Блеск с ароматом ванили

— Слава богу, что тур начинается здесь, в родной Италии. — Дамиано крутится перед зеркалом в гримерке, примеряя новый костюм.  — Хватит собой любоваться, через полчаса на сцену выходить. — Томас как всегда слишком серьезный, хотя после выхода на сцену его серьезность куда-то испарится, и он станет таким, каким изсестен фанатам.  Моё одиночество резко прервала Виктория, которая перед самым началом выступления с криками забежала в гримерку.  Девушка была встревоженой, такой я её видела крайне редко, а значит что-то случилось.  — Мне плохо! — тяжело дышала девушка. — Успокойся. — прервала я Вик, — Глубоко вдохни, и объясни что происходит.  — Паническая атака. — голубые глаза Виктории сияли вовсе не от счастья. — Выпей воды. — я подала девушке бутылку с прохладной водой. В гримерку ворвались взволнованные парни. — Как мы можем помочь в данной ситуации? — вскрикнул Дамиано. — Просто оставьте нас наедине, я сама справлюсь. — беру всё в свои руки, для меня это не впервой. Парни напомнили о концерте, начало которого через 10 минут, после чего послушно покинули комнату. Мне удалось успокоить Викторию, но какая-то часть волнения осталась, и это очевидно, впереди многочисленные выступления перед огромнийшей аудиторией, и пусть это не первый их концерт, но какое-то волнение все-таки присутствует.  Концерт прошел благополучно, все остались довольны этим вечером. В конце выступления Виктория перехватила микрофон из рук Дамиано. — Этот концерт состоялся благодаря одной великолепной девушке. — услышала я знакомый голос, когда стояла закулисами. Это действие Вик просто шокировало меня. Я испытывала столько эмоций одновременно, и даже когда Виктория все еще находилась на сцене, я уже представляла как вот-вот крепко её обниму. 

***

Ещё не открыв глаза я чувствую теплую руку, лежащую на моей мокушке. В сонном состоянии я даже подумала что это Итан, так как такие действия свойственны только ему, но я ошиблась.  — Доброе утро. — слышу я хриплый, любящий голос. Разлепив глаза я вижу сидящую на краю кровати Викторию. Она очерчивает подушечкой указательного пальца сначала мой лоб, затем проходится по носу, и свою прогулку заканчивает на нижней губе, оттянув её немного вниз. Просыпаться от такого — просто рай, по сравнению с моим более частым пробуждением, когда Дамиано швыряет в меня подушки.  Я не успеваю сказать ни слова, Виктория приближается к моему лицу. Между нашими губами остаётся пару сантиметров.

***

Я открываю глаза, смотрю в потолок, и не могу поверить, что это был очередной сон. Такой сладкий и приятный. Как же хочется верить в то, что это была реальность, но факт того, что я лежу на кровати в пустой комнате, уткнувшись в потолок, остаётся фактом. Прошлые сны я запоминала мутными и серыми, но этот запомнился мне во всех красках, во всех деталях, наверно, поэтому мне так хочется верить в то, что это не сон. Ну почему не очень приятные сны мне удается досмотреть до конца, а такие обрываются на самом интересном моменте? Сегодня второй концерт у группы, и не смотря на то, что позади только одно выступление, на ребятах уже видна усталость. Надеюсь, сегодня у Виктории не случится паническая атака, ведь это страшно не только для нее, но и для меня, и для всех участников группы.    Зал полон криков. Фанаты буквально прокрикивают каждую песню. Я наблюдала за ребятами и их игрой. Дамиано чуть ли не смеялся с прыгающего по сцене Томаса. Итан, как всегда, размахивал головой в разные стороны во время игры на барабанах, а когда мой взгляд зациклился на Виктории, я заметила что-то не ладное. Девушка уже третий раз прикладывает пальцы к наушнику в ухе, неужели проблемы со звуком? Но почему никто никак не реагирует? Блондинка как-то растерянно улыбается, пытаясь скрыть перед фанатами явные проблемы. Виктория смотрит на других участников группы, скорее всего, по их игре она подстраивается, чтобы хотя бы доиграть песню. С её лица исчезла эта улыбка, которая скрывала растерянность. До конца песни буквально 30 секунд, но сейчас самый сложный для Вик момент.  Как жаль что я не могу ничем помочь, могу лишь просить Бога о помощи, но вряд-ли это поможет.  Девушка зажала ненужную струну, музыка потеряла свою ритмичность. Басистка сняла гитару, и подойдя к микрофону попросила извенения у фанатов. Я никогда не видела её такой грустной. Её голос дрожал, и руки заметно тряслись. Если бы я могла, я бы выбежала на сцену прямо сейчас, но это только окончательно сорвет выступление. Парни объявили пяти-минутную паузу, еще раз извиняясь.  Виктория забежала в гримерку, а я следом за ней.  Мы присели на небольшой диванчик.

***

Эта комната, эта поза, эти эмоции — они слишком знакомы мне. Сейчас происходит то, что происходило в моём сне. Только вот во сне все эмоции были ненастоящими, а сейчас Виктория действительно нуждается в моей поддержке.

