Эонис только для потерянных душ

      На столе стояла лампада. На лампаду завороженно смотрел Касандр. Раб Касандра стоял за стеклом и разглядывал своего хозяина, не зная, что делать. Нужно было зайти в дом до рассвета, что б его не заметила Адаяр, но и вламываться в дом к явно неадекватному хозяину посреди ночи. Но Касандр заметил Одо раньше, чем тот решил, что делать.       — Мальчишка? Ты чего там мнёшься? Заходи.       Одо пожал плечами и легко влез в открытое окно.       — Это мода через окна лазить? — поинтересовался Касандр, — не пугайся ты так. Лицо вон белое всё. Трезвый я. Почти.       — Дверь закрыта ночью.       — И что? — не понял Касандр, вдруг попросил, — достань отвар, будь хорошим рабом. Он там наверху.       — А как я дверь открою? — уточнил Одо, вставая на скамью, что б достать отвар с верхней полки.       — Ключи всегда висят, — начал было Касандр, — ай, точно, ты же пришлый. Они левее от двери.       — Вы не будете ругаться? — уточнил раб, — тут их много, какой брать?       — Любой бери. Они ж подписаны. А за что тебя ругать?       — Мне можно гулять по ночам без разрешения? Я же могу, — Одо взял первую попавшуюся банку на которой в полутьме разглядел что-то по начертанию похожее на слово: «счастье», спыгнул со скамьи и пошёл набирать воду, — я же могу убежать.       — И куда побежишь? Кстати, куда ты бегал?       — К сестре, — признался Одо, — соскучился.       — А днем встретиться нельзя? Нужно ночью обязательно?       Одо чуть ведро не выронил, а потом понял: у хозяина не адекватность проснулась, а алкоголь разум затемнил. Вот он и общается на равных с рабом и погулять посылает.       — Да, — согласился Одо, взгрузил на стол ведро и начал зачёрпывать оттуда воду. Касандр наблюдал за этим с интересом.       — Почему ты меня боишься?       — Господин Касандр, — нервно рассмеялся Одо.       — Мне интересно. Мы уже который день ночуем одни в этом доме, и ты ни разу не показывался из комнаты ночью. Я тебя пугаю?       — Да, — кивнул Одо и зажмурился, ожидая удара, но его не последовало.       — Забавно, я думал, что в доме уже все ко мне привыкли.       — А я же пришлый, — неожиданно для себя передразнил Одо, поставил перед господином стакан чего-то очень сладкопахнущего.       — Наливай отвара и себе и садись. Всё равно нет смысла ложиться, тебе скоро вставать.       — А вам?       — А я без Анаи уже не усну, — признался Касандр, — так почему ты меня боишься?       — Вы на моих глазах убили рабов.       — А они убили членов королевской семьи. Думаешь, я б махнул рукой, если б это был знатный помещик? Мы жизнью ради царя рисковали на войне. Я не позволю обесценивать жизни моих товарищей.       — Не смотрел это с такой стороны. Я думал это наказание за непослушание.       — Мне заняться нечем? Я своих то рабов не убиваю.       — Понял, — прикусил губу Одо, обнял руками кружку, сел напротив Касандра.       Они молчали долго. Очень долго. Когда луч солнца упал на глаз Касандра, тот будто очнулся.       — С праздником тебя, раб.       — С каким?       — День празднования первого света. Мне нужно сегодня принести жертву богам. Проводишь?       — А у меня есть варианты?       — Нет, — покачал головой Касандр, — ещё я хочу сходить в склеп сегодня.       — К госпоже Анае?       — Да. Я, если честно, очень скучаю, — Касандр вдруг погруснел, — она ко мне приходит, но она умерла. Я спрашивал у лекаря. Это болезнь. Понимаешь, моя жена — болезнь! — Касандр начал злиться, оскалился, — она не грешила! Осуждала меня за убийства! Должен был я умереть, а не она!       Одо вжался в скамью, склонил голову в раздумии, резко вскинулся:       — Это судьба!       — Служитель сказал, что я мертв!       — А мне что я буду счастлив! Нашёл кому верить!       Касандр замолчал, продолжал глубоко дышать, сверля глазами Одо, тот смотрел прямо в глаза хозяину очень боялся, но виду пытался не подавать. Храбрился, как Сил и Тринений, когда те убивали своего хозяина.       — Да иди ты. Я спать, — ушёл, оставил кружку на столе, Одо так и стоял с глазами полными страха. А потом в каком-то мареве подошёл к двери хозяина и без стука вошёл. Прошёл к нему и обнял, как это сделал недавно Царь Герсион.       — Откуда ты свалился такой, мальчик? Я мертв, а ты обниматься лезешь.

***

      Всё, что происходит в спальне под покровом темноты остаётся в спальне. Никто в доме и не догадывался, что хозяин и раб в тот остаток ночи просто спали. Касандр на кровати, а Одо подле неё, как верный пёс сторожил сон хозяина. Первый его нормальный сон за целый месяц, который прошёл с дней смерти жены и детей.