Кто убил Карла Граймса

Не стоит объяснять, что фигура отца в жизни Карла занимает чуть ли не главное место. Карл привязан к Рику, причем настолько, что это превратилось в глобальную проблему. С самого начала мы видим, что Рик своей семьей очень дорожит, семья для него всегда на первом месте, о чем он нередко говорит вслух. Кто-то может утверждать, что Рик прекрасный заботливый отец, но я предпочту копнуть намного глубже, чтобы добраться до сути. Многие отцы становятся примером для своих детей, ведь до определенного возраста родитель остается всемогущим супергероем в глазах ребенка, тем более такой отец, как Рик Граймс. Он лидер, он ведущий, он главный, его слушают, его уважают, его восхваляют, и Карл, безусловно, не остается в стороне. Он все это видит и впитывает как губка, он любит отца и следует за ним точно также, как остальные, вот только подобным влиянием Рик не ограничивается. Выживать в зомби-апокалипсисе невероятно трудно, любой родитель в подобной ситуации будет оберегать своего ребенка и стараться заботиться о нем, но Рик постоянно переходит границы: его любовь и забота перерастают в одержимую гиперопеку, которая только мешает Карлу жить и развиваться. Карл рано повзрослел, рано научился адаптироваться к новому миру, рано начал задавать себе «взрослые» вопросы, но Рик просто слеп к большинству проявлений характера сына, он заворачивает Карла в огромный кокон, ограничивает его самостоятельность и попросту не слушает, что приводит Карла к неосознанному решению запихнуть свои мысли, эмоции и переживания подальше вглубь себя. Карл становится тенью собственного отца, многие воспринимают его, в первую очередь, как «сына Рика Граймса», а не как отдельную личность, что медленно и уверенно уничтожает Карла изнутри. Карл начинает ставить под сомнение идеализированный образ отца слишком рано, он чувствует насколько сильно опека отца сковывает, но в то же время не может позволить себе допустить мысли о том, что отец не прав, видя, как группа следует за ним. К ужасу отца, у Карла формируется слишком сильный характер, который не так просто задавить. Карл — борец, он отчаянно рвется к самостоятельности и ответственности, что выливается в несколько бунтарских поступков, которым абсолютно всегда предшествует конфликт с Риком. Начнем с начала. Несмотря на то, что Рик всегда был авторитетом, многие моменты указывают нам на то, что он не прав, в том числе это делает и сам Карл. При попытке Рика поговорить с Карлом о том, как тот нагрубил Кэрол, Карл вполне уверенно противостоит его словам. На просьбу исправить свою ошибку, Карл логично и смело отвечает отцу, «Поэтому ты убьешь того парня? Чтобы исправить свою ошибку?». После такого ответа Рик явно нервничает, создается ощущение, что ему не нравится, как взросло Карл мыслит. Этот разговор подталкивает Карла к первому серьезному бунту, попытке доказать свою взрослость: он крадет пистолет у Дэрила, что приводит к необратимым последствиям. Интересно, что первым человеком, которому Карл рассказал о своем чувстве вины, стал Шейн, что еще раз показывает нам доверие к нему со стороны Карла. Уолш был Карлу другом, именно ему он доверил свой страшный секрет и сдал оружие. Карл начинает бояться самого себя, понимает, что больше не хочет подвергать кого-либо опасности, понимает, что отец был прав, запрещая ему брать оружие, и когда Шейн предлагает Карлу все же забрать пистолет для защиты, Карл слишком напуган содеянным, чтобы преступать запреты отца. Тем не менее Рик, узнав об этом случае, игнорирует возможность поговорить с сыном на такую серьезную тему, как убийство, предпочитая решать судьбу несчастного парня в амбаре. Да, политика безусловно важна, но не обращая внимания на проблемы сына, Рик не облегчает ситуацию, и Карл остается наедине с собой и своим чувством вины. И все-таки притронуться к оружию Карлу пришлось и как ни иронично, именно для того, чтобы застрелить Шейна — друга, которого Карл потерял. Смерть Лори хорошо показывает разницу в эмоциональности Рика и Карла. Сын, только что убивший собственную мать, — спокоен, на его лице нет эмоций, он сделал то, что был должен, хоть это было и тяжело. Карл не должен чувствовать вину за это, но Рик своей бурной реакцией будто обвиняет сына в содеянном. Рик убит горем, но вместо того, чтобы собраться и попытаться пережить этот тяжелый момент вместе с сыном, шериф катается по земле, даже