***

У нас состоялся тот самый диалог из моего сноведения. Я убеждала Викторию, что ошибки случаются у всех, да и тем более в данном случае она в этом не виновата, она и так довольно долго смогла продержаться без звука.  — Спасибо, что ты рядом. — девушка подправляет слегка потекший макияж, и врывается в мои объятия.  Концерт был закончен благополучно.  Все участники растроены сегодняшним концертом, но на Виктории разочарование заметно больше всего. Обычно тишина меня успокаивает, но сейчас всё наоборот. Ребята опустили глаза и просто смотрят в пол. Атмосфера напряженная.  — Предлагаю сходить куда-нибудь оторваться, избавиться от лишних мыслей. — я резко подрываюсь с места, чем заставляю ребят вздрогнуть от неожиданности.  Дамиано что-то невнятно бормочит себе под нос, остальные же продолжают молчать.  — Живее, живее, выбираем куда пойти! — я пытаюсь избавиться от этого напряжения, но от ребят удается добиться лишь унылого «ладно». — Алкоголь поможет нам послать все негативные мысли куда подальше, может сходим в бар? Дамиано неохотно встаёт, после чего накидывает на свои плечи пиджак, до этого висящий на спинке стула и наконец-то говорит: — Пошли, это в любом случае будет лучше, чем просто втыкать в пол.  Уже зажглись фонари, но ещё не стемнело. После нескольких вдохов свежего воздуха настроение поднялось не только у меня, но и у ребят, что очень хорошо. Голова кружится, в глазах темнеет, и немного подташнивает — признаки того, что я вот-вот дойду до предела.  Томас и Дамиано уже в хлам, поэтому вся надежда падает на слегка опьяневшего Итана, и меня с Викторией, которым и самим бы не свалиться с ног.  Томас произносит что-то невнятное, но если прислушаться можно разобрать «пора домой». Глаза уже не разлипаются, а язык заплетается, не давая сказать ни слова.  Не помню как мы добрались до дома, но скорее всего самый ответственный среди нас Итан вызвал такси.  Я заваливаюсь в кровать, как вдруг моя усталость и сонливость резко куда-то пропадают.  Повернув голову, я вижу лежащую рядом Викторию, которая тоже почему-то не спит.  Девушка возит рукой по мятому постельному белью, будто бы что-то ищет. И мне не показалось, блондинка искала мою руку.  Я перевернулась на спину, уткнувшись в потолок. Я не понимаю, почему девушка решила взять меня за руку, но это заставило бабочек в моем животе проснуться.  В миг девушка оказалась надо мною. От неожиданности я даже вздрогнула. Её волосы падали мне на оголенные ключицы. Я не могла пошевелиться, моё тело будто парализовало. Девушка убирает пряди моих волос за уши. Подушечкой большого пальца проводит по моей уже высохшей от жажды нижней губе, после чего приближается к моему лицу. Секундный поцелуй помог моим сухим губам, на которых остался блеск с приятным ароматом ванили вновь стать влажными. Я чувствую, как влажная ладонь Виктории ползет по моей шеё, спускаясь всё ниже и ниже, и делает остановку на топе, освободиться от которого можно лишь расстегнув передние пуговицы. Мои руки очерчивают позвоночник девушки, пока та растегивает пуговицы, затыкая мне рот своим языком. Мм, теплый, мокрый язык, переплетающийся во рту кажется сейчас чем-то великолепным, чем-то, заставляющим сердце биться ненормально быстро, чем-то, заставлющим кровь в жилах застыть.  Я осталась без верха. Ни капли стеснения перед этим человеком.  Я чувствую, как чужая ладонь ложиться мне на грудь, обхватывает её. Пальцем играет с соском, водят его из стороны в сторону, немного придавливает, и оттягивает, будто бы это игральный джойстик.  Руки опускаются ниже, гладят живот, водят по нему ногтями, оставляя на коже красные полосы. Я закатываю глаза в наслаждении, прикусываю губы, мычу, и даже прирыкиваю, показывая своё удовлетворение.  Всё вокруг уже не такое мутное, будто бы эти прикосновения заставили меня протрезветь. Мой взгляд не отрывается от возбужденной Виктории, руки которой, кстати, уже на уровне моего пупа, и вот-вот доберутся до самого интересного.  Я помогаю избавиться от собственных шорт, от которых остался след в виде красной полоски на моём животе. Я остаюсь в одном нижнем белье, от которого девушка не спешит избавляться. Чужая рука заползает под кружево, так красиво облегающее ягодицы. Я согнула ноги в коленях, хотя от возбуждения хочется дергаться из стороны в сторону, но положение, в котором мы находимся сейчас, мне до безумия нравится, ведь мне так легко осмотреть Викторию, находящуюся между моих ног.  Пальцы девушки ползают по моей покрытой мурашками коже. На ягодицах остаются следы от легких надавливаний и шлепков. Девушка жадно сжимает их, заставляя кожу покраснеть еще больше.  Я помогаю избавиться Виктории от нижнего белья. Проводя ладонями по её животу, слышу тихие стоны, которые заставляют возбудиться меня еще сильнее.  Девушка не спеша стягивает облегающие меня черные кружева, и теперь мы обе абсолютно обнаженные, готовы буквально кричать от возбуждения.  Поцелуй в губы переводится на ключицы, грудь, живот, и наконец-то доходит до нижней точки наслаждения. Я чувствую как в меня проникает чужой палец, как он двигается внутри меня, и я не сдерживаю стоны, которые выдаются поразительно громкими, но сейчас абсолютно все равно на то, что кто-то нас услышит, мы довели друг друга до оргазма.  Наша близость заканчивается поцелуем со привкусом того самого блеска для губ с ароматом ванили, и тихим шепотом в самое ухо: — я тебя люблю.