Нам симпатично то, чего нам нехватает

На улице льет промозглый дождь и все небо затянуто тучами. Парень двадцати пяти лет сильнее утыкается носом в свое пальто, словно стараясь уменьшится и скрыться под черной тканью. Его спасением была кофейня, манящая своим пряным запахом свежей выпечки и родного сладкого рафа, которое он собирается выпить, чтобы согреться. Зайдя в кафе, он бросил мимолетный взгляд на незнакомого парня с рыжими кудрями и виднеющимися кончиками длинных эльфийских ушей. — Что нового? — спрашивает у александра бариста. — Ничего, кроме истерики моей сестры во Флоренции, которую она закатила своей девушке, потому что ей показалось, что та смотрит на какого-то бармена, — Кьюри отпил глоток кофе, держа огромную, как ему казалось, кружку в руках, согревая их. — Как Сара еще терпит Изабеллу?! — непонимающе спрашивает мулат, ставя руки локтями на барную стойку, опираясь подбородком о ладони — Стиснув зубы и скрепя сердце, — фыркает журналист и кивает себе через плечо, указывая на посетителя, сидящего за столиком возле окна, которого увидел, когда зашел в кофейню. — Новенький? — Попал сюда недавно, наверное совсем ничего не знает, бедняжка, — разом погрустнев, вздыхает собеседник. — Что ж, пойду узнаю как он сюда попал, — парень отсалютовал другу и, взяв свой раф и кружку горячего шоколада для гостя из того мира, направился к рыжеволосому эльфу. — Алекс, ты же знаешь, что эльфы влюбчивый народ, особенно из Весеннего Двора, — тихо произнес владелец кофейни, чтобы только друг его слышал. — Будь осторожен, он кажется милым. — Все будет хорошо, — заверил тот его. Паренек ничего не подозревал и, кажется, наслаждался прочтением какой-то книги, если ему не изменяло зрение. Наверняка Эндрю переписал на эльфийский одну из книг в очередной блокнот, который заводил специально для гостей из чужого мира, объясняя там все чудеса этого мира. Журналист подошел к столику и вежливо спросил: — Не будете против, если я присяду? — Что? — кончики ушей рыжеволосого полыхнули красным, а на лице выражалось смущение и неловкость от того, что он так увлекся книгой, что не услышал даже шагов в его сторону. — Да, конечно, и... можете обращаться ко мне на ‘’ты‘’, мне нет и тысячи лет. — А сколько же, если не секрет? И да, ко мне тоже можешь обращаться на ‘’ты‘’, мне тоже нет тысячи лет. — поинтересовался Алекс, пододвинув к парню кружку с согревающим сладким напитком. На вопросительно вскинутые брови вверх, он добавил: — Горячий шоколад, подумал может у вас там такого нет и ты захочешь попробовать. Ты знаешь, что такое шоколад? — Да, у нас в Фэнтингтоне есть шоколад, но напитки из него не делают. И, мне сто девятнадцать лет, — пожал плечами тот и отпил глоток. — Вкусно, только слаще простого, у нас он только горький. — Если захочешь, я могу показать тебе магазин сладостей, там разные шоколадки продаются, — отпив еще глоток сладкого рафа, предложил Кьюри, смотря на рыжеволосого, как на ребенка, на лице которого начала расцветать улыбка. И ответил на вопросительный взгляд собеседника, просящий дать ответ о возрасте. — Мне двадцать пять. — Буду рад, — губы его засияли в радостной улыбке, такой детской и искренней, а затем добавил о годах брюнета. — У нас бы тебе было сто двадцать пять. — А как ты сюда попал? — спрашивает вдруг Александр, заправляя темную прядку волос за ухо. — Мой дом сожгли, не все люди в нашем мире рады эльфам, — молвил юноша и опустил брови, отчего было видно, что он грустит, но в то же время он казался таким чертовски милым. — Я помню лишь золотистый круг, что появился тогда. Через него была видно не горящую стену дома, а неизвестную мне улицу и, как это у вас называется, многоэтажки? Журналист грустно кивнул, подтверждая правильное, но имеющее сомнение, слово. Затем поднял взгляд на парнишку, который делал еще глоток горячего шоколада. — Мне жаль, — Кьюри накрыл своей согревшейся ладонью руку потеряшки (так они с Эндрю звали попавших сюда эльфов) и тот вяло улыбнулся, вздрогнув от горячего прикосновения, хоть и у самого руки не были холодными. — Прости, я так и не представился. Александр Кьюри. — Эрдан, один из эльфов Весенненого Двора, — улыбка на его лице стала ярче и чуть шире. — Приятно познакомиться, — эльфу показалось, что голос Александра прозвучал сладостно и щеки его покраснели, отчего веснушки стали гораздо виднее, — Эрдан. Дождь на улиц кончился и небо стало проясняться, солнце выходило из-за туч. — Эрдан, а тебе есть где ночевать? — неожиданно