50 оттенков жёлтого

      Сегодняшний день определённо выдался тяжёлым. Работа в театре кипела, не было ни минуты свободного времени. Как назло, ещё и Лиса взяла отгул, уехав по личным делам. Прямо таки не продохнуть… А что может быть лучше отдыха после тяжёлого дня? Именно это было в головах Вахтёра и Директора, когда они вдвоём вышли из театра и направились в сторону небольшого кафе неподалёку. Изначально у них был план выпить по чашечке чая и разойтись по домам, но уже на месте Лохмач предложил разбавить этот невыносимый день капелькой вина, на что Вахтёр нехотя, но согласился. Заказав каждому по бокалу, те выпили, но разгоряченный разум уже не хотел уходить. Попросить ещё бутылку предложил Вахтёр, которому вино ударило в голову намного сильнее, чем тот рассчитывал. Директор всё ещё был в здравом уме, но отказать не решился. Уже через минут 30 и бутылка была добита, а двое чрезвычайно повеселили. Заключительным этапом этой пьяной эпопеи послужили два шота чистой водки, которые явно были лишними и выпитыми скорее на спор. В них не было ничего приятного, горло жгло, а из-за отсутствующей закуски каждый почувствовал несколько рвотных позывов, которые к счастью двое смогли сдержать.       В кафе уже никого не было, кроме пары официантов, протиравших столы, но гул, издаваемый нашей парой друзей, стоял такой, будто в комнате помимо них находилась ещё целая дюжина посетителей. Громкий голос Директора занимал лидирующую позицию, однако Вахтёр тоже не отставал, перебивая его на полуслове. Их разговоры лились быстро, без логических пауз и тем. Политика сменялась погодой, погода — планами на дальшейшую жизнь, а дальнейшая жизнь, в свою очередь вылилась в черезвычайно откровенное осбуждение личных интересов.       –Вот, посмотришь на тебя…— грубый голос Вахтёра звучал задорнее обычного, но мысли складывались определённо медленней       — Взрослый мужчина… — взяв паузу и сщурясь, тот начал рассматривть стол, будто собираясь прожечь его взглядом, но вскоре продолжил       — А вот к лисам ты как относишься? Одобрительно? Положительно? Не припоминаю, что кто-то из работников вызывал у тебя такого интереса, как лисы…— мужчина глухо хихикнул       — Может у тебя на них особая галочка в голове стоит?.. И не только в голове. Ты вообще?.. — Вахтёр вдруг запнулся и, видимо, потерял мысль, после чего снова уставился лицом в стол.       Директор тут же воспользовался положением дел и перехватил тему в свои руки       — Ну, а что насчёт тебя, друг мой? Весь в шрамах и ведёшь себя странно… А может дело не в твоём прошлом? Может у тебя просто предпочтения необычные?— Лохмач тоже хихинул, но не остановился там, где следовало, продолжая свой расспрос       — Любишь, когда над тобой влавствуют? Предпочитаешь унижать других? Или же сам хочешь быть униженным? — начальнику уже давно должно было прийти в голову, что тот зашёл слишком далеко и стоит немедленно закругляться, но тут разбушевавшийся разум выдал новый поворот       — Вот на сотню баксов готов поспорить, что если тебе предложить что-то этакое, ты не откажешься! Ещё и ведь заведёшься, будешь уговаривать, чтобы не останавливался! — Директор сложил руки на груди и скорчил удовлетворённую ухмылку. <      Вдруг Вахтёр резко поднял голову, округлив глаза, будто услышал что-то ужасное. Последняя фраза задела его до глубины души. Что-что, а вот такое он никому не позволит о себе думать. Мужчина нахмурил брови и выдал заплетающимся от алкоголя языком       — Да хоть сейчас готов доказать обратное! — оперевшись об стол, тот поднялся, пошатываясь, после чего залез в карман и кинул на стол смятую сотню.       — Или сам боишься проиграть?! — фраза была сказна необычаенно громко, из-за чего на эту странную пару были направлены взгляды всех, кто остался в кафе.       Лохмач хмыкнул. Отступать мужчина был не намерен. Он тоже встал, положил поверх денег Вахтёра свой взнос, и протянул руку по направлению к собутыльнику       — Хорошо. Тогда прямо сейчас всё и выясним… Только ты и я. У меня дома.       