не пытаясь показать сыну словами, объятием, прикосновением, что он не один. Карл понимает — это его время быть сильным: он должен отключить собственные эмоции, чтобы помочь отцу справиться с горем. Уже в Тюрьме, становясь старше, Карл продолжает настаивать на своей самостоятельности, в то время как Рик постоянно меняет свое отношение к воспитанию сына. Он то рассказывает Карлу о том, что тот уже взрослый, то загоняет его в жесткие рамки запретов, то снова говорит об ответственности, оставляя Карла за главного, когда большая часть группы уезжает в Вудбери, и Карл зря времени не теряет. Он крайне серьезно относится к словам отца, стараясь использовать шанс показать себя. Карл готов к тому, что отец может не вернуться с вылазки, говорит о своей ответственности перед Джудит и идет проверять подвалы, кишащие ходячими. Даже Хершил не останавливает его, позволяя быть сильным, разрешая Карлу быть тем, кем он на самом деле является. Для Карла все еще важен пример отца, но все же он больше ориентируется на себя и поступает так, как считает нужным для того, чтобы сохранить жизнь маленькой группе людей, за которую он отвечал. Но отважные поступки Карла, включающие спасение и безопасное изолирование новой группы людей, совершенно не влияют на мнение Рика о нем. Поэтому, когда возвращается отец, возвращается и отношение к Карлу, как к ребенку, что в скором времени влечет за собой второй серьезный бунт. Карлу не разрешают сражаться вместе с остальными, что позже оборачивается убийством сбежавшего солдата Губернатора. Нужно ли оправдывать подобный поступок Карла? Вовсе нет, Карл поспешил с расправой, но на это было несколько веских причин. Во-первых, это очередная попытка показать отцу, что он чего-то стоит и готов сражаться наравне со всеми, потому что Карл сам гордо заявляет, что «выполнил свою задачу» и убил врага. Во-вторых, действия Карла имеют свою логику. Он не раз наблюдал, как милосердие и бездействие оборачивается смертью близких ему людей, Карл видит, как любое действие имеет свои последствия, и он не хочет, чтобы это повторилось. Все крутится вокруг его собственного чувства вины, пустившего корни в мозг парня со смертью Дэйла. Карл видит ошибки отца, на которые прямо указывает, он борется со своим чувством вины, пытаясь разделить его с Риком, ведь одному нести такую ношу очень тяжело. Карл зол на отца за то, что тот не позволяет предотвратить ужасные события, которые могут повлечь за собой смерти близких. Карл хочет действовать, чтобы исправить проблему, но сталкивается с вечными ограничениями и запретами, что не лишает его чувства вины, а лишь усиливает его, ведь отец не видит ценности поступков сына, а просто снова и снова игнорирует и запрещает. Карл оправдывает свои действия, поступая так, как просила его мать перед смертью, а именно поступает так, как считает правильным. Карл стоит на своем, и его упорство определенно имеет некое влияние на Рика, потому что отец молчит, не пытаясь перечить сыну. Вот только Рик не понимает, что если бы он давал сыну больше свободы, хотя бы иногда разрешал сыну сражаться, такого бы не случилось, потому что бороться за свои слова и действия Карлу не нужно было бы. После случая с солдатом Губернатора у Карла забирают оружие. Рик не оставляет отчаянные попытки вернуть сыну детство, делая это практически в принудительной форме. Рик ужесточает рамки и усиливает опеку, изо всех сил пытаясь воспитать из Карла фермера. В первую очередь Рик делает это для себя, пытается отгородиться от страшного мира за забором Тюрьмы, сделать вид, что тут они живут в безопасности. Карл видит, что это совсем не так и не хочет питать себя иллюзиями, он полностью принимает обстоятельства мира и понимает, что игнорировать это нельзя, но Рик пытается изменить желания и мышление сына под себя, снова не собираясь принимать, что сын — отдельная личность, а не просто маленькая копия отца. Несмотря на сильную индивидуальность и бунтарский характер, Карл все еще любит и уважает отца. Рик остается для него авторитетом и примером для подражания. Карл извинятся перед отцом за то, что не соответствует его желаниям, извиняется за то, что он личность и имеет собственное мнение, говорит что пытается быть тем, кем хочет видеть его Рик, когда по сути старается сломать себя ради отца. На вопрос, который снова не совпадает с желаниями Рика, Карл получает полное игнорирование и