него под глазами и затёкшие после тренировок мышцы, которые Питер каждое утро с болью разминал. — Питер, — начал он, попытавшись звучать заботливо, снова прикасаясь к его лицу. Питер смотрел на него устало и немного раздражённо, будто хотел вырваться — угомонись. До занятий ещё полчаса, купи себе кофе, а я пока вызвоню Хэппи и он тебя отвезёт. Наклонился, чтобы его поцеловать и Питер не отстранился. Кофе и правда был хорошей идеей, да и Хэппи прибыл менее чем за пятнадцать минут и день перестал казаться Питеру таким мерзким и раздражающим, как с самого начала. Пока он не оказался сидящим в классе рядом с Нэдом, окружённый своими не особо доброжелательными одноклассниками. Друг первым делом попытался узнать что же заставило Питера опоздать в такой «важный день», но вразумительного ответа не услышал. И только потом до Питера дошло почему он получил столько сообщений с утра. Что за день такой важный? — Сегодня контрольная по алгебре? — спросил он, устало опираясь локтями на парту и услышал смешок спереди, который совершенно точно издал Томпсон. — Сегодня день твоего позора, Паркер. — протянул он, медленно поворачиваясь. Нэд молчал и Флэш продолжил, осматривая Питера, словно его футболка была перепачкана кетчупом или на лбу была огромная надпись «НЕУДАЧНИК» — Экскурсия в башню самого Тони Старка! Какое же везение, что она выпала именно нашей школе, иначе ты продолжал бы вешать всем лапшу о своей липовой стажировке. Утреннее раздражение за секунду вернулось, заполняя Питера до краёв. Ему хотелось залепить Томпсону рот паутиной и подвесить за окном класса, заставляя умолять о пощаде и сгорать от позора, осознавая, что он готовил такие мерзкие вещи Человеку-пауку или прямо сейчас позвонить Старку и попросить его пересказать, как он теряет контроль каждый раз, когда Питер Паркер оказывается в его постели, но это, к сожалению, было невозможно. Каким бы Питер не был сильным, какой бы интересной не была его жизнь, рассказывать о ней было попросту запрещено, даже если очень хочется утереть нос школьному задире. Это глупо и по-детски и Питер хотел бы избавиться от эгоистичного желания самоутвердиться без мысли о последствиях, но не мог. Хорошо, что был достаточно умён, чтобы сдерживаться. Он намеренно проигнорировал Флэша и обратился к другу: — Экскурсия? Почему я ничего не помню об экскурсии? — Потому что ты ничего никогда не помнишь. Это было правдой. Сложно помнить мелочи, связанные со школой, когда голова забита мыслями о спасении мира и, совсем немного, о восхитительном Тони Старке. Только сидя в автобусе, охваченный смутным чувством стыда, Питер осознал, что сейчас на кону стоит его репутация. Если класс окончательно убедится в том, что никакой стажировки не существует, о спокойном конце учебного года можно и не мечтать — затравят как за милую душу. Но и привлечь к себе слишком много внимания никак нельзя, иначе особо умные индивидуумы могут начать задавать вопросы. Например, Мишель: она умная девочка. Сидела в другом конце автобуса и Паркер замечал, как она иногда поглядывает на него с непонятным выражением лица, на котором смешались заинтересованность, лёгкая насмешка и капля высокомерия. Когда автобус, слишком быстро, не дав Питеру времени на подготовку, остановился недалеко от входа в башню и со стороны Флэша Томпсона снова начали доноситься разного рода высказывания, она задержалась на своём месте, вместо того, чтобы выйти одной из первых. Проходя мимо неё, Питер остановился. — Чего так улыбаешься? — спросил он и девушка пронзила его насквозь одним проницательным взглядом. — Да так, — ответила она, откинув с плеча кудрявый хвост — чую, сегодня будет что-то интересное. Покажешь нам представление? Показать представление было бы сложно, учитывая то, что, едва войдя в здание, Паркер почувствовал себя очень неловко. Его миры неожиданно