Я вернусь

В доме Джека тихо, не считая шума с кухни, где его мать готовит что-то себе. «Ночной перекус, похоже», — хмыкает про себя Арси, снимая с себя футболку и штаны. Хотя стоит отдать должное, готовила Джун вкусно. И даже позволила ей помыться и переночевать у них в доме, потому что на базу возвращаться не было времени. Арси расстегивает бюстгальтер, стягивает трусы… И замирает от слабого порыва ветра. Она же закрывала окно? Или нет… …А потом её обнимают сзади. Одна ладонь ложится на её живот, другая — на грудь, и Арси уже дёргается, чтобы вырваться и криком предупредить Джун о том, что кто-то в доме, но ухо опаляет горячее дыхание, и женщина слышит тихий бархатный голос: — Чш-ш, ты же не хочешь разбудить своего напарника, верно? — Эйрахнид откровенно и тихо смеётся ей на ухо, отчего Арси бросает в дрожь. Что она здесь делает?! И если… Если Эйрахнид здесь, значит она тоже знает, где живёт Джек, а если забралась сюда именно в тот солцикл, когда здесь сама Арси, значит следила за домом Джека?.. Почему тогда не напала? — Неужели ты проглотила язык, дорогая моя? — Эйрахнид поглаживает её по животу, касаясь шрамов, а Арси так и стоит, игнорируя прикосновения. — Я забралась сюда только ради тебя, а не этого мальчишки. Мне нужна ты. — И моя девственность? — огрызается Арси. Если для Джека и его матери нет угрозы — можно поговорить, отвлекая фемконку. — А ты готова мне её отдать? Ты не умеешь шутить, милая. — Не готова, у меня её нет. И я не милая, — Арси прижимают к себе ещё плотнее, но ей не хочется вырываться. То ли потому, что тогда мала вероятность, что Эйрахнид не переключится на Джека, то ли потому, что прикосновения… Приятны? Шарк подери, нет! Ни за что! Но она не вырывается даже тогда, когда Эйрахнид слабо царапает её лопатки; когда кусает в шею до судорожного вздоха. — Прекрати… — Арси выдыхает это слово и поражается тому, как слабо и неуверенно звучит её голос. В ответ — усмешка. — Неужели тебя так смущает твоё положение? — Эйрахнид прижимается грудью к её лопаткам, но в отличие от Арси, она одета. И от осознания этого становится жарко. — Тут… Джек… И Джун не спит… — Тогда будь тише, — Эйрахнид кусает её за мочку уха. В ответ Арси тихо шипит, на что фемконка прижимает к её губам пальцы. — А представь себе, что сейчас сюда зайдёт Джек. И увидит тебя обнажённой. Или Джун. Как быстро они упадут в обморок? — томный бархатный шёпот Эйрахнид будто обволакивает сознание, и Арси уже не так яростно этому сопротивляется. Но пытается перехватить ладонь Эйрахнид, которая накрывает её левую грудь, и вновь чувствует клычки — длиннее, чем у обычного кибертронца — у себя на загривке. — Отпусти меня. Это неправильно, так быть не должно. — Тогда… — Арси замирает, ощущая горячий и влажный язык на своей шее. — Закричи. Позови на помощь. Если ты считаешь это настолько неправильным. Я не буду тебя удерживать или пытаться заткнуть. И что-то в её тоне заставляет осознать: действительно не будет. То ли спокойствие, без намёка на флирт или игривость, то ли уверенность в своих словах. Арси стоит, замерев: в голове крутятся мысли о том, что ей действительно нужно позвать кого-то. Нужно. А чего хочет она сама? Она не знает. Или не хочет задумываться об этом — привыкла следовать приказам и правилам, привыкла действовать с оглядкой на них и игнорировать свои желания. На войне по-другому нельзя, на войне либо ты, либо тебя. Но с Эйрахнид такой трюк не пройдёт. С этим нужно смириться. — Так чего же хочешь ты? Не ты-солдат, а ты-обычный кибертронец? Делай свой выбор, Арси. И когда Эйрахнид произносит последнюю фразу, Арси уже знает ответ на её вопрос. И позволяет поглаживать внутреннюю сторону своих бёдер, рвано