Smultronställe

POV Алекси. Из воспоминаний...       2:34 ночи, мы сидим на полу, ты что то опять бормочешь мне. Из всего твоего нескончаемого потока мыслей, я понял только то, что вы расстались. Забавно, ты же говорил что вы с ней навсегда? А то, что ты приходишь ко мне каждую ночь и говоришь всякую чушь, для тебя всё ерунда. Ты же сам сказал мне тогда: «Алекс, успокойся, мы же просто с тобой друзья». Только почему я находился с тобой в самые трудные моменты, а не она? Почему я успокаиваю тебя, когда новая паническая атака подкрадывается к тебе незаметно? Да, согласен, так и должны поступать друзья. Веришь или нет, но я же никогда не забуду вкус твоих губ-мятные сигареты с привкусом виски.Наверное, твои действия были просто неосознанные-думаю я, поглаживая твои светлые волосы, пока ты чуть ли не засыпаешь у меня на коленях. POV Автор.       Йоэль был вовсе не из тех кто привык к нежности,даже он не до конца осознавал смысл объятий. Честно говоря, Хокка сам не осозновал,почему такой хороший персонаж как Алекси, когда то встретился ему на жизненном пути и теперь никуда не уходит. Разве этот перкуссионист сможет быть судьбой для него? «Вряд ли он предначертан мне небесами» — иногда думает Йоэль.       Очередная сумрачная ночь в Хельсинки, солнце уже давно зашло за горизонт, а людей на улице вообще было не видно, кроме двух парней гулявших по центральной набережной Хельсинки. — Это так странно, но я никогда не чувствовал подобного.Алекси, что ты со мной делаешь? — говорил не совсем трезвый Хокка,обнимая Алекси. Каунисвеси был уверен, завтра Йоэль будет говорить что между ними совсем ничего не было.А вечером он вновь поедет к своей Эмме, пока Алекс будет думать «Что же в очередной раз я сделал не так?». — Я определённо запомню этот момент.— обнимая в ответ Йоэля шептал ему Алекс — Поцелуй меня — произнёс Хокка смотря на удивлённые глаза младшего — Чтоб…голова закружилась.Я же уверен, тебе надоело быть недотрогой. Каунисвеси тут же впился в желанные губы рокера, улыбаясь через этот поцелуй.Оторвавшись от губ парня, Йоэль тут же взглянул на покрасневшего от смущения перкуссиониста. — Разве друзья так делают? — поинтересовался Алекси. — Мне просто захотелось поцеловать тебя, в этом ничего такого нет. — безэмоционально проговорил Хокка отдаляясь от парня. — Ничего такого? Хотя, да, ты прав.Ничего такого в этом нет, я просто люблю тебя, а ты играешь на моих чувствах. — тихо произнёс Алекси смотря в глаза Йоэлю, но уже отходя на достаточное расстояние от парня. — Что ты сказал? Алекси, подожди. — уже кричал Йоэль Алекси, когда младший уходил всё дальше и дальше. — Йоэль, пожалуйста, не подходи больше ко мне.И если у тебя вдруг опять будут проблемы с твоей Эммой, не приползай ко мне по ночам с рассказами о ней.Я же вижу,ты не нуждаешься в моей поддержке.       Придя домой Алекси кинул ключи от квартиры на пол, вместе с любимой кожанкой.Каунисвеси был не из тех кто любил рассказывать о своих проблемах первому встречному, точнее он вообще не особо рассказывал кому то о своих проблемах.Хоть и с Алекси всегда был готов поговорить Томми, который знал о всей ситуации между ним и Йоэлем.

Он просыпался только c егo именем нa губax,

Он нежнo ему улыбался, скрывая боль и стpax,

И в каждом пpохожем видел он только егo,

Зная, чтo истиннo любит толькo егo одногo!

Он емy кричал «Как мне без тебя?

Прошy тебя, будь co мною! Иначe нe переживy!»

Ho тот в ответ, пропускал лишь мимo, поток горячиx слов,

Он ему отвечал хладнокровнo: «Мы же два парня.Я к этомy нe готов!»

А он его егo умолял слёзно: «Подари мнe хоть однy ночь!»

Он толькo улыбался и уходил прочь.