Слегка трясущийся рукой работник пожал руку начальника. Спор был заключён. Подозвав молодого парня-официанта, который очевидно не горел желанием общаться с пьяными авантюристами, двое попросили разбить их руки. Когда пожелание было выполнено, они расплатились за выпивку и нетвёрдой походкой покинули кафе, направившись к Директору домой.        Дверь в квартиру Директора медленно открылась, в нос ударил запах затхлого воздуха и пыли. Вахтёр зашёл следом за хозяином жилища, после чего дверь закрылась. Двое молча сняли обувь и огляделись.       –И что же ты придумал? — спросил Вахтёр. Его голос не излучал ни единой нотки заинтересованности.        — Проходи в спальню и снимай одежду — так же безразлично ответил Директор, его взгляд был направлен в одну точку.        — Ты… — щурясь проговорил Вахтёр, но был перебит.        — Или испугался? — Лохмач в улыбке оскалил желтоватые зубы, на щеках появился лёгкий румянец.        — Ещё чего… — буркнул себе под нос работник и поплёлся в комнату.       Уже стягивая с себя футболку, Вахтёр ненароком задумался, ради чего он всё это делает. Не уж что та жалкая сотня баксов того стоит? Хотя… Это же не ради денег! Задета честь! А в пьяном виде честь — это самое важное, что есть у человека, да и задеть её очень просто! Нужно отстоять свою правоту любой ценой, не дать опорочить чистое имя! Вахтёр прокашлялся и снял штаны. Он стоял в центре комнаты в один трусах, ожидая Директора.       Вскоре Лохмач тоже зашёл в комнату, прикрыв дверь. Не обращая внимания на гостя, тот сбросил домашние вещи с ветхого деревянного стула на кровать, а сам стул поставил в угол комнаты.        — Присаживайся… — коротко сказал тот, а сам положил на пол вещи, которые смог найти для дальшейшего времяприпровождения. Среди них была толстая бечевка, белое полотенце и набор свечей по доллару, которые завалялись ещё с прошлого года, и зажигалка.        — А ты, как я смотрю, подготовился? — не удержался от язвительного комментария Вахтёр, но всё же нехотя, сел на холодный стул.        — Что дальше? — поинтересовался тот.        — Попробуем тебя связать… — Директор сщурлся, у него слегка из-за выпивки слегка кружилась голова. Он поднял с пола верёвку и осмотрел её. По правде говоря, он сам не представлял, что как вообще выполняются подобные узлы. Лохмач перевёл взгляд на лицо работника, явно с немым вопросом.        — Чего, думаешь я что-то знаю? — Вахтёр затряс плечами, залившись приступом хохота.        — Даже если знал бы, всё равно не сказал. Ты ведь помнишь уговор? — тот кокетливо подмигнул, явно передразнивая начальника и развалился на стуле, издав протяжный вздох.        Директор в ответ лишь отрывисто хмыкнул. Видимо, придётся импровизировать… Мужчина накинул верёвку на шею Вахтёра и сделал узел на уровне шестого позвонка. Не рассчитав, тот потянул слишком сильно, услышав в ответ сдавленный горловой стон.       — Не дёргайся… — Лохмач продолжал обвязывать свего работника. Его холодные руки скользили по щуплому телу, вызывая дрожь. Следующий узел был завязан чуть выше пупка и тянулся через талию.       Вахтёру стало значительно теснее. Тот глубоко вздохнул, пытаясь ослабить веревки, но у него не вышло. Над двоими нависла гнетущая тишина.        — Приподними правую ногу. — скомандывал Директор. Вахтёр в ответ лишь окинул его взглядом полным непонимания и некого отвращения, но запрос выполнил. Следующая верёвка прошла через пах и была завязана на середине спины.        — Довольно… Туго. — заметил Вахтёр, ёрзая на месте. Эта ситуация приняла крайне унизительный характер, который чувствовался даже через плотную пелену нетрезвости. Работник не нашёл ничего ничего лучше, чтобы разбавить всё глупой шуткой.        — Знаешь что?.. А вот если это действо будет и тебя заводить, ты мне ещё сотню сверху будешь должен! — Вахтёр усмеухнулся.        –Хорошо… — безразлично сказал Директор, завязав руки работка за спиной и начав привязывать всю эту нелёгкую конструкцию к стулу. По правде говоря, ему и самому стало интересно, чем же это всё закончится. А тем временем с верёвками было покончено.        –Ноги привязывать не будем. Всё равно у меня нет больше бичёвки. — Лохмач отряхнул руки и снова хихикнул. Он нашёл забавным положение его сотрудника, чем-то по виду напоминавшее копчёную колбасу. На языке по этому поводу даже вертелся очередной чернушный анекдот, но процитировать него не представлялось возможным из-за спутанности мыслей.        — Готов? — усмехунлся Директор, взяв в руки свечу и зажигалку.        — Готов ли ТЫ проигать мне две сотни баксов? — мутный взгляд Вахтёра прошёл куда-то через стоящего Лохмача. Работник скорчил надменное выражение лица, однако тут же громко икнул и замотал головой из стороны в сторону.        — Это мы ещё посмотрим… — Директор чиркнул зажигалкой и поднёс пламя к фитилю, смотря, как медленно начинает загораться воск…        Уже через несколько секунд дешёвый воск на свече начал плавиться. Переведя взгляд на Вахтёра, Лохмач и не заметил, как его рука дрогнула и капелька расплавившейся горячей массы попала на пальцы. Мужчина тихонько выругался, осматривая повреждённое место на которой остался красный след.        Разумеется никто из находящихся в комнате знать не знал о том, что для подобных занятий нужны специальные свечи с низкой температурой плавления, и, кажется, уже давно игнорировали такое понятие как «безопастность», потому что сидящий Вахтёр не сказал ни единого слова в возражение тому, что начальник занёс над ним горящую свечу.        Директор аккуратно наклонил свечу и поток горячего расплавленного воска хлынул на обнажённую грудь сотрудника. Вахтёр рявкнул, прикусив губу, его тело сотрясалось от боли, пока обжигающая масса стекала вниз к его животу. Когда воск затвердел, тот практически прокричал        — Чего ж так… Б-больно?!        –А ты попробуй получать удовольствие. — Директор как-то по-садистки усмехухнулся, отдирая с кожи Вахтёра воск. На груди оставались ярко красные отметины, но когда ты под градусом, мало что сможет тебя смутить. Следом начальник поджёг следующую свечку.       Вторая порция воска была пролита на спину, но Вахтёр уже сидел тихо, будто чего-то вожидая. Лохмач снова как ни в чём не бывало полез отковыривать воск, но стоило ему только прикоснуться, работник открыл рот и, набрав побольше воздуха в лёгкие, громко простонал.        От неожиданности Директор испугался резко отдёрнул руку       — Что ты творишь?! — восклинул тот.        — Ну, ты ж сам сказал получать удовольствие… — Вахтер маниакально засмеялся, его лицо аж порозовело от прилившей к нему крови. Он запрокинул голову назад, улыбка не сходила с лица        — А ты… А ты, как я смотрю… — очередной приступ смеха, не дал закончить мысль.       Директор хмыкнул. Его лицо выражало явное недовольство. Подожгя третью свечу, тот наконец снял воск с кожи. В его голову забралась мысль проучить Вахтёра за данную выходку, и недолго думая тот плеснул воском со свечи прямо на шею работника, которую тот, так непредусмотрительно оголил. Вопреки ожиданиям, вместо крика Директор услышал ещё более протяжные и громкие стоны, больше похожие на возвывание, граничащие с диким ржанием. Вахтёр ещё сильнее заёрзал на месте, не отводя взгляд от Лохмача. Кажется, теперь он влился в процесс и считал для себя долгом сделать всё, чтобы Директору было максимально некомфортно.        — Уже сдаёшься? — Вахтёр сщурился, но не получил ответа, ведь Лохмач о чём-то очень глубоко задумался.        Сейчас перед ним в одних трусах сидит и стонет работник собственного театра. Не узнает ли об этом кто-то из посторонних? Однако, совсем не это было самое важное… Из-за алкоголя или нет, но с Директора градом льётся пот, а тело приятно пульсирует. Мужчина не успел переодеться после того, как пришёл с улицы, поэтому был в костюме, который немного скрывал нежелательные неровноси, но всё же стоило что-то предпринять, пока Вахтёр не заподозрил неладное.        — Давай-ка завяжем тебе глаза…— облизнув губы, сказал Лохмач и поднял с пола полотенце.        — Как скажешь… — сказал Вахтёр с усмешкой и пожал плечами. Когда повязка уже была на глазах, тот проверил как она держится, замотав головой из стороны в сторону. Ничего не упало. В комнате снова воцарилась тишина.        — Что дальш… — хотел спросить Вахтёр, как вдруг почувствовал холоднее прикосновение к шее, и тут же замолчал. Тонкие пальцы прошли по артерии, прогладив её сверху вниз и оказались на грудной клетке, ощупывая ожоги от воска. Работник и сам не заметил, как его дыхание участилось от нарастающего волнения, как вдруг острые ногти впились в кожу и начали медленно пробираться вниз, оставляя красные следы. Грудная клетка Ватёра приподнялась в неконтролируемом вздохе, а пальцы продолжали травмировать кожу, пока не дошли до низа живота и там остановились. Тело снова пробила дрожь, стало необычайно жарко, верёвки начали давить всё сильнее, а сердце заколотилось, как бешенное. Открылся рот, но слова застряли в горле.        Рука снова опустилась на шею, но на этот раз она уже не царапала и не двигалась. На пол то и дело падали куски воска, отваливавшиеся от кожи. Вахтёр почувствовал, как пальцы прикусили сантиметр кожи, будто прикидывая, что делать дальше. Кадык дрогнул, как вдруг рука обхватила шею, и зажала горло. Вахтёр встрепенулся, хватка была такой, будто стоящий рядом планирует вовсе его убить. Он прохрипел и замотал головой, давая понять, что не в восторге от происходящего, но так и не был услышан. Испугавшись, тот замахал ногами, которые не были привязаны, и под тяжестью грохнулся вместе со стулом, захватив с собой и душившего его Директора. Упав на пол и больно ударившись затылком, Вахтёр всё ещё не переставал бороться. В яростном порыве он нарочно пару раз дал начальнику в живот, и наконец смог освободиться.        Опьянение тут же спало, Вахтёр издал громкий вздох и закричал        –Ты уже совсем с катушек слетел?! Что-что, а умирать я за двести долларов не собираюсь, уж спасибо! Развяжи меня, сейчас же!        Директор тоже чуть протрезвел. Держась рукой за болевший живот, тот прохрипел        — Ну зачем же так сильно?.. –, и снял с лица Вахтёра повязку.        Лохмач сидел на полу, Вахтёр лежал на спине, всё ещё привязанный к стулу. Оба тяжело дышали. Рядом лежали разбросанные свечи и полотенце.        — А ты у нас любишь по-жёсче… — посмеиваясь, заявил Директор. Пошатываясь, он встал на ноги и снова поставил стул в изначальное положение.       –Да ты, как я смотрю, тоже… — фыркнул себе под нос Вахтёр.        Уже через несколько минут, верёвки больше обвязывали работника. Тот поднялся на ноги, разминая затёкшее тело, и тут же почувствовал слабость. Голова отяжелела и тянула вниз. Видимо, просветление было временным. Он посмотрел на Директора, стоявшего оперевшись на стул и усмехнулся от того, как были спутаны его лохмы.        — Чего ржёшь? — хмуро спросил начальник и плюхнулся на кровать всё в том же костюме. За день он порядком вымотался, к тому же успел получить в добавок несколько травм.        — Ты тоже ложись… — зевнув заявил Лохмач.        — К тебе что ли? — Вахтёр усмехунлся. Но очередная волна накатившей слабости свела его самодостаточность на нет. Работник плюхнулся на другую сторону кровати. Красные отметины на теле ныли, но усталость была сильнее.        — Только попробуй… Меня во сне… Это… — Вахтёр не успел договорить, начав медленно отключаться.       Вскоре двое заснули.        Так и закончилась эта история двух друзей. Кому расскажешь — не поверит. Действия ни к чему толком и не привели, даже сомневаюсь, что на утро они вспомнят хоть что-то из событий этой ночи… Ни о каком споре, ни о каких деньгах и речь не зайдёт. Хотя, какие деньги? Ведь эти двое вышли в ноль, и ничего никому не обязаны…