Ньюансы нашего сознания

— Неужели... После стольких лет! Поверить не могу! У меня получилось... Неужели нужно было сразу найти этот метод? Надо будет потом поблагодарить Юджина... Если бы не он... Ох... Я в одном из своих любимых миров! — монолог Эдит с собой воодушевлял. За последние пару лет она ещё никогда так не радовалась. — Да, детка! Шифтинг сработал! Кто молодец? Эдит! Юху! — девчонка начала приплясывать, зная, что её никто не видит. Ну, она так думала. — И это мо-ой мир теперь! И это мо-ой мир теперь! — она напевала новоиспечённую песенку собственного сочинения и продолжала двигаться в ритм и такт жужжащим пчёлам. Боковым зрением она увидела глаза, уставившиеся на неё. Сердце девы чуть не попрощалось с ней, и Оукман резко развернулась. Ноги подкосились. На неё смотрели два бе.. кхм, тролля (мы ведь помним, как относится семейство муминов к тому, что их иногда путают с бегемотами?). На неё смотрела маленького роста девочка, ухмыляющаяся и деловито расставившая руки по бокам. И крыс, который был ростом с саму Эдит. У всех зрачки были расширены размером с комету. — Муми-тролль, кажется, у неё белая горячка! Она сходит с ума! Её нужно спасать! — запаниковал крыс и подбежал к русоволосой. Он несколько секунд отчаянно тряс её за плечи, пока Мумин его не оттащил от неё. «Думай, Оукман! Думай... Что же делать... Что им сказать... Боже, неужто я вижу мумиков?.. Ладно... Нужно немного пыли пустить им в глаза... Я бы удивилась, если бы ко мне подошёл человек и сказал, что хотел при помощи астрала попасть в любимую книжку или фильм!» Но Эдит не пришлось начинать диалог первой. — Привет, — Муми-тролль первый проявил инициативу и протянул незнакомке лапу. «Интересно, это я уменьшилась или они увеличились?» — Привет. Как вас зовут? — разумеется, Эдит поимённо знала их всех. Муми-тролль, Фрёкен Снорк, крошка Мю и Снифф. Ей было очень неловко из-за того, что они только что видели и слышали. — Я... Меня зовут Муми-тролль, — представился мальчишка. — А это мои друзья. Крошка Мю, Фрёкен Снорк и... Снифф. Он немного переживал за тебя, поэтому так повёл себя. — А ты? — Я – Эдит. Эдит Оукман. И нет, Снифф, я не сумасшедшая. Извините за это зрелище. Просто... — лучше уж сказать что-то приближённое к правде, чем безбожно врать при первой же встрече, — вряд ли вы мне поверите, но я практикую перемещения из одного мира в другой. И видимо... у меня это получилось! Я ещё не встречала таких существ как вы! — Что ты хочешь этим сказать?! — нахмурилась крошка Мю, сложив руки на груди. — Ты такая хорошенькая... — Эдит взглянула на хмурую гримассу мюмлы, которая показалась ей очень милой. Она не удержалась. Оукман приблизилась к девочке и начала трепать её за щёчки. Мюмла вскипела от злости. И от шока. Никто ещё не позволял себе сюсюкаться с крошкой Мю. — Пусти! Пусти! Сейчас как укушу! — Ой... Зря это она... — встревоженно сказала Фрёкен. — Ну ладно... — Эдит отстранилась от Мю, — так вот. С помощью сна и медитаций я практиковала многие годы перемещения из одной вселенной в другую. И у меня на сей раз это получилось. Я точно не знала, куда собираюсь попасть. Просто решила, что это будет какой-нибудь спокойный и необычный мир. Кажется, моё сознание решило привести меня сюда, к вам. Но там, где живу я, нет таких крошечных человечков. Нет троллей и крысы у нас не разговаривают. — Странный у вас мир, конечно... — фыркнул Снифф. — Ты полностью прав, — усмехнулась Эдит. Оукман ещё раз посмотрела по сторонам. — У вас тут так красиво... Здорово, что вы здесь живёте. Такой растительности и животного мира у нас и в помине нет... — Ты к нам надолго, Эдит? — робко спросила Фрёкен Снорк, поправляя чёлку. — До утра. В моём мире сейчас ночь. Но время тут может идти немного не так, как там. Поэтому здесь пройдёт день, а там – час. — Ух-ты... — удивился Снифф, — а где же ты будешь спать, если ты тут на несколько дней? «А вот об этом я не подумала... Надо было прописать в скрипт, что у меня с собой раздвижная палатка есть!» — Поищу какой-нибудь лес поблизости и найду себе там какое-нибудь укромное местечко. — О... нет! Ты что? В лесу так много опасностей. Вдруг с тобой что-то случится? Ты можешь жить у меня дома. Мама и папа против не будут. — Как мило, Муми-тролль... Но мне будет ужасно неловко. Не хочу доставлять вам лишних хлопот, — Эдит опустила глаза вниз, разглядывая лютики. — Вовсе нет! — тролль взял её за руку и потащил вперёд, — побежали! Фрёкен, Снифф и Мю последовали за ними. *** Оукман рассматривала интерьер в доме Муми-троллей. Поразительно, до