Belly rubs

      Кокоми очень трудолюбивая, это все знают. Обычно она быстро заканчивает с работой, и у нее еще остается свободное время, но, как у главы сопротивления, работы со временем стало невпроворот, ведь она стремится помочь всем и каждому. Без помощника, который мог бы взять на себя часть бумажной волокиты, у Кокоми много дел. Сегодняшний день не исключение.       Девушка пускает мыльные пузыри, прислонившись ко столу в своем маленьком кабинете. Ровно два часа назад появились головные боли, когда другие повстанцы в сопровождении генерала Горо ушли на поиски провизии. Кокоми не хочет витать в облаках, но при виде тонны бумажной работы сложно не поддаться такому желанию. Однако, вместе с этим, она чувствует вину.       В попытке избавиться от неприятного ощущения в горле девушка продолжает работу. Солнце садится за горизонт, но работы меньше не становится, и Кокоми начинает переживать, что никакого прогресса нет. Бессильно застонав, она ложится на стол.       — Так утомительно… — вздыхает, глубоко и протяжно.       Тем временем возвращаются повстанцы, до этого ушедшие с генералом. Горо был рядом с ними, и он хмурится, осмотрев сопротивление. Обернувшись, он кивает одному из охранников возле кабинета Кокоми:       — Она еще не закончила?       — Боюсь, как только она решила, что закончила, прибыла еще одна партия писем со штампом «срочно», сэр.       Горо хмурится, щелкает языком.       — Не могу поверить, она так и не сделала перерыв… Пожалуйста, убедитесь, что это доставят на кухню. Я приведу ее, — кивнув, охранник покидает свой пост.       Горо прочищает горло, прежде чем войти в кабинет Кокоми с улыбкой. Девушка сидит за столом, положив голову на руки, и если бы Горо знал ее недостаточно хорошо, он решил бы, что она спит, но дюжина крошечных пузырьков, плавающих в воздухе, говорили об обратном.       — Эй, жемчужинка моя, — ухмыляется, сверкнув клычками, и опирается рукой о стол.       Кокоми резко вскидывает голову. Она удивленно ахает, все пузырьки вокруг нее лопаются одновременно. Одно из писем прилипло к ее лбу, настолько она не ожидала гостей.       — Не пугай меня так! — Горо на это только хихикает и вытирает чернила с ее кожи.       — Я хотел посоветовать тебе взять перерыв, но, посмотрите-ка, кто у нас тут отдыхает, — дразнит юноша, с нескрываемым намеком смахивает все бумаги со стола. Он садится на него и прогибается в спине, выставляя на показ свой оголенный живот, и начинает вилять хвостом в нетерпении. — Почеши животик. Сейчас. Я так соскучился по тебе.       Кокоми следит за его движениями. На секунду она теряет дар речи, видя, как вся ее работа падает на пол. В любой другой ситуации ей понадобилось бы время, чтобы вернуть самообладание, но Горо, похоже, полюбил выкидывать нечто подобное как минимум раз в неделю.       Девушка вздыхает:       — Но, щеночек, мне нужно закончить свою работу… Я уже достаточно побездельничала.       — Это не безделье, а перерыв, и ничто не помешает тебе снова отдохнуть прямо сейчас и прямо здесь, просто положи руки мне на живот, — возражает Горо, беря руки Кокоми в свои. — Вот так, а теперь почеши мне животик или я закричу…       В полной боевой готовности юноша вдыхает побольше воздуха, и он совершенно точно закричит, заплачет и заскулит, если не получит желаемого. А Кокоми тихонько вскрикивает, безуспешно пытаясь сдержать смех.       Получив прилив энергии, Кокоми начинает тыкать Горо. Нежные пальчики тыкают его со всех сторон, совершенно не зная пощады.       — Ты-ы-ы, маленький подлый дьяволёнок!       Горо кричит. Он извивается и корчится на столе, от смеха на глазах выступают слезы.       — А-а-а, стой! Стой, ты же знаешь, я боюсь щекотки, помогите!       Когда Кокоми наконец отпускает его, Горо жадно глотает ртом воздух.       — Так нечестно! — кричит, встряхнув головой, словно пытаясь избавиться от мурашек.       — Ты мешаешь мне работать! — хихикает Кокоми в ответ. — Отвлекаешь сильно! И получил, что заслужил, — она не может сдержать ухмылки. Щеки начинают болеть из-за смеха и улыбки.       Театрально драматичный вздох срывается с губ Горо. Он вздыхает и закрывает глаза, расслабившись, когда Кокоми начинает серьезно массировать его живот.       Некоторое время они молчат. Горо наслаждается получаемой здесь и сейчас любовью, впитывая ее, как губка, дико виляет хвостом, в то время как Кокоми смотрит на него влюбленными глазами. Когда она начинает говорить, ее голос едва ли громче шепота.       — Спасибо, что заботишься обо мне, — пальчики замирают, она игриво тыкает в пупок со смешком. — Всегда проверяешь, есть ли у меня время на отдых. Какой хороший мальчик.       Горо виляет хвостом настолько интенсивно, что рискует сломать его во второй раз по той же самой причине.       Он смотрит на нее, протягивает руки. Кокоми фыркает тихо, легкий румянец появляется на щеках. Если так подумать, Горо всегда очень ласков, независимо от того, получает он любовь или отдает. Это одно из его качеств, которое Кокоми так полюбила. Широко улыбнувшись своим мыслям, девушка чуть наклоняется и позволяет Горо нежно погладить ее по щекам, словно она сделана из самого хрупкого материала, какой только существует на земле.       — Это не трудно, жемчужинка… — шепчет и притягивает Кокоми ближе, чтобы ласково лизнуть ее в щеку. Она хихикает тихо, когда юноша трется о ее щеку своей. — Не обращай на меня внимания. Позволь нашим запахам смешаться, — прямо-таки мурлычет. И Кокоми уже знает: да, она может.       — Хорошо, — она отвечает нежно, наблюдая, как Горо продолжает играть с ее длинными прядями волос. — Тогда я отдохну немного.       Кокоми кладет голову на живот юноши, используя того, как подушку, а Горо с широкой улыбкой запускает пальцы в розовые волосы девушки. Вскоре они оба засыпают.