столкнулись, и одноклассники оказались в мире, где их никогда появляться не должно было. В мире, где Питер Паркер был молодым гением и Человеком-пауком, а-не простым школьным задротом. Встречала их высокая темнокожая женщина, которую Питер видел всего пару раз. Секретарша Пеппер Поттс поприветствовала класс, лишь на долю секунды задержав взгляд на Питере и провела их к турникетам, попутно рассказывая о том, как устроена система безопасности Старк Индастрис. — Вход через турникеты осуществляется с помощью отпечатка пальца: это то, что невозможно забыть дома и потерять, именно поэтому мистер Старк выбрал именно такую систему индикации своих сотрудников. Конечно, в ней есть и свои минусы, но плюсов намного больше. Специально для вас система будет отключена на несколько минут. На самом деле, идею с отпечатками подкинула Пеппер, и Питер об этом прекрасно знал. Он даже видел на лице Тиары неуловимо проскальзывающее недовольство тем, что приходится присваивать заслуги Поттс Тони Старку. Питер пропустил одноклассников перед собой, уступил даже Флэшу, который, проходя, одарил его широкой издевательской ухмылкой и прошёл самым последним. Тиара улыбнулась, наблюдая за этим и тихо напомнила, что он мог бы воспользоваться своим отпечатком. От маленького напоминания о своём особенном статусе, по телу Питера пробежала дрожь. Приятно было осознавать свою значимость в этом здании, свою власть. Он вспомнил, как признавался в любви Старку, вспомнил, как Старк ответил ему взаимностью, вспомнил, что из всех людей Тони спас бы именно его. Но был спущен на землю. — Чё застыл, боишься что твоя ложь наконец расскроется? Тиара обернулась на Томпсона и встретилась с Паркером понимающим взглядом. — Держите себя в руках, юноша, тут вам не базар. Её строгий голос заставил Флэша заткнуться. Питер выдержал его раздражённый взгляд, впервые за долгое время и экскурсия пошла своим чередом. Питер особо не слушал: он и так знал всё, о чём рассказывала Тиара и в разы больше, он рассматривал всё вокруг и ждал. Ждал хоть чего-то, что выдаст его тайну. Оно нашлось на четвёртом этаже, в одной из лабораторий, в которую им удалось попасть, на почти сороковой минуте экскурсии. Брюс Беннер тут же заметил его в толпе подростков и не стал этого скрывать. — Питер! Выйди и помоги мне кое-что показать ребятам, пожалуйста. Парень почувствовал, как к лицу стремительно приливает жар, на языке собрался горький привкус волнения. Взгляды одноклассников оказались обращены прямо на него и Питер опустил глаза в пол, боясь увидеть то, что в них скрыто. Удивление? Насмешка? Брюс Беннер смотрел на него с лёгкой усмешкой во взгляде. Питер пробрался в первый ряд и встал рядом с ним. С этого ракурса его одноклассники выглядели как самые настоящие дети, попавшие во взрослый мир. Они этому месту не подходили. — Старк Индастриз занимается разработками не только в технической сфере, но и в фармацевтике. Пока все проекты находятся на стадии доработки, но уже в скором времени мы выйдем на рынок, но не с обычными препаратами, а с тем, — он выдержал паузу, переведя взгляд с группы на Питера — что может превратить обычного человека в настоящего супергероя. Группа завозилась, зашепталась, голоса смешались в гул. — Мистер Беннер, что вы имеете в виду? Вы что, создаёте наркотик? — произнесла Мишель и, хотя её голос не был громким, только она смогла привлечь внимание Брюса. Он попросил Питера достать образец сыворотки и ответил: — Ни в коем случае, мисс, наши препараты будут повышать активность мозга и продуктивность, но не будет вызывать зависимости, конечно, если употреблять их согласно инструкции. Питер стоял посреди лаборатории с двумя небольшими пузырьками и, наконец, в полной мере почувствовал, где находится. Его взгляд наткнулся на Томпсона, выделяющимся из толпы, таращащимся на него с открытой неприязнью.

