Бедная Настя "Наваждение"

Владимир не спал всю ночь после того, как написал Анне первое письмо. Он хотел многое написать ей, но слова как-то все не шли на бумагу, наверное потому, что он точно не знал, прочитает это послание Анна или письмо попадёт в чужие завистливые руки и может навредить девушке. Он решился ей написать, потому что должен был поговорить с девушкой перед отъездом на Кавказ, должен был узнать при встрече с ней, есть ли хоть какой-то ничтожный шанс завоевывать её сердце, возможно уже через месяц, вернувшись на войну, ему будет суждено погибнуть, но умереть, делая последние вздохи на этом свете, зная, что по тебе даже никто слезинку не прольёт… Владимир потряс головой, отмахиваясь вновь от леденящих мыслей о смерти, которые снова и снова посещали его сознание, скребя на душе, как постоянно незаживающая рана. На часах только пять утра, начинается рассвет, а он уже час валяется в постели без сна. Владимир встал с кровати и подошёл к столику у окна - там стояла початая бутылка красного вина. Его мозгу нужен какой-то стимул думать дальше, рука потянулась к бутылке с вином, полагая, что оно даст хоть немного успокоения воспаленному сознанию. Он взял бутылку в руку, поднял её, внимательно посмотрел на остатки ярко-красной жидкости и она внезапно напомнила ему цвет крови, которой он вдоволь насмотрелся на войне… Владимир мучительно поморщился возникшим в голове ужасным картинкам и закрыв глаза, вернул бутылку на место. Лучше сегодня ему остаться в трезвом уме, пронеслось в голове мужчины, ведь сегодня он должен отбыть обратно в самое пекло и предстоит целый месяц провести в дороге… Владимир вернулся в кровать и прилёг, усиленно пытался вновь уснуть, но сон все не шёл. Только мужчина закрыл глаза, как в голове опять возник образ белокурой Анны в синем платье, её яркие голубые глаза удивлённо смотрели на него. Он почувствовал аромат её духов и взволнованное дыхание в танце, пальцы рук, как будто снова ощутили тепло и мягкость её тела, а в ушах звучал звонкий голос девушки… "Нет, это невыносимо…" - раздалось в голове Владимира и лицо его скорчилось, как будто от внезапной боли. Он перевернулся на кровати набок: "Как же тяжело быть сейчас трезвым" - снова возникла мысль о вине, ожидавшем хозяина на столе… "Может все же выпить бокал и забыться сном…" - Владимир не мог найти себе удобной позы для сна, не мог расслабиться, все тело, а особенно голову как будто терзала боль одиночества, ненужности, отвергнутости - эта боль была не физической, а психологической, но он сейчас её ощущал именно физически. Из отчаянной головы Владимира все не уходили мысли об Анне, перебирая вновь и вновь свои действия и действия девушки, он, в первую очередь, не узнавал себя! Он же привык всегда добиваться своего, идти через любые преграды! А тут отказ девушки от его предложения о новой встрече, как будто подкосил Владимира, он оставил её и даже не попытался найти с ней встречи назавтра и в другие дни, пока жил в столице. Конечно, он ссылался в этом на то, что до самого последнего дня все же надеялся получить ответ на свое письмо и рассчитывал на встречу, но надежда была такой призрачной и безжалостно таяла с каждым днём. Значит, сердце девушки уже занято другим. Он опоздал. Однако сознание не покидала мысль о том, что эта девушка не просто появилась в его жизни, Владимир чувствовал, что сегодня уедет из этого города, а его частичка останется здесь, что он уезжает от своей судьбы… Но почему они с Анной не повстречались раньше?!... Но делать нечего, время неумолимо шло, через два часа он должен отбыть на вокзал, ещё надеялся, а может хотя бы где-то по пути её встретит, ему бы хватило и пару секунд увидеть такое милое лицо и успокоиться. Этого мгновения ему хватило бы ещё на год войны, он бы всё выдержал там, в горах, старался непременно выжить! Прометавшись по кровати ещё полчаса он все же окончательно решил, что умирать не собирается, сделает все, чтобы скорее вернуться в Петербург и найдёт способ встретиться с девушкой и выяснить, может ли он хоть немного надеяться на взаимность… Когда Владимир вновь посмотрел на часы, было уже семь часов утра. Пора вставать. Голова и тело после тяжёлой бессонной ночи отказывали слушаться, голова гудела как после сильной гулянки, а всё тело ныло и ломило. Он едва оделся и заставил себя выпить кофе с булочкой и заторопился с выходом из дома… Дорога до вокзала показалась Владимиру самой долгой, ему отчаянно не хотелось уезжать и мужчина в любую секунду готов был сорваться обратно домой, но здравый смысл останавливался снова и снова, говоря, что он русский офицер, что он себе не принадлежит и должен, в первую очередь, выполнять долг перед Отечеством, что его ждут солдаты, рядовые, они осиротеют без такого отчаянного смелого командира! … Целый месяц в дороге до места службы показался Владимиру вечностью. Почти всю дорогу он хандрил, плохо ел и спал. Когда своего офицера встретили радостные солдаты, они не могли поверить своим глазам: как похудел и осунулся их командир… Самые смелые пытались выяснить у его благородия, все ли в порядке со здоровьем Владимира и в его семье, но тот как всегда отшучивался, уверяя, что никакая хворь не возьмёт русского офицера, грустно улыбаясь и хлопая по плечу собеседника.