моментальный перевод темы на ту, которая интересна отцу. Рик ясно дает понять, что слушать сына он не намерен. Несмотря на покорность и искреннее желание соответствовать ожиданиям отца, Карл не задумываясь нарушает запреты, когда видит, что иначе нельзя. Не сомневаясь ни секунды, Карл хватает оружие, чтобы спасти жизнь Мишонн, а позже извиняется перед отцом за нарушенное правило, извиняется за то, что спас человеку жизнь. Разве должен человек извиняться за принятое им правильное решение, особенно когда дело касается спасения жизни? Я так не думаю. Рик возвращает сыну пистолет только когда возвращает оружие и себе, когда оставляет попытки делать вид, что мир не рухнул, а они все просто милые фермеры. Жаль, что возвращение пистолета совершенно не связано с серьезным решением рассказать отцу об уроках Кэрол по самообороне для детей, которое принял Карл, высказав свое мнение о ситуации. Эту часть разговора Рик снова проигнорировал, дав понять, что отдает сыну оружие, не потому что тот доказал свое доверие и осознанность, а потому что Рик просто разочаровался в себе, как в фермере. Борьба Карла за проявление индивидуальности и характера на данный момент не является умышленной, он старается быть тем, кем хочет видеть его Рик, но в то же время понимает, что это дается ему с трудом. Карл замечает, что он другой и боится признаться в этом даже самому себе, но постепенное принятие происходит так или иначе. Когда Карл говорит Рику о том, что тот не сможет оградить его от всего, что происходит, Рик снова воспринимает слова сына довольно враждебно. Разница в эмоциональности отца и сына снова очень хорошо видна во время битвы с Губернатором. Обнаружив пустое окровавленное креслице Джудит, Рик снова впадает в истерику, в то время как Карл справляется с болью утраты, вымещая агрессию на ходячем. Это тот момент, когда Карлу снова нужно быть сильным для отца. Карл сдерживает свою боль до последнего и срывается на слезы, только когда Рик останавливает его. После падения и потери Тюрьмы Карл испытывает первое сильное разочарование в отце. Мысли о том, что его отец не всемогущий супергерой, что он часто бывает неправ и его указаниям не всегда нужно следовать, теперь вырываются на свободу и становятся причиной третьего и самого заметного бунта. Видя, что отец сильно ранен, Карл не раздумывая, берет его под свою ответственность. Он отлично осознает, что сейчас только сам Карл может управлять ситуацией и быть ведущим в этом дуэте, чтобы они оба смогли выжить. В то же время Карл невероятно зол на отца за то, что тот не сумел защитить их общий дом и семью, но высказать все это Рику в лицо Карл не может, слишком часто он оказывался в ситуации, когда отцу было плевать на его мнение. Карл снова сталкивается с тем, как бездействие и демократичность отца приводит к трагедии и потерям: Карл в ярости, ведь он предупреждал, но как всегда остался неуслышанным. Теперь, когда Рик ранен так сильно, что сын очевидно превосходит его по силе, логичным решением было бы доверить Карлу контроль над ситуацией, лишь прикрывая в нужный момент, но Рик Граймс не был бы Риком Граймсом. Отец вступает в настоящую конфронтацию с сыном, как будто снова пытаясь доказать самому себе, что не все так плохо, и раны не такие уж серьезные. Карл в свою очередь только больше злится на упрямство отца, прекрасно понимая, что в данной ситуации он явно сильнее и неосознанно начинает использовать против Рика его же приемы. Первое, что делает Карл — это игнорирует просьбы и не отвечает на вопросы. Он нарочно не обращает на отца внимания даже, когда Рик говорит с ним, глядя в глаза. Карл полностью эмоционально закрывается от Рика, показывая только раздражение и нежелание разговаривать. Второй прием, который использует Карл, — запреты и ограничения. Карл начинает контролировать отца, распоряжаться его действиями, разрешать и запрещать, выражая заботу в агрессивно-навязчивой форме, как всегда это делал Рик. Естественно отец недоволен самовольничеством сына, Рик говорит с ним приказным грубым тоном, пытаясь вернуть себе лидерство. Рик будто соревнуется с Карлом, что в данных обстоятельствах выглядит просто глупо и жалко. Третий прием, которым Карл отзеркаливает поведение отца, — напоминание о слабости, беспомощности и глупости. Карл начинает показывать отцу, что тот не способен сделать что-либо, поскольку слишком слаб, а когда Рик предпринимает