выдыхая и губу закусывая от жара внизу живота. Шлак, как давно она не испытывала такого… Как давно не расслаблялась рядом с кем-то, и сейчас неважно, что это — бывшая подруга — враг. А от её прикосновений, медленных, нежных и неторопливых она слабо дёргается, то ли пытаясь избежать их, то ли ещё больше прижимаясь к ладони и пальцам. Но отвечать на вопрос Арси, разумеется, не собирается. Ни за что. Пальцы сжимают слабо сосок, Эйрахнид снова кусает и целует в шею — похоже, останется след. — Эйрахнид!.. — шёпот выходит слишком громким и Арси торопливо зажимает себе рот. — Как я вернусь на свою базу с… Засосом? — Никак. Зачем тебе эти автоботы, почему бы тебе просто не уйти от них? — Я не уйду. Они — мои това… — и дышит тяжелее от ласк, прерываясь на полуслове. Эйрахнид отстраняется от неё ненадолго — и через клик вновь прижимается к спине, только уже обнажённой грудью. А потом продолжает гладить её тело, пальцем «нечаянно» задевая клитор и половые губы. Арси вздрагивает и выдыхает чужое имя на грани с тихим стоном. Она возбуждена до предела, но тихое причмокивание сбоку несколько смущает — Эйрахнид слизывает с пальца её смазку. Голова идёт кругом и женщина прикрывает глаза, цепляясь за стену. Арси привыкла руководить процессом — и с Тейлгейтом всегда было так. Но сейчас Эйрахнид главная, и этому не хочется сопротивляться. Стук в дверь прерывает её мысли и вырывает из сладкого ощущения удовольствия от прикосновений и объятий Эйрахнид. Та беззвучно выдыхает ей в шею, продолжая слабо кусать в плечо. — Арси? У тебя всё в порядке? Или не можешь включить воду? Могу показать, как это делается на Земле. — Не нужно, Джун, — голос не дрожит лишь чудом, — всё в порядке. — Если будет что-то нужно — зови, — и тихие шаги тают в снова наступившей тишине, прерывающейся лишь её тяжёлым дыханием и тихими смешками Эйрахнид. Она дышит Арси в затылок, гладит по груди, затвердевшим соскам, животу. Слишком бережно — для десептикона — очерчивает шрамы, задерживаясь на одном из них — под грудью. — Откуда он у тебя? — Уже не помню, после какого-то сражения ещё на Кибертроне, — Арси дышит тише, сдерживаясь. Но возбуждение снова подняло голову. Совершенно неожиданно её подхватывают на руки — Эйрахнид залезает вместе с ней в ванну и садится сзади, включая воду. В ответ на попытку развернуться — жаркий и жадный поцелуй в шею. — Джун ведь предлагала тебе помощь, — новый поцелуй, уже в загривок, — но ты отказалась. А я тебе с радостью помогу. Арси уже не против такой помощи, подставляет шею под поцелуи, запрокидывая голову на плечо Эйрахнид. И смотрит на неё снизу вверх из-под полуприкрытых век. А потом её целуют в губы горячо и страстно, накрывая одной ладонью грудь, а другой поддерживая её голову — и Арси шумно выдыхает в поцелуй, глуша в нём ненужные звуки. Голова кружится от осознания того, насколько неправильные с точки зрения автоботской морали вещи она позволяет с собой делать, по коже бегут мурашки — но отстраниться она не может. Или не хочет? А какая к чёрту разница, когда во рту пересыхает, когда она сама тянется за очередным поцелуем, когда прижимается к Эйрахнид, которая слабо кусает её за губу, когда она сама позволяет сжать грудь в ладони, помассировать соски и жарко выдыхает в чужие губы сдавленное: «Надеюсь, ты не бросишь всё на полпути». Наконец она отстраняется и садится поудобнее, тянясь за шампунем. Руку перехватывают. — Ну какая же это помощь, Арси? Эйрахнид выливает шампунь на ладонь, начинает мылить её спину — спокойно и тщательно, потом касается ягодиц — Арси слабо дёргается, но ладонь, лежащая на животе, удерживает её. Она ерзает, специально мешая фемконке мылить её плечи — неизвестно откуда