для самого себя спросил журналист. — К сожалению или к счастью, нет. — Как насчет переночевать у меня? — он все еще не понимал, почему спрашивает Эрдана об этом. — А завтра сходим за шоколадкой, выберим тебе какую захочешь. — Что ж, у меня не так много вариантов, — пожал плечами парень. — А у тебя есть книги дома? — Конечно, только вот, поймешь ли ты их? — неловко потирая шею, спрашивает Кьюри. — А ты мне их почитаешь, — подперев ладонями подбородок, отвечает тот. Ну совсем ребенок. — Хорошо, — молвит он и поднимается с мягкого сидения. — У тебя есть что накинуть? На улице может быть холодно. — Нет, — растерянно отвечает рыжеволосый. — Держи, — накидывает на юношу с длинными ушками свое черное пальто и кивает Эндрю - знак того, что они уходят, и на встревоженный взгляд паренька рядом отвечает: — Я в теплом свитере, не замерзну. Когда парни выходят из кофейни и удаляются из поля зрения владельца, тот качает головой. Говорил ведь - будь осторожен. Хотя, может быть, и нет ничего плохого если Алекс начнет встречаться с этим эльфенышем? *** Выйдя из кафе, Эрдан почувствовал прохладу, ему не верилось, что второму пярню действительно не холодно и поэтому как мог накинул пальто на обоих. Журналист на это лишь тихо хохотнул. — А у тебя дома тепло? — дрожа от холода в своей тонкой рубашке, интересуется он, в надежде на то, что он скоро согреется. А скоро ли вообще? — Конечно, я что самоубийца в холоде жить? — серьезно отвечает Александр, притягивая эльфа ближе и отходя дальше, когда рядом с ними проезжает машина и чуть не задевает того зеркальцем и не обрызгивает грязью из лужи; но отпускать почему-то не торопится, потирая его замерзшие плечи и спину. Пройдя еще улицу и пару поворотов они наконец-то доходят до нужного дома, а затем поднимаются на нужный этаж. Дойдя до квартиры Алекс открывает дверь ключом и они, разувшись в пороге, заходят в квартиру, а парень закрывает за ними дверь. Эльф проходит в гостиную, рассматривая телевизор, два стеллажа по бокам от него, забитые какими-то вещами, мягкий, на ощупь, диван и столик рядом с ним. Кьюри в это время рылся у себя в шкафу, стараясь найти вещи, которые налезут на гостя, но единственные вещи. которые ему подойдут это футболки. Рыжеволосый проходит дальше, рассматривая обои и проводя по ним рукой. Обычные обои светло-древесного оттенка. Юноша заходит в комнату, дверь в которую была приоткрыта. Комната Александра. Сложно не понять, когда встречаешь там ее хозяина. — У тебя красивый дом, — рассматривая стеллаж с книгами в комнате, отвечает весенний и возвращает свой взгляд к владельцу комнаты. — Спасибо, — благодарит тот, держа в руках черную футболку, примеряя на глаз, подойдет ли она парню или нет, а затем протягивает ее гостю. — Зачем это мне? — выгнув бровь, спрашивает рыжеволосый. — Ты же не собираешься спать в этом, — оценивающе оглядывает рубашку, на которой видны следы сажи, и такие же штаны из коричневой ткани. — Да, ты прав. — Мои спальные штаны тебе не подойдут, — журналист обращает своей взгляд на бедра Эрдана, а затем отворачивается, аккуратно свешивая вещи наместо. — Сваливаться будут. Но футболка должна быть длинной, не сильно, конечно, но все же. — Да, она длинная, — Алекс поворачивается. Не мог же он так быстро ее надеть? Что, даже не попросив его выйти? Взгляд владельца квартиры снова падает на, уже оголенные, хоть и закрытые футболкой, бедра парня. Тот заметив это, лишь хихикает и краснеет. Кьюри мотает головой и, стянув с кровати махровый плед, накидывает его на плечи эльфу. Чтобы соблазна не было. Тот благодарно кивает ему и они направляются в гостиную, где садятся на диван. — Спасибо, — молвит рыжеволосый, и, словно в сладостной дреме, невесомо касается своими губами губ Александра. Затуманенный разум ли это или сердце, но брюнет поддался вперед, желая заполучить еще хоть один сладостный поцелуй. — Прости, мне не стоило, — отстранившись, с придыханием говорит эльф Весенненего Двора. — Я же ответил, — успокаивает его, поглаживая по спине, чувствуя, как тот тихо смеется. — И что это должно означать? — интересуется Эрдан, ложа голову журналисту на колени, тот укрывает его пледом, поглаживая его по волосам и иногда перебирая их. — То, что ты можешь остаться здесь хоть на всегда, — улыбается ему хозяин с большим количеством книг, — крольчонок. Алексу это кажется неожиданным, а парень лишь ластиться к нему ближе, чтобы не переставал волосы перебирать. «...эльфы влюбчивый народ... ...Будь осторожен»