отчаянные попытки что-то сделать, Карл снова говорит о том, что ничего не выйдет и лучше не пытаться, чтобы не сделать хуже. Карл понимает, что Рик начинает соперничать с ним. Сын поддерживает игру и выигрывает, тем самым снова доказывая отцу, что тот слаб и плох. Карл указывает отцу на его нелогичность и тупость, специально поступая противоположно тому, что называют «осторожно», тем самым выставляя Рика идиотом со своей нескончаемой гиперопекой. Четвертый прием — давление на чувство вины. Карл припоминает отцу его старый грех, заставляя Рика почувствовать сожаление. Единственное отличие в том, что Карл делает это открыто, не скрывая своей цели задеть отца, в то время как Рик не осознает, что делает. То, что Карл воздействует на отца его же приемами, не понимает ни Рик, ни сам Карл. Он просто воспроизводит то поведение лидера и контроллера, которое всю жизнь было у него перед глазами. Тем не менее Рика ужасно злит и поведение сына, и собственная беспомощность. Важный момент, где прекрасно видно, что Карл умеет расставлять приоритеты и отлично осознает, в каком мире живет. Вместо того, чтобы рассматривать все предметы в бывшей комнате сверстника, Карл после секундной радости, забирает провод от телевизора, чтобы зафиксировать им входную дверь дома. Чувствуя, что сын прав, указывая на его слабость, Рик становится агрессивным и не дает проявить Карлу заботу о себе. Он продолжает свое никому ненужное соревнование с сыном за лидерство. Тем не менее, Карл продолжает свои попытки позаботиться об отце. Он делает ему завтрак, но обнаружив, что Рик все еще находится без сознания, съедает его порцию. Карл пытается сделать отцу компресс, но очень быстро понимает, что это абсолютно бесполезно. Карл злится, что тот человек, которого он всю жизнь считал непобедимым, сейчас так беспомощен. Карл чувствует разочарование, что всегда приводит к обиде и злости, которые потом перерастают в страх. Тот, на кого Карл привык опираться, больше не может помочь, Карл внезапно осознает, что сейчас может принимать решения самостоятельно. Проблема лишь в том, что ему слишком редко выпадала возможность получить одобрение своим проявлениям ответственности, что теперь влечет за собой страх и агрессию. Карл боится, но все равно прибегает к действию, прекрасно понимая, что никто кроме него самого не поможет. Справившись с первой проблемой, Карл начинает ощущать больше уверенности в себе, больше свободы, он наконец-то начинает по-настоящему пользоваться своими умениями. Он все еще мысленно пытается справиться с разочарованием в отце, настойчиво убеждая себя в том, что больше не нуждается в Рике. Карл делится своим успехом с Риком, который все еще находится без сознания, что довольно быстро приводит Карла к эмоциональному взрыву. Карл наконец-то дает эмоциям выход, позволяет своей злости, разочарованию, страху и боли вырваться наружу. Впервые в жизни Карл может позволить себе сказать Рику все, что он думает и чувствует по отношению к нему. Карл, который запрещает себе испытывать эмоции, чтобы быть сильнее, чтобы быть лучше для отца. Карл, который плохо понимает как пользоваться эмоциями, загнав себя в жесткие рамки, позволяет себе выговориться отцу. Был бы отец в сознании, Карлу не хватило бы смелости сказать все это, он отрицал бы любую мысль о том, что отец неправ, продолжая молчать, борясь с подсознательным пониманием того, что Рик не идеал, и сам Карл совсем не оправдывает ожидания отца. И только так, когда отец не может осудить эмоции сына, попытаться остановить его, задавить своим авторитетом, Карл может говорить, зная, что так и не будет услышан. Рик не воспринял бы слова Карла всерьез, огрызнулся, проигнорировал бы их или прочитал длиннющую речь о том, как сильно любит сына. Хочет он этого или нет, Рик манипулирует Карлом, повторяя фразу «Все, что я делаю в жизни, я делаю ради тебя». Этими словами он бессознательно перекладывает ответственность за все свои действия на сына, только подливая масла в пламя чувства вины Карла. Все убийства, все схватки и войны, одной этой фразой моментально переносятся на совесть Карла, ведь если бы не он, отцу не приходилось бы делать так много ужасных вещей. Безусловно, Карл в отце нуждается, как и любой подросток, нуждается во внимании, в том, чтобы его услышали, чтобы с ним считались, нуждается в знаниях о том, как выживать, нуждается в свободе. Да, сейчас Карл очень