Коп

      Пак проснулся в довольно ужасном настроении – его кожа чесалась от появившейся сыпи. Чимин принял душ и помазал высыпания. Затем он приготовил блинчики для мамы и красиво оформил блюдо.       Одевшись – черный пиджак, черные джинсы – и уложив волосы, омега поехал в полицейский участок. Чимин поднялся на этаж, где гремела торжественная музыка, и остановился возле нужной двери, не решаясь войти внутрь. – Пак Чимин, пошли со мной, – проговорил НамДжун, ведя омегу в гримерку, – сейчас тебя подготовят, я позже тебя позову, – сказал Нам, уходя.       До Чимы дотронулась чья-то рука. Повернувшись, он увидел девушку. – Присаживайтесь, меня зовут Кираен, сегодня я сделаю из вас самого красивого омегу на планете, – сказала девушка, приступив к макияжу, – тебе говорили, что там будет много камер и папарацци? – Нет, это не важно, – сказал Чим, уходя в свои мысли.       Пак немного волновался, так как он чувствовал несправедливость – все-таки, не он поймал преступников. – Пошли, тебя уже все ждут, – Намджун привел Чимина в чувства. Пак пошел за ним. С каждым шагом становилось все труднее… морально. Намджун хлопнул омегу по плечу. – Не волнуйся. Понимаю, все слишком быстро произошло, но люди должны знать героя в лицо.       Пак вдохнул и открыл дверь, резко зажмуривая глаза от яркого света софитов. Папарацци окружили парня, из толпы кто-то выкрикнул его имя. Пак краем глаза видит Тэхена и сидящих рядом с ним Хосока и Юнги. Альфа был очень недоволен и обижен.       Чимин неуверенно взял микрофон, не решаясь говорить несколько минут… – Думаю, вы и так знаете, кто я, но… то, что вам только что сказали... это не правда... я никого не сажал, я был жертвой и ничего такого не сделал...       Чимина перебил Джин. – Господа, он слегка нервничает, прошу подержать его, – Джин сказал на ухо Паку, чтобы тот не волновался.       Омега слышал аплодисменты в свою честь, видел вспышки камер… Но это все не для него – Чимин не любит внимание. – Я хочу рассказать вам правду... если вы думаете, что эти убийцы ужасные, то вы глубоко ошибаетесь. Со мной хорошо обходились, мне помогали. Каждый из них был добр ко мне. Эти люди очень изменились: если раньше они убивали, то сейчас спокойно играют в карты и веселятся. Что касается Чон Чонгука… он до сих пор убивает, он холоден, любит приносить боль. Но это объяснимо: у него было сложное детство. Прошлое сделало его таким. Изначально я хотел сбежать, но с каждым днем становилось все сложнее, я привязался... – по лицу Пака скатилась слеза, что было взято крупным планом всеми камерами.       Джин понял, что пора спасать дело. – У него стресс от пережитого. Преступники могли сделать с ним все, что угодно. А теперь мы хотим тебя наградить, – двое полицейских вынесли медаль и грамоту, вручив их Чимину. – Ты прожил неделю с ними и не умер – ты, действительно, избранный. Давайте поддержим Пак Чимина аплодисментами, – сказал Джин, и весь зал начал хлопать, пока Юнги возмущался из-за того, что все досталось какому-то хлюпику.       Чимин спустился вниз и отдал награды Юнги, который вцепился в них и не отпускал. Репортеры стали прижиматься ближе к омеге и просить автограф, но Паку было не до них – он хотел только поскорее уйти. – Прошу, Пак Чимин, пару слов, – кричал журналист. – Что вы чувствовали там? – говорил другой.       Пак выбежал из зала. Он пошел к себе в кабинет, чтобы достать из шкафа виски и напиться до беспамятства. Возле двери уже стояли Намджун с Тэхеном. Они постучали. – Пак, открой, пожалуйста.       Чимин открыл дверь, ловя в свои объятия Тэ. – Почему ты отказался от награды? И почему все отрицал? В чем дело? – Намджун жаждал правды. – Мне не нужна слава, я просто хочу быть обычным полицейским... – Уже не получится. Ты будешь моим помощником, и это не обсуждается. Жду тебя завтра к 9:00, – Нам хотел уйти, но остановился, услышав вопрос омеги. – Когда я могу увидеть тех убийц? – промелькнула надежда в глазах Пака. – Почему ты так этого хочешь? – Не важно, просто хочу увидеть, – Чим отвел глаза. – Завтра. Я как раз иду туда, чтобы поговорить с ними, – Нам ушел, закрыв дверь.       Чимин спокойно сел на кресло и стал пить, пока Тэ был рядом и смотрел на своего друга. – Что они с тобой сделали? – Ничего, – ответил Пак, смотря в окно. – Я вижу, как ты изменился, говори! – Тэхен повысил голос. – Отвянь, не хочу… это только мое дело. – Ну, раз твое, то ладно, мистер «одиночка», – фыркнул Тэхен, уходя в коридор, хлопнув напоследок дверью. – Чёрт! – прошипел Пак. Он обидел своего друга, испортил все – это он умеет. Чимин понимал, что он должен остыть и извиниться, но не сегодня. Допив алкоголь, он заснул прямо в кресле...