***

Им показали всего пять этажей башни. Столовая находилась на шестом, выше — офисные помещения, тренировочные площадки, мастерские, лаборатории и жилые комнаты, скрытые от лишних глаз. Питер чувствовал себя одухотворённым и напуганным одновременно, окружённый одноклассниками. Насколько же огромной властью он владел здесь, как Человек-паук, как Мститель, как любовник Тони Старка, как Питер Паркер. Тем не менее, отвечать на вопросы одноклассников не хотелось. Намного удобнее было оставаться незаметным, серым отличником, чем видеть в их взгляде интерес. Интерес, который может повлечь за собой не самые приятные последствия. Особенно не хотелось отвечать на вопросы Флэша Томпсона, но потасовки было не избежать и к тому моменту, как их решил посетить сам Тони Старк, на тайну личности Паркеру уже было плевать: он был готов прихлопнуть Флэша прямо на месте. — Да ты сто процентов попал сюда только потому, что жопу свою подставил! Это было последней каплей. Питер вскочил из-за стола, схватил Томпсона за плечо и повалил его на стол, одним точным ударом вышибая из него дух. Его нос уловил нотки мандарина ещё до того, как Старк вошёл в столовую. Представшая перед ним картина мужчину позабавила: целая толпа скопилась вокруг одного стола, на котором, распластавшись лежал какой-то пацан с выпучеными от испуга глазами, а над ним стоял паучок, занеся кулак для удара. — Что, извольте поинтересоваться, здесь творится? — Нарочито грубовато. Питер тут же отпускает Томпсона, позволяя ему выпрямиться и нервно одернуть рубашку. Взгляд его из раздражённого тут же становится виноватым. — Мистер Паркер, могу я узнать, по какой причине Вы повздорили со своим одноклассником, да ещё и в стенах башни? Малой замялся и Старку это не понравилось. Значит, Флэш сморозил что-то, что вслух повторять не хотелось, тем более — ему. — Ничего серьёзного, мистер Старк, мы просто немного не поладили, больше не повторится. Мишель посмотрела Паркеру за спину, с удовольствием наблюдая, как Флэш начинает краснеть от злости. А вот сам Питер стоял, заведя руки за спину, будто его словили на чём-то постыдном. На ладонях осталось немного паутины: не сдержался, ещё бы немного и залепил бы Томпсону рот. А потом последовало бы долгое и нудное выяснение отношений, попытки не дать этой информации утечь за пределы башни и все были бы провалены. Это того совсем не стоило. Тони видел по малому: то, что он не смог держать себя в руках ему совсем не нравится. И он боится, хоть пытается не показать, что Старк его осудит. Он делает несколько шагов к замершим школьникам и ослепительно им улыбается. — Что вы стоите? Перед вами Тони Старк, автографы брать будете или мне уйти?

***

— Задержись. Питер остановился как вкопанный, пока одноклассники стройными рядом покидали помещение, одним глазом поглядывая на него. Когда столовая совсем опустела, он повернулся. Старк, наконец, расслабился, развалившись на стуле, и смотрел на него как-то ехидно, будто знал что-то, о чём Питер даже не догадывался. — Ну и что он тебе сказал? — Ничего. Тони улыбнулся и встал, подходя ближе к своему любовнику. Всё-таки, Питер ещё мал, и один факт присутствия Тони в радиусе метра заставляет его нервничать и почти всегда — говорить правду. — Врёшь, малыш. Ну что он такого мог ляпнуть, чтобы ты аж паутину пустил, а? Чёрт, заметил. Иногда, но только иногда, Питеру казалось, будто Тони хочет, чтобы Человек-паук раскрыл тайну своей личности. Он сказал как-то: мы бы стояли с тобой вместе перед репортёрами как охуительно крутая супергеройская парочка. — Сказал, что я заработал стажировку здесь через твою постель. Тони прыснул, но сдержал смех, когда понял, что Питеру совсем не смешно. Неужели он и в самом деле?.. — Питер, — вмиг посерьёзнев начал он, положил руки пацану на плечи, пытаясь заглянуть ему в глаза — ты ведь не считаешь, что этот идиот прав? Питер боялся, что он был прав. Что все его заслуги лишь выдумка и лесть, что, в отличии от Человека-паука, Питер Паркер Старку совсем как личность не интересен. Просто молодое бездумно влюблённое тело. Но смотря на Тони Питер видит совсем другое. Беспокойство. Тепло. Тони берёт его лицо в свои ладони. — Питер, ты — талантливейший из всех, кого я знал, а живу я долго, один из лучших мстителей и выдающийся ум, который сделает множество открытий. Для меня честь наблюдать тебя в стенах своей башни, да и в целом в своей жизни. А теперь — в мастерскую. Он отпускает опешившего Питера и широко улыбается. — Давай, стажёр, не зазанавайся, у нас сегодня много работы. Башня успокаивать после нашествия толпы пубертатной молодёжи, а Питер присел рядом, облокотившись на руку Тони Старка щекой и подумал о том, что зря он, конечно, пошёл сегодня в школу.