появляется желание ещё больше раздразнить: и в «наказание» получает укус в шею. — Какая непослушная автоботка. У вас всех учат так себя вести, м? Жаркий шёпот Эйрахнид снова заставляет Арси покрыться мурашками. Внизу живота приятно тянет и теплеет от её слов и тона. Слишком горячо. Слишком много чувств, накрывающих с головой. А потом Эйрахнид властно целует её, заставляя завалиться назад и вбок, на свою руку и бортик ванны. Прикусывает нижнюю губу, урчит, поглаживая шею. — Ты даже сейчас умудряешься быть непокорной, Арси. И от того, как звучит её имя из чужих губ — низко и хрипло, Арси дышит тяжело, обнимая Эйрахнид за шею и глядя в лиловые глаза, затуманенные тем же — она в этом уверена, — чем и её глаза. Страстью и возбуждением. Она зарывается пальцами в чёрные волосы, слабо сжимает их на затылке — и шумный выдох не ожидавшей этого Эйрахнид глохнет в поцелуе. Арси прижимается плотнее, пользуясь её замешательством, целует жарче, пытается перехватить инициативу, но Эйрахнид посылает все её планы к чёрту — и целует так, что у неё дыхание перехватывает, отстраниться не даёт. А потом вводит в неё один палец. Арси вздрагивает, сжимая его внутри себя и чувствуя, как Эйрахнид осторожно поглаживает стенки подушечкой пальца. Она дышит тяжелее, ерзая и напрягая мышцы ног, упираясь в бортики и цепляясь судорожно за плечи. Губы покалывает от чужого тепла. Эйрахнид добавляет второй палец — так же аккуратно, как первый, даёт привыкнуть. А потом начинает дразнить — целует в шею, медленно двигая рукой. Арси закусывает губу, сдерживая стоны и слушая хлюпанье своей же смазки. Эйрахнид большим пальцем массирует клитор. Дыхание сбивается и учащается, Арси торопливо сглатывает вязкую слюну, тяжело дыша и подаваясь навстречу её руке. Эйрахнид ускоряет движения, и стоны сдерживать становится всё труднее. Арси почти задыхается, запрокидывая голову на бортик и рвано выдыхая. В глазах темнеет. Поцелуй в шею. Толчок. Язык, скользящий по ключицам. Толчок. Арси не ерзает — ладонь Эйрахнид ложится на её талию и удерживает в одном положении. Но тихий стон она не сдерживает, когда снова целует её в губы. Расслабляется, жмурясь от удовольствия: в голове пусто, нет мыслей о том, что то, что здесь произошло только что — неправильно. Эйрахнид вытаскивает пальцы, специально снова нажимает на клитор — Арси мелко вздрагивает от ещё не схлынувшего возбуждения, торопливо прикусывает нижнюю губу фемконки, тяжело дыша ей в губы. Дыхание восстанавливается через клик, и всё это время Эйрахнид прижимает её к себе, нежно поглаживая по плечу и голове. Шепчет что-то ласковое на ухо, зачем-то говорит, что у неё красивая грудь. Целует в щёку: и на фоне всего, что они здесь творили, это действие кажется до безумия странно целомудренным. Они моются второй раз — но уже вдвоём и так, как это изначально хотела сделать Арси; а потом вместе вылезают из ванной, вытираясь одним полотенцем. Обнимаются, поглаживая друг друга по плечам. Арси бормочет что-то невнятное о том, что их могут спалить. Шлак, спалить — и это звучит даже немного смешно. Взрослые женщины... Они враги, напоминает себе Арси. И того, что было... Чёрт, вообще не должно было быть! Но напоследок, когда обе уже одеты, они снова целуются. Жарко и страстно, прижимая друг друга к себе до слабой боли. Зарываются пальцами в волосы, кусают за губы и не могут оторваться. Но это нужно сделать. И Арси отстраняется первой. — Я ещё вернусь, Арси, — Эйрахнид почти шипит в её губы своё обещание, отстраняется и бесшумно скрывается в темноте, вылезая в окно. Арси остаётся одна и какое-то время смотрит на улицу. Она знает, что Эйрахнид выполнит это обещание. И рано или поздно они снова встретятся.