Наркобарон из Кайо-Перико

      Пляж Кайо-Перико был очень оживлён уже с самого утра. Каждую пятницу Стриклер устраивал на острове вечеринку, которая длилась несколько дней, вплоть до конца недели.       Пляж располагался в западной части острова и отделялся от всей остальной инфраструктуры Кайо-Перико: скалистая местность вокруг перекрывала обзор на другие части острова. По периметру пляжа дежурила штатная охрана Эль-Рубио — нарушителей, которые пытались покинуть пределы вечеринки, силой возвращали обратно или вовсе депортировали с острова.       Это единственное место, куда допускали туристов. Хотя и далеко не всех: нужно было иметь определённые связи в элитном клубе Music Locker в Лос-Сантосе, чтобы получить пригласительное. На вечеринку часто приезжали именитые музыканты, а в разогреве толпы традиционно принимал участие музыкальный продюсер Марк Джордан, больше известный как DJ Pooh. Эль-Рубио очень любил Пуха и не представлял тусовки без этого человека.       В тот день вечеринка началась без главного гостя. Эль-Рубио находился в своём кабинете и внимательно просматривал какие-то бумаги. Стриклер кинул пачку бумаг в мусорное ведро, и на одной из бумаг показалась фотография самого Эль-Рубио, на ней он передавал что-то в руки губернатору штата Сан-Андреас Джоку Крэнли.       Стриклер спустился в подвал, чтобы навестить пленённого журналиста. Адам в этот момент спал на сыром полу. Рядом с ним лежала нетронутая тарелка с едой. Келли отказывался есть, но жажда мучила настолько сильно, что принять подачку наркобарона всё же пришлось — бутылка рядом с Адамом была пустой.       — Эй, проснись, — сказал Хуан, открывая клетку Адама, — нам нужно прокатиться и обсудить возникшее недопонимание между нами.       Адам с недовольством открыл глаза и осмотрел взглядом Стриклера. Хуан держал вытянутую руку, чтобы помочь Адаму встать, но тот не принял помощи и поднялся сам.       — Мой водитель ждёт на улице, — сказал Эль-Рубио и направился к выходу. Адаму ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       Во дворе комплекса стоял роскошный четырёхдверный седан Enus Stafford красного цвета. Рядом с автомобилем докуривал сигарету личный водитель Хуана. Увидев Стриклера, водитель бросил окурок и открыл заднюю дверь автомобиля.       — Садись, прокатимся, — крикнул Адаму Эль-Рубио и сел в машину.       Журналист расположился рядом с Хуаном. Водитель молча сел в автомобиль, пристегнул ремень, завел двигатель и направился в неизвестном для Адама направлении.       Журналист внимательно рассматривал остров из окна седана. Пейзажи с дикой местностью и тропическими деревьями сменялись плантациями, на которых трудились чёрные рабочие.       — Послушай, — Стриклер начал диалог, прервав молчание, — я просто хочу понять, зачем тебе всё это? Разве в мире не достаточно проблем, которых можно осветить? Что тебе даст это расследование обо мне?       Адам молча смотрел в окно, не обращая внимания на Хуана.       — Обычно я не даю вторых шансов, — продолжал Стриклер, — но ты стал исключением. У тебя ещё есть возможность исправиться и вернуться живым и невредимым.       Автомобиль остановился, и Хуан вышел из него. Взгляд наркобарона был направлен куда-то в сторону моря, откуда доносилась музыка.       — Пойдём со мной, — сказал Стриклер и начал подниматься по скалистой местности. Адам последовал за ним.       Со скалы открывался красивый вид на пляжную вечеринку Кайо-Перико. На сцене выступал известный музыкант под псевдонимом Moodymann. Толпа веселилась и танцевала.       — Посмотри на это, — тихо сказал Эль-Рубио, — это всё моё. Я делаю этих людей счастливыми, я делаю этих музыкантов богатыми. И я хочу, чтобы ты был сейчас там, на этом пляже. Танцевал, пил алкоголь, веселился. А уже в Лос-Сантосе ты бы мог написать о том, какие здесь классные вечеринки.       — Я напишу о том, какая ты двуличная сука, — раздражённо ответил Адам.       Стриклер взглянул себе под ноги.       — Мы сейчас стоим на краю обрыва. Я могу столкнуть тебя с него, и ты упадёшь вон на те острые камни, — Хуан указал пальцем на чащу внизу, из-под которой торчали камни, — но тогда ты не вернёшься отсюда живым.       Адам молчал.       — Либо, — продолжал Стриклер, — ты можешь столкнуть меня с этого обрыва. Но в таком случае ты тоже не вернёшься живым.       Адам смотрел в одну точку и никак не реагировал на Эль-Рубио. Руки журналиста дрожали.       — Так что ты выбираешь? — Стриклер ехидно улыбался.       Адам резко схватил Хуана за руку, но тот быстро взял инициативу на себя и скрутил руки журналисту.       — Ничего не останавливает меня от того, чтобы сбросить тебя прямо сейчас. Но тогда твои мучения быстро закончатся. Я придумал для тебя наказание получше. Свою судьбу ты встретишь в грязном сыром подвале.       Эль-Рубио крепко держал Адама за руки. Тот пытался вырваться, но не мог этого сделать. Стриклер отвёл пленника обратно к своему автомобилю. В этот момент по просёлочной дороге проезжал военный грузовик.       — Эй, вы, — крикнул Эль-Рубио.       Автомобиль затормозил.       — Отвезите его в мой комплекс, — Стриклер толкнул Адама в сторону грузовика, — и пусть его поместят обратно в клетку.       Двое крепких солдат схватили Адама и посадили его в кузов. Хуан смотрел вслед уезжающему грузовику, после чего приказал личному водителю отвезти его на вечеринку, где продолжала играть музыка и не угасало веселье.