чего же уютно! Даже когда она смотрела аниме, она мечтала тут очутиться. И вот... сейчас Мумин представляет её своей маме здесь. — Значит, ты сюда попала из другой реальности? — Муми-мама внимательно разглядывала каждую черту в лице девочки. — Именно. Звучит странно, но... — Не думаю, что это странно. У нас уже случалось много всего... Поэтому мне совсем не сложно поверить в то, что человек при помощи концентрации и упорного труда очутился в другом месте. — Здорово, что вы верите, — Эдит отпила горячего чая из кружки. — Спасибо за чай, Муми-мама. — На здоровье, солнышко, — мило улыбнулась ей троллиха. — Я помогу вам с работой по дому, а потом пойду в лес искать себе место для ночлега. — Ты что? — удивилась женщина. — Оставайся у нас сколько захочешь. Мы всегда рады гостям. — Вы такие добрые и гостеприимные... А в моём мире этого не ценят, — вздохнула сероглазая, — доброта считается слабостью, а хорошее обращение с гостями воспринимают как должное. Хорошо, что вы живёте здесь, в... — Муми-доле, — подсказал ей Мумин. — Точно, спасибо. «Боже мой... Актриса высшего уровня... Эмибет Макналти отдыхает!» Эдит помогла женщине с уборкой и приготовлением пищи, а пока они хлопотали по дому, девочка рассказала ей кучу всего, что происходило у неё в той реальности. Честно говоря, Муми-мама была в шоке, что люди в её местности так жестоки и беспощадны. — А где твои вещи? — У меня их нет. Видите ли, я заснула просто так. Легла в кровать и представляла, как попадаю в какое-нибудь чудесное место. Так меня и занесло в вашу долину. — Так мило, что ты попала именно к нам. Чувствуй себя как дома, — в глазах троллихи читалось искренность, тепло и доброта. Она внушала доверие. — Ты можешь спать со мной в комнате, на гостевой кровати, — Муми-тролль и Эдит поднимались вверх по лестнице в его спальню. Оукман осмотрела помещение. — Как уютно... — Рад, что тебе нравится, — покраснел Мумин. — Ещё бы мне не нравилось, тут же так просторно и тепло. И... клёвые игрушки, — взгляд Эдит проскочил по красному резиновому мячу. — Нравится? Это мне Фрёкен Снорк подарила, — тролль взял в руки подарок и бросил его девочке, — лови! Оукман усмехнулась и тут же поймала его. Они бросали его друг другу пару минут. Потом Муми-мама позвала их. Они спустились вниз. Пахло чем-то жареным. Муми-мама всё ещё возилась на кухне. Вытирая стол, она сказала ребятам: «Отнесите Муми-папе поесть, он снова занят написанием мемуаров». Эдит кивнула, взяла у женщины полный поднос с кушаньем, который то и дело шатался и трёсся от количества посуды на нём. Она снова поднялась вверх по лестнице. Руки были заняты подносом, поэтому она легонько постучала ногой в дверь. — Входите. Мужчина не отрывал взгляд от свитков. — Не пугайтесь, Муми-папа. Меня зовут Эдит, я попала сюда из другой реальности, как бы странно это ни звучало. Муми-мама сказала, что я могу пожить у вас, — девчонка поставила поднос с обедом на его рабочий стол. Она принялась рассматривать кабинет, ожидая его ответа. И правда очень рабочая обстановка. Первый шаг для мотивации заняться творчеством или учёбой – сделать рабочее место похожим на это. — А... — замешкался тролль, он был полностью погружён в работу, — помню, девочка из мира злых людей. Муми-мама только что сказала мне. Что ж, тебе здесь однозначно рады, не стесняйся. Спасибо. — А что вы пишете? Это мемуары? Отец семейства кивнул. — Всё верно, я их пишу очень давно. Но вдохновение никак не идёт... Эдит вглядывалась в слова на пергаменте. — Я тоже пишу. Правда это выдуманные истории, нежели то, что вы пишете. — Правда? — Да-а, — закивала Оукман. — Они о выдуманных приключениях выдуманных людей. Если у вас не идёт с описанием уже произошедших событий, может, придумаете то, что можете описать так красочно? Тролль немного подумал. — А знаешь... довольно неплохая идея. — А дети и взрослые Муми-дола и даже всего мира будут читать ваши сказки и восхищаться вами. Муми-папа весь засиял. — Огромное спасибо за идею, Эдит. Я обязательно воспользуюсь ею. Да! Я стану знаменит! — радовался тролль. — Зайди чуть позже, расскажешь о своих выдумках, хорошо? — Конечно, Муми-папа, — Оукман кивнула и вышла за дверь. За ней она слышала: «Так... Золотой дракон с тремя розовыми глазами, который питается исключительно зебрами и...». Эдит усмехнулась. Она собиралась спуститься с лестницы, как к ней подбежал Мумин. — Э-Э-Эдит! Идём поиграем на улице! — Ещё спрашиваешь, с радостью! — улыбнулась русоволосая и выбежала из дому, держа за руку маленького тролля. — Мы скоро вернёмся, Муми-мама! — махнула она рукой женщине, которая спокойно сидела во дворике и читала книгу. — Веселитесь, — мягко сказала она. — Спасибо! Заката ещё не было, солнце приятно согревало кожу. Эдит и её "головные друзья" шли по тропинке. — Так, стоп. То есть этих людей совсем не смутило, что с ними разговаривают... как они там сказали... бегемоты? — прекрасно Эдит понимала, о чём говорит Мумин. Она же смотрела эту серию. Но реакция её должна быть соответствующей. — Да-а! Они посадили в клетку и меня, и Фрёкен Снорк, и даже маму с папой! — по лицу Мумина было видно, что это событие оставило болепричиняющий шрам на его воспоминаниях. — Они такие глупые... Их самих нужно запереть в ящике. И ящик этот кинуть в открытое море! — засмеялась девочка. Крошка Мю и Снифф подхватили смешинку. Фрёкен Снорк и Муми-тролль встревоженно переглянулись. — У вас так там делают? — робко спросила хрупкая девочка. — Нет, это лишь мои фантазии о том, что нужно делать с теми, кто не даёт никакой свободы животным и людям! — Очень хорошая мысль, — добавил Снифф. — Спасибо, — улыбнулась Эдит. — Прямо как Филифьонка! У её детей никакой свободы. Она даже не спрашивает, хотят ли они или нет. Мне кажется, она забирает у них детство. — А может, тебе и не кажется. Я тоже знакома с такими родителями. Они вечно норовят сделать себя и своих детей свежими сливками общества, но это так глупо... Смысл жить так, чтобы лишь думать о том, одобряли ли люди то, что ты делаешь? А как же твоё собственное мнение? С другой стороны... может, она просто слишком сильно переживает за них. Такое бывает, когда у человек с детства травмирован и вечно тревожен. Возможно, это связано с тем, что в детстве её родителям было на неё плевать. — Какие правильные слова, — ответил Мумин. — Где ты научилась этому? — Спустя годы начинаешь думать о многом, — улыбнулась Эдит. Компания ребят сидела на траве и смеялась над шутками друг друга. Но их новенькая подруга притихла. Её мысли переносятся в то самое событие. Школа. Седьмой класс. Над ней потешаются. Одноклассница насильно хватает её ладонь и вонзает туда иглу. Истошный вопль русой девочки лишь удовлетворяет толпу подростков. Паркет покрывался всё новыми алыми каплями, чем-то напоминавшими вишнёвый сок. Это ужасное воспоминание останется в памяти девочки на всю жизнь. Ирония в том, что Оукман не понимала: было ли это на самом деле или ей причудилось. Следов от того инцидента не осталось. Эдит застыла и не слышала голоса друзей. — Эдит! Эдит! Эдит! — Снифф снова тряс её за плечи. — Очнись... Девочка не реагировала на попытки крыса привести её в чувства. — Дайте-ка я! Пока вы будете пытаться её разбудить, уже ночь пройдёт! — рыжая девчонка оттолкнула любителя поесть в сторону и подвинулась к Оукман. Зубы маленькой мюмлы с бешеной силой впились в её ногу. Глаза Эдит открылись сами собой, а из её рта раздался истошный крик. Девчонка помотала головой, чтобы окончательно прийти в себя. — МАЛЫШКА МЮ! ЗА ЧТО? — сердилась она. — Не злись. Ты никак не хотела очнуться, застыла... как восковая фигура. Даже у Сниффа не получалось ничего. Что с тобой стало? — А... я... ничего, спасибо, всё нормально, — она широко улыбнулась. Мумин смерил её недоверительным взглядом, но решил, что раз они друзья, то она потом сама расскажет. — Извините. — Думаю, Эдит нужно немного поспать. Она, должно быть, слишком устала. Наверняка путешествия по вселенным отнимают много сил, — Фрёкен Снорк положила ей руку на плечо. — Оу... наверное... не знаю... — Да, мы как раз сейчас собрались идти ко мне, ты можешь поспать у меня два часа, — выдвинул идею Снифф. — Мне нелов.. — Да брось, слишком уж тебе неловко во всём! Тем более ты сейчас в подходящей одежде, чтобы лечь спать! — В смысле? — Оукман подошла к озеру, чтобы посмотреть на себя и сейчас ей хотелось вовсе проснуться в своей реальности. Она была в оранжевой майке и пижамных шортах (в последнее время было очень жарко). А поняла она это только сейчас. Она закрыла рукой лицо, которое так залилось краской (Эмити Блайт нервно курит в стороне), что ей ещё и за это стало стыдно. — А я думал, это такой стиль. Думал, у вас там так все ходят, в вашем мире. — Оу... да! Конечно! У нас совсем другие пижамы, что ты... — так неправдоподобно её слова ещё никогда не звучали. — Но обувь тебе всё же не помешает, — сказал Снифф, — у меня дома есть старые коричневые ботинки, раньше в дождь их носил. — Сойдёт. Спасибо огромное, Снифф. Уже в доме у крысёнка Эдит попыталась заснуть. Лишь бы не пробудиться в своём мире...