Под защитой монстра

      Прошло ещё пару суток. За всё это время Слендер больше не заходил ко мне — не перевязывал и не кормил. Хорошо, что хоть графин с водой был.       Моё состояние более менее улучшилось, и я могла бы даже встать к кровати. В животе стояла боль — очень хотелось есть. Этот безликий гад не удосужился принести мне хоть что-нибудь. Сейчас я пробую встать на ослабшие ноги. Они мелко дрожат. Впрочем, как и всё моё тело.       — Ой…       Я почти что упала, но вовремя схватилась за краешек кровати.       — Черт…       Закружилась голова. Эх, вот бы кто-нибудь принёс мне в комнату покушать.       — Ну ты и тварь…       А кто же ещё? Монстр, видимо, обиделся на меня после нашего последнего разговора, во время которого он даже обнял и поцеловал меня. Не может определиться с чувствами?       — Блять, наконец то.       Я всё же смогла дойти до двери. Хорошо, что хоть какие-то силы остались.       — Ай! — я упала на пол, так как дверь резко открылась, тем самым отшвыривая меня. — Как… Больно… Зачем ты пришёл?       Слендер ничего не сказал, а лишь грубо взял меня на руки и положил на кровать.       — Опять этой дрянью мазать будешь? Да? Не молчи.       — Хватит пищать, смертная.       — Оу, какие мы грубые.       — Замолчи.       — Нет. Я не буду молчать. Слушай… Давай уже определимся…       — Нет!       — Ты даже не дослушал. Давай определимся… Точнее, ты определяйся… Либо ты продолжаешь метаться из стороны в сторону, а я пытаюсь покончить с собой, либо же ты полностью забываешь обо мне, и я…       — Идиотка! — он влепил мне пощечину.       — Что опять не так?! Что?! Думаешь, мне приятно, когда ты…       — Молчать! — Слендер больно сжал мою руку. — Не тебе решать, что мне делать!       — Мне было очень плохо за всё то время, что ты не приходил. Тебе всё равно на меня? Так почему же ты сейчас здесь, в моей комнате? Почему?!       — Не важно… — монстр перестал сжимать мою руку и начал снимать бинты.       — Всё таки ты любишь меня.       Он застыл.       — Да, любишь. Только ты пытаешься делать то, что не должен. Ха! Мстишь за мою маму… Тебе все говорят, что она не была виновата. Все! А ты…       — Рейчел!       — Кабадатх скучал по ней, вот поэтому он и замкнулся в себе на некоторое время! И он сам предложил моей маме стереть память! Это была его личная жизнь, которую ты разрушил.       Слёзы потекли по лицу, но я не стала рыдать. Сколько уже можно?       — Рейчел…       Слендер поник, но продолжил делать свое дело — обмазывать меня мазью и перебинтовывать.       — Ты права, — сказав это, монстр ушёл.       — Естественно права… Сука… Надо идти на кухню… — но мне не пришлось заново вставать с кровати, так как безликий вернулся. — Зачем ты вернулся?       Он не ответил. Взял меня на руки и понёс в ванную комнату.       — Эй! Ты что задумал?       Монстр снял с меня ночную рубашку и свежие бинты.       — Что, решил позаботиться обо мне?       — Не язви.       Он набрал почти полную ванну воды.       — Купать меня собрался?       Безликий аккуратно посадил меня в ванну. Вода доставала мне до носа.       — Эй! Утопить хочешь?       Я открыла слив и спустила немного воды. И тут холодные руки стали нежно втирать в мои волосы шампунь.       — Братья более менее в порядке, а отец… Он чуть ли не при смерти… И мне нужна твоя помощь…       — Помощь? Поэтому ты так ласков со мной?!       — Нет, это…       — Всё ясно.       Я покраснела, когда руки безликого стали мыть моё тело.       — Перестань…       Тонкие пальцы коснулись груди. Я почувствовала возбуждение.       — Слендер…       Я уже было потянулась к монстру, но смогла вовремя остановиться. Вот ещё! Не хватало только заняться сексом с ним! Я его ненавижу!       — Давай я сама помоюсь…       — Нет, — он вымыл меня, а потом вытер махровым полотенцем. Его касания были нежными и будто бы любовными.       — Что теперь? Бинты?       — Да.       И снова эта нудная оздоровительная процедура.       — Надеюсь, ты отнесёшь меня на кухню, ибо я не ела долгое время, и сил почти нету.       — Естественно. Там уже всё готово.       — В смысле? — он не соврал, ведь обеденный стол был богато накрыт. И даже было вино.       — Ешь, а я пока проведаю братьев и отца. Здесь сидеть не буду, чтобы не испортить тебе аппетит.       Монстр ушёл, а я принялась накладывать еду себе на тарелку. Чего только не было на столе — и креветки, и буженина, и соленья, и жареный картофель. Так же стояли креманка с соусом и плетёная корзиночка с хлебом.       — Как вкусно…       Я стала быстро есть ибо при виде обилия еды голод стал ещё сильнее. Меня даже не беспокоило то, что я могла подавиться или захлебнуться вином, которое я налила себе в позолоченный бокал.       Через некоторое время на кухне появился Слендер.       — Приятного аппетита.       — Спасибо…       — Не против, если я составлю тебе компанию?       — Нет. Как твои братья и отец?       — Всё так же, как я тебе и говорил раннее.       — Жаль…       — Почему ты так переживаешь за них?       — Потому что… Я привыкла к ним…       — Привыкла она… Ты даже не поинтересовалась моим самочувствием.       — А что, у тебя что-то болит?       Безликий быстро расстегнул пиджак и рубашку, оголяя торс, на котором был чудовищный порез.       — Видишь! Это они сделали! Мерзкие люди!       — Но почему ты не регенерируешь?       — Потому что.       — И мне стоит из-за этого беспокоиться?       — Было бы неплохо. Я же переживал, когда только-только вытащил тебя из огня.       Он? Переживал? Значит, чувства всё же есть.       — Мне интересно, что же победит в итоге?       — О чём ты?       — Желание убить меня или попытки восстановить отношения?       — А сама то.       — А что я?       — Ты тоже не знаешь, что делать дальше.       — Ладно. Закроем тему. О какой помощи шла речь?       — Ты должна будешь кое-что достать.       — Я?       — Да. Потому что в том месте нельзя появляться таким, как я.       — Что за место?       — Узнаешь.       — И зачем это?       — Чтобы вылечить отца. Если сможешь достать нужное, то я исчезну из твоей жизни. Навсегда.       — А если я не смогу?       — Ты умрёшь. Но не от моей руки.       Далее мы трапезничали в тишине. Интересно, куда это Слендер хочет меня отправить? И почему в том месте ему нельзя появляться?       — Можешь навестить всех, если хочешь.       Монстр встал из-за стола и ушёл. Я, посидев ещё немного, тоже покинула кухню. Сначала я зашла к самому младшему — Сплендеру. Затем к Трендеру и Оффендеру. Все они были не в лучшем состоянии, но всё равно каждый из них тепло поприветствовал меня и спросил о моём здоровье. Особенно мне было жаль Сплендора — он лежал на кровати в обнимку с плюшевой игрушкой и грустно смотрел на меня. Было видно, что ему больно.       Подойдя к огромной двери, я сначала несколько раз постучала по ней, а потом тихо зашла в комнату.       — Добрый день…       — Ох, Рейчел. Проходи.       Я присела на краешек кровати.       — Как вы себя чувствуете?       — Бывало и лучше… Мне надо тебе кое-что рассказать.       — Что-то очень важное, верно?       — Да. Слушай, — Кабадатх откашлялся. — Весь период, что мы, безликие, существуем, люди всегда ненавидели нас. И понятно, почему — мы сильно отличаемся от них. Так вот… В этих лесах живет народ — нецивилизованный и с древними обычаями. Раз в год они пытаются напасть на нас, и у них это более менее получается.       — Но как?       — Эти люди знают некоторые секреты магии, а ещё у них есть шаман.       — Какой смысл их нападения?       — Я не знаю, Рейчел. Не знаю. Они боятся нас, хотя мы их не трогаем.       — Что они сделали с вами?       — У них есть особое оружие. Меня, например, ранили серебряным кинжалом. А серебро для нас, безликих, может оказаться смертельным.       — Значит, Слендера тоже…       — Да, и остальных. Но они молодые, так что им проще перенести эти ранения.       Я вспомнила грустное лицо Сплендора и вздохнула.       — Он уже попросил тебя о помощи?       — Да. Куда я попаду? И что нужно искать?       — Слендер проводит тебя до Ворот Забвения, а дальше ты пойдешь одна.       — Это загробный мир?       — Вроде того. И нам туда нельзя, потому что мы бездушные. Рейчел, ты единственная надежда на спасение. Хоть я и не должен отпускать тебя…       — Скажите, что мне искать?       — Ты должна найти три предмета: золотой кинжал, ключ и сундук. Второе находится на Мертвом болоте, а остальное… Я не знаю.       — Надеюсь, там никого нет?       — В том-то и проблема… Там обитают заблудшие души, и неизвестно, какие у них намерения.       — А если меня убьют? Моя душа останется там?       — Да.       — Хорошо… Я попытаюсь достать все три предмета. Всё равно мне нечего терять.       — Спасибо, Рейчел. Твоя мать гордилась бы тобой.       — Наверное… Кабадатх, а вы можете рассказать мне об огне Слендера?       — У него есть дар, который он может иногда использовать. Но его пламя не остановило людей в этот раз. У них была магическая защита.       — Что за мазь он использует?       — Она была придумана Оффендером. Очень хорошо помогает при магических ожогах и прочем. Тебе повезло, что Слендер сумел спасти тебя, ведь сам он был уже тяжело ранен.       — Но почему он сделал это?       — Это он должен рассказать об этом.       Я ещё немного посидела у Кабадатха, а потом вышла из комнаты и направилась к себе.       — Наконец-то. Он рассказал о твоём задании? — безликий лежал на моей кровати и попивал вино.       — Да. Что ты здесь забыл?       — Ждал тебя.       — Зачем?       — Хочу провести с тобой последнюю ночь.       — Что?! А ты не охренел?! Откуда в тебе столько наглости?!       — О чём ты подумала, смертная? Я всего лишь хотел побыть рядом.       — Почему?       — Завтра утром мы телепортируемся к Вратам Забвения.       — Завтра? Уже?!       — А ты что думала? С этим делом не надо тянуть.       — Ты же знаешь, что я, скорее всего, умру, и поэтому…       — Да. Тем более, тебе уже нечего терять. Так что иди ко мне.       — Нет! Мне неприятно находиться рядом с тобой!       Он обхватил меня своими щупальцами и потянул к себе. Повалил на кровать и навис надо мной. Мне стало страшно.       — Не трогай меня.       — Ну неужели тебе не хочется получить наслаждение? Возможно, в последний раз?       — Нет, не хочется. Тем более, я же ничего не умею, как ты тогда сказал!       — Я соврал.       — Не лги мне. Ты говоришь это для своей выгоды!       — Нет! — холодная ладонь вцепилась мне в волосы. — Перестань сопротивляться! Это глупо!       — А ты перестань меня добиваться!       — Добиваться? Тебя? Не смеши меня, — Слендер порвал на мне ночную рубашку и бросил её на пол.       — Ты же сказал, что просто побудешь рядом!       — Ты тоже мне много раз врала, Рейчел. Особенно когда начала читать дневник.       — Потому что я до последнего верила…       — В то, что этим монстром окажусь не я, верно?       — Да!       Длинный язык проник в мой рот. Я попыталась вырваться из рук безликого, но тщетно — он держал меня крепко. А потом Слендер коснулся моей промежности.       — Не надо…       — Давай забудем всё то, что было и насладимся друг другом.       — Я так не могу… Ты доставил мне столько боли…       — Ты мне тоже.       Может, всё же отдаться ему? Вдруг я на самом деле не вернусь с того света? Хочется почувствовать себя нужной хотя бы во время секса. Слендер прав — мне нечего терять.       — Начинай, — я думала, что монстр будет груб со мной, но всё вышло наоборот — безликий дарил мне нежность и ласку. И, возможно, любовь.       — Я бы хотел поговорить с тобой кое о чём… Но нет.       — Почему?       — Если только ты вернёшься, то скажу, — его холодные пальцы переплелись с моими, теплыми. Толчки были медленными и плавными. — Я надеюсь, тебе приятно?       — Да. Очень.       Мы сменили позу и продолжили заниматься сексом.       — Рейчел, милая…       Почему он так говорит? Только из-за того, что ему сейчас приятно? Или проявляет чувства?       — Моя хорошая…       — Перестань.       — Почему?       — Потому что это неправда. Я не верю тебе.       — Думай, как хочешь… — язык ласкал мою грудь, а затем опустился ниже и коснулся клитора. Меня будто током ударило. — Тебе же приятно, верно? А ты не хотела…       После того, как я бурно кончила, Слендер снова стал двигаться во мне, постепенно ускоряя темп.       — Рейчел…       Сперма попала мне на живот и грудь. Монстр взял меня на руки и понёс в ванную.       — Мне бы не хотелось, чтобы ты умерла.       — Интересно, почему?       — Потому что я люблю тебя.