Во имя вечности

"Спи, мой милый друг, Безмятежен здешний луг. Судьба-злодейка разлучила нас," — Говорила она, смеясь.

***

Черепаховый кот сжался в комок на ветке дерева, вытаращив испуганные желтые глаза на надвигающуюся черно-белую ловящую солнце. — Не делай этого, одумайся! — Закричал валлийский предводитель, но его крик перерезал шум дождя. Блеклые голубые глаза кровожадно перевели взгляд с острых камней под веткой, на которой сидел Вэриан, на него самого. Постояв немного, кошка продолжила идти на своего же отца, угрожающе шипя и выгибая спину. По ветке прошлись острые коготки, предупреждающие будущую жертву о нападении. Совиная Госпожа кинулась вперёд с выставленными вперёд когтистыми лапами, сбросила с ветви предводителя и поспешила обратно к стволу, чтобы не полететь следом за Вэрианом. Предводитель издал кроткий мяв, поняв, что летит навстречу своей смерти. Всё в его голове тут же перемешалось, пока он летел с самой верхушки дерева вниз, прямо на острые камни, будто специально поставленные в этом месте для него. Кот не совсем понял, что упал на осколки близлежащих скал, он был ослеплен яркой болью, которая начала распространяться по всему его уже беспомощному телу. Вэриан попытался слезть с пика, на который он приземлился. Острый конец камня впился в его плечо, заставив дергаться в предсмертной агонии. Из горла вырвался пронзительный вопль боли, а затем ещё один, и ещё один, и ещё один, пока их не стало больше сотни, а то и тысячи. С трудом, но Вэриан смог вырваться, упав пластом на алую колючую траву. Кот хотел побыстрее вернуться в лагерь и сообщить валлийцам о предательстве Совиной Госпожи, назвать имя нового избранника и уйти на тот свет уже с покоем на сердце. Предводитель встал на ватные лапы и прошел всего два шага, дрожа в припадке боли. Не отойдя от места своего падения он рухнул на землю и тяжело задышал, почувствовал новый прилив боли. В горле появился ком, хотелось вновь закричать, рассказывая воплями о нестерпимой боли, но силы начали потихоньку покидать некогда неукротимого кота, вышедшего из всех своих битв победителем, пережившим не один десяток ловящих солнце, встречавшим каждый день закаты и восходы. Его бока поднимались и опускались, а от живота и горла тянулась лужа крови. Вскоре во рту появился вкус крови, в ушах загудело и зазвенело. В нос вдарил тяжелый запах крови вперемешку с запахом пота и страха. Желание хотя бы попрощаться с валлийцами и увидеть каждого напоследок перед смертью вспыхнуло, но затем угасло в его сердце. Осознание, что это не те последние минуты, которые он представлял себе, потушило всё в нем. Он представлял себе свою смерть, но вовсе не такую. Тихие дни перед смертью от старости, радость за своих соплеменников, прощание с каждым из них - представление о своей кончине Вэриана. Мысли о том, как он хотел умереть и как вышло, ускользнули от него. С каждым вдохом и выдохом коту было всё тяжелее дышать, он хотел встать и продолжить возвращение в лагерь, но не мог найти в себе сил. Хвост не мог больше плясать в луже крови: он окрасился в кровавый и чавкал. В глазах предводителя угасала жизнь, он не понимал, умирает он или воскресает, как это было раньше, янтарные глазища постепенно закрывались. Он не помнит, сколько жизней у него осталось в запасе. Пять? Две? Одна?.. Нервно закашляв, он начал сплёвывать кровь на траву и отравлять её своим несвежим дыханием. Горло саднило, он не мог встать и пойти к побережью с целью напиться, сил не осталось даже на дыхание. Вэриан почувствовал топот лап где-то вдали, а затем знакомые голоса. Он бы мог поднять голову и посмотреть, кто преследует его, но не смог разлепить глаза и продолжил лежать на мокрой от его собственной крови траве. Всё смешалось, он уже не различал ни вкуса, ни запаха, ни звуков. Он перестал чувствовать во рту вкус крови, гудение в ушах прекратилось, а топот и голоса смолкли и пропали где-то в гуще деревьев леска и холодных скал. Совиная Госпожа бросилась к лежащему ничком Вэриану, засуетилась над ним, стараясь привести отца в чувства. Подошедший боевой патруль охнул при виде мертвого предводителя и тянущейся от осколков скал широкой кровавой полосы, спустя секунду они все бросились к черепаховому предводителю. — Вэриан умер! — Вскрикнула от ужаса самая младшая из патрульных кошка с серой шерстью, её глаза вытаращились и ошарашенно смотрели на всю процессию. Рыжая исполинская советница уныло посмотрела на испуганную воительницу и вздохнула. — Мы этого не поняли, спасибо, — Глухо прорычал Долгожданный Солнцу, топчась на месте от шока. — Совиная Госпожа, что случилось с ним? — Дрожащим голосом спросила рыжая советница, не сводя глаз с тела умершего предводителя. С советницей поравнялся черный гладкий кот с алыми отметинами по всему телу. Воительница вздрогнула, когда он подошел. Его взгляд всегда был пронзительный и обжигающий. Совиная Госпожа выдержала взгляд Затмевающего Солнце и, помолчав, ответила Ловкой Белке. — Я была на кончике тонкой ветки, я заигралась и не заметила, как залезла слишком высоко, — С ненастоящим сожалением, полным печали, проговорила воительница. — Ветка хрустнула, я бы полетела вниз и погибла бы, если бы не Вэриан! Ловкая Белка кивнула в знак понимания и отошла к толпе воителей, которые оплакивали погибшего предводителя и молчали, склонив тяжелые от утраты головы. Затмевающий Солнце и Совиная Госпожа остались один на один. Черный кот подошел поближе и тихо спросил кошку: — Вэриан что-нибудь сказал перед смертью? Скажи же, что да? — Кот выпытывающе заглянул в лживые глаза дочери его друга. Та дернула хвостом, посмотрела в сторону, словно не хотела говорить на эту тему и действительно была опечалена смертью своего отца, но спустя несколько секунд она с наигранной тяжелостью вернула взгляд и скользнула им по глазам Затмевающего Солнце. На миг ей показалось, что в них было отражение убитого ею кота. — Он сказал, что племя теперь лежит на мне, я буду предводительницей этого острова. — Моргнув, она выпрямилась, громким мявом отвлекла всех присутствующих и, гордая собой, залезла на самый огромный валун. — Вэриан сказал, что племя теперь лежит на мне, я буду вести вас всех за собой, — Сглотнула. — А я пообещала ему, что подарю Валлии вечность и неизменность, с этого дня я новая правительница валлийцев, носящая имя Электро Архонт Баал.