Мы ещё встретимся, онни?

      Шухуа бежит со всех ног в сторону Cube Entertainment. На благо общежитие находилось в 15 минутах от агентства. Бежит что есть сил. Мысль о том, чтобы успеть, прибавляла ей сил. Слезы уже щипали глаза.       — Этого не может быть, — бормотала она себе по нос, словно находясь под гипнозом.       Серые тучи становились грязного темно-синего оттенка. Дождь с каждым рывком усиливался, пока и вовсе не пошёл ливень. Настолько сильный, что дальше своего носа ничего не было и видно. Но Шухуа не сдавалась. Она должна добежать до агентства, пока онни не ушла. Не ушла, не попрощавшись.

***

      Шухуа сидела в своей комнате в общежитии. Непоседливый малыш Хаку бегал из угла в угол, пока его хозяйка читала книгу. Поглядывая из-за книги за питомцем, она улыбалась и продолжала чтение дальше. В комнате пахло заженными благовониями, которые ей подарила Суджин. Когда это было? Да, точно, во время проумошена с HWAA. Тогда макнэ была немного расстроена из-за того, что не могла танцевать в полную силу. Растяжение давало о себе знать и в начале продвижения, но она держалась, лишь бы мемберы не беспокоились. Всё тайное становится явным — рано или поздно. И чтобы взбодрить малышку Шу, Суджин пришла к ней с коробочкой благовоний. Шухуа тогда в шутку возмутилась, что это не то, что она бы хотела получить. Суджин лишь рассмеялась и чмокнула девушку в щёчку.       Аромат сандала и специй успокаивал. Как говорила онни ей в тот вечер:       — Это благовоние — настоящий подарок для благополучия и здоровья человека, — словно профессор в университете, отметила Суджин. — Очищает ауру и прану человека, усиливает энергетику, способствует расслаблению и вхождению в медитативное состояние, снимает все виды тонких и магических воздействий, очищает помещения от негативной энергии.       И была права. Или это было само влияние Суджин? Точного ответа Шу не знала, но сама забота от СуСу заставляла биться сердце чаще. О ней все девочки заботились как о младшей сестрёнке, но с Со Суджин было все иначе. Это было нечто большее, чем дружеские отношения. Девушка отложила книгу, громко вздохнула и уставилась в потолок. Шухуа хотела ей признаться, открыться, но боялась. Боялась, что Суджин назовёт её чокнутой и их общение прекратится. Возможно, оно бы не было больше настолько близким, как сейчас. Только из-за скандала сама Со не выходила на связь. Сколько бы раз Шу не пыталась связаться с ней, девушка сбрасывала звонки и игнорировала сообщения. Последний раз они разговаривали около двух месяцев назад. И то разговор закончился на неоднозначной ноте. С мемберами Суджин тоже не связывалась. Соён, однажды, решила навестить подругу, но никого не было дома. Лидер до сих пор не теряет надежды связаться с ней, как и Шухуа, но пока все безрезультатно. Все они переживали за состояние Суджин, но у Юци, Минни и Миен сейчас дел по горло.       Негативные мысли снова заполнили голову, от чего та начинала болеть. Может, погода? Нынче погода в Сеуле совсем не радовала. В последнее время в основном дожди, только на выходных бывает солнце. Шу закрыла глаза и попыталась откинуть самый худший сценарий, который так навязчиво крутился в голове. Если бы это случилось — им бы давно об этом сообщили. И онни не могла, нет. Она сильная и, самое главное, она не виновата. Это всего лишь грязные слухи, которые перешли черту дозволенного.       Поток мыслей прервал телефонный звонок. Шухуа подняла голову и лениво осмотрела комнату. Хаку уже не слонялся по комнате, а устроился на своей лежанке. Он недовольно сморщил мордочку из-за противной трели телефона. Шу сморщила лицо в ответ и потянулась за гаджетом. На дисплее экрана высветился номер Соен. Возможно, чтобы снова оповестить о том, что завтра запись для демо-версии новой песни.       — Да, онни, — радостно пропела девушка.       — Шухуа, ты можешь сейчас прийти в агентство? — от подавленного голоса Соен у Шу сжалось сердце. Учащенное сердцебиение, руки вспотели так, что выступали капельки пота.       — Что случилось? — радостный тон поубавился. Голос начал дрожать от волнения. Это то, что она думает?       — Это насчёт Суджин…

***

      Шухуа сжала губы и закрыла глаза. Ещё немного и она окажется в стенах агентства. Лишь бы Суджин не ушла. Почему она решила так поступить? Нет, она не могла так просто сдаться. Онни не такая. На протяжении трех лет она не сдавалась. Даже на Queendom она боролась до конца, когда силы были на исходе. И сейчас так просто опустить руки не может.       Шу спотыкается об что-то и падает. Прямо в чёртову лужу. Бьёт сильно кулаком, сдерживая всхлип. Брызги разлетаются в разные стороны. Нужно вставать, онни ждать не будет. Шухуа приподнимается аккуратно. Верно она почувствовала; левое колено разбито в кровь. Ну и пусть, плевать. Она должна идти. Должна остановить от поспешно принятого решения.       Охранник ругается на весь корпус, но Шу пролетает мимо. «Ещё немного», — пробубнила она, поднимаясь по лестнице. Чуть не вышибает дверь в переговорную. Волосы мокрые, голубой свитер весь в пятнах, а на темных рваных джинсах добавилась новая дырка. И видит её: такую чистую и красивую. Впрочем, как и всегда её онни идеальна. Только её глаза такие грустные и без привычного ей блеска.       — Прости меня, — виновато произносит Суджин и опускает голову.       Ей стыдно. Она уходит, никому ничего не объяснив. Да и не хочет. Она хочет забыть всю эту историю. Но никогда она не забудет и не выбросить, словно ненужную вещь, свои воспоминания с (G)-IDLE. Сколько они пережили, через что они прошли вместе. Суджин будет не хватать группы. Ей будет не хватать этого большого ребёнка в виде Е Шухуа. Но так будет лучше для всех.       — Почему ты сдалась? — Шухуа закипала от злости.       Суджин вымученно улыбнулась, не решаясь поднять голову. Она когда-то обещала малышке Шу, что не оставит её, чтобы не случилось. Она знала, что для неё она пример для подражания. Она знала, что Шу любит её. Не как подругу, нет. И сейчас ей не хочется делать больно, но и попрощавшись она не могла уйти.       — Онни! — надрывный крик девушки заставляет Со поднять голову.       Шухуа стояла, сжимая кулаки. Слезы она не стала сдерживать. Злость на эту слабость била ключем. Хотелось подойти к Суджин и потрясти её. Привести в порядок, направить в нужнее русло. Чтобы она не ушла, осталась рядом. Сейчас они стоят друг напротив друга и их разделяет стол, который Шухуа бы с радостью смела со своего пути. Суджин лишь сжала губы. Ей было больно смотреть на неё такой. И снова Со причинала боль.       — Пойми, так будет лучше, — тихо сказала Суджин.       Чувство, будто в её глотку заливают цистерну магмы. Она жжётся, плавит, рвет связки на тонкие нити мяса, которые пахнут как гниль. Также и её слова сейчас ранят любимого и дорого ей человека. Та самая, которая поддерживала, всегда была рядом, заботилась. Делала все, лишь бы Со чувствовала себя хорошо. А сейчас им приходиться расстаться на такой ноте. Уходит так, будто её и не было. Только не для Шу.       Шухуа медленно подходит к Суджин. Слезы текут по щекам. На коленке застыла кровь, боли не было. А вот где-то в груди боль была — очень сильная. Суджин двинулась навстречу. Руки тряслись, как и тело в целом. На глаза поступали слезы, но девушка пыталась сдерживаться. Напоследок она не хотела дать слабину.       Они встали в метре друг от друга. Ни одна из девушек не решалась сократить расстояние. За окном уже гремел гром и сверкали молнии. Свет в помещении иногда мигал, но не критично, чтобы подумать о сверхъестественных явлениях. Они любили придумывать всякие страшилки, чтобы пугать мемберов. А теперь этого не будет.       — Я люблю тебя, Шухуа, — Суджин облегчённо выдохнула, смотря в глаза девушке напротив. — Пожалуйста, прости за эту боль.       Шу потеряла дар речи. Неужели её чувства были взаимны? Впрочем, это не важно, ведь они обречены. Суджин уходит. Она не оставит очередную открытку из ближайшего магазинчик с милой подписью на обратной стороне, не поцелует в лоб на прощание, уходя из её комнаты после очередного проведённого вечера вместе. Шухуа подходит ближе и аккуратно касается лица Суджин. Она уходит и не вернётся никогда, и Шухуа знает об этом. Знает, какая она упрямая, знает, как следует своим принципам безупречно, никому не позволяя сломать этот стержень убеждений и клятв внутри себя. В этом и заключается сила Со Суджин. А сейчас она сломана, и Шу ей не может помочь.       Шухуа плачет тихо, так, чтобы никто не услышал. Потому что это — момент слабости, последний перед тем, как она уйдёт.       — Мы ещё обязательно увидимся, — голос Со дрожит и она крепко обнимает Шу.       Плечи Суджин дрогнули, а руки сильнее сжали в объятьях Шухуа. Она не хотела её уходить, оставить Шу одну…       — У меня нет другого выхода, — прошептала Суджин и чмокнула подругу в макушку. Опустилась чуть ниже. Она хотела запомнить вкус губ Е Шухуа напоследок. Ежевичный вкус бальзама для губ, который она подарила Шу: так просто, без повода. Поцелуй прерывается.       Шёпотом, словно боясь спугнуть:       — Мы ещё встретимся, онни? — Шухуа рукавом свитера вытерла дорожку слез.       — Да. — Суджин улыбается в ответ.