А он всего себя дарил ему, улыбаясь

сквозь слезы,

Егo боготворил одного, вce былo очень серьезнo…

POV Алекси.       Зачем я вообще начал это близкое общение с Хокка.Я же не думал о том, что ему совершенно всё равно на мою нежность и тёплое отношение к нему. Почему он каждым своим словом причиняет мне боль, а потом уходит даже не извинившись.Но зато каждую ночь приходит ко мне и я успокаиваю его, я же только хотел сделать ему лучше, но он не привык к такому отношению. POV Автор. Спустя 2 дня… — Алекси, ты здесь? — спрашивал драммер Томми, открывая дверь квартиры Алекси. Зайдя в небольшую квартирку Томми оглядывался по сторонам, Алекси сидел на диване чиркая что то в блокноте, а на столе вновь лежали разбросанные упаковки из-под анксиолитиков. Алекси даже не поднял глаза на только что пришедшего друга. — Ты вновь принимал эту дрянь? Алекси, сколько можно говорить в твоём состоянии тебе это вовсе не нужно.Сколько ты принял? — спросил драммер держа в руках пустые упаковки. — Три таблетки сегодня и четыре вчера — поднял голос Алекси, на что Томми только выпучил и без того большие глаза. — Ты что в могилу себя загнать хочешь? Четыре таблетки эта слоновая доза! Тем более, когда курс их приёма ты должен был закончить ещё месяц назад. — отчитывал драммер друга. — Я просто хочу морального спокойствия, Томми.Мне надоело постоянно думать о Йоэле, а благодаря этим транквилизаторам я хотя бы на чуть чуть забываюсь. — произнёс Каунисвеси откинув голову на край дивана.       29 июля концерт Blind Channel в Хельсинки… Алекси Каунисвеси выбравшийся из дома впервые за несколько дней,стоя на сцене подготавливал оборудование к предстоящему концерту группы, всё должно звучать идеально.В выступлении столь известной группы в Финляндии, с репутацией «6 место на Евровидении» просто не должно было быть каких то проколов, поэтому к каждому концерту группа относилась максимально ответственно. — Хэй, Алекси, чего у тебя это синяки под глазами.Не высыпаешься что ли? — будто назло фыркнул Хокка,подходя к перкуссионной установке.В ответ на вопрос Йоэля, Алекси предпочёл просто промолчать.       До выступления группы оставались считанные минуты, Алекси сидел за небольшим столиком в их шатре и наблюдал за тем, как Порко пытается ровно накрасить свои глаза. В один момент в их шатёр ввалился Хокка, видимо забывший что то: — Эмма, подожди, я телефон найти не могу. — сказал Йоэль девушке, которая стояла и смотрела на своего молодого человека. — Эмма, какие люди на нашем концерте! Здравствуй. — поздоровался Йоонас смотря на блондинку. — Привет Йоонас…и Алекси — в ответ на приветствие Алекси просто кивнул, не очень он желал разговаривать с этой девушкой. — Да вот же он! — сказал радостный Хокка найдя телефон в кармане кофты. — Пойдём. — взяв девушку за руку, они пошли ближе к сцене и остальной команде. Когда Хокка со своей «любовью» вышел из гримерной, Алекси оставалось разве что тяжело вздохнуть. Порко, подошедший к Алекси сказал младшему: — Держись — и аккуратно похлопал по плечу, хоть Йоонасу и не была известна вся ситуация, но он был из тех людей, которые были способны поддержать в любой момент.       Выйдя на сцену группа начала как всегда «разносить» этот фестиваль в пух и прах.Восторженные крики фанатов, поцелуи Нико и Йоонаса и взгляды Йоэля направленные на Эмму, стоящую за сценой.Всю эту красочную картину и наблюдал Алекси, стоя за перкуссионной установкой.Иногда в такие моменты, Каунисвеси даже изъявлял желание играть на басу или электрогитаре, чтобы не наблюдать за милыми взглядами Йоэля, к сожалению, не в его сторону. Прозвучала Dark Side, вокалисты прощаются со зрителями и удаляются за сцену вместе с остальными. В гримерной Йоэль лишь единожды бросил взгляд на перкуссиониста, в глазах Хокка читалась жалость? Да, жалость по отношению к Алекси.Жалость за то, что Каунисвеси влюбился совершенно не в того. — Хокка такой довольный ходит в последнее время. — подметил фотограф Кирил. — Конечно довольный, у него же скоро свадьба, наверное скоро… — улыбался Моиланен. — Какая свадьба? — подавился Олли салатом. — Так он же Эмме три дня назад предложение сделал. — перебил Порко Нико, который хотел сказать тоже самое. В это время Алекси сидя в углу дивана даже не мог осознать разговор друзей, получается его предали? А Йоэлю даже всё равно было на его чувства… Хокка было слабо признать то, что ему нравится этот парень и он тут же убежал назад к своей Эмме, которая вновь сможет растоптать его душу.