легко может погибнуть один, но если бы отец давал ему хоть немного больше свободы, Карлу сейчас было бы намного проще. Рик избрал путь гиперопеки, что теперь только мешает Карлу проявлять самостоятельность, которая безусловно ему присуща. Карл сильный, но из-за такой привязанности к отцу теперь чувствует себя беспомощным и старательно прикрывает это безразличием, что в итоге ломает его, когда он не может нажать на курок и пристрелить «обратившегося» отца. Карла ломает осознание того, что он на самом деле он может потерять отца. Карл очень зависим от Рика, и теперь испытал самый настоящий страх потерять того, кто все это время контролировал его действия. Поскольку Карл не умеет распоряжаться собственной свободой, он чувствует себя слепым котенком, беспомощным и беззащитным. Предполагаемое убийство ходячего Рика намного труднее дается Карлу, чем убийство матери. Понимание того, что теперь он останется совсем один, безусловно зависимые отношения с отцом, наталкивают Карла на решение умереть вместе с отцом, чем жить без него. Это радикальная мера, которую Карл никогда не предпринял бы с холодной головой. Теперь же, когда Рик оказался жив, Карл снова приобретает веру в отца. Рик возвращает себе уважение сына, указывая на его мужественность. Он извиняется, но Карл просит его этого не делать, хотя днем ранее указывал на недостатки отца, за которые стоило бы принять извинения. Так будет происходить с Карлом на протяжении всей его жизни, волновой характер разочарования в привычном для него образе отца еще не раз покажет себя. Новый переломный момент не заставляет себя долго ждать. Карл сталкивается с новым видом опасности — попыткой изнасилования. Этот случай заставил Карла почувствовать себя максимально беспомощным и униженным, стычки с ходячими на этом фоне кажутся пустым звуком. Карл понимает, что никак не сможет выиграть в схватке с этим человеком, эмоции моментально берут вверх, потому что Карл не знает, как быть сильным в подобной ситуации. Безусловно Карл сопротивляется, но знает, что это почти бесполезно. Рик быстро приходит на помощь, зверски убив главаря банды, что подкрепляет веру сына в отца. Это сильный поступок, который на самом деле вызывает уважение. Оказавшись в объятиях Мишонн, Карл внимательно наблюдает за расправой над насильником, пожирая все подробности убийственным свирепым взглядом. Он хочет видеть, как умирает тот, кто заставил его чувствовать себя таким слабым. Столько злобы и ненависти нечасто увидишь во взгляде младшего Граймса, но с этого момента Карл все чаще использует свой убийственный взгляд. Случайно Карл снова слышит о том, что отец совершает множество ужасных вещей ради сына и это наталкивает Карла на определенные мысли. Позже Карл делится с Мишонн своими переживаниями. Старые раны открываются, Карл снова думает о том, что не соответствует желаниям отца, и теперь уже четко осознает, что быть тем, кем считает его Рик, он не может. Его тревожат эти мысли, как тревожили и до этого, но сейчас он воспринимает это спокойнее. Карл называет себя монстром, побаиваясь своей же хладнокровности, закрытости, тех рамок в которые самостоятельно себя загнал. Он чувствует опустошенность и понимает, что это не нормально, но постепенно начинает принимать эту сторону себя, учится жить со своим внутренним монстром, от которого уже никуда не деться. Карл понимает, что жестокость в их мире нужна. В то время, как Рик испытывает сожаление, переживает из-за столь жестокого убийства бандитов, боится собственных действий, Карл не испытывает никакой жалости, считая такой поступок абсолютно правильным. И Рик так или иначе узнает об этом. При осмотре группы в Терминусе Карл ясно дает понять, что считает расправу над бандитами справедливой, взгляд Рика в этот момент отлично показывает его удивление. Карл знает, что отец смотрит и осознанно дает ему понять, что не совсем тот, кем Рик его считает. Почти сразу же нам показывают флешбек, где снова указывают на то, как сильно Рик пытался вернуть Карлу детство, но сын эти попытки игнорировал, занимаясь вместо сбора лего тем, что считал по-настоящему важным. Рик уверяет, что пистолет Карлу не пригодится, но в итоге именно эти навыки ему и пригождаются. На этом заканчивается первый этап воспитания и взросления Карла, когда думать нужно было в основном только о выживании. Далее же начинается немного иная арка в жизни Карла Граймса.