Жаль только, на растоптанную душу Алекса всем было наплевать. — Алекси, пойдёшь сейчас с нами в бар? — спросил Нико у друга. — Нет, спасибо, я что то устал.Лучше мне домой поехать. — вздохнул Маттсон. — Ты точно сам доедешь? — побеспокоился Томми. — Конечно. — Алекс улыбнулся, тем самым показав что всё с ним будет хорошо.       Вернувшись домой Алекси прошёл на кухню, он точно помнил-остатки анксиолитиков Томми положил именно туда.Хоть Томми и запретил вновь употреблять эти таблетки Алекси, но ведь Томми тут сейчас нет.Сейчас в этой квартирке находится только Алекси и его вечно нарастающая тревожность, которую просто требовалось чем то погасить.       Ему было очень плохо, а все лишь говорили «ерунда, пройдёт…».Но им не понятно всем было то,что ело его изнутри. Голубоглазый смысла не видел в своём существовании, постоянно ища в себе синего кита.Умолял сам себя прекратить эти страдания.Если честно, всё равно ему уже было на страдание и горе близких, друзей.Он был уверен-никому до него даже и дела нет, ну поплачут они немного, потом вновь успокоятся и забудут.Но Алекси и рад был даже сделать им больнее, может тогда они перестанут его игнорировать.Но будет уже поздно. Алекси открывает упаковку транквилизаторов, несколько таблеток уже находятся в ладони музыканта.Из дальнего шкафчика на кухне Каунисвеси достаёт бутылку текилы, которую Хокка подарил ему на какой то праздник, забавно. Парень быстро глотает таблетки запивая горькой текилой, которая тут же обожгла горло.Судорожный смех проносится по небольшой квартирке Алекса. «Йоэль, зато я не буду больше мешать тебе.Будь счастлив с ней.Мы же просто друзья»-тихо прошептали чуть приоткрытые губы Маттсона, который только что упал на плиточный пол, ведь ноги уже не держали. В считанные минуты глаза Маттсона открылись, а зрачки будто вышли из орбит.Изо рта тут же пошла белоснежная пена, это говорило о наркотической интоксикации.Ведь в таблетках, которые запил текилой парень содержалась большая доля кодеина, хотя, парень и думал примерно о таком эффекте.       Примерно через час, когда парень уже ушёл в другой мир,казалось, смотря на всё это с небес.В квартиру Алекса стучится Олли, которого Томми попросил приехать и посмотреть как там Алекси, жаль что никто не торопился приезжать к нему раньше. Так как Олли посчитал невежливым врываться в квартиру парня, он решил сперва попробовать постучать в дверь.Как назло у квартиры Алекса не было звонка, ведь он заехал в неё совсем недавно после ремонта. Олли пришлось открыть дверь ключами, хоть он и не желал особо вламываться в чужую собственность.Закрывая за собой дверь, смотря на кухню Олли видит обездвиженного Алекса, лежащего на полу. Конечно Матела хоть и работал в медицинской сфере, но с подобным сталкивался крайне редко.Присев на колени перед Каунисвеси Олли взял запястье, в надежде ощутить пульс парня, но всё тщетно. «Алекси, пожалуйста, ты слышишь меня.Малыш?» Жаль что ты тоже опоздал, сердце Алекси перестало биться ещё час назад. Пытаясь сдержать плачь, Олли вызывает скорую, а потом пишет короткое сообщение Йоэлю: «Алекс без сознания в своей квартире, пульса нет.»       Скорая помощь быстро добралась до квартиры парня, как и вся команда Blind Channel, на лицах у ребят в это время не было эмоций.А сентиментальный Йоонас и вовсе успел разреветься, из-за чего Томми пришлось его успокаивать. Врач подошедший к парням подтвердил: — У него произошла наркотическая интоксикация.Не стоит мешать алкоголь с транквилизаторами.Конечно, если бы вы успели раньше, то можно было что то сделать. — сказал врач уже на улице, когда тело Алекси укрытое чёрной тканью загружали в машину.       Машина скорой помощи отъехала, все остальные разошлись.Только Хокка-оставшийся сидеть в квартире Каунисвеси, держа в руках футболку снятую врачами с Алекси,чтобы измерить сердцебиение,со слезами на глазах произнёс:«Прости меня, я не успел».

Я в твоё не стучал ведь сердце, потеряв от него ключи.

Я всего лишь тебя пытался неосознанно излечить

От потерянности, и боли, и от чувства слепой вины…

Я не знал но, любовь и нежность тебе, в общем-то, не нужны.

Но тогда я не понимал: я как будто бы был в бреду.

Мне казалось, что я способен отыскать тебя и в аду,

И на дальнем краю Вселенной, и на самых глубинах дна.

Мне казалось, мы были вместе. Только там я был сам с собой.

Ты был для меня загадкой, твои мысли — сплошной туман.

Я лишь знал, что страдал ты долго от глубоких душевных ран.

Я считал себя тебе столь нужным и хотел я тебе помочь.

Может, сил не хватило вовсе